﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-2149/2020

03 марта 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     02 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 марта 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будылевой М.В.

судей  Горбачевой О.В., Загараевой Л.П.

при ведении протокола судебного заседания:  Борисенко Т.Э.

при участии:  

от истца: Джабраилова М.Э. по доверенности от 16.12.2019 (онлайн)

от ответчика: не явился (извещен);

от 3-го лица: не явился (извещен);

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36140/2020)  ООО «КДШина» на решение Арбитражного суда Калининградской области от 14.10.2020 по делу № А21-2149/2020 (судья  Любимова С.Ю.), принятое 

по иску Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ; Континентал Тайр зе Америкас 

к  ООО «КДШина»

3-е лицо:  Калининградская областная таможня 

о взыскании 

установил:

Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ (номер в Торговом реестре HRB 204239) и Континентал Тайр зе Америкас (регистрационный номер 619188)  обратились в Арбитражный суд Калининградской области с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «КДШина» (далее – ООО «КДШина», общество, ответчик) компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак CONTINENTAL в размере 50 000 руб. и на товарный знак GENERAL в размере 10 000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечена Калининградская областная таможня.

Решением суда от 14.10.2020 исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит судебный акт отменить. 

Ответчик и третье лицо, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, своих представителей в судебное заседание не направили. Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель истцов против удовлетворения требований жалобы возражал, просил судебный акт оставить в силе.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ (Continental Reifen Deutschland GmbH) является правообладателем серии товарных знаков со словесным элементом CONTINENTAL: свидетельства Российской Федерации от 08.09.1967 № 33718, от 05.06.2008 № 351863, от 07.08.2008 № 356605, от 14.01.2009 № 369324, от 27.02.2013 № 481625. Товарный знак CONTINENTAL по свидетельству Российской Федерации от 08.09.1967 № 33718 включен в Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности под номером № 04376/04911-001/ТЗ-240417.

Континентал Тайр Зе Америкас (Continental Tire The Americas, LLC) является правообладателем товарного знака GENERAL (номер международной регистрации WO1098658 от 28.10.2011).

11.10.2019 и 14.10.2019 истцами получены уведомления Калининградской областной таможни № 49-01-15/01422, № 49-01-15/01423,   № 49-01-15/01421, № 49-01-15/01432, № 49-01-15/01430, № 49-01-15/01429 о приостановлении срока выпуска товаров, маркированных товарными знаками истцов, импортером которых выступает ООО «КДШина».

Ссылаясь на отсутствие разрешения правообладателей на ввоз вышеуказанных товаров, истцы обратились в суд с настоящим требованием.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, признал их обоснованными по праву и по размеру.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы жалобы, не находит оснований для отмены решения суда в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

На основании пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

В силу пункта 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В соответствии с положениями части 1 статьи 65 АПК РФ, а также разъяснениями, изложенными в пунктах 57, 59-62, 154, 162 Постановления № 10, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

Из материалов дела усматривается, что истцы являются правообладателями товарного знака CONTINENTAL и GENERAL.

Ответчиком на территорию Российской Федерации был ввезен товар (бывшие в употреблении шины в количестве 68 шт.), на котором размещены товарные знаки истцов.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 № 8-П, статья 1487 ГК РФ предусматривает национальный режим исчерпания исключительного права, которое означает, что на территории определенного государства исключительное право на размещенный правообладателем на конкретном товаре товарный знак, подлежащее правовой охране на территории данного государства, исчерпывается с момента первого введения товара в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия на территории данного государства. Региональное же исчерпание прав предполагает исчерпание правообладателем исключительного права на товарный знак в рамках таможенной территории нескольких государств, и региональный принцип исчерпания исключительного права предусмотрен только для стран - членов ЕАЭС. Тогда как при международном исчерпании прав исключительное право на товарный знак признается исчерпанным по отношению к конкретному товару с момента его первого введения в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия на территории любого государства.

В свою очередь, статьей 1487 ГК РФ установлено, что не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Таким образом, импорт на территорию Российской Федерации товаров из других иностранных государств, не являющихся членами ЕАЭС, возможен только с согласия правообладателя.

На основании статей 1484 и 1487 ГК РФ, а также правовой позиции, изложенной в пункте 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», ввоз ответчиком на территорию Российской Федерации товаров, маркированных товарным знаком истца, без согласия последнего, является незаконным. При этом ввоз на территорию Российской Федерации товара с размещенным на нем товарным знаком является формой использования товарного знака. Следовательно, ввоз такого товара без согласия правообладателя является нарушением исключительных прав истца.

Независимо от того, законно или незаконно размещены товарные знаки на ввозимом на территорию Российской Федерации обществом товаре, такие действия, осуществленные без получения согласия правообладателя, являются нарушением исключительных прав компании на принадлежащие ей товарные знаки.

Согласно выводам Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении № 8-П, при применении положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487, пунктов 1 и 2 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ отсутствуют конституционно-правовые основания для назначения таких мер ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак, как изъятие из оборота и уничтожение товаров, ранее введенных правообладателем в гражданский оборот на территории другого государства и ввезенных на территорию России без его согласия (параллельный импорт), в отличие от последствий ввоза поддельных товаров, изъятие и уничтожение которых может не производиться лишь в порядке исключения (если введение таких товаров в оборот продиктовано необходимостью защиты общественно значимых интересов).

Однако это не исключает применение иных последствий нарушения исключительного права на товарный знак.

