452/2023-61834(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А75-14666/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 19 октября 2023 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Сергеевой Т.А., судей Туленковой Л.В.,  ФИО1 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «Газпром газификация» на решение от 14.02.2023 Арбитражного суда  Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Яшукова Н.Ю.) и постановление  от 15.05.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Солодкевич Ю.М.,  Рожков Д.Г., Тетерина Н.В.) по делу № А75-14666/2022 по иску общества с ограниченной  ответственностью «Газпром газификация» (194044, 

<

...>, литера А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к муниципальному унитарному предприятию «ЖЭК-3» Ханты-Мансийского района  (628516, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

об урегулировании разногласий по договору. 

Суд установил: 

общество с ограниченной ответственностью «Газпром газификация» (далее – истец,  общество, единый оператор газификации) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к муниципальному унитарному  предприятию «ЖЭК-3» Ханты-Мансийского района (далее – ответчик, предприятие,  газораспределительная организация) об урегулировании разногласий по пункту 4  договора о финансировании мероприятий по технологическому присоединению в рамках  догазификации от 31.03.2022 № Ф05-152/2022 (далее – договор).  

Решением от 14.02.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 15.05.2023 Восьмого  арбитражного апелляционного суда, разногласия урегулированы.  

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество обратилось  с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять  новый судебный акт, изложив пункт 4 договора в редакции истца.  

В кассационной жалобе заявитель ссылается на нарушение судами норм  

материального и процессуального права, создание преимущества газораспределительной  организации отказом в согласовании банковской гарантии без предоставления  соразмерного встречного предоставления по договору, игнорирование интересов истца  

в спорном правоотношении, принятие несправедливой редакции спорного пункта  договора при недобросовестном поведении ответчика, неверное распределение бремени  доказывания и нарушение принципа непосредственного исследования доказательств  

по делу. 

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте  проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие  их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых  по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.  

Судами установлено, что общество является единым оператором газификации,  предприятие - газораспределительной организацией.  

В целях осуществления мероприятий по догазификации предприятие направило  обществу договор о финансировании мероприятий по технологическому присоединению  в рамках догазификации, в процессе согласования условий которого у сторон возникли  разногласия, вследствие чего общество обратилось в арбитражный суд с настоящим  иском.  

Рассматривая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались  статьями 113, 294, 295, 329, 336, 421, 426, 445, 446 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ), статьей 18 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ  «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», пунктами 9, 10, 11  Правил взаимодействия единого оператора газификации, регионального оператора  газификации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов  публичной власти федеральных территорий и газораспределительных организаций,  привлекаемых единым оператором газификации или региональным оператором  газификации, при реализации мероприятий межрегиональных и региональных программ  газификации жилищно-коммунального хозяйства, промышленных и иных организаций,  утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.09.2021   № 1550 (далее – Правила № 1550), пунктом 11 информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2000 № 56 «Обзор  практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с договорами на участие  в строительстве» и урегулировали разногласия сторон, приняв пункт 4 договора  

в редакции, исключающей условие о предоставлении банковской гарантии,  обязательность которой законом не установлена.  

Оценив кассационные доводы, суд округа приходит к выводу о правильном  разрешении судами обеих инстанций спора по существу.  

Статьей 446 ГК РФ предусмотрено, что в случаях передачи разногласий, возникших  

при заключении договора, на рассмотрение суда, условия договора, по которым у сторон  имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.  

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются  по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия  предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными  правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения  (статья 422 ГК РФ).  

Правилами № 1550 определен порядок взаимодействия сторон при реализации  мероприятий межрегиональных и региональных программ газификации жилищно-коммунального хозяйства, промышленных и иных организаций.  

На основании пунктов 10 и 11 Правил № 1550 финансирование мероприятий  по технологическому присоединению в рамках догазификации, реализуемых  газораспределительной организацией, осуществляется единым оператором газификации  или региональным оператором газификации путем заключения следующих видов  договоров по выбору газораспределительной организации: договора о финансировании  мероприятий по технологическому присоединению в рамках догазификации по форме  согласно приложению № 1 к названным Правилам; инвестиционного договора  

по выполнению мероприятий по технологическому присоединению в рамках  догазификации по форме согласно приложению № 2 к Правилам; иного гражданско-правового договора по выполнению мероприятий по технологическому присоединению  

в рамках догазификации. 

Газораспределительная организация направляет единому оператору газификации  или региональному оператору газификации подписанный со своей стороны договор,  выбранный газораспределительной организацией из названных выше видов договоров.  

