АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1383/22 

Екатеринбург

03 мая 2023 г.

 

Дело № А50-17078/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 мая 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Столяренко Г.М., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Уралбиовет» (далее – общество «Уралбиовет», заявитель) на определение Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2022 по делу        № А50-17078/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

Судебное заседание по ходатайству публичного акционерного общества «Пермская энергосбытовая компания» (далее – общество «Пермэнергосбыт») назначено с использованием системы веб-конференции. Представитель данного общества в установленное время к онлайн-заседанию не подключился, на звонки по телефону не ответил, в связи с этим судебное заседание проведено в обычном режиме, протокол и запись заседания не велись.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представитель общества «Уралбиовет» – Духан А.С. (доверенность от 22.12.2022).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 08.10.2021 в отношении акционерного общества «Пермский свинокомплекс» (далее – общество «Пермский свинокомплекс», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён арбитражный управляющий ФИО1.

Определением суда от 17.12.2021 требование общества «Уралбиовет» в размере 19 647 297 руб. 12 коп. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.04.2022 общество «Пермский свинокомплекс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

24.08.2022 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление ФИО2 о признании недействительным договора поручительства         № 123-398-16 от 25.07.2016, заключенного между обществом «Пермэнергосбыт» и должником, в котором заявитель просил применить последствия недействительности сделки, признать обязательство должника по договору поручительства № 123-398-16 от 25.07.2016 отсутствующим. 

По тексту заявления указаны именно эти реквизиты договора поручительства. При этом к заявлению приложен договор поручительства    № 18/16 от 05.08.2016, заключенный между обществом «Пермэнергосбыт» и должником.

Определением арбитражного суда от 30.08.2022 к участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Свинокомплекс Пермский» (далее - общество «Свинокомплекс Пермский»). 

Определение Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества «Пермский свинокомплекс» ФИО2 о признании сделки должника недействительной, применении последствий недействительности сделки отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда     от 01.02.2023 определение от 19.12.2022 изменено, из мотивировочной части определения исключены  выводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

В кассационной жалобе общество «Уралбиовет», являющееся кредитором общества «Пермский свинокомплекс», ссылаясь на неправильное применение норм судами, просит указанные определение от 19.12.2022 и постановление от 01.02.2023 отменить полностью и направить дело на новое рассмотрение.

По мнению заявителя, задолженность, которая образовалась на основании договора поручительства, существенно увеличила долговую нагрузку на поручителя, которая начала аккумулироваться у него с 2017 года, и существенно негативно повлияла на возможность восстановления платежеспособности должника и продолжения его хозяйственной деятельности. Одной из причин возникновения признаков неплатежеспособности у поручителя, как считает кассатор, является неоплата по договору поставки от 2015 года обществом «Свинокомплекс Пермский» денежных средств за поголовье свиней, задолженность составила  383 000 000 руб. В последующем 25.10.2016 в отношении общества «Свинокомплекс Пермский» было возбуждено производство по делу о его банкротстве, введена процедура наблюдения и 19.04.2018 открыта процедура конкурсного производства. Уже при наличии просроченной задолженности в указанной сумме (наличии права требования) по отношению общества «Свинокомплекс Пермский» по состоянию на 25.07.2016, должник заключает договор поручительства (с суммой ответственности 300 000 000 руб.) по обязательствам своего должника, который уже находился в просрочке перед ним. То есть поручительство предоставлялось за заведомо неплатежеспособного должника. И, как отмечает заявитель, при выдаче поручительства обществом «Пермский свинокомплекс» какая-либо выгода и экономический смысл для него отсутствовали, а единственным экономическим последствием совершения сделки является возложение на должника значительной долговой нагрузки.

В определении суда сделан ошибочный вывод о том, что исходя из толкования статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), на момент заключения договора поручительства нельзя предусмотреть неблагоприятные последствия в виде несения обязанности за основного должника. Данный вывод, с точки зрения заявителя, противоречит сути поручительства, которое может предоставляться за неисполненное обязательство (находящееся в просрочке), а в указанной ситуации поручительство как раз обеспечивало одно из обязательств, которое уже находилось в просрочке и было установлено судебным актом (определением суда от 24.05.2016 по делу № А50-8405/2016). Следовательно, в дальнейшем сделанный судом вывод о том, что поручительство не влечет безусловной обязанности исполнять обязательства, противоречит фактическим обстоятельствам и закону.

