АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-15761/2015

г. Краснодар

15 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе:

председательствующего судьи Конопатова В.В., судей Андреевой Е.В., ФИО1, при участии в судебном заседании ФИО2 (лично, паспорт) и его представителя ФИО3 (доверенность от 21.11.2023), представителя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 19.08.2021), представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АЗС Дон-Кавказ» ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 23.01.2024), представителя Управления по вопросам семьи и детства администрации муниципального образования город Краснодар – ФИО8 (доверенность от 09.01.2024), в отсутствие в судебном заседании иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО4 и Управления по вопросам семьи и детства администрации муниципального образования города Краснодара на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.09.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2023 по делу № А32-15761/2015 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Маяк» ФИО9 о признании недействительным договора купли-продажи апартаментов от 24.01.2013, заключенного обществом с ограниченной ответственностью «АЗС ДонКавказ» и ФИО4, договора дарения апартаментов от 10.12.2013, заключенного ФИО4 и ФИО10, и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АЗС Дон-Кавказ», установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЗС Дон-Кавказ» (далее – должник) конкурсный управляющий ООО «Маяк» ФИО9 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи апартаментов № А28/FB301 с кадастровым номером 23:40:0404004:372 (площадью 79,3 кв.м), расположенных по адресу: 

<

...> этаж от 24.01.2013 (далее – апартаменты), заключенного должником и ФИО4, договора дарения апартаментов от 10.12.2013, заключенного ФИО4 и ФИО10, и применении последствий недействительности сделки.

Определением от 24.01.2022 к участию в деле привлечено Управление по вопросам семьи и детства администрации муниципального образования г. Краснодар (далее – управление). 

Определением суда первой инстанции от 28.09.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 10.12.2023, признан недействительным договор купли-продажи апартаментов от 24.01.2013, заключенный должником и ФИО4, договор дарения апартаментов от 10.12.2013, заключенный ФИО4 и ФИО10 Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО10 в лице ее законного представителя ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника апартаменты. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2, ФИО4 и управление обратились в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

По мнению ФИО2 и ФИО4, на момент заключения спорных договоров должник не обладал признаками неплатежеспособности. Податели жалоб полагают, что судами необоснованно признано транзитным перечисление денежных средств ФИО4 во исполнение спорного договора купли-продажи. ФИО4 указывает на то, что перечисленная ею сумма по договору купли-продажи пошла на погашение, в том числе, задолженности должника перед ООО «Дон-Кавказ» по договору займа от 09.02.2012, однако, установив, что указанное общество является аффилированным по отношению к должнику, суды сделали вывод о транзитном характере перечислений. В то же время, требования конкурсного кредитора ООО «Маяк» включены в реестр требований кредиторов на основании также указанного договора займа от 09.12.2012. Кроме того, податели жалоб полагают, что судами неправильно применены нормы об исчислении срока исковой давности обращения с рассматриваемым заявлением.

По мнению управления, обжалуемыми судебными актами нарушаются права несовершеннолетней ФИО10 Податель жалобы также считает, что срок исковой давности обращения с заявлением о признании сделок недействительными пропущен.

В отзыве на кассационную жалобу ООО «Ейский торговый дом» просило в удовлетворении кассационных жалоб отказать, судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО4, конкурсного управляющего должника и управления поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, АПК РФ), кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей и проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующему.

Как видно из материалов дела, определением от 15.05.2015 принято заявление о признании должника банкротом. Решением суда от 09.03.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО11

Судами установлено, что 24 января 2013 года должник (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключили договор купли-продажи апартаментов по цене 9 600 000 рублей. Государственная регистрация перехода права собственности произведена 11.02.2013. Денежные средства ФИО4 переведены должнику 28 и 29 января 2013 года в размере 9 522 824 рублей, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника.

ФИО4 (даритель) и ФИО10 (одаряемый) в лице законного представителя ФИО2 заключили договор дарения от 10.12.2013 спорного имущества; переход права собственности зарегистрирован 31.12.2013.

15 октября 2021 года конкурсный управляющий ООО «Маяк» (конкурсный кредитор) обратился с заявлением о признании взаимосвязанных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

Судами установлено наличие у заявителя (ООО «Маяк»), как у конкурсного кредитора, права на подачу заявления об оспаривании сделок в силу пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, ввиду превышения размера его требований десяти процентов от общей суммы кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается.

Принимая во внимание наличие у должника на дату совершения сделок неисполненных обязательств перед уполномоченным органом, аффилированность сторон оспариваемых договоров, суды пришли к выводу о наличии оснований для признания спорных договоров как взаимосвязанных сделок ничтожными по признаку мнимости со ссылкой на статью 10 Гражданского кодекса. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)№ (далее – постановление № 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса (пункт 4 постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"»). В то же время, исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, квалификация по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.