Единый оператор газификации или региональный оператор газификации направляет  подписанный со своей стороны договор в адрес газораспределительной организации  

не позднее 10 дней с даты получения договора. При несогласии с условиями договора единый оператор газификации 

или региональный оператор газификации направляет в адрес газораспределительной  организации протокол разногласий. Газораспределительная организация направляет  подписанный ею протокол разногласий единому оператору газификации  

или региональному оператору газификации не позднее 5 рабочих дней со дня получения  протокола разногласий. В случае несогласия газораспределительной организации  

с протоколом разногласий газораспределительная организация, или единый оператор  газификации, или региональный оператор газификации вправе обратиться  в суд для урегулирования разногласий. При этом до принятия решения суда договор  считается заключенным на условиях, выбранных газораспределительной организацией.  

В силу пункта 23 Правил № 1550 единый оператор газификации или региональный  оператор газификации, профинансировавший по договору мероприятия  

по технологическому присоединению в рамках догазификации, на условиях и в порядке,  

установленных гражданским законодательством, по согласованию с соответствующей  газораспределительной организацией вправе получить от газораспределительной  организации: в собственность имущество, в том числе созданное с использованием  финансовых средств единого оператора газификации или регионального оператора  газификации; в собственность ценные бумаги, акции, паи, доли в уставном капитале  газораспределительной организации; предоставленные финансовые средства в денежной  форме, в том числе получив от газораспределительной организации средства  

от применения ею специальной надбавки к тарифам на услуги по транспортировке газа по газораспределительным сетям. 

Указанные положения содержат диспозитивный перечень механизмов,  обеспечивающих возмещение имущественной сферы единого оператора газификации,  предоставившего финансирование, наряду с вытекающим из существа рассматриваемого  способа механизмом возврата предоставленного финансирования.  

Главой 23 ГК РФ установлены порядок и способы обеспечения исполнения  обязательств, одним из которых является банковская гарантия.  

Выдача банковской гарантии является абстрактной сделкой, не зависящей  от основания (каузы), для которой не характерно присущее абсолютному большинству  способов обеспечения обязательств свойство, именуемое акцессорностью объема.  

Это значит, что кредитор в обеспечительном правоотношении (бенефициар) может  истребовать исполнение у гаранта в объеме большем, чем мог бы получить от должника  в основном (магистральном) правоотношении. При этом гарант не вправе выдвигать  против бенефициара возражения относительно состоявшегося частичного или полного  исполнения обязательства принципалом. Сказанное следует из смысла норм,  содержащихся в пункте 1 статьи 368, пункте 1 статьи 370 ГК РФ.  

Применение подобного обеспечения также возлагает на должника необходимость  несения дополнительных расходов, связанных с получением банковской гарантии.  

Предоставление банковской гарантии не предусмотрено положениями Правил   № 1550, в связи с чем согласование такого условия сторонами настоящего спора  подчинено общим правилам гражданского законодательства о заключении договора  (статьи 1, 421, 422 ГК РФ).  

В соответствии с правовыми позициями, изложенными в определениях  Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2015 № 305-ЭС15-513, от 21.12.2015   № 305-ЭС15-11564, от 03.10.2016 № 308-ЭС16-7310, от 26.12.2016 № 308-ЭС16-7314,  при отсутствии соглашения сторон по содержанию условия договора и наличии  диспозитивной нормы, регулирующей спорное отношение, таковое условие должно  определяться судом в соответствии с общим правилом диспозитивной нормы,  содержащим наиболее оптимальный баланс интересов сторон договора.  

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,  обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные  обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя  

из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований  и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).  

Исследовав и оценив представленные в материалы судебного дела доказательства  в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, исходя из специфики  сложившихся между сторонами правоотношений, обусловленных реализацией  государственной программы догазификации, принимая во внимание, что предложенная  предприятием редакция спорного условия соответствует Правилам № 1550,  обязательность банковской гарантии законом не предусмотрена, констатировав  несогласие предприятия на включение условий об обеспечении обязательства в договор,  основываясь на принципе свободы договора, суды пришли к аргументированному выводу  об урегулировании разногласий сторон, исключив спорное условие из пункта 4 договора.  

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой  и апелляционной инстанций в рамках конкретного дела, которые в силу присущих  им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия  и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело  на основе установления и исследования всех его обстоятельств.  

Задача суда при разрешении преддоговорного спора заключается в создании между  сторонами договорной связи, когда часть условий, о редакции которых стороны не могут  договориться путем свободного согласования своих автономных воль, определяется  властью суда на основании судебного понимания должного баланса интересов сторон  через призму императивных и диспозитивных норм права, регулирующих спорные  отношения.  

Разрешение судом спора при возникновении разногласий по конкретным условиям  договора имеет своей целью внесение определенности в правоотношения сторон  

и установление условий договора в соответствии с требованиями действующего  законодательства (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 31.01.2012 № 11657/11).  

