Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-14793/2016

г. Владивосток

09 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 июля 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарями судебного заседания А.В. Панасюком, В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-7060/2024 

на определение от 15.11.2024 

судьи Р.Ш. Ярмухаметова

по делу № А51-14793/2016 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 

о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2 незаконными, взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО2,

заинтересованные лица: Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии в лице Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю, Ассоциация Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих; акционерное общество Страховая группа «Спасские ворота», акционерное общество «Национальная страховая компания «Татарстан» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов», общество с ограниченной ответственностью СК «Арсеналъ», общество с ограниченной ответственностью «ЦСО», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Содействие»

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Тихоокеанская лизинговая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества управляющей компании «Тополиная аллея» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации 20.11.2007, 

<

...>, каб. 306),

лица, участвующие в деле, до и после перерывов не явились,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Тихоокеанская лизинговая компания» обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании закрытого акционерного общества Управляющая компания «Тополиная аллея» (далее – ЗАО УК «Тополиная аллея», компания, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 05.07.2016 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением суда от 12.08.2016 в должника введена процедура наблюдения сроком на шесть месяцев, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 08.02.2017 (резолютивная часть от 01.02.2017) должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2 (далее – арбитражный управляющий ФИО2, ответчик).

Определением суда от 20.10.2022 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 17.11.2022 новым конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – заявитель, конкурсный управляющий).

ФИО1 30.08.2023 обратился в суд с заявлением о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2, взыскании с ФИО2 в конкурсную массу ЗАО УК «Тополиная аллея» убытков в размере 12 522 409,50 руб. С учетом принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнений, заявитель просил признать незаконными:

- бездействие ФИО2, выразившееся в непринятии мер по надлежащему получению документов, необходимых для проведения процедур банкротства, в том числе по истребованию документов у бывших руководителей должника, у третьих лиц, от Государственной инспекции безопасности дорожного движения (далее – ГИБДД), в непринятии мер по оспариванию договора купли-продажи транспортного средства HYUNDAI MIGHTY 2013 года выпуска, шасси (кузов): 

<

***> (далее – транспортное средство, автомобиль), по истребованию в конкурсную массу должника транспортного средства, по обжалованию сделок должника, по подаче в установленные гражданским законодательством Российской Федерации сроки заявления о включении в реестр требований кредиторов должника открытого акционерного общества «Радиоприбор» (далее – ОАО «Радиоприбор», реестр ОАО «Радиоприбор») в размере 10 822 409,50 руб. в рамках дела № А51-26703/2015;

- действия ФИО2 по заключению договора купли-продажи транспортного средства, которые привели к выбытию из конкурсной массы автомобиля и возникновению убытков в размере стоимости транспортного средства (1 700 000 руб.);

- действия ФИО2, которые совершены в интересах общества с ограниченной ответственностью «Клининг Оптима» (далее – ООО «Клининг Оптима»), выразившиеся в подаче и поддержке ходатайства об отмене обеспечительных мер, принятых определением Арбитражного суда Приморского края от 27.09.2017, в подаче и поддержке ходатайства об исправлении опечатки, которое удовлетворено определением Арбитражного суда Приморского края от 25.11.2019.

Определениями суда от 05.09.2023, 10.10.2023, 07.11.2023 к участию в рассмотрении обособленного спора привлечены: Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии в лице Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю, Ассоциация Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих; акционерное общество «Страховая группа «Спасские ворота», акционерное общество «НСК Татарстан», общество с ограниченной ответственностью «ЦСО», общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь» (в настоящее время переименовано в общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Содействие»).

Определением суда от 15.11.2024 (резолютивная часть объявлена 07.11.2024) в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить. 

В обосновании своей позиции апеллянт указал на то, что ФИО2 мер, направленных на принуждение руководителя передать документацию в судебном порядке, не принимал, как и не осуществлял иных действий, направленных на поиск документации. Как полагает апеллянт, такое противоправное бездействие ответчика лишило его возможности полноценно исполнить возложенные на него обязанности: достоверно оценить имущественное положение должника и принять эффективные и своевременные меры для формирования конкурсной массы, в том числе путем обжалования сделок должника, привело к убыткам в размере 10 822 409,50 руб.

Отметил, что в период руководства ФИО2 должником совершена сделка от 20.02.2017 об отчуждении транспортного средства должника за 50 000 руб., по цене, многократно заниженной, в отсутствие поступления в конкурсную массу должника денежных средств. О наличии в собственности должника данного транспортного средства ФИО4 знал. По мнению апеллянта, действия ответчика по заключению названного договора, а также его бездействие по непринятию мер по истребованию необходимой информации из органов ГИБДД являются незаконными. Не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что заявитель, обращаясь в суд с настоящим требованием, пытается переложить ответственность с контролирующих должника лиц (далее – КДЛ) на бывшего конкурсного управляющего.

Сослался на то, что ФИО2 действовал в интересах третьего лица при подаче заявления об отмене обеспечительных мер в отношении ООО «Клининг Оптима», при этом наличие этих мер не препятствовало ответчику реализовывать возложенные нанего полномочия, напротив, снятие обеспечительных мер позволило заврешить процедуру ликвидации ООО «Клининг Оптима», что привело к невозможности заявления каких-либо требований к этой организации.

Настаивает на том, что ФИО2 незаконно бездействовал при непринятии мер по включению в реестр ОАО «Радиоприбор» задолженности в сумме 10 882 409,50 руб., при том, что указанная возможность в настоящее время утрачена, так как определением суда от 19.09.2023 по делу № А51-26703/2015 отказано во включении в реестр ОАО «Радиоприбор» требований компании по причине пропуска срока исковой давности. 

Определением апелляционного суда от 10.12.2024 ходатайство апеллянта о предоставлении отсрочки по уплате государственной пошлины удовлетворено, апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 15.01.2025. Определением апелляционного суда от 19.12.2024 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 27.01.2025.

Впоследствии, судебное разбирательство откладывалось определениями суда от 27.01.2025, 25.02.2025, 24.03.2025, 29.04.2025; последним определением судебное заседание отложено на 28.05.2025.

На основании определений суда от 20.03.2025, 23.05.2025, 17.06.2025, 27.06.2025 в судебном составе, рассматривающем настоящее дело, производилась замена судей, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ начиналось сначала в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ.