Одним из обязательных признаков недействительности подозрительной сделки является причинение вреда кредиторам должника. В силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9 АПК РФ) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ), факт причинения вреда должен доказываться лицом, оспаривавшим сделку. Его процессуальный оппонент несет бремя опровержения этих обстоятельств.

В суде первой инстанции ответчиками было заявлено о пропуске конкурсным кредитором срока исковой давности обращения с рассматриваемым заявлением.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Судами установлено, что определением от 17.07.2015 требования ООО «Маяк» в сумме 110 911 054 рубля 4 копейки включены в реестр требований кредиторов. Также определением от 31.12.2015 требования ООО «Маяк» в сумме 16 090 687 рублей 88 копеек включены в третью очередь реестра требовании? кредиторов должника.

11 октября 2016 года между ООО «Маяк» и ООО «Загротторг» заключен договор уступки прав требовании?, по условиям которого ООО «Маяк» передало ООО «Загротторг» право требования к ООО «АЗС Дон-Кавказ» в сумме 127 001 741 рубль 92 копейки, возникшие на основании договоров уступки права требования от 25.03.2014 № 01-у; от 25.03.2014 № ДЦ-095-14. Впоследствии (01.12.2017) между ООО «Загротторг» и ООО «Агростандарт» заключен договор уступки прав требовании?, а 26.03.2018 между ООО «Агростандарт» и ФИО12 заключен договор уступки прав требовании? указанной задолженности.

На основании указанных договоров уступки прав требования в рамках дела о банкротстве должника определениями от 02.03.2017 и 26.04.2018 последовательно производилась процессуальная замена кредиторов (за исключением последнего – ФИО12).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Маяк» (дело № А32-2272/2017) конкурсный управляющий ФИО9 оспорила указанные сделки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.04.2020 в удовлетворении заявления отказано. Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2020, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.12.2020, определение от 23.04.2020 отменено, договор уступки права требования от 11.10.2016, заключенный ООО «Маяк» и ООО «Заготторг» и договор уступки права требовании? от 01.12.2017, заключенный ООО «Заготторг» и ООО «Агростандарт», признаны недействительными; в качестве последствии? недействительности сделок восстановлено право требования ООО «Маяк» к должнику, возникшее на основании договоров уступки права требования от 25.03.2014 № 01-у, от 25.03.2014 № ДЦ-095-14 на сумму 127 001 741 рубль 92 копейки. В удовлетворении требования о признании недействительным договора уступки права требования, заключенного ООО «Агростандарт» и ФИО12, отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Маяк» ФИО9 обратился с заявлением о пересмотре определений арбитражного суда от 02.03.2017 и 26.04.2018 о процессуальной замене кредиторов в реестре требований кредиторов должника по вновь открывшимся обстоятельствам. 

Решением от 10.03.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.07.2021 и постановлением суда округа от 10.09.2021, отменены определения от 02.03.2017 о замене кредитора в порядке процессуального правопреемства ООО «Маяк» на ООО «Заготторг» и определение от 26.04.2018 о замене кредитора в порядке процессуального правопреемства ООО «Заготторг» на ООО «Агростандарт».

Отказывая в применении срока исковой давности в рассматриваемом случае, суд первой инстанции указал, что такой срок для конкурсного управляющего ООО «Маяк» начал течь с момента вынесения решения от 10.03.2021.

Суд апелляционной инстанции не согласился с указанным выводом суда апелляционной инстанции и исходил из того, что в данном случае обстоятельства, являющиеся основанием для оспаривания сделок могли стать известны конкурсному управляющему ООО «Маяк» ФИО13 не ранее 17.10.2020, то есть с даты восстановления требований ООО «Маяк» в реестре требований кредиторов должника, при этом апелляционный суд также пришел к выводу о том, что выводы суда первой инстанции не привели к принятию неправильного судебного акта, так как необходимый  годичный срок исковой давности ни в первом, ни во втором случае конкурсным управляющим ООО «Маяк» не пропущен.

Принимая во внимание наличие задолженности перед уполномоченным органом, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, суды пришли к выводу о том, что на дату совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Суды, исследуя вопрос об аффилированности сторон, установили, что ФИО2 согласно выписки из ЕГРЮЛ с 02.12.2002 является единственным учредителем должника. ФИО4 является супругой ФИО2, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается. ФИО10 является дочерью ФИО2 и ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении от 07.03.2013. 

Таким образом, суды пришли к выводу о наличии заинтересованности между должником и ответчиками.

Делая вывод о ничтожности оспариваемых сделок, суды указали, что перечисленные ФИО4 денежные средства по договору купли-продажи от 24.01.2013 в этот же день перечислены должником на расчетный счет ООО «Дон-Кавказ» тремя платежами в размере 1 327 000 рублей, 3 900 000 рублей и 4 296 000 рублей с указанием в назначении платежа на возврат займов по договорам от 09.02.2012, 22.12.2011, 20.12.2011. Принимая во внимание аффилированность должника и ООО «Дон-Кавказ» (ранее 96 % доли уставного капитала принадлежало должнику, 05.02.2013 на основании решения № 1 учредителя общества должник вышел из состава учредителей общества), суды пришли к выводу о том, что денежные средства перечислялись транзитом. 

