ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-6860/2020к24

г. Красноярск

08 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «24» апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен          «08» мая 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Радзиховской В.В.,

судей: Инхиреевой М.Н., Пластининой  Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарём Таракановой  О.М.,

при участии: от ФИО1-  ФИО2, представителя по доверенности от 24.07.2023 (т.2, л.д.136), паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО УК «СОФ» ФИО3  на определение Арбитражного суда Красноярского края от «01» марта 2024 года по делу №  А33-6860/2020к24,

установил:

ООО «Красноярский жилищно-коммунальный комплекс» (ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ООО управляющей  компании  «СОФ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 28.06.2020 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утвержден ФИО3. Сообщение временного управляющего о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 116(6837) от 04.07.2020.

Решением суда от 01.02.2021 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3   Сообщение конкурсного управляющего о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 21(6983) от 06.02.2021.

23.06.2023 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, в соответствии с которым просит:

1. Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам ООО УК «СОФ».

2. Взыскать с ФИО1 в пользу ООО УК «СОФ» денежные средства в размере 11466398,08 руб.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 01.03.024 в  удовлетворении   заявленных  требований  отказано.

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным  управляющим не  доказано  наличия оснований для  привлечения   ответчика  к  субсидиарной  ответственности.

Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный  управляющий  должником  обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Красноярского края от 01.03.2024  отменить, принять  по  делу  новый судебный акт об  удовлетворении заявления.

По мнению заявителя  апелляционной жалобы, само  по  себе   наличие  кредиторской  задолженности,  в  последствие включенной  в  реестр  требований  кредиторов,  подтверждает  неплатежеспособность  должника. На 31.07.2029  должника   отвечал  признакам   неплатежеспособности   и  недостаточности  имущества. В  дальнейшем   задолженность  и  убыток  должника  увеличивались, а  активы  должника  уменьшались. Хозяйственная  деятельность  должника  сокращалась,  с 01.05.2029   из  управления   должника  вышли  три МКД. Руководитель  должника  обязан  был  в  течение  месяца   (в  срок до 31.08.2029)  обратиться  в  суд  с  заявлением  о  признании  должника  банкротом.

От  ответчика   поступил  отзыв  на  апелляционную  жалобы,  в  котором  доводы  жалобы  отклонены.

В  судебном  заседании   представитель  должника   поддержал возражения на  доводы  апелляционной   жалобы по  основаниям, изложенным  в  отзыве  на  апелляционную  жалобу, считает определение  законным   и  обоснованным.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие  иных  лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными данным Федеральным законом.

Судом  первой  инстанции  установлено  и как следует из материалов настоящего дела, а также выписки из ЕГРЮЛ, организация должника ООО УК «СОФ» зарегистрирована 29.04.2009 за ОГРН 

<

***>, его основная деятельность была связана с управлением эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (код ОКВЭД 68.32.1).

Руководителем должника (генеральным директором) в период с 16.07.2012 г. до даты введения конкурсного производства являлась ФИО1; участниками должника в период с 28.06.2017 г. по настоящую дату являются: ООО «СОФ» (ИНН 

<

***>) с размер доли участия – 25 %; ФИО4 (ИНН 

<

***>) с размером доли – 37,5 %; ФИО1 с размером доли – 37,5 %.

Конкурсный управляющий в своем заявлении указывает, что ФИО1 как руководителем должника не была исполнена в установленный Законом о банкротстве срок обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.13 Закона о банкротства неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно положениям статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

-  удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

-  органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При этом в силу разъяснений, сформулированных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью     -     прекращение     исполнения     должником     части     денежных обязательств     или     обязанностей     по     уплате     обязательных     платежей,     вызванное недостаточностью       денежных       средств.       При       этом       недостаточность       денежных       средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Также согласно пункту 4 указанной статьи предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Как  правильно указано судом  первой  инстанции,  с  учетом статуса ФИО1 как генерального директора должника по дату введения процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим определен надлежащий ответчик.

В обоснование заявлений конкурсный управляющий указывает на следующие выявленные в процедуре обстоятельства.