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции в материалы дела, в порядке положений 66, 81, 262 АПК РФ, поступили:

- письменный отзыв ФИО5 на апелляционную жалобу, по тексту которой выражено согласие с доводами апеллянта. В обоснование своей позиции ФИО5 указывает на несоответствие материалам дела вывода суда о том, что требования не подлежат удовлетворению, так как контролирующим должника лицом не переданы документы арбитражному управляющему ФИО2, а последний был лишен возможности в полной мере осуществить конкурсные мероприятия в отношении должника. Обращает внимание, что на дату утверждения конкурсным управляющим должником ФИО6 владел информацией о спорном транспортном средстве, но при этом не предпринимал действий по сбору информации и документации в отношении него. Указывает, что им не выдавались доверенности или поручения по продаже имущества должника. Полагает, что все документы после 01.02.2017 со стороны должника могут быть составлены и подписаны исключительно конкурсным управляющим. Управляющий после назначения не предпринимал каких-либо действий по истребованию из органов ГИБДД сведений о транспортном средстве. Ответчик не принимал мер по поиску документации должника. Данный отзыв приобщен к материалам дела;

- дополнительные пояснения апеллянта от 24.02.2025, к которым приложены дополнительные доказательства. В заседании 25.02.2025 они приобщены к материалам дела в порядке 159, 184, 185, 268 АПК РФ, как имеющие отношение к рассматриваемому спору. Также от заявителя поступили дополнительные пояснения от 02.03.2025, 31.03.2025, 22.05.2025, которые приобщены к материалам дела,

- ответы на запросы суда от государственных органов, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании 28.05.2025 и далее в порядке статей 163, 184, 185 АПК РФ объявлялись перерывы до 11.06.2025, 18.06.2025, 02.07.2025.

В судебные заседания лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле. При этом от заявителя в суд поступило ходатайство о рассмотрнеии апелляционной жалобы в его отсутствие.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней, отзыва на нее, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве, рассматриваются жалобы кредиторов на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и (или) законные интересы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства, в том числе о разногласиях, возникших между арбитражным управляющим, кредиторами и (или) должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов, жалобы на действия (бездействие) арбитражных управляющих, на решения собрания или комитета кредиторов, иные обособленные споры по заявлениям лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

По смыслу статьи 60 Закона о банкротстве основанием для удовлетворения жалобы о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей), и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов подателя жалобы.

Общие требования, предъявляемые Законом о банкротстве к деятельности арбитражного и конкурсного управляющих (пункт 4 статьи 20.3, статьи 129), обязывают их действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. В конкурсном производстве усилия конкурсного управляющего должны быть направлены на наиболее полное и соразмерное удовлетворение требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве), для чего он наделен широкими полномочиями для пополнения конкурсной массы (статья 129 Закона о банкротстве).

Вопросы возмещения убытков, причиненных должнику арбитражным управляющим, не исполнявшим или ненадлежаще исполнявшим свои обязанности, регулируются пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, а также общими положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

В абзаце шестом названного пункта информационного письма указано, что в ряде дел конкурсные управляющие были отстранены в связи с непредъявлением требования о взыскании дебиторской задолженности в пределах срока исковой давности; в связи с необеспечением сохранности имущества должника, в результате чего оно погибло; в связи с незаявлением о пропуске срока исковой давности при предъявлении одним из кредиторов требования к должнику для его включения в реестр требований кредиторов. Во всех этих случаях судом было указано на возможность причинения убытков должнику или его кредиторам: при непредъявлении требования в пределах срока исковой давности - в сумме требования, невозможного ко взысканию; при утрате имущества - в размере стоимости утраченного имущества; при незаявлении о пропуске срока исковой давности при установлении требования в реестре требований кредиторов - в сумме заявленного требования, по которому к моменту его предъявления истек срок исковой давности.

Обращаясь с заявлением (с учетом принятых уточнений) о признании действий (бездействия) ответчика незаконными и взыскании с него убытков, конкурсный управляющий сослался на содержащуюся в ответе ГИБДД от 05.12.2022 информацию, из которой следует, что 18.06.2013 за должником был зарегистрирован указанный выше автомобиль, который 20.02.2017 отчужден за 50 000 руб. ФИО7, в дальнейшем автомобиль перепродан 18.10.2017, 28.02.2019, 02.02.2022 по цене 1 700 000 руб. Указанное, по мнению заявителя, свидетельствует о том, что сделка от 20.02.2017 подлежала оспариванию как совершенная при неравноценном встречном предоставлении, с нарушением установленного статьей 139 Закона о банкротстве порядка. Однако ФИО2 данная обязанность не исполнена, в связи с чем с него подлежат взысканию убытки в размере фактической стоимости автомобиля 1 700 000 руб. Заявитель отметил, что все документы должника после 01.02.2017 – даты открытия конкурсного производства могли быть составлены и подписаны со стороны должника исключительно конкурсным управляющим, что указывает на ничтожность договора купли-продажи автомобиля; о наличии в собственности должника автомобиля ответчику как представителю временного управляющего должником стало известно еще 11.10.2016, исходя из ответа ГИБДД от 05.10.2015 № 2522з, на котором проставлена отметка «вх. 11.10.2016 Павловский», однако какие-либо запросы в ГИБДД не направлены, меры по истребованию документов у бывших руководителей должника в связи с их непередачей в добровольном порядке не принимались.  