Позиция суда о том, что инициатива заключения договора поручительства исходила от должника и обосновывалась возможностью выделения бюджетного финансирования, при этом общество «Пермэнергосбыт» было лишено возможности в выборе контрагента и обязано заключить договор с любым обратившемся к нему лицом, является ошибочной, потому как гарантирующий поставщик обязан заключать только договоры энергоснабжения с каждым обратившемся к несу лицом, а заключать договоры поручительства (принимать в поручители) не обязан.

Помимо этого, ни должником, ни кредитором в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в материалы дела не представлено доказательств, которые легли бы в обоснование выводов в части имеющихся у кредитора гарантий (по оплате долга поручителем), по представлению поручителю поддержки органами государственной власти или иными лицами. Обществу «Пермэнергосбыт» необходимо было проверить платежеспособность поручителя, а также наличие у него возможности реально исполнить договор поручительства, однако доказательств такой проверки в материалы дела не было представлено.

Суд первой инстанции неверно определил сторону, на которую возложено бремя доказывания добросовестности поведения, возложив бремя доказывания на конкурсного управляющего должника.

Учитывая, что основным видом деятельности для должника является разведение свиней, договор оплаты поручительства между обществом «Свинокомплекс Пермский» и обществом «Пермский свинокомплекс» не заключался, соответственно, последний никакого вознаграждения и выгоды за предоставленное поручительство не получил. Таким образом, заявитель заключает, что договор поручительства для должника не является типичной сделкой, то есть совершаемой должником в процессе обычной хозяйственной деятельности. При этом отмечает, что ранее между кредитором и должником таких договоров не заключалось. 

По итогу, после совершения обществом «Пермский свинокомплекс» всех сделок в интересах контрагента общества «Свинокомплекс Пермский», возникли следующие последствия для должника:

- образовалось обязательство по оплате по договору поручительства в размере до 300 000 000 руб.;

- возникла просроченная дебиторская задолженность в сумме           437 000 000 руб. от общества «Свинокомплекс Пермский»;

- должник лишился принадлежащего ему поголовья свиней, в результате чего не смог осуществлять свою хозяйственную деятельность.

         С учетом изложенного, а также того, что оспариваемая сделка по заключению договора не имела разумных экономических целей для должника, а ее стороны знали об отсутствии таких целей, то есть действовали недобросовестно – в ущерб самому должнику, то, по мнению заявителя, можно заключить, что при совершении сделки стороны злоупотребили своим правом.

         Более того, кассатор, не принимая позицию суда о том, что целью данного договора поручительства выступает сохранение поголовья свиней и развитие такой отрасли в Пермском крае, указывает, что достижение этой цели причиняет вред всем кредиторам за счет уменьшения конкурсной массы.

От общества «Пермэнергосбыт» поступил отзыв, приобщенный к материалам дела на основании статьи 279 АПК РФ, в котором данное общество просит судебные акты оставить без изменения, жалобу заявителя -без удовлетворения. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 25.01.2016 между обществом «Пермэнергосбыт» (гарантирующий поставщик) и обществом «Свинокомплекс Пермский» (потребитель) заключен договор энергоснабжения № 801, по условиям которого гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу (поставку) электрической энергии и мощности потребителю, посредством привлечения сетевой организации и иных третьих лиц обеспечивать оказание потребителю услуг по передаче электрической энергии и иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии, а потребитель обязуется своевременно оплачивать гарантирующему поставщику принятую электрическую энергию и мощность и иные услуги, а также соблюдать предусмотренный настоящим договором режим потребления энергии, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с получением (потреблением) энергии. 

05.08.2016 между обществом «Пермэнергосбыт» (кредитор) и обществом «Пермский свинокомплекс» (поручитель) заключен договор поручительства № 18/16, по условиям которого поручитель принял на себя обязательство отвечать перед кредитором в рамках лимита ответственности, указанного в пункте 1.2 настоящего договора за исполнение обществом «Свинокомплекс Пермский» (должник), обязательств по оплате электрической энергии/мощности, потребленной должником на основании договора энергоснабжения № 801 от 25.01.2016, договора купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) № 801 от 12.07.2016, оплате задолженности, возникшей из неосновательного обогащения, в размере, установленном определением Арбитражного суда Пермского края                  от 24.05.2016 по делу № А50-8405/2016. 

