ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

18.02.2025

Дело № А41-16817/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2025 года 

Полный текст постановления изготовлен 18 февраля 2025 года 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, Н.А. Кручининой, 

при участии в заседании: от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 07.08.2024, срок 3 года,

от конкурсного управляющего ЖСК «Лайковская поляна» - ФИО3, по доверенности от 13.02.2025, срок до 30.09.2025,

от АО «Мосэнергосбыт» - ФИО4, по доверенности от 14.01.2025, срок до 31.12.2025,

от ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 11.10.2022, срок до 19.04.2025,

рассмотрев 17.02.2025 в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО1

на определение от 02.08.2024

Арбитражного суда Московской области,

постановление от 11.11.2024 

Десятого арбитражного апелляционного суда

о взыскании с ФИО1 в пользу ЖСК «Лайковская поляна» 21 136 715 руб. 86 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЖСК «Лайковская поляна»,

установил:

решением Арбитражного суда Московской области от 08.07.2020 должник ЖСК «Лайковская поляна» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Конкурсным управляющим должником с 11.05.2021 утверждена ФИО7, член Ассоциация СРО ОАУ «Лидер».

Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

С аналогичным заявлением обратился и кредитор АО «Мосэнергосбыт».

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.01.2022 заявления конкурсного управляющего и кредитора объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 26.01.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023, заявления удовлетворены, со ФИО5 в пользу ЖСК «Лайковская поляна» взысканы денежные средства в размере 21 194 476,88 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 26.01.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора ИП ФИО8 подано заявление о привлечении еще  ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЖСК «Лайковская поляна» - Председателя ЖСК «Лайковская поляна».

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.02.2024 обособленные споры по заявлениям ИП ФИО8 и конкурсного управляющего ЖСК «Лайковская поляна» о привлечении ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЖСК «Лайковская поляна» объединены в одно производство. Кредитором АО «Мосэнергосбыт» подано заявление о взыскании с ФИО1 в пользу ЖСК «Лайковая Поляна» убытков.

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.02.2024 обособленные споры по заявлениям ИП ФИО8 и конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЖСК «Лайковская поляна» и заявление о взыскании с ФИО1 в пользу ЖСК «Лайковая Поляна» убытков объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 02.08.2024 с ФИО1 в пользу ЖСК «Лайковская поляна» взысканы 21 136 715,86 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 определение Арбитражного суда Московской области от 02.08.2024 оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Московской области от 02.08.2024, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЖСК «Лайковская поляна», направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в указанной части. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

         От конкурсного управляющего должником поступили письменные пояснения, но суд округа в порядке статьи 279 АПК РФ отказывает  в их приобщении, поскольку отсутствуют доказательства заблаговременного направления пояснений кассатору и иным лицам.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому АО «Мосэнергосбыт» просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Поступивший от АО «Мосэнергосбыт» проект судебного акта (в соответствии с пунктом 9.2 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 100) приобщен к материалам дела.

В судебном заседании суда округа представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представители конкурсного управляющего должником и АО «Мосэнергосбыт» возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Представитель ФИО5 оставил на усмотрение суда разрешение настоящей кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Суд округа проверяет законность и обоснованность судебных актов только в обжалуемой части. 

В соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что при новом рассмотрении спора, суды обеих инстанций установили следующие обстоятельства.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, в период с 05.05.2004 по 14.09.2016 председателем ЖСК «Лайковская поляна» являлся ФИО1

В период осуществления ФИО1 полномочий председателя правления ЖСК «Лайковская поляна» кредитором АО «Мосэнергосбыт» зафиксирован факт неправомерного поведения потребителя электроэнергии, которое повлекло наступление последствий безучетного потребления электроэнергии.