Также заявитель сослался на то, что 17.03.2016 между должником в лице генерального директора ФИО5 и ООО «Клининг Оптима» заключен договор возмездной уступки прав (цессии) № У-1 (далее – Договор цессии от 17.03.2016), согласно которому должник уступил право требования задолженности в размере 7 049 816,33 руб., возникшей из договора от 20.05.2015 № 556-15р, заключенного между должником и АО «Центр судоремонта «Дальзавод», при этом ООО «Клининг Оптима» оплату за уступленное право требования должнику не произвело. Кроме того 01.07.2016 между должником в лице генерального директора ФИО5 и ООО «Клининг Оптима» заключено соглашение об отступном (далее – Соглашение об отступном от 01.07.2016), согласно которому ООО «Клининг Оптима» взамен исполнения обязательств возникших из задолженности по договору № 01 от 01.07.2013 в сумме 21 874 руб., по договору цессии № У-3 от 01.04.2016 в сумме 2 510 000 руб., по договору цессии б/н от 17.03.2016 в сумме 2 501 573 руб. 46 коп., по договору цессии № У-1 от 17.03.2016 в сумме 5 776 393 руб. 47 коп., по договору цессии № У-27-03 от 15.03.2016 в сумме 12 567 руб. 57 коп, предоставляет должнику задолженность ОАО «Радиоприбор» по договору об оказании клининговых услуг № 01/01 от 01.09.2015, заключенному между ООО «Клининг Оптима» и ОАО «Радиоприбор», подтвержденную актами № 3101/000005, № 3009/000005, № 24 А51-14793/2016 3108/000002, № 3107/000008, № 3006/000009, № 3105/000017, № 3004/000014, № 3103/000009, № 2802/000010, № 3101/000007, № 97, № 85, № 68, № 59, № 49, № 40, № 33, всего на сумму 10 822 409,50 руб. Как отметил заявитель, ответчик обратился в суд с заявлениями об оспаривании Договора цессии от 17.03.2016 и Соглашения об отступном от 01.07.2016, однако не представил в суд доказательства (сами договоры, иные относящиеся к ним документы), что привело к оставлению судом первого заявления без рассмотрения и к возвращению второго заявления, что причинило убытки должнику в размере 10 822 409,50 руб. При этом заявитель обратил внимание на то, что из определений суда от 26.12.2017, 06.02.2018 следует, что ответчиком – ООО «Клиннг Оптима», а также АО «Центр судоремонта «Дальзавод» представлялись документы, однако ФИО2 не предпринял действий по ознакомлению с указанными документами, по истребованию у названных лиц всех необходимых для разрешения споров документов. По причине отсутствия у ответчика документов и непринятия им мер по их получению, как полагает заявитель, в установленный законом срок ответчиком не заявлено требование о включении в реестр требований ОАО «Радиоприбор» задолженности в размере 10 822 409,50 руб., а заявленное в дальнейшем конкурсным управляющим ФИО1 требование оставлено определением суда от 19.09.2023 по делу № А51-26703/2015 без удовлетворения по причине пропуска срока исковой давности. Указанное, по мнению заявителя, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов должника в размере 10 822 409,50 руб. и возникновению убытков в указанном размере.

В уточненном заявлении ФИО1 также указал, что по заявлению ответчика определением суда от 27.09.2017 по настоящему делу были приняты обеспечительные меры в виде запрета ликвидатору (ликвидационной комиссии) ООО «Клининг Оптима» совершать действия, направленные на ликвидацию ООО «Клининг Оптима», запрета ФНС России в лице ИФНС по Ленинскому району г. Владивостока совершать регистрационные действия в отношении ООО «Клининг Оптима», направленные на ликвидацию общества и исключение сведений о данном юридическом лице из ЕГРЮЛ до вступления в законную силу судебного акта по заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделки в рамках настоящего дела. Однако по ходатайству ответчика, мотивированному тем, что ликвидация ООО «Клининг Оптима» не препятствует реализации конкурсной массы должника, определением суда от 12.11.2019 с учетом определения от 25.11.2019 об исправлении опечатки указанные обеспечительные меры отменены, что свидетельствует о действиях ответчика в интересах третьего лица, в нарушение прав и законных интересов должника и его конкурсных кредиторов; в результате этих действий, поскольку в настоящее время ООО «Клининг Оптима» ликвидировано, имеются препятствия для возврата в конкурсную массу должника денежных средств, полученных ООО «Клининг Оптима».

Согласно изложенной заявителем в ходатайстве об уточнении требований позиции сумма убытков, предъявленных к взысканию с ответчика, определена в размере фактической стоимости автомобиля (1 700 000 руб.) и суммы незаявленных требований в размере 10 822 409,50 руб., что в общем размере составляет 12 522 409,50 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из обстоятельств, установленных вступившим в силу судебным актом, принятым по настоящему банкротному делу, в силу которых ФИО2 был ограничен в возможностях по дальнейшему оспариванию сделок должника в связи с непередачей бывшими руководителями должника или иными лицами необходимой документации, но одновременно воспользовался правом на восстановление прав должника путем привлечения контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности. Поскольку ответчику документация по деятельности должника не передана, соответственно, у него отсутствовали сведения в отношении продажи спорного транспортного средства, поскольку документы в отношении автомобиля не сохранились даже в правоохранительном органе, то правомерность заключения сделки по продаже транспортного средства не представляется возможность оценить. Также суд пришел к выводу, что действия ФИО2 по обращению с ходатайством об отмене обеспечительных мер, принятых в рамках настоящего дела, правомерны в связи с отсутствием оснований для сохранения наложенных судом ограничений.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о необоснованности требований, заявленных конкурсным управляющим.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве при исполнении арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей ему предоставлено право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих и иных заинтересованных по отношению к должнику лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления без предварительного обращения в арбитражный суд.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника. Исходя из пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Как следует из размещенной на официальном сайте Картотеки арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) информации о движении настоящего дела, в том числе в том числе доступной в режиме ограниченного доступа (далее – электронная карточка настоящего дела), в решении от 08.02.2017 о признании должника несостоятельным (банкротом), открытии в отношении него процедуры конкурсного производства суд первой инстанции указал на прекращение полномочий руководителя должника, которым являлся ФИО5, и обязал последнего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему ФИО2 в течение трех дней с момента принятия указанного решения.

Указанная обязанность ФИО5, иными лицами не исполнена, что в числе прочего послужило основанием для обращения ФИО2 в суд с заявлением о привлечении ФИО5 и ФИО8 (далее - КДЛ) к субсидиарной ответственности по долгам должника, в котором со ссылкой на положения статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве указано на неисполнение ответчиками обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника, непередачу документации должника и на совершение сделок в период с 09.12.2015 по 01.07.2016 с ООО «Клининг Оптима», в том числе Соглашения об отступном от 01.07.2016.

Принятым по результатам рассмотрения данного заявления постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.03.2023, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам компании.

Указанный обособленный спор рассмотрен судом с привлечением к участию в качестве заинтересованных лиц учредителей, бывших руководителей и акционера должника: ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, а также ФИО14 (генеральный директор акционера должника), ФИО15 (ликвидатор и участник общества с ограниченной ответственностью «Бухгалтерское сопровождение», далее - ООО «Бухгалтерское сопровождение»). Так, судом установлено, что руководителями должника являлись: с 06.05.2011 по 20.08.2015 ФИО12, с 20.08.2015 по 23.03.2016 ФИО9, с 23.03.2016 по 03.11.2017 ФИО5; учредителями должника с 07.12.2007 являлись: ФИО10 (доля в уставном капитале - 6 000 руб.; также руководитель управляющей компании до 05.05.2011) и ФИО11 (доля в уставном капитале - 9 000 руб.); в последующем с 24.10.2014 ФИО11 являлся единственным участником должника, а с 30.03.2015 - ФИО12; в соответствии с решением единственного акционера должника от 12.08.2015 № 01-08/15 единственным акционером являлась ФИО13; согласно решению единственного акционера должника от 15.02.2016 № 01-02/2016 единственным акционером является общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Прим Девелопмент» (далее - ООО УК «Прим Девелопмент») в лице генерального директора ФИО14 (с 28.01.2016 по 21.01.2019), который также является единственным участником ООО УК «Прим Девелопмент».