По условиям пункта 1.2 договора поручительства поручитель солидарно с должником отвечает перед кредитором за исполнение денежных обязательств по уплате суммы основного долга, процентов на сумму долга за период пользования денежными средствами, неустойки, судебных издержек и иных неблагоприятных последствий, причиненных кредитору ненадлежащим исполнением денежных обязательств по основному обязательству. Общий объем ответственности поручителя в любом случае не может превышать сумму в 300 000 000 руб.

Дело о банкротстве общества «Пермский свинокомплекс» возбуждено на основании определения суда от 16.08.2021. 

На основании определения суда от 08.10.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, на основании решении от 25.04.2022 – открыто конкурсное производство.  

24.08.2022 конкурсный управляющий ФИО2, полагая, что в результате заключения договора поручительства № 18/16 от 05.08.2016 на должника возложена значительная долговая нагрузка, из содержания договора не следует его возмездный характер, и при заключении договора стороны действовали недобросовестно, обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки в виде признания обязательств должника по договору поручительства № 18/16 от 05.08.2016 отсутствующими. 

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, отказал в удовлетворении заявленных требований, считая, что правовые основания для признания сделки недействительной не доказаны.

Суд апелляционной инстанции исключил из мотивировочной части определения суда первой инстанции некорректный вывод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, который, однако, не повлиял на итоговый вывод суда первой инстанции по существу спора.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002       № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как уже упоминалось ранее, 05.08.2016 между обществом «Пермэнергосбыт» и обществом «Пермский свинокомплекс» был заключен договор поручительства № 18/16, а дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 16.08.2021, соответственно, между данными событиями временной промежуток составляет пять лет, и сделка заключена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением глав III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных         статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                 от 11.02.2014 N 14510/13). Получение поручительства, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения не только поручителя, но и кредитора (общества «Пермэнергосбыт») от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным кредитором своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

В ситуации, когда кредитор является независимым от должника по обязательству и от поручителя, главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на такой факт (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации                    от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886,               от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и др.).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Судом первой инстанции в данном случае исследованы обстоятельства и мотивы заключения договора поручительства должником. Судом установлено, что до октября 2015 года энергоснабжение свинокомплекса в    п. Майский осуществлялось по договору энергоснабжения между обществом «Пермэнергосбыт» и обществом «Пермский свинокомплекс», учредителем которого являлся единственный акционер - Пермский край. В целях развития в Пермском крае свиноводческой отрасли и привлечения инвесторов из других регионов, было заключено инвестиционное соглашение с обществом «Свинокомплекс Пермский», поголовье свиней было продано должником обществу «Свинокомплекс Пермский», иные производственные объекты – переданы ему в аренду, после чего общество «Свинокомплекс Пермский» заключило договор энергоснабжения свинокомплекса в п. Майский с обществом «Пермэнергосбыт», а должник расторг соответствующий договор. Возникновение с начала 2016 года задолженности по договору энергоснабжения, повлекшей риски введения режима ограничения подачи электрической энергии, падежа свиней, порчи сырья и готовой продукции, простоя производства с последующим массовым сокращением численности штата градообразующего предприятия, послужило поводом для заключения должником договора поручительства с обществом «Пермэнергосбыт». Таким образом, суд признал, что экономическая выгода для должника при заключении договора поручительства заключалась в достижении общей экономической цели – развитие свиноводческой отрасли в Пермском крае, в том числе сохранение количественного уровня и состава поголовья свиней.

В настоящем обособленном споре общество «Уралбиовет» не указало, по каким установленным им обстоятельствам спорная сделка совершена с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. Доказательства совершения оспариваемой сделки исключительно с намерением причинить вред, то есть при злоупотреблении правом по смыслу статьи 10 ГК РФ в материалы дела не представлены.

В спорной правовой ситуации обязанность доказывания возложена на конкурсного управляющего и кредитора должника.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Сделки поручительства и залога сами по себе обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу гарантирующего лица (поручителя или залогодателя). Вместе с тем совершение обеспечительных сделок может быть обусловлено наличием какой-либо связи между поручителем (залогодателем) и должником по основному обязательству. Такая экономическая связь судами установлена.

При изложенных обстоятельствах суды нижестоящих инстанций обоснованно пришли к выводу о том, что в материалах дела отсутствует подтверждение того, что оспариваемая сделка совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, суды правомерно отказали в удовлетворении требований о признании сделки недействительной.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 01.02.2023 по делу № А50-17078/2021 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Уралбиовет» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Н.А. Артемьева 

 

Судьи                                                                            Г.М. Столяренко 

 

                                                                                             Ю.В. Кудинова