Суды установили, что согласно акту от 31.03.2014 № 03/03 о неучтенном потреблении электрической энергии, составленным по факту безучетного потребления электрической энергии юридическим лицом, в ходе проверки состояния прибора учета обнаружен факт безучетного потребления электрической энергии, выразившийся в изменении схемы учета электроэнергии, самовольная замена трансформаторов тока с номинала 300/5 на номинал 1000/5. В частности, самовольная установка трансформаторов тока с номиналом 1000/5 позволило потребителю потреблять больший объем электроэнергии, при этом при оплате электроэнергии - потребителем применялся не реальный коэффициент трансформации, который составляет 200, а коэффициент трансформации, который указан в договоре.

Таким образом, суды констатировали, что объем потребления электроэнергии был занижен более чем в три раза. Именно данные умышленные действия по безучетному потреблению электроэнергии, привели к возникновению задолженности перед АО «Мосэнергосбыт» в общей сумме 19 245 509,88 руб., которая в последующем только наращивалась, привела к несостоятельности (банкротству) ЖСК и в последующем включена в реестр требований кредиторов должника. Меры к погашению указанной задолженности контролирующим должника лицом не предпринимались, что привело к увеличению долговых обязательств перед АО «Мосэнергосбыт» в виде начисления на указанную задолженность процентов по ст. 395 ГК РФ, что в последующем и послужило основанием для обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ. Между тем, в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. Кроме того, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

В рассматриваемом случае, суды, принимая во внимание, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 подано после 01.07.2017, ЖСК «Лайковская поляна» признан несостоятельным банкротом 08.07.2020, а безучетное потребление электрической энергии происходило в период с 29.09.2014 по июль 2016 года,  пришли к выводу, что к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности, установленные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Так, суды установили, что несмотря на зафиксированные 31.03.2014 и 30.09.2015 факты безучетного потребления электрической энергии, ФИО1, допустивший самовольную замену трансформаторов тока с 300/5 на 1000/55, продолжил наращивать задолженность перед АО «Мосэнергобыт», вследствие чего образовалась задолженность за период с февраля по апрель, июнь, июль 2016 г. Договор энергоснабжения № 90425815 от 08.11.2007 был расторгнут лишь 01.07.2018. С 2018 члены кооператива, потребляющие электроэнергию, заключили прямые договоры с ресурсоснабжающей организацией (АО Мосэнергосбыт), а аккумулированная на кооперативе задолженность осталась непогашенной, меры к ее удовлетворению контролирующим должника лицом ФИО1 не принимались.

Таким образом, суды пришли к выводу, что указанные фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между возникновением неплатежеспособности должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, что является основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды в обжалуемой части правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Закона № 266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 № 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) ст. 4815.2.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона). Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, для установления состава правонарушения в отношении действий, совершенных привлекаемыми к ответственности лицами до вступления в силу упомянутого Закона, применяются материально-правовые нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Судами верно отмечено, что, поскольку настоящее заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017 (22.01.2024), процессуальные нормы о порядке рассмотрения настоящего заявления производятся по правилам Закона о банкротстве, в редакции Закона № 266-ФЗ.

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к данному виду ответственности:

- неподача (несвоевременная подача) заявления должника (пункт 2 статьи 10, статья 61.12 Закона о банкротстве); при этом в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного закона.

- невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции, статья 61.11 в действующей редакции).

В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве. Так, в частности, из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что, вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.

В абзаце десятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Аналогичные правила закреплены в действующей в настоящее время редакции Закона о банкротстве (абзацы первый и второй пункта 11 статьи 61.11 закона).

В соответствии с абзацем 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда; при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому абзац 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

По общему правилу, субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой и возникает вследствие причинения вреда кредиторам неправомерными действиями указанных лиц.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на данных лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства (абзац 1 пункта 19 Постановления № 53)

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов в обжалуемой части основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Доводы кассатора о пропуске срока исковой давности суд округа отклоняет, поскольку  в суде первой инстанции ходатайство (заявление) пропуске срока исковой давности ФИО1  не было заявлено.

Довод ФИО1 о том, что суды пришли к неверному выводу о том, что ФИО1 является контролирующим должника лицом по смыслу законодательства о банкротстве отклоняется судом как несостоятельный.