При рассмотрении данного обособленного спора ФИО5 привел доводы о том, что при назначении на должность генерального директора 23.03.2016 ему не были переданы предыдущим руководителем (ФИО9) документы и сведения относительно финансового состояния компании; ФИО9 сослалась на то, что в ее распоряжении документы должника отсутствуют, поскольку вся документация находилась у компании, оказывающей услуги по бухгалтерскому сопровождению – ООО «Бухгалтерское сопровождение». Между тем ФИО15 (ликвидатор и участник ООО «Бухгалтерское сопровождение») каких-либо пояснений по спору, в том числе относительно характера взаимоотношений между должником и ООО «Бухгалтерское сопровождение», наличия/отсутствия в распоряжении названного юридического лица, либо в распоряжении самой ФИО15 документации компании, не представила. Суд указал, что доказательств, которые могли быть признаны надлежащими и достаточными, в подтверждение своей позиции о передаче полномочий по ведению бухгалтерского учета третьему лицу (в частности, доказательств заключения договора на бухгалтерское сопровождение должника, передачи в полном объеме либо в части документации должника ООО «Бухгалтерское сопровождение») ответчиками в дело не представлено. При этом, в судебном заседании 11.01.2023 ФИО5, отвечая на вопросы апелляционного суда, пояснил, что на момент введения процедуры банкротства в рамках настоящего дела у должника имелся в наличии договор на бухгалтерское сопровождение, заключенный с ООО «Бухгалтерское сопровождение», однако данный документ ФИО5 арбитражному управляющему не передавался в связи с тем, что хранился у иного лица - ФИО14 Также ФИО5 сообщил, что арбитражный управляющий ФИО2 был осведомлен о том, что документация должника находится в ООО «Бухгалтерское сопровождение», однако документально данные пояснения подтвердить не может, поскольку сведения об этом переданы арбитражному управляющему в устном порядке. В свою очередь, ФИО2 отмечал, что ФИО5 не были переданы документы, характеризующие внутреннюю хозяйственную деятельность должника, ни временному управляющему, ни конкурсному управляющему, в связи с чем у последнего отсутствует какая-либо информация, связанная с деятельностью должника; сведения о том, что документация хранилась у ООО «Бухгалтерское сопровождение» конкурсному управляющему не были известны до ознакомления с дополнением к апелляционной жалобе ФИО9, при этом названное общество прекратило свою деятельность 11.11.2021.

С учетом изложенного, иных установленных при рассмотрении данного спора обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что в результате неисполнения ФИО5 обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему ФИО2, последний не имел возможности сформировать в полной мере конкурсную массу должника за счет его активов, располагать полной информацией о деятельности управляющей компании и совершенных им сделках, что не позволило провести мероприятия, в частности по истребованию имущества должника у третьих лиц, оспариванию сделок должника, взысканию дебиторской задолженности и, как следствие, наиболее полно удовлетворить за счет пополнения конкурсной массы требования кредиторов. Указанное послужило основанием для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Как усматривается из размещенных в электронной карточке настоящего дела определений суда, при рассмотрении указанного обособленного спора суд апелляционной инстанции неоднократно, откладывая судебные заседания, предлагал ответчикам представить в суд сведения о передаче/не передаче документации и материальных ценностей временному/конкурсному управляющим должником (в случае передачи – представить письменные доказательства; в случае если документация и имущество не переданы – представить письменное обоснование причин с представлением письменных доказательств) (определения суда от 27.07.2022, 24.08.2022, 11.10.2022). Однако соответствующие сведения, документы в материалы обособленного спора не были представлены.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом от 18.01.2023 установлено, что руководитель должника ФИО5 не исполнил требование статьи 126 Закона о банкротстве, решение суда от 08.02.2017 по передаче в течение трех дней с момента принятия названного решения передать ФИО2 бухгалтерскую и иную документацию должника, материальные и иные ценности. Не осуществлены ФИО5 действия по передаче документации должника управляющему, по ее представлению в суд и в ходе рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО5 и ФИО9 к субсидиарной ответственности, несмотря на неоднократные предложения суда. Более того при рассмотрении этого спора ФИО5 занята позиция об отсутствии у него документов должника в связи с их передачей ООО «Бухгалтерское сопровождение», при этом бывший руководитель данного общества ФИО15, привлеченный к участию в споре, в свою очередь, никаких пояснений относительно названных обстоятельств, документы должника в суд не представил, а сам факт передачи документов должника обществу «Бухгалтерское сопровождение» не признан судом подтвержденным достаточными и надлежащими доказательствами. 

Как указано выше, участниками данного обособленного спора являлись и предшествующие ФИО5 директора компании (ФИО9 и др.), руководитель единственного акционера должника - ФИО14 (у которого, по пояснениям ФИО5, хранился договор должника с ООО «Бухгалтерское сопровождение») и другие, аффилированные с должником лица. Арбитражный апелляционный суд в определениях об отложении судебных заседаний неоднократно предлагал названным лицам представить документы должника либо пояснения о причинах их отсутствии и предполагаемом месте их нахождения. Требования суда данными лицами не исполнены.

Указанное с очевидностью свидетельствует об отсутствии как у последнего директора должника – ФИО5, так и у предшествующих руководителей, акционеров должника, иных аффилированных с должником лиц, намерения (возможности) осуществить передачу конкурсному управляющему документации должника, следовательно, истребование в судебном порядке документации должника от бывших руководителей должника, иных аффилированных с должником лиц, на что ссылается апеллянт, не привело бы к фактическому исполнению такого судебного акта.

С учетом изложенного, позиция заявителя о том, что непринятие ответчиком мер, направленных на принуждение руководителя должника передать документацию в судебном порядке, является противоправным и лишило его возможности надлежащим образом исполнять возложенные на него обязанности, не может быть признана обоснованной. В рассматриваемом случае отсутствие в распоряжении ФИО2 всей документации должника, в том числе относящейся к Договору цессии от 17.03.2016 и Соглашению об отступном от 01.07.2016, к задолженности ОАО «Радиоприбор», на что указывает заявитель, обусловлено исключительно бездействием руководителей, участников должника, иных, аффилированных с должником лиц, в том числе ФИО5 как последнего директора компании, не исполнившего эту обязанность вплоть до настоящего времени, привлеченного в связи с этим к субсидиарной ответственности постановлением арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023. Следует отметить, что при рассмотрении настоящего спора ФИО5 поддержал позицию заявителя, настаивал на удовлетворении требований о привлечении ФИО6 к ответственности, не опровергнув при этом свое незаконное бездействие по непередаче арбитражным управляющим документации должника.    