Как указано в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее -  Постановление № 16), если норма не содержит явно выраженного запрета  

на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного  в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 приведенного  постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная. В таком случае отличие  условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить  основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными  по статье 168 ГК РФ.  

Изложенное означает, что диспозитивный характер предписывающей нормы,  которая регулирует права и обязанности сторон договора и не сопровождается прямым  законодательным запретом договариваться об ином, предполагается (презумпция  

диспозитивности).  

При возникновении вопроса о характере нормы, регулирующей права и обязанности  по договору и не имеющей текстуального атрибута императивности, необходимо  указывать, каким образом существо законодательного регулирования спорного договора,  необходимость защиты особо значимых интересов слабой стороны, публичного интереса,  интересов третьих лиц, или недопущение грубого нарушения баланса интересов сторон  предопределяют императивность этой нормы (пункт 3 Постановления № 16).  

Сказанное согласуется с устоявшейся судебной практикой высших судебных  инстанций (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 02.06.2022   № 23-П, определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2015  

 № 305-ЭС15-6784, от 29.03.2016 № 306-ЭС15-16624, от 25.08.2016 № 301-ЭС16-4469). Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении 

от 28.01.2010 № 2-П, свобода договора может быть ограничена лишь федеральным  законом, но только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ  конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других  лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Это корреспондирует  положениям статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных  свобод, в силу которой право каждого физического и юридического лица на уважение  

и защиту принадлежащей ему собственности (и, соответственно, свобода пользования  имуществом, в том числе для осуществления предпринимательской деятельности)  

не умаляет право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему  представляются необходимыми для контроля за использованием собственности согласно  общим интересам.  

При этом принцип свободы договора является фундаментальным частноправовым  принципом, основополагающим началом для организации современного рыночного  оборота, его ограничения могут быть допущены лишь в крайних случаях в целях защиты  интересов и экономических ожиданий третьих лиц, слабой стороны договора  (потребителей), основ правопорядка или нравственности или интересов общества в целом  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  

от 05.11.2013 № 9738/13). 

Поскольку арбитражный суд при урегулировании разногласий, возникших  при заключении договора, не вправе включать в него несогласованное сторонами условие,  если содержание этого условия не предусмотрено законом или иным правовым актом,  у судов отсутствовали правовые основания для принятия спорного условия  в предложенной истцом редакции.  

Ссылаясь на наличие определенного стандарта поведения, ожидаемого от любого  участника гражданского оборота, вступающего в спорные правоотношения, общество,  

по сути, просит о включении в договор положения об обеспечении исполнения договора  ответчиком путем предоставления банковской гарантии, не учитывая его волеизъявление  о несогласии на включение в условия договора соответствующих положений.  

Судами правомерно отказано в принятии спорного условия о банковской гарантии,  поскольку в настоящем случае обязательное предоставление испрашиваемого  обеспечения, как и предоставление иного способа обеспечения исполнения обязательства  по возврату суммы финансирования в рамках рассматриваемого договора,  не предусмотрено нормами права, регулирующими данные правоотношения.  

Аргументы общества о том, что судами не учтены его интересы в урегулированных  договором правоотношениях при рассмотрении дела, создано преимущество  

для предприятия, которое освобождено от уплаты процентов за пользование денежными  средствами, не принимаются судом округа, поскольку мотивированно отклонены  апелляционной коллегией со ссылкой на предусмотренную законодателем конструкцию  договора о финансировании мероприятий в рамках догазификации, не предполагающую  начисление таких процентов.  

Суждения кассатора о злоупотреблении правом со стороны газораспределительной  организации не соответствуют установленным обстоятельствам, представленным в дело  доказательствам, являются несостоятельными.  

Ссылка на представленное в иное дело доказательство (письмо об отсутствии у АО «Газпромбанк» возможности выдачи банковской гарантии на 50 лет) 

не свидетельствует о нарушении судами основополагающих принципов арбитражного  процесса, поскольку выводы о неправомерности требования общества о включении  спорного условия об обеспечении обязательства в договор сделаны судами на основании  аргументированной оценки относимости, допустимости, достоверности и взаимной связи  доказательств в их совокупности, всестороннего и полного исследования обстоятельств  по делу с учетом подлежащих применению норм материального права.  

По существу, доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию  с выводами судов относительно фактов, направлены на переоценку имеющихся в деле  доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами.  Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях  исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального  и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела  

по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном  суде кассационной инстанции»).  

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального  и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются  основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено. Кассационная  жалоба удовлетворению не подлежит.  

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате  государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный  

суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение от 14.02.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа -  Югры и постановление от 15.05.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда  по делу № А75-14666/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу –  без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий Т.А. Сергеева 

Судьи Л.В. Туленкова  

ФИО1