Суд по интеллектуальным правам неоднократно отмечал, что установление судами при рассмотрении дел, касающихся импорта товаров, юридического статуса ввезенных товаров (введены ли они в гражданский оборот ранее самим правообладателем на территории другого государства (параллельный импорт) либо являются контрафактными, маркировка товарного знака на которые нанесена без согласия правообладателя), является существенным для правильного разрешения дела.

Положения статей 1252, 1484 и 1487 ГК РФ позволяют относить к контрафактным как поддельную продукцию, так и товар, снабженный законным товарным знаком, но импортированный в Россию без согласия правообладателей.

Как правомерно указано судом первой инстанции, параллельным импортером на территорию Российской Федерации ввозится бывший в употреблении товар, источник происхождения которого (т.е. был ли он введен в оборот на территории государства, не принадлежащего к ЕАЭС, с согласия правообладателя или его уполномоченного представителя), равно как и его качество, остается под вопросом. 

При введении в оборот для продажи на территории РФ указанный товар приводится в товарный вид, близкий к виду нового товара, и подавляющая часть потребителей не обладают специальными познаниями, чтобы понять, насколько изношена и пригодна к дальнейшему использованию такая шина. Кроме того, правообладателю неизвестны и условия хранения шин как до перевозки, так и в её процессе, что позволяет ставить под сомнение сохранность их потребительских свойств. 

При этом необходимо принимать во внимание то состояние спорного товара, которое он имеет на момент совершения правонарушения, в рассматриваемом случае – в момент перемещения через таможенную границу Российской Федерации. В связи с нахождением товара (автомобильных шин) в употреблении нельзя утверждать, что шины маркированы средствами индивидуализации истца именно в том состоянии, в котором находятся на момент правонарушения. 

При этом истцами не производятся и не предлагаются к продаже товары (шины), бывшие в употреблении.

Даже допуская изготовление спорного товара уполномоченным на то лицом, в юридическом смысле его нельзя считать правомерно маркированным средствами индивидуализации, хотя ранее (в момент производства) товар и мог считаться правомерно маркированным товарными знаками самим производителем (правообладателем). Любое иное лицо, осуществившее неавторизованное вмешательство в оригинальный товар, качественно его меняющее и непризнанное оригинальным производителем, выводит тем самым товар из числа произведенных оригинальным производителем. Потребителями в оригинальный товар вносятся изменения, не позволяющие считать товар новым, повторная маркировка бывших в употреблении шин истцами не осуществляется. Доказательства в обоснование соответствия спорного товара требованиям регламентов ЕАЭС, ответчиком не представлено.

В материалы дела не представлено согласие истцом на ввоз и/или иные последующие действия по введению в гражданский оборот на территории Российской Федерации товаров, содержащих товарный знак CONTINENTAL и GENERAL.

Доводы ответчика о наличии у него разрешения на ввоз спорных товаров на территорию Российской Федерации, представленного в виде письма от 04.01.2020 от имени ООО «Continental Automotive Products», правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку из указанного документа невозможно установить действительный источник происхождения указанного доказательства; проверить полномочия лица, подписавшего письмо; установить правоспособность юридического лица, от имени которого исходит документ; подтвердить обстоятельства, в силу которых у юридического и/или физического лица-подписанта имеется право выдавать разрешение на использование средства индивидуализации, исключительные права на которое принадлежат истцам; а также конкретизировать номер, дату приоритета товарного знака, о котором идет речь в указанном письме.

Ответчиком в материалы дела не представлены доказательства наличия законного права на помещение на основании таможенных деклараций бывших в употреблении шин, на которых размещены спорные товарные знаки под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления, либо введения правообладателем указанного товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик осуществил ввоз на территорию Российской Федерации спорных товаров без согласия правообладателей, в связи с чем является нарушителем исключительных прав истцов на товарные знаки CONTINENTAL и GENERAL .

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ, с учетом разъяснений, данных в  пункте 59 постановления № 10, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

При обращении в суд истцами избран способ защиты исключительного права в виде взыскания компенсации, предусмотренной подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно расчету истцов, размер компенсации составил 60 000 руб. исходя из расчета по 10 000 руб. за каждый факт перемещения товара, подтвержденный соответствующим уведомлением таможенного органа, в том числе: 50 000 руб. за нарушение права Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ на товарный знак CONTINENTAL (5 уведомлений таможни) и 10 000 руб. за нарушение права Континентал Тайр зе Америкас на товарный знак GENERAL (1 уведомление таможни).

С учетом разъяснений, данных в пункте 61 Постановления № 10, при определении характера допущенных ответчиком нарушений истцами учтено значительное количество ввезенного на территорию Российской Федерации товара (68 единиц), маркированного спорными товарными знаками без разрешения правообладателей; грубый характер нарушений, выразившийся в ввозе товаров, маркированных только товарными знаками истцов; наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика, направленными на импорт товара без соответствующих полномочий, и последствиями в виде ввоза товара на территорию Российской Федерации.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, исходя из доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истцов, учитывая объем и характер ввезенных товаров, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, пришел к правомерному выводу о том, что заявленный истцом размер компенсации 60 000 руб. является обоснованным, соответствующим принципам разумности и соразмерности. Ходатайство о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав истца и доказательств в обоснование такого снижения ответчиком не заявлено.

Таким образом, апелляционный суд полагает правомерным вывод суда первой инстанции об обоснованности исковых требований по праву и по размеру.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

На основании изложенного, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, оценил в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального и процессуального права принял законное и обоснованное решение. Оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции апелляционным судом не установлено. 

В силу части 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия. Копии решения на бумажном носителе могут быть направлены лицам, участвующим в деле, в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 14.10.2020 по делу №  А21-2149/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Будылева

 

Судьи

О.В. Горбачева

 Л.П. Загараева