Аналогичным образом коллегия отклоняет доводы заявителя о том, что непринятие ФИО2 мер, направленных на истребование документов должника от ООО «Клининг Оптима», что, по мнению заявителя, привело к оставлению без рассмотрения и к возвращению заявлений ФИО2 об оспаривании сделок должника, заключенных с ООО «Клининг Оптима», - Договора цессии от 17.03.2017 и Соглашения об отступном от 01.07.2016 (определения суда от 05.03.2018 и от 06.07.2018 соответственно). 

Как усматривается из электронной карточки настоящего дела, арбитражный управляющий ФИО2 25.07.2017 обратился в суд с заявлением об оспаривании Договора цессии, согласно которому цессионарий уплачивает цеденту сумму в размере 6 666 000 руб., указал на то, что ООО «Клининг Оптима» оплата не произведена; права требования на сумму 7 049 816,33 руб. были переуступлены безвозмездно. В подтверждение позиции приложил уведомление от 17.03.2016, согласно которому генеральный директор ФИО5 уведомляет АО «Дальзавод» о переходе права требования; договор на техническое обслуживание, текущий ремонт и санитарное содержание территории, счета на оплату, акты приемки оказанных работ, листы согласования к договору, служебную записку АО «Дальзавод», протокол заседания закупочной комиссии.

Определением суда от 29.08.2017 заявление принято к производству с предложением ФИО2 представить копию Договора цессии от 17.03.2016, подлинные документы, приложенные в обоснование заявленных требований. После неоднократного отложения судебного разбирательства 21.09.2017, 17.10.2017, 28.11.2017, 26.12.2017, 06.02.2018, определением суда от 05.03.2018 заявление ФИО2 оставлено без рассмотрения.

Также арбитражный управляющий ФИО2 16.04.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным Соглашения об отступном от 01.07.2016, заключенного между ЗАО УК «Тополиная аллея» и ООО «Клининг Оптима».

Определением суда от 18.04.2018 данное заявление оставлено без движения и в дальнейшем возвращено заявителю, так как обстоятельства, послужившие основанием для оставления заявления без движения, не устранены. Согласно определениям об оставлении заявления без движения и продления срока оставления без движения арбитражным управляющим не приложены документы, подтверждающие обстоятельства, на которых он основывает свои требования: договоры цессии, договор оказания клиринговых услуг № 01/01 от 01.09.2015, документы, подтверждающие задолженность (акты).

Принимая ранее изложенные установленные судом обстоятельства о непередаче бывшим руководителем должника документации должника ФИО2, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в данном случае нерассмотрение судом по существу заявлений ответчика также напрямую связано с отсутствием в его владении документации о хозяйственной деятельности должника, поскольку те сведения, которые в целях рассмотрения споров предлагал представить суд, ответчик физически не мог представить в силу их отсутствия по вине бывшего руководителя должника.

При этом коллегия учитывает следующее.

Как установлено судом при рассмотрении вышеуказанного обособленного спора по заявлению ФИО2 о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, ООО «Клининг Оптима» является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку генеральными директорами ООО «Клининг Оптима», созданного 01.10.2014 и исключенного из ЕГРЮЛ 03.02.2021, являлись ФИО14 - с 01.10.2014 по 25.02.2016 и ФИО10 - с 25.02.2016 по 07.07.2017, кроме того, ФИО14 являлся одновременно учредителем и единственным участником ООО «Клининг Оптима», при этом ФИО10 ранее был участником и директором должника, а ФИО14 – руководителем единственного акционера должника. Как указано выше, ФИО10, ФИО14 были привлечены к участию в данном обособленном споре. ООО «Клининг Оптима», в свою очередь, являлось непосредственным участником (ответчиком) по обособленному спору по заявлению ФИО2 об оспаривании Договора цессии от 17.03.2016 (входящий номер 110848), при рассмотрении которого суд неоднократно в определениях об отложении судебных заседаний предлагал ООО «Клининг Оптима» представить копию Договора цессии от 17.03.2016.

Однако в ходе рассмотрения названных обособленных споров ни Договор цессии от 17.03.2016, ни иные договоры цессии, совершенные между должником и ООО «Клининг Оптима», указанные в Соглашении об отступном от 01.07.2016, так и не были представлены ФИО14 и ООО «Клининг Оптима». Так, в постановлении апелляционного суда от 18.01.2023 на стр. 24 отмечено, что из анализа финансового состояния должника, а также условий Соглашении об отступном от 01.07.2016 следует, что должник в 2016 году передал ООО «Клининг Оптима» право требования дебиторской задолженности, однако в связи с отсутствием документов оценить данные сделки на предмет соответствия рыночным условиям невозможно. При этом, как указано в постановлении апелляционного суда от 18.01.2023, по пояснениям ФИО5, Соглашение от 01.07.2016 заключено им по указанию ФИО14 без анализа на предмет ее экономической целесообразности для должника. 

Таким образом, позиция заявителя, которая фактически сводится к тому, что исключительно не истребование ответчиком документов от ООО «Клининг Оптима», иных лиц послужило причиной оставления без рассмотрения и возврата заявлений ФИО2 об оспаривании сделок с названным обществом и, как следствие, к невозможности пополнения конкурсной массы, не может быть признана обоснованной.

Ссылка заявителя на то, что ООО «Клининг Оптима», АО «Центр судоремонта «Дальзавод» предоставлялась документация в суд, несостоятельна. Наличие указанных выше Договора цессии от 17.03.2017 и Соглашения об отступном от 01.07.2016 и иных, относящихся к ним документов, в распоряжении АО «Центр судоремонта «Дальзавод», которое стороной данных сделок не является, и их представление данным лицом в суд, заявителем не доказано. Выборочное предоставление аффилированным с должником лицом и стороной сделок - ООО «Клининг Оптима» каких-либо документов в суд само по себе не подтверждает его намерение (возможность) представить спорные документы. При этом коллегия обращает внимание, что из указанных заявителем определений суда от 26.12.2017, 06.02.2018 (об отложении судебных заседаний по обособленному спору с входящим номером 110848) не следует, что ООО «Клининг Оптима» либо иные лица представили в суд данные документы, наоборот, в определении от 26.12.2017 суд повторно предложил ООО «Клининг Оптима» представить копию Договора цессии от 17.03.2016.