Как следует из бухгалтерских балансов должника за 2017-2019 г.г. сумма активов равна сумме пассивов. При этом в строку 1230 (финансовые и другие оборотные активы) бухгалтерских балансов должника за 2017-2019 гг. включен убыток, в размере: в 2017 г. – 24 137 366,64 руб.; в 2018 г. – 39 167 862,17 руб.; в 2019 г. – 38 786 117,97 руб.

Наличие убытка также подтверждается: ответом руководителя должника от 01.09.2020 г. на запрос временного управляющего в период процедуры наблюдения; оборотно-сальдовыми ведомостями и карточками счета 84.2, взятыми из программы 1С бухгалтерия должника.

В ходе проведения финансового анализа должника по итогам процедуры наблюдения все анализируемые коэффициенты, за исключением коэффициента срочной ликвидности, показали не рекомендованные значения.

В реестр требований кредиторов должника (закрыт 06.04.2021) включены требования в общем размере 45 654 725,64 руб., в том числе: 187 174,80 руб. – вторая очередь; 44 290 628,78 руб. – третья очередь, основной долг; 1 176 922,06 руб. – третья очередь, санкции.

Кредиторами должника являются:

- ФНС РФ (первые неисполненные обязательства для целей выявления признаков банкротства возникли 10.07.2017), требование относится ко второй очереди, общий размер составляет 187 174,80 руб., из которых 105 859,96 руб. – задолженность до 31.07.2019, 81 314,84 руб. – задолженность с 01.09.2019;

- ООО «Красноярский жилищно-коммунальный комплекс» (первые обязательства возникли в марте-апреле 2016 г.); ООО «ТВТ» (первые обязательства возникли в феврале 2019 – январе 2020 гг.); ООО «РосТех») обязательства возникли в период в ноябре 2019 г.- январе 2020 г.); АО «Красноярская ТЭЦ-1» (первые обязательства возникли в декабре 2016 г.); ООО ИПФ «Сиблифтсервис» (первые обязательства возникли к марте 2019 – январе 2020 г.г.); ПАО «Красноярскэнергосбыт» (первые обязательства возникли в ноябре 2018 – июне 2019 г.г.); АО «Енисейская ТГК-13» (первые обязательства возникли в декабре 2018 г.); АО «Сибагромпрострой» (первые обязательств возникли в апреле 2018 – январе 2020 г.г.; ООО «Красноярская рециклинговая компания» (первые обязательства возникли в августе 2019 – январе 2020 г.г.); ООО «Красноярская теплотранспортирующая компания» (первые обязательства возникли в апреле 2019 – январе 2020 г.г.).

Итого общий размер задолженности кредиторов третьей очередям по основному долгу составляет 44 290 628,15 руб., в том числе: 31 464 690 руб. – задолженность до 31.07.2019; 1 322 225,66 руб. – задолженность за август 2019 года; 7 130 535,27 руб. – задолженность с 01.09.2019.

Кредиторами должника с требованиями третьей очереди (санкции) являются: ФНС РФ (первые обязательства возникли в июле 2017 г.); ООО «Красноярский жилищно-коммунальный комплекс» (обязательства возникли в июле 2017 – январе 2018 гг.); ПАО «Красноярскэнергосбыт» (обязательства возникли в мае 2019 г.); АО «Сибагропромстрой» (обязательства возникли в апреле 2018 – июне 2020 г.г.), итого: 1 176 922,06 руб. – в общем, 1 090 413,45 руб. – задолженность до 31.07.2019 г.; 86 508,61 – задолженность с 01.09.2019.

За реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС РФ (февраль, апрель-май, июль 2019 г.); ФИО5 (март 2019); ФИО6 (март 2019) в общем размере 435 939,36 руб., задолженность образовалась до 30.09.2019.

По состоянию на 31.07.2019 сумма сложившейся задолженности составила 37 470 079,99 руб., что превысило сумму дебиторской задолженности должника на 952 615,68 руб. (по состоянию на 31.07.2019 составляла 36 517 464,31 руб. в соответствии со сведениями, предоставленными программой «СПРИНТ» АО «КрасИнформ»), в дальнейшем же сумма задолженности только увеличивалась (за август 2019 г. – на 1 322 225,66 руб.; за период с 01.09.2019  и до момента принятия к производству суда заявления о признании должника банкротом (27.02.2020) – на 7 298 358,72 руб.).

