Дело № А79-5817/2018

город Владимир

13 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 5 июня 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 июня 2019 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Технологический центр» 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 03.04.2019 по делу № А795817/2018, принятое судьей Сарри Д.В., 

по заявлению временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПромЛитСнаб» ФИО2 

к обществу с ограниченной ответственностью «ПромЛитСнаб»  

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

обществу с ограниченной ответственностью «Технологический центр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

о признании недействительными договоров купли-продажи автомобилей от 24.02.2016 и от 16.03.2017,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Технологический центр» – ФИО3 на основании паспорта гражданина Российской Федерации, приказа от 24.07.2017, выписки из ЕГРЮЛ;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПромЛитСнаб» ФИО4 – ФИО5 на основании  доверенности от 14.04.2019 сроком действия три года;

от общества с ограниченной ответственностью  «Промресурс» –             ФИО6 на основании доверенности от 02.04.2019 сроком действия один год;

от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике– ФИО7 на основании доверенности от 22.04.2019 № 17-15/21 сроком действия по 05.04.2020,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПромЛитСнаб» (далее – Общество) в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии обратился временный управляющий Общества ФИО2 (далее – временный управляющий) с заявлением о признании недействительными, заключенных между Обществом и обществом с ограниченной ответственностью «Технологический центр» (далее – ООО «Технологический центр»)  договоров купли-продажи автомобиля «VOLKSWAGEN 2H Amarok»,                  2013 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, категории «В», коричневого цвета, мощностью 180 (132) от 24.02.2016; купли-продажи автомобиля «Mitsubishi L200 2.5»,                     2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, категории «В», черного цвета, мощностью 136 (100) от 16.03.2017, и применении последствия недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

С учетом уточнения заявления требования обоснованы ссылками на статьи 10, 167, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением                    от 03.04.2019 заявление удовлетворил. Признал недействительными (ничтожными) следующие сделки: договор купли-продажи автомобиля                    от 24.02.2016, заключенный между Обществом и ООО «Технологический центр»; договор купли-продажи автомобиля от 16.03.2017, заключенный между Обществом и ООО «Технологический центр»; применил последствия их недействительности, обязав ООО «Технологический центр» возвратить Обществу автомобили «VOLKSWAGEN 2H Amarok», 2013 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, категории «В», модель № двигателя CSH070060, коричневого цвета, мощностью 180 (132); «Mitsubishi L200 2.5», 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, категории «В», модель № двигателя 4D56UCFC2519, черного цвета, мощностью 136 (100). Взыскал с                     ООО «Технологический центр» в пользу Общества 18 000 руб. в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Технологический центр» обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, у временного управляющего Общества  отсутствуют полномочия по обжалованию спорных сделок, поскольку сделки, как оспоримые могут быть обжалованы арбитражным управляющим только в процедурах конкурсного производства и внешнего управления. Временный управляющий, предъявляя рассматриваемые требования, намеренно злоупотребляет своим правом. 

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что суд принял решение в отношении имущества, которое у ООО «Технологический центр» отсутствует и не дал должной оценки судьбе спорного имущества после оспариваемых сделок, не установил новых собственников. Поясняет, что временный управляющий, зная о выбытии из владения                                             ООО «Технологический центр» одного из спорного автомобиля, действуя недобросовестно, настаивал именно на возврате имущества должнику. Считает, что спорное определение напрямую затрагивает интересы третьего лица, не привлеченного к участию в деле. Также, полагает, что  факт последующей продажи спорного имущества третьему лицу дополнительно подтверждает отсутствие у оспариваемых сделок признаков мнимости.

С точки зрения заявителя жалобы, Общество и ООО «Технологический центр» вопреки ошибочному мнению суда первой инстанции, не являются аффилированными лицами, никогда не были связанны органами управления, в хозяйственной деятельности друг друга никогда не принимали участия, указания или влияния на сторону никогда не оказывали. Отмечает, что факт оказания возмездных юридических услуг не подтверждает аффилированность сторон.

Кроме того, ООО «Технологический центр» считает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что факты участия спорных автомобилей в дорожно-транспортном происшествии и документы, подтверждающие затраты на их ремонт, не подтверждают уменьшение рыночной стоимости имущества. При этом, суд первой инстанции без назначения экспертизы самостоятельно установил, что на момент спорных сделок автомобили находились в исправном состоянии. Полагает, что несоответствие цены оспариваемых договоров рыночным условиям является признаком оспоримости, а не ничтожности данных сделок, соответствует специальным основаниям для их обжалования, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Заявитель жалобы также ссылается на недостоверность в ЕГРЮЛ сведений о юридическом адресе должника, что неоднократно устанавливалось инспекцией Федеральной налоговой службы по городу Новочебоксарск при проведении проверок достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

По мнению ООО «Технологический центр», суд первой инстанции сделал ошибочный и необоснованный вывод о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности и у должника имелась задолженность перед кредиторами и налоговым органом, а ООО «Технологический центр» знало об этом. Отмечает, что задолженности Общества перед налоговым органом и обществом с ограниченной ответственностью «Промресурс» (далее – ООО «Промресурс») возникли позднее оспариваемых сделок. Считает, что у              ООО «Технологический центр» отсутствовали безусловные основания для проверки должника на предмет наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, а имеющиеся у покупателя общедоступные сведения не позволяли ему установить отсутствие (наличие) признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества продавца по сделке.