При таких обстоятельствах требование заявителя о признании незаконными действий (бездействие) ответчика по непринятию мер по обжалованию указанных выше сделок, не может быть признано обоснованным. При этом коллегия отмечает, что совершение этих и других сделок, заключенных должником с ООО «Клининг Оптима», указано ФИО2 в обоснование заявления о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности; постановлением суда от 18.01.2023 ФИО5 и ФИО9 привлечены к ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в ранее действовавшей редакции), в том числе ФИО5 за совершение Соглашения об отступном от 01.07.2016.

С учетом установленного выше, действия ФИО2 по обращению в суд с ходатайством об отмене обеспечительных мер в отношении ООО «Клиринг Оптима», принятых определением суда от 27.09.2017, вопреки позиции заявителя, не могут быть признаны незаконными, нарушающими права должника и его кредиторов. На момент обращения ответчика в суд с данным ходатайством в 2019 году по заявлениям ответчика об оспаривании сделок с ООО «Клиринг Оптима» имелись определения суда от 05.03.2018 и 06.07.2018 об оставлении заявления без рассмотрения и о возвращении заявления. Указанное, в отсутствие в распоряжении ответчика необходимых для оспаривания сделок документов, свидетельствовало о нецелесообразности сохранения данных обеспечительных мер. Доказательств того, что их отмена, а также последовавшая после этого ликвидация ООО «Клиринг Оптима» нарушили права кредиторов должника и причинили им убытки заявителем в дело не представлено. Ссылка апеллянта на то, что ответчик действовал в интересах третьего лица, к таким доказательствам не может быть отнесена. Кроме того данный довод носит предположительный характер и документально не подтвержден.

Также, с учетом изложенного выше, коллегия не может признать обоснованной позицию заявителя о вменении ответчику в вину отсутствие у него документов, подтверждающих требование к ОАО «Радиоприбор». По мнению заявителя, указанное привело в тому, что ответчик в установленный срок не предъявил требование о включении в реестр требований кредиторов ОАО «Радиоприбор» (далее – реестр ОАО «Радиоприбор») требования должника на сумму 10 822 409,50 руб., а в удовлетворении предъявленного самим заявителем требования судом было отказано в связи с пропуском срока исковой давности.

Действительно, определением суда 19.09.2023 по делу № А51-26703/2015 в удовлетворении заявления ФИО1 о включении требований ЗАО УК «Тополиная аллея» в реестр ОАО «Радиоприбор» отказано по причине пропуска срока исковой давности.

Вместе с тем, доказательств наличия в распоряжении ФИО2 первичной документации, имеющей отношение к хозяйственной деятельности должника, анализ которой позволил бы усмотреть наличие у должника требований к ОАО «Радиоприбор», в дело не представлено.

Как следует из Соглашения об отступном от 01.07.2016 (его копия приложена к заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о включении требований в реестр ОАО «Радиоприбор», которое размещено в ограниченном доступе 14.07.2023 в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/ в электронной карточке дела № А51-26703/2015), ООО «Клининг Оптима» в лице генерального директора ФИО10 передало должнику в лице генерального директора ФИО5 документы, подтверждающие требование к ОАО «Радиоприбор», а именно: договор об оказании клининговых услуг № 01/01 от 01.09.2015, заключенный между ООО «Клининг Оптима» и ОАО «Радиоприбор», акты к нему за период с 30.04.2013 по 31.01.2015 на сумму 10 822 409,50 руб.

Оба лица, подписавших соглашение (ФИО10, ФИО5), а также ФИО14 (учредитель и единственный участник ООО «Клининг Оптима») являлись участниками обособленного спора о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, однако вышеуказанные документы в дело ими не были представлены, несмотря на неоднократные предложения апелляционного суда.

Отсутствие первичных документов, подтверждающих задолженность ОАО «Радиоприбор» на сумму 10 822 409,50 руб., которые до настоящего времени так и не переданы КДЛ, иными лицами конкурсному управляющему, что в совокупности с указанным выше с очевидностью свидетельствует об отсутствии у названных лиц намерения (возможности) осуществить их передачу, само по себе влечет отказ в признании обоснованным требования должника к ОАО «Радиоприбор».

Более того, самим апеллянтом в заявлении о включении требований в реестр ОАО «Радиоприбор» от 14.07.2023 в деле № А51-26703/2015 обращено внимание на отсутствие у него документов, в том числе подтверждающих наличие у должника требований к ОАО «Радиоприбор».

В рамках рассмотрения данного заявления конкурсным управляющим ОАО «Радиоприбор» в отзыве от 05.09.2023 на заявление ФИО1 (размещен 05.09.2023 в ограниченном доступе в электронной карте дела № А51-26703/2015) выражено несогласие с требованиями, поскольку в материалы дела не представлены доказательства наличия у ОАО «Радиоприбор» задолженности перед компанией и ее размера. 

Таким образом, при отсутствии первичных документов, подтверждающих задолженность, заявленное должником требование нельзя признать обоснованным. Сам по себе отказ в удовлетворении заявления о включении требования должника в реестр ОАО «Радиоприбор» не свидетельствует об обосновании этого требования по существу в отсутствие передачи КДЛ, иными лицами первичных документов.

С учетом изложенного, отказ суда по делу № А51-26703/2015 во включении в реестр ОАО «Радиоприбор» требования компании в связи с пропуском срока исковой давности (определение от 19.09.2023), на что указывает заявитель, сам по себе не может быть вменен в вину ответчику.

В этой связи, с учетом установленного выше, довод апеллянта о том, что отказ во включении требований должника в реестр ОАО «Радиоприбор» обусловлен исключительно бездействием ФИО2, подлежит отклонению как несостоятельный.

Как следствие, основания для взыскания с ФИО2 убытков в сумме 10 822 409,50 руб. отсутствуют.

Коллегия также учитывает, что в рамках настоящего банкротного дела ФИО9 обращалась в суд с заявлением о признании незаконным бездействия ФИО2, выразившееся в непринятии мер по оспариванию Договора цессии от 17.03.2016 и Соглашения об отступном от 01.07.2016. По тексту заявления ФИО9 так же указывалоьс на отсутствие в материалах дела доказательств того, что ФИО2 принимал какие-либо меры по истребованию документации должника как у бывших руководителей компании, так и у третьих лиц.

Определением суда первой инстанции от 08.04.2024, оставленным без изменения постановлениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2024 и Арбитражного суда Дальневосточного округа от 30.09.2024, в удовлетворении заявления ФИО9 отказано. При этом суды исходили из того, что в результате непередачи бывшими руководителями ЗАО УК «Тополиная аллея» конкурсному управляющему ФИО2 документации, связанной с деятельностью должника, последний был ограничен в возможностях по дальнейшему оспариванию вышеуказанных сделок; не имел возможности исполнить определения суда об оставлении его заявлений без движения и об отложении судебных заседаний в связи с непредставлением запрашиваемых судом документов.