Ссылаясь на статью 10 Гражданского кодекса, применительно к вышеуказанному выводу, суды признали спорные договоры недействительными сделками, применив последствия недействительности в соответствии со статьей 61.6. Закона о банкротстве.

Между тем судами не учтено следующее. 

Признавая оспариваемые договоры недействительными сделками не по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, судами не принято во внимание следующее.

Действительно, само по себе признание сделки недействительной (ничтожной) по мотиву злоупотребления сторонами (стороной) правом не противоречит действующему законодательству с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзаце 4 пункта 4 постановления № 63.

Вместе с тем, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности, аффилированности сторон оспариваемых договоров, сделки, направленной на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства, охватывается диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Квалифицировав оспариваемые взаимосвязанные сделки как ничтожные, суды не указали, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделок обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, суды пришли к выводу о транзитном характере перечислений ФИО4 денежных средств должнику по договору купли-продажи апартаментов.

Транзитное движение денежных средств, оформленное договорами, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10).

Транзитный характер расчетов означает замкнутость схемы проведения расчетных операций, приводящей к возврату денежных средств плательщику без реального приобретения получателем платежа  соответствующего экономического блага.

Между тем судами не установлена конкретная схема движения денежных средств по договору купли-продажи. В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что денежные средства, перечисленные ФИО4 должнику 28 и 29 января 2013 года и предназначенные для погашения задолженности по договору купли-продажи апартаментов, были получены ею от должника, либо ООО «Дон-Кавказ», которому впоследствии они и вернулись в качестве исполнения обязательств должника по договорам займа.

Как неоднократно пояснял представитель ФИО4, ответчица вела активную предпринимательскую деятельность, связанную со сдачей в аренду и управлением грузовой техникой, от которой получала постоянный доход. В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие ее финансовую возможность по приобретению спорных апартаментов, а именно: налоговые декларации, договоры займа. Однако указанные доводы и представленные в материалы дела доказательства оставлены судами без внимания.

 

Кроме того, признавая фактически отсутствие заемных правоотношений по договорам от 09.02.2012, 22.12.2011, 20.12.2011 между должником и ООО «Дон-Кавказ» суды указали на то, что должник и общество являются аффилированными лицами, между ними использовался формальный документооборот без цели создания реальных правовых последствий. 

Между тем, как следует из материалов электронного дела, ООО «Дон-Кавказ» 25.03.2014 уступило ООО «Маяк» право требования по 12 договорам займа, в том числе и по договору от 09.02.2012, на общую сумму 80 891 737 рублей 36 копеек. Наличие задолженности должника по указанным договорам займа послужило основанием для включения требований ООО «Маяк» в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, судами оставлены без должного внимания доводы подателей жалоб о том, что за счет средств, поступивших на расчетный счет должника по спорному договору купли-продажи апартаментов от ФИО4, частично погашена задолженность ООО «Дон-Кавказ» по договору займа от 09.02.2012, право требования по которому впоследствии уступлено ООО «Маяк» и включено в реестр требований кредиторов.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что судами не определена правовая природа денежных средств и их принадлежность по отношению к должнику, не указано, в чем именно заключался транзитный характер перечисленных ФИО4 денежных средств в счет оплаты по оспариваемой сделке, если таковой имелся, а также не установлена финансовая возможность ФИО4 приобрести спорные апартаменты.

Кроме того, исследовав и оценив доводы о пропуске срока исковой давности, суды обеих инстанций не учли, что согласно постановлению Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 8194/13 при оспаривании сделок юридического лица в случае, если соответствующие органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании, применима правовая позиция, сформулированная в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» об исчислении срока исковой давности не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Указанные обстоятельства в отношении лиц (ООО «Маяк», ООО «Заготторг», ООО «Агростандарт»), последовательно включаемых в реестр требований кредиторов должника, судами не исследовались и не устанавливались; выводы о незаинтересованности указанных лиц в оспаривании сделок судебные акты не содержат. 

Следовательно, суждение судов об отсутствии оснований для применения срока исковой давности в рассматриваемом случае является преждевременным.

Принимая во внимание то, что суды при разрешении настоящего спора не обеспечили полноту исследования всех обстоятельств, которые могли бы повлиять на выводы суда, неправильно применили нормы материального права, учитывая, что допущенные нарушения могут быть устранены только при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, судебные акты подлежат отмене, обособленный спор на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.09.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2023 по делу № А32-15761/2015 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                                     В.В. Конопатов

 

Судьи                                                                                                            Е.В. Андреева 

 

                                                                                                                        ФИО1