С точки зрения  заявителя жалобы, оспариваемые сделки не могут быть признаны мнимыми, поскольку они были направлены на переход титула собственника и такой переход состоялся в установленном порядке. Оспариваемые сделки соответствуют положениям Гражданского кодекса Российской Федерации о сделках купли-продажи. Также оспариваемые сделки не могут быть признаны притворными, поскольку являются сделками купли-продажи. Поясняет, что конечным результатом оспариваемых сделок стало получение денежных средств продавцом и полное прекращение его прав собственности. 

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Конкурсный управляющий Общества ФИО4,                               ООО «Промресурс» и Управление Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике в отзывах указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, 24.02.2016 между Обществом (продавцом) в лице генерального директора ФИО8 и ООО «Технологический центр» (покупателем) в лице директора ФИО3 заключен договор купли-продажи автомобиля «VOLKSWAGEN 2H Amarok», 2013 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, категории «В», коричневого цвета; цена автомобиля согласована сторонами и составляет   100 000 руб., включая налог на добавленную стоимость.

Между этими же сторонами заключен договор купли-продажи                         от 16.03.2017  автомобиля «Mitsubishi L200 2.5», 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, категории «В», черного цвета; цена автомобиля согласована сторонами и составляет                            100 000 руб., включая налог на добавленную стоимость.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 04.06.2018 по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью «Поволжский Алюминий» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества.

Определением суда от 15.08.2018 в отношении Общества введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2.

Посчитав указанные договоры купли-продажи недействительными сделками, временный управляющий обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с рассматриваемым заявлением.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – 

Постановление

 № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи объектов незавершенного строительства и соглашения об урегулировании финансовых претензий свидетельствует совершение спорных сделок не в соответствии с их обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 Постановления № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять                        от продавца это имущество и уплатить за него цену – с другой.

Суд апелляционной инстанции установил факты родственных связей руководства и учредителей организаций продавца и покупателя спорных объектов; наличия у должника на дату заключения договора купли-продажи значительной кредиторской задолженности; продолжения использования спорного имущества должником после его реализации.

Оценив спорные договоры купли-продажи упомянутых транспортных средств на предмет наличия признаков их недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив факты родственных связей руководства и учредителей организаций продавца и покупателя спорных объектов; наличия у должника на дату заключения договора купли-продажи значительной кредиторской задолженности; продолжения использования спорного имущества должником после его реализации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что подлинная воля сторон договора не была направлена на установление правоотношений купли-продажи, подписанные Обществом и ООО «Технологический центр» договоры купли-продажи транспортных средств имеют признаки мнимых сделок, совершенных аффилированными (заинтересованными) лицами лишь для вида, без намерения сторон указанных сделок создать соответствующие им правовые последствия, при злоупотреблении правом, с целью вывода ликвидного имущества должника в подконтрольную организацию во избежание обращения на него взыскания, что свидетельствует об отсутствии у Общества действительного намерения продать это имущество. Представители участников сделок обеспечили сохранение спорного имущества и оставление его под контролем семьи. В результате совершения оспоренных сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в уменьшении размера имущества должника.

Суд первой инстанции справедливо расценил действия сторон договора купли-продажи транспортных средств в качестве недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания данных договора и соглашения недействительными (ничтожными) сделками в соответствии со статьями 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При установлении приведенных обстоятельств наличие либо отсутствие у Общества  на момент заключения оспоренных договоров признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества и осведомленность об этом другой стороны спорных сделок не имеет правового значения для признания этих сделок недействительными по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Оценив обстоятельства дела применительно к названной норме Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно признал должника и                   ООО «Технологический центр» заинтересованными лицами, поскольку учредителем ООО «Технологический центр» в период с 11.08.2014 по 22.11.2017 являлась ФИО9 – сестра учредителя и единственного исполнительного органа должника ФИО8.

При изложенных обстоятельствах ссылка заявителя жалобы на то обстоятельство, что Общество и ООО «Технологический центр» не являются аффилированными лицами не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку опровергается материалами дела.

Довод заявителя жалобы о том, что в настоящем случае временный управляющий намеренно, злоупотребляя правом, обратился с заявлением об оспаривании сделок в процедуре наблюдения в отсутствие законных оснований и полномочий, с целью обхода установленных Законом о банкротстве специальных норм и сроков для обжалования сделок должника, отклоняется судом апелляционной инстанции, как основанный на неверном толковании норм действующего законодательства.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 66 Закона о банкротстве временный управляющий вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок, а также требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных статьями 63 и 64 Закона о банкротстве.