Из пункта 2 статьи 69 АПК РФ следует, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении настоящего спора заявителем (конкурсным управляющим) не представлены в дело надлежащие и достаточные доказательства, позволяющие апелляционному суд прийти к иным выводам, отличным от выводов суда, сделанных при рассмотрении указанного выше обособленного спора, в отношении тех же обстоятельств. 

На основании изложенного, коллегия находит подлежащими отклонению требования заявителя о признании незаконными действий (бездействия) ФИО2, выразившихся в непринятии мер по истребованию документов у бывших руководителей должника, у третьих лиц, по обжалованию указанных выше сделок должника, по подаче в установленные сроки заявления о включении требования в размере 10 822 409,50 руб. в реестр ОАО «Радиоприбор», в подаче и поддержке ходатайства об отмене обеспечительных мер, принятых определением Арбитражного суда Приморского края от 27.09.2017, в подаче и поддержке ходатайства об исправлении опечатки, которое удовлетворено определением Арбитражного суда Приморского края от 25.11.2019.

В отношении договора купли-продажи транспортного средства коллегия пришла к следующим выводам.

Согласно материалам настоящего спора на запрос временного управляющего должником ФИО3 от УМВД России по Приморскому краю 11.10.2016 поступил ответ, согласно которому по данным автоматизированных учетов ГИБДД, за должником за последние три года значились три транспортных средства: «KIA BONGO III», номер государственного регистрационного знака C 862 EC 125; «TOYOTA HIACE», номер государственного регистрационного знака M 214 AУ 125; «HYUNDAY MIGHTY», номер государственного регистрационного знака B 579 BB 125.

Конкурсный управляющий ФИО1 также направил запрос в правоохранительный орган за получением информации о транспортных средствах должника. В полученном им ответе на запрос указано, что в период с 01.01.2013 по 04.12.2022 за должником были зарегистрированы следующие автомобили:

- «KIA BONGO III», номер государственного регистрационного знака C 862 EC 125. Период владения с 28.01.2011 по 02.10.2020, согласно договору купли-продажи от 09.07.2020 стоимость 220 555 руб.;

- «TOYOTA HIACE», номер государственного регистрационного знака M 214 AУ 125. Период владения с 17.10.2012 по 10.12.2015, документы, послужившие основанием для совершения регистрационных действий, уничтожены в связи с истечением срока хранения – 5 лет;

- «HYUNDAY MIGHTY», номер государственного регистрационного знака B 579 BB 125. Период владения с 18.06.2013 по 03.03.2017, согласно договору купли-продажи от 20.02.2017 стоимость 50 000 руб. (спорный автомобиль).

В целях получения сведений об имуществе должника ФИО1 обратился в суд с заявлением об истребовании сведений из правоохранительных органов. Определением суда от 09.02.2023 указанное заявление удовлетворено из МРЭО ГИБДД России по Приморскому краю истребованы все имеющиеся в распоряжении договора купли-продажи транспортного средства «HYUNDAY MIGHTY»; VIN 

<

***>; 2013 года выпуска; государственный регистрационный знак 

<

***> (О615МС 125).

В адрес суда поступил ответ, согласно которому направлены сведения о совершенных регистрационный действиях с 2018 года, направить копии документов, послуживших основанием для проведения регистрационных действий, за 2017 год не представляется возможным в связи с истечением срока давности хранения архивных документов (срок хранения – 5 лет). Из приложенной таблицы регистрационных действий с 01.03.2017 следует, что 03.03.2017 совершена операция в связи с изменением собственника (владельца), владельцем транспортного средства обозначен ФИО7. Далее, произведены действия по продаже транспортного средства 18.10.2017, 28.02.2019, 02.02.2022, стоимость реализации – 1 700 000 руб.

По мнению заявителя, указанное свидетельствует о совершении сделки с спорным автомобилем в процедуре конкурсного производства, самим ответчиком и, как следствие, о незаконности действий (бездействия) последнего, выразившихся в непринятии мер по истребованию сведений из ГИБДД, по истребованию автомобиля в конкурсную массу, по оспариванию сделки.

При рассмотрении настоящего спора договор, послуживший основанием для осуществления органами ГИБДД регистрационных действий 03.03.2017 в отношении автомобиля, в дело не представлен.

 На запросы суда, финансового управляющего от УМВД России по Приморскому краю, УМВД России по г. Барнаулу поступили ответы от 28.03.2023, 25.02.2025, 03.03.2025, 17.03.2025, согласно которым представить копии документов, послуживших основаниями к совершению регистрационных действий со спорным автомобилем 17.02.2017, 03.03.2017 не представляется возможным в связи с их уничтожением по истечении сроков хранения. Вместе с тем из представленных государственным органом сведений о регистрационных действиях в отношении транспортного средства усматривается, что 07.05.2015 регистрация была прекращена и восстановлена за компанией лишь 17.02.2017, то есть непосредственно перед отчуждением должником автомобиля.

Коллегия учитывает, что в письме УМВД России по Приморскому краю от 05.10.2016 № 2522з, с которым заявитель связывает осведомленность ФИО2 (как представителя временного управляющего должником) еще в процедуре наблюдения о наличии в собственности должника спорного транспортного средства, содержаться сведения о снятии его с учета 07.05.2015 в связи с признанием регистрации недействительной, в особых отметках отмечено, что регистрационные действия аннулированы, то есть к моменту открытия конкурсного производства ответчик обладал информацией об аннулировании регистрационных действий в отношении спорного автомобиля. Как установлено судом выше, в распоряжение ФИО2 документация о хозяйственной деятельности должника руководителем должника, иными лицами не была предоставлена на протяжении всего времени исполнения им обязанностей конкурсного управляющего должником. Доказательств того, что ответчику в указанный период был передан договор об отчуждении автомобиля и/или сведения о том, что автомобиль вновь зарегистрирован за должником и произведено его отчуждение, в дело не представлено.

Также коллегией установлено следующее.

Из представленных конкурсным управляющим в суд апелляционной инстанции копий письма ГУФССП России по Приморскому краю от 12.02.2025, постановления дознавателя ОСП по Первомайскому району Владивостокского городского округа УФССП России по Приморскому краю от 29.08.2016 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении генерального директора компании усматривается, что на спорное транспортное средство в рамках исполнительного производства № 15683/165/2502-ИП, возбужденного 15.03.2016 в отношении компании в пользу взыскателя – ООО «Охранное Агентство «Памир» (далее - Агентство) по исполнительному листу, выданному на основании решения арбитражного суда по делу № А51-16974/2015, был наложен арест. 