При этом активы должника наоборот сокращались: по данным программы «СПРИНТ»  размер дебиторской задолженности составлял: на 31.08.2019 – 32 294 928,33 руб., на 30.09.2019 – 31 831 798,02 руб., на 31.10.2019 – 30 800 801.60 руб. В конкурсную массу включена дебиторская задолженность в размере 26145165,47 руб. (акт инвентаризации № 2 от 18.03.2021).

Хозяйственная деятельность должника в течение 2019 г. также сокращалась, с 01.05.2019  из управления должника вышли три многоквартирных дома (

<

...>, фактически, по состоянию на 31.07.2019, дебиторская задолженность являлась единственным активом должника. Основные средства в виде права требования нежилого помещения № 535, площадью 128,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> было уступлено участнику должника – ООО «СОФ» (указанное обстоятельство установлено определением арбитражного суда от 15.03.2022  по делу А33-6860-18/2020); кроме того, в период с 27.02.2017 по 18.01.2018  денежные средства в общем размере 21299530 руб. выплачены в пользу ООО «СОФ» (в рамках обособленного спора от 25.12.2022 по делу А33-6860-19/2020 платежи признаны недействительными сделками, денежные средства возвращены в конкурсную массу).

Таким образом, 31.07.2019  определено конкурсным управляющим как дата возникновения у общества признаков объективного банкротства, указано, что неспособность должника удовлетворить требования кредиторов являлась очевидной.

Поскольку с заявлением о признании должника банкротом в течение месяца с указанной даты руководитель должника ФИО7 не обратилась, конкурсный управляющий просит привлечь указанное лицо к субсидиарной ответственности по долгам общества на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Ответчиком представлены возражения, указано, что конкурсным управляющим при установлении суммы превышения кредиторской задолженности над дебиторской не учтено наличие у должника иных дебиторов, не являющихся собственниками МКД, на общую сумму задолженности 507 517,74 руб.; наличие у должника права требования нежилого помещения, оплаченного в размере 7 166 000 руб.; переплата должником в Фонд социального страхования в период с 2017 по 2020 г.г. в размере 428 444,12 руб. При учете же вышеуказанных сумм обязанность по обращению в арбитражный суд в указанную конкурсным управляющим дату не наступила. Кроме того, задолженность перед АО «ТГК-13» в размере 18 878 907,37 руб. не учитывалась директором, в рамках дел А33-9474/2020, А33-35521/2019, А33-28742/2019, А33-18576/2019, А33-22740/2019 проверялось наличие оснований для перерасчетов).

В  силу положений  указанных  норм  права,   разъяснений, изложенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3), с учетом предмета заявленных требований, конкурсному управляющему надлежит доказать возникновение у общества в момент осуществления руководства заявленным ответчиком признаков объективного банкротства – обстоятельств, очевидно свидетельствующих о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности ответчика подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801).

Поскольку данные бухгалтерского учета, на основании которых рассчитывается стоимость активов должника, могут не соответствовать рыночной стоимости имущества, такие данные не всегда отражают реальное экономическое состояние юридического лица, ввиду чего определение момента возникновения объективного банкротства производится судом в каждом конкретном деле с учетом его индивидуальных обстоятельств, принимая во внимание иные данные об имеющемся или имевшемся у должника имуществе, за счет которого действующий добросовестно руководитель мог запланировать погашение обязательств перед кредиторами.

       Судом   первой  инстанции   установлено  и  как следует из заявления конкурсного управляющего, его пояснений, представленных в судебном заседании, на основании бухгалтерской отчетности за период c 01.01.2016 по 31.12.2019, анализа финансового состояния должника основная масса оборотных активов ООО УК «СФО» формировалась за счет дебиторской задолженности, в меньшей степени – за счет имущества и денежных средств, что является типичной моделью построения и ведения деятельности управляющей организацией.

При этