ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ФИО1 ул., д. 4, 

<

...>

http://1aas.arbitr.ru,  тел/факс: 

<

***>) телефон 

<

***>, факс 

<

***> 

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владимир

«25» апреля 2025 года                                                  Дело №А43-5993/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2025 года

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Кастальской М.Н., 

судей Захаровой Т.А., Москвичевой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Большаковой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.02.2024 по делу №А43-5993/2023, принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 

<

***>) к ФИО5  об установлении требований в размере 77 447 294 рублей и включении их в реестр требований кредиторов должника

при участии:

от индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – предприниматель) – ФИО4 лично, на основании паспорта гражданина РФ; ФИО6 по доверенности от 10.01.2024 №2 сроком действия 2 года (т.3 л.д. 46);

от финансового управляющего ФИО5 ФИО7 (далее – ф/у ФИО7) – ФИО7 лично на основании паспорта гражданина РФ и определения от 25.11.2024;

иные лица, участвующие в обособленном споре, не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Нижегородской области от 15.05.2023 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации, финансовым управляющим должника утверждена ФИО7.

Сведения о введении в отношении должника процедуры несостоятельности (банкротства) опубликованы в газете «Коммерсантъ» №93 (7538) от 27.05.2023.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 20.05.2024 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утверждена ФИО7.

Объявление о признании должника банкротом размещено в газете «Коммерсант» №95 (7785) от 01.06.2024, на ЕФРСБ №14449727 от 22.05.2024.

В рамках дела о банкротстве должника в суд поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО5 об установлении требований в размере 77 447 294 рублей и включении их в реестр требований кредиторов должника. 

Определением от 07.02.2024 Арбитражный суд Нижегородской области включил требования индивидуального предпринимателя ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО5 в размере 77 447 294,51 руб. в порядке третьей очереди.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Нижегородской области                    от 07.02.2024 по делу №А43-5993/2023.

В обоснование апелляционной жалобы финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 (далее – ФИО3) указывает, что включенное в реестр требований кредиторов ФИО5 требование ИП ФИО4 в размере 77 447 294,51 руб. основано на отсутствующем праве (требовании), принадлежащем ИП ФИО4 на основании цепочки мнимых договоров цессии (переуступки прав требований). ФИО3 настаивает на том, что все сделки существенно отличаются от обычных условий, на которых заключаются такие договоры, оформлены в результате синхронных действий группы лиц, имеющих согласно поведению должника единую с должником цель причинения ущерба интересам независимых кредиторов должника. ФИО3 отмечает, что соглашение о реструктуризации долга от 26.12.20222 составлено должником после возбуждения в отношении него дела о банкротстве по заявлению АО «Российский Банк поддержки малого и среднего предпринимательства». Соглашение заключено ФИО5 для формирования дружественной кредиторской задолженности для взятия в дальнейшем под контроль как своего личного банкротства, так и банкротства ООО «Технологии безопасности». В данном соглашении о реструктуризации в счет обеспечения обязательств должника и поручителя передается в залог кредитора имущество, не находящееся во владении должника или поручителя, кредитор это знает и тем не менее подписывает это фиктивное соглашение, что еще раз говорит об аффилированности сторон соглашения и о том, что ИП ФИО4 прекрасно осведомлен о цели всех заключенных договоров и соглашений.

Подробно доводы приведены в апелляционной жалобе.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО5 ФИО7, индивидуальный предприниматель ФИО4 и его представитель возражали относительно доводов, изложенных в апелляционной жалобе. Просили судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

В судебное заседание иные лица, участвующие в обособленном споре,  не явились, о дате, времени и месте судебного заседания, извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации на сайте Первого арбитражного апелляционного суда. 

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся представителей.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству,  движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена  арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного  апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно статье 2 Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление №35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела, первоначально задолженность ФИО5 образовалась в результате заключения договоров займа с ООО «Технологии безопасности» (с поручительством должника):

- договора займа с процентами от 14.01.2020 № 14/01/2020-04 с ООО «ЛЭМБ» на сумму 51 302 294,51 руб.;

- договора займа с процентами от 21.02.2020 № 4-21.02.20 с ООО «ДЕВОРА» на сумму 23 169 600 руб.;

-  договора займа с процентами от 05.02.2020 № 54/Э-05.02.2020 с ООО «Ювеарт» на сумму 2 975 400 руб.

В дальнейшем права требований к ООО «Технологии безопасности» по данным договорам займа приобретены кредитором в результате следующих сделок:

-   права требований по договору займа с процентами от 14.01.2020                    №14/01/2020-04 перешли по договору уступки права требования (цессии) от 25.06.2020 №1, соглашению о цессии от 16.07.2021, договору уступки права требования (цессии) от 09.12.2022 №1-У;

- права требований по договору займа с процентами от 21.02.2020                       №4-21.02.20 перешли по договору уступки права требования (цессии) от 10.07.2020 №2, соглашению о цессии от 16.07.2021, договору уступки права требования (цессии) от 09.12.2022 №2-У;

- права требований по договору займа с процентами от 05.02.2020               №54/Э-05.02.2020 перешли по договору уступки права требования (цессии) от 03.08.2020 №3, соглашению о цессии от 16.07.2021, договору уступки права требования (цессии) от 09.12.2022 №3-У;

В целях обеспечения обязательств индивидуальный предприниматель ФИО4 (кредитор) с одной стороны и ООО «Технологии безопасности» (должник) и ФИО5 (поручитель) с другой стороны 26.12.2022 заключили соглашение о реструктуризации долга, согласно которому стороны договорились о реструктуризации задолженности должника перед кредитором, возникшей:

1) по соглашению о цессии №1-У от 09.12.2022 года в размере основного долга 51 302 294 рубля 51 копейка;

2) по соглашению о цессии №2-У от 09.12.2022 года в размере основного долга 23169 600 рублей;

3) по соглашению цессии №3-У от 09.12.2022 года в размере основного долга 2 975 400 рублей;

Общий размер задолженности, подлежащей реструктуризации в рамках настоящего соглашения, составляет 77 447 294 рубля 51 копейка (пункт 1.1. Соглашения).

Согласно ст. 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязуется перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В соответствии со ст. 363 Гражданского кодекса Российской Федерации поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

На основании ст. 323 Гражданского кодекса Российской Федерации при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что требования, заявленные индивидуальным предпринимателем ФИО4, обоснованны. Задолженность в добровольном порядке не уплачена, доказательств обратного в материалах дела не содержится.

Доводы ФИО3 о том, что названные сделки являются мнимыми суд апелляционной инстанции считает несостоятельными в виду нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Между тем, в данном случае исходя из документов, которые были представлены в материалы дела на основании запроса Первого арбитражного апелляционного суда, единственный участник и единоличный исполнительный орган ООО «Ювеарт» - ФИО8 изменила фамилию на ФИО9 (свидетельство о разводе), то есть единственный участник общества, единоличный исполнительный орган и ликвидатор является одним и тем же лицом, в связи с чем оснований для конфликта полномочий не имеется.

Оснований для признания договора цессии от 03.08.2020  мнимой сделкой не имеется.

Также, договор цессии от 10.07.2020 подписан ФИО10, который являлся единственным участником ООО «ДЕВОРА», при этом документы о ликвидации и назначении ликвидатора ФИО11 были поданы в налоговый орган 03.07.2020, дата получения документов по расписке – 06.07.2020, при этом 10.07.2020 это дата ровно через неделю от даты подачи. Поэтому возможна ситуация, в которой ликвидатор не получил документы по расписке после регистрации, и ФИО10 действовал исходя из имеющихся у него полномочий и фактически одобрил сделку.

Кроме того, ни один из договоров уступки не оспорен и не признан недействительным по основаниям отсутствия или превышения полномочий.

Между тем, платежи, которые являются основанием для возникновения задолженности ООО «Технологии безопасности» перед ООО «ЛЭМБ», ООО «Девора» ООО «Ювеарт», полностью подтверждаются выписками по расчетным счетам соответствующих юридических лиц.

Использование денежных средств ООО «Технологии безопасности», ФИО5 или ИП ФИО4 для создания задолженности ООО «Технологии безопасности», перед ООО «ЛЭМБ», ООО «Девора», ООО «Ювеарт» в выписках по расчетным счетами не прослеживается.

Злоупотребление сторонами правом при заключении спорных сделок, судом апелляционной инстанций не установлено, в связи с чем, оснований для признания сделок недействительными в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Исходя из положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

В данном случае апелляционный суд не выявил признаков действий участников сделки с нарушением принципа добросовестности.

Доказательства ничтожности сделок по новации долга в заемные обязательства, ничтожности договоров уступки права требования в материалы дела не представлены, в связи с чем, доводы о ничтожности сделок не обоснованны. 

Относительно подписания договоров уступки прав требования неуполномоченными лицами, апелляционный суд отмечает, что фактически сделки подписаны уполномоченными лицами, оспаривание сделок как сделок с превышением полномочий со стороны лиц, которые имеют на это право, не производилось. Денежные средства, полученные ООО «ЛЭМБ», ООО «Ювеарт», ООО «Девора» имеют надлежащие источники – перечислившие их юридические лица не оспаривают факты перечисления, по этим лицам не ведется процедур банкротства. 

Доводы ФИО3 относительно транзитного характера деятельности ООО «ЛЭМБ» (ИНН 

<

***>), ООО «Девора» (ИНН 

<

***>), ООО «Ювеарт» (ИНН 

<

***>), а также отсутствия экономической целесообразности в совершении сделок по перечислению денежных средств, заключении договоров займа и договоров цессии судом апелляционной инстанции не могут быть приняты во внимание, поскольку в настоящее время сами по себе операции по перечислению денежных средств на расчетные счета данных юридических лиц, операции по перечислению денежных средств данными юридическими лицами на расчетные счета ООО «Технологии безопасности» не оспорены и не признаны недействительными. 

Довод о транзитности операций по перечислению денежных средств между ООО «Технологии безопасности», ООО «ЛЭМБ», ФИО5, участниками договоров цессии и ИП ФИО4; должником, ООО «ДЕВОРА», ФИО5, участниками договоров цессии и ИП ФИО4; должником, ООО «Ювеарт», ФИО5, участниками договоров цессии и ИП ФИО4 подлежит отклонению как не подтвержденный доказательствами.

Доказательств афиллированности между ИП ФИО4 и ООО «Технологии безопасности» и Должником в материалах дела не содержится в связи с чем довод ФИО3 признается несостоятельным.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, приходит к выводу о том, что в материалах дела содержатся доказательства реальности перечислений денежных средств ООО «Технологии безопасности» и отсутствуют доказательства транзитности этих перечислений от ООО «Технологии безопасности» или Должника или ИП ФИО4 и отсутствуют доказательства афиллированности между ООО «Технологии безопасности», Должником и  ИП ФИО4

Учитывая изложенное, оснований для отмены определения суда первой инстанции не имеется.

Все доводы ФИО3, изложенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии с выводами суда, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибке.

Апелляционная жалоба ФИО3 признается необоснованной и не подлежащей удовлетворению.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Первый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.02.2024 по делу №А43-5993/2023 на основании пункта 1 части 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017                №305-КГ17-1113 указал, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. Отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства, не свидетельствует о том, что оно не оценивалось судом и не учтено при принятии судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Определением от 24 июля 2024 года финансовому управляющему ФИО2 ФИО3 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до принятия постановления апелляционной инстанции по делу №А43-5993/2023.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 266, 267, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.02.2024 по делу №А43-5993/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход  федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья                                       

 М.Н. Кастальская

Судьи  

Т.А. Захарова

Т.В. Москвичева