Требования Агентства, основанные на данном судебном акте, включены в реестр должника определением суда от 20.10.2016, то есть последнее является конкурсным кредитором должника. С учетом пояснений, приведенных ФИО5 в судебном заседании апелляционного суда 27.01.2025, о возможном изъятии автомобиля службой судебных приставов на ответственное хранение Агентства в ходе исполнительного производства № 15683/165/2502-ИП, апелляционный суд предложил Агентству представить письменную позицию с приложением письменных доказательств по требованиям конкурсного управляющего относительно автомобиля, в частности о принятии Агентством на ответственное хранение спорного транспортного средства в рамках исполнительного производства по делу № А51-16974/2015, о дальнейшей судьбе данного транспортного средства, о лицах с указанием их установочных данных, которым спорный автомобиль в дальнейшем был возвращен Агентством, представить акты о принятии на хранение, о дальнейшей передаче транспортного средства и иные, относящиеся к транспортному средству документы (определения суда от 27.01.2025, 25.02.2025 и др.). Кроме того судом истребованы сведения от службы судебных приставов.

Агентство каких-либо пояснений, доказательств в суд не представлено. От ГУФССП России по Приморскому краю в суд поступили ответы о невозможности представления истребуемых сведений (документов) в связи с уничтожением документов по истечении срока хранения. 

Таким образом, снятие с регистрационного учета спорного транспортного средства (аннулирование регистрационных действий), наложение ареста на него в рамках исполнительного производства осуществлены еще до возбуждения дела о банкротстве компании и введения процедур банкротства, а действия по восстановлению регистрации – после окончания процедуры наблюдения в самом начале процедуры конкурсного производства, то есть действия по снятию, восстановлению регистрации транспортного средства, его аресту совершены фактически в период осуществления руководства компанией ее директорами (в период с 07.05.2015 и до 01.02.2017 (дата открытия конкурсного производства в отношении должника) руководителями должника являлись ФИО12, ФИО16 (Шейко) Н.А., ФИО5), при этом доказательств передачи названными или иными лдицами ответчику как конкурсному управляющему должником спорного автомобиля, как и сведений, документов, относящихся к нему, в дело не представлено. 

Между тем заключение договора по продаже автомобиля в собственность ФИО7 при совершении в последующем действий по дальнейшему отчуждению транспортного средства, в отсутствие сведений о какой-либо заинтересованности с должником всех последующих приобретателей имущества, невозможно без фактической передачи покупателям самого транспортного средства.

Указанное выше в своей совокупности с большой долей вероятности свидетельствует о том, что сделка по продаже автомобиля не могла быть совершена ответчиком, в том числе в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего должником, и в целом ставит под сомнение фактическое совершение сделки по отчуждению автомобиля в дату открытия и/или после открытия конкурсного производства. Указание в документах ГИБДД на дату договора от 20.02.2017, также как и даты совершения регистрационных действий по восстановлению регистрации автомобиля, по регистрации автомобиля за ФИО7 в период после открытия конкурсного производства, с учетом установленных выше обстоятельств, в отсутствие договора купли-продажи, вопреки позиции заявителя, сами по себе по себе не могут быть признаны надлежащими и достаточными доказательствами совершения всех этих действий и сделки по отчуждению автомобиля ответчиком в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего. 

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание ранее установленные в банкротном деле факты направленности действий КДЛ по заключению сделок должника, в отношении которых документы конкурсным управляющим не переданы.

Как следствие, коллегия не может признать обоснованной позицию заявителя о возможности и необходимости оспаривания сделки с автомобилем, в том числе как заключенной с нарушением установленного статьей 139 Закона о банкротстве порядка. Вероятность признания такой сделки недействительной как совершенной при неравноценном встречном исполнении в случае обращения ответчика с заявлением о ее оспаривании заявителем также не доказана, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств какой-либо аффилированности (заинтересованности) ФИО7 по отношению к должнику, КДЛ (в суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий указал на отсутствие у него таких сведений и доказательств), с учетом того, что гражданский оборот между независимыми и незаинтересованными лицами строится на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых ценностей, знание чего сторонами сделки купли-продажи предполагается: продавец, свободно действующий вне обстоятельств кабальности и разумно соблюдающий своим интересы, не отдаст свое имущество за бесценок; покупатель, действующий в обычных обстоятельствах, не будет переплачивать чрезмерно сверх рыночной цены. Коллегия отмечает, что формальное указание цены договора в размере 50 000 руб. в целях ухода от налогообложения является обычной практикой, сложившейся в Дальневосточном регионе среди лиц, ведущих деятельность на рынке продажи транспортных средств. Принимая во внимание изложенное, поскольку договор купли-продажи заключен с лицом, не связанным с должником, оспариваемая сделка являлась обычной для гражданского оборота. Таким образом, обращение в суд с заявлением об оспаривании сделки, об истребовании в конкурсную массу должника транспортного средства с меньшей долей вероятности могло бы привести к пополнению конкурсной массы за счет данного объекта движимого имущества или его действительной стоимости.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о том, что ответчик не предпринял действий по истребованию сведений из ГИБДД относительно имеющихся в собственности должника транспортных средств, апелляционный суд исходил из того факта, что указанная информация не привела бы к фактическому пополнению конкурсной массы должника.

На основании изложенного, в отсутствие в деле надлежащих доказательств реальной возможности пополнения конкурсной массы должника путем возврата автомобиля либо взыскания его действительной стоимости, коллегия не усматривает оснований для удовлетворения жалобы заявителя в рассматриваемой части. 

Поскольку жалоба ФИО1 на действия (бездействие) ФИО2 признана судом необоснованной, требования заявителя о взыскании с ответичка убытков не подлежат удовлетворению.

Ввиду изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Приведенная в дополнительных пояснениях апеллянта ссылка на то, что ответчиком своевременно не проведена инвентаризация имущества, во внимание не принимается, поскольку данные действия (бездействия) ответчика заявителем не обжаловались, не являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции. Иные приведенные апеллянтом в апелляционной жалобе и дополнениях к ней доводы коллегией отклоняются как не имеющие правового значения.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 15.11.2024 по делу № А51-14793/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с закрытого акционерного общества управляющей компании «Тополиная аллея» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 30 000 (десять тысяч) рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

А.В. Ветошкевич

К.А. Сухецкая