ФИО1 полагает, что применению в настоящем случае подлежат положения ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в ред. ФЗ от 28.06.2013 №134., в связи с чем его нельзя отнести к контролирующим должника лицам, так как он осуществлял свои полномочия до 14.09.2016г., то есть за 4 года до принятия судом заявления о признании должника банкротом.

Вместе с тем в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 указано, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве основание для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с признанием должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц, по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53).

В соответствии с п. 3 Постановления № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как верно установлено судами, именно в период руководства ФИО1, должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства), именно его недобросовестные действия стали причиной образования задолженности перед кредиторами и единственной причиной объективного банкротства должника.   

При этом суды отметили, что  как следует из пояснений ФИО5 она какого-либо фактического руководства должником не осуществляла, должник в период с 2016 по 2020 никакой хозяйственной деятельностью не занимался, денежных средств не получал и не распределял, имуществом не владел, что и послужило основанием для признания его отсутствующим.

Как указал Верховный Суд РФ в Определении от 31 августа 2020 года № 305-ЭС19-24480 недопустимо буквальное толкование абзаца 34 пункта 2 Закона о банкротстве: «Освобождая ФИО9 от ответственности со ссылкой на исполнение последним обязанностей генерального директора должника за пределами двухлетнего срока до принятия заявления о признании должника банкротом, суды не учитывали, что подобный срок не является пресекательным и не исключает возможности квалификации определенного субъекта как лица, контролирующего должника за его пределами в качестве противодействия злоупотреблению правом и искусственному увеличению этого периода контролирующими лицами с целью ухода от субсидиарной ответственности».

В  настоящем деле суды верно установили, что все неблагоприятные последствия, возникли непосредственно в период осуществления ФИО1 полномочий руководителя должника, и после его ухода должник фактически прекратил хозяйственную деятельность, что и послужило основанием для столь длительного периода, предшествовавшего возбуждению дела о банкротстве.

Суд кассационной инстанции приходит к выводу, что ФИО1 ограничительно толкует положения статьи 10 Закона о банкротстве, буквально ссылаясь на отсутствие недействительных сделок, и упуская из виду, что основанием привлечения к субсидиарной ответственности/убытков согласно ст. 10 Закона о банкротстве в редакции 134-ФЗ являются не только сделки и искажение данных бухгалтерского учета, но в целом признание должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц.

Как указано в статье 53.1 ГК РФ (введена Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, любое недобросовестное поведение контролирующего должника лица, влекущее наступление объективного банкротства/причинение должнику убытков является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности/взысканию убытков.

Положения статьи 10 Закона о банкротстве в прежней редакции по содержанию мало чем отличаются от предусмотренной действующей в настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований ответственности, что означает возможность применения к статье 10 Закона о банкротстве значительного объема разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума № 53.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 19 постановлении Пленума № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в обжалуемой части.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

С учетом вышеизложенного суд округа считает, что суды обеих инстанций выполнили указания суда кассационной инстанции в порядке статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указали мотивы, по которым пришли к тем или иным выводам, правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При повторном рассмотрении суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,, в обжалуемой части, указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2023 в соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами  выполнены в полном объеме. 

            Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам  не имеется.  

В связи с окончанием производства в арбитражном суде кассационной инстанции подлежит отмене приостановление исполнения определения Арбитражного суда Московской области от 02.08.2024 и постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 по  делу № А41-16817/2020, введенное определением Арбитражного суда Московского округа 20.12.2024.

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 02.08.2024 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024по делу № А41-16817/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

         Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Московской области от 02.08.2024 и постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2024 по  делу № А41-16817/2020, введенное определением Арбитражного суда Московского округа 20.12.2024.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

         Председательствующий-судья                         Е.Л. Зенькова      

         Судьи:                                                               Е.А. Зверева

                                                                                               Н.А. Кручинина