В пункте 17 постановления № 63 разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью). В связи с этим после введения в отношении должника процедуры наблюдения и вплоть до завершения дела о банкротстве при предъявлении арбитражным управляющим иска о признании недействительной сделки должника (как оспоримой, так и ничтожной) и (или) о применении последствий недействительности сделки должника в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, суд: а) если заявление подано в суд, рассматривающий дело о банкротстве, - принимает и рассматривает это заявление как поданное в рамках дела о банкротстве, на что указывает в определении о его принятии; б) если заявление подано в другой суд - принимает его и передает в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 39 Кодекса в суд, ведущий дело о банкротстве, для рассмотрения как поданного в рамках дела о банкротстве, на что указывает в определении о принятии заявления и передаче дела. Иски должника о признании недействительными сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, предъявленные должником и принятые судом к производству до введения в отношении должника процедуры внешнего управления или конкурсного производства, подлежат рассмотрению в общем порядке вне рамок дела о банкротстве и после введения в отношении должника такой процедуры. Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 Кодекса.

Из изложенного следует, что положения статьи 4 Кодекса о праве на обращение в арбитражный суд, действующие во взаимосвязи с иными нормами Кодекса и Закона о банкротстве (в частности, его пунктом 1 статьи 61.8, согласно которому заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника) и с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 17 Постановления № 63, дают право временному управляющему на подачу заявления об оспаривании сделки по общим основаниям в рамках дела о банкротстве. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2017 № 305-ЭС17-10214 по делу № А40-93410/2016.

Суд апелляционной инстанции установил, что в заявлении об оспаривании сделок должника управляющим указано на ничтожность сделок на основании положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом изложенной правовой позиции, что подтверждается текстом заявления.

Таким образом, обращение временного управляющего с рассматриваемым заявлением не свидетельствует о недобросовестном поведении последнего.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что суд принял решение в отношении имущества, которое у ООО «Технологический центр» отсутствует и не дал должной оценки судьбе спорного имущества после заключения оспариваемых сделок, не установил новых собственников, не принимается судом апелляционной инстанции ввиду отсутствия документального подтверждения факта выбытия спорных автомобилей из фактического владения и пользования Общества. Суд апелляционной инстанции учитывает, что относительно факта выбытия транспортного средства заявителем в суде первой инстанции не указывалось. Справка, на которую ссылается заявитель жалобы от 24.10.2018, не была предъявлена в суд первой инстанции. Более того, указанная справка свидетельствует лишь о снятии транспортного средства с учета, а не о выбытии его из владения заявителя жалобы. Кроме того, в случае отсутствия у заявителя транспортного средства, последний не лишен права обратиться в суд за изменением способа исполнения судебного акта.  

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев довод жалобы о том, что принятое определение затрагивает права третьего лица, не привлеченного к участию в деле, отклоняет  его по следующим основаниям.

Судебный акт может быть признан принятым о правах и обязанностях не участвовавшего в деле лица лишь в том случае, если судебным актом устанавливаются права этого лица относительно предмета спора либо на него возлагаются какие-либо обязанности.

Как установлено судом апелляционной инстанции определение суда первой инстанции не содержит выводов относительно прав и обязанностей третьих лиц по отношению к одной из сторон спора, а, значит, не затрагивает прав и обязанностей указанных лиц.

Кроме того, в жалобе заявитель не указывает конкретное лицо, чьи права нарушены принятым судебных актом.

Довод заявителя апелляционной жалобы о  том, что судом первой инстанции без назначения судебной экспертизы установлено исправное состояние спорных транспортных средств, не принимается судом апелляционной инстанции.

На основании статьи 469 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. При этом договоры купли-продажи  от 24.02.2016 и от 16.03.2017 не содержат сведений о том, что транспортные средства находились в технически неисправном состоянии.

Несмотря на возражения ООО «Технологический центр» относительно технического состояния спорных транспортных средств, последний ходатайство о назначении по настоящему делу судебной экспертизы ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не заявлял.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» в силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

В случае, если такое ходатайство не поступило или согласие не было получено, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В разъяснение нормы части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 06.03.2012 № 12505/11 указал, что нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом изложенного суд первой  инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации применения последствий недействительности сделки,  в виде возврата в конкурсную массу Общества транспортных средств, переданных по договорам купли-продажи от 24.02.2016 и от 16.03.2017.

Суд апелляционной инстанции рассмотрел доводы апелляционной жалобы и признает их неправомерными по изложенным мотивам.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 03.04.2019 по делу № А79-5817/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Технологический центр» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи 

Ю.В. Протасов

   Е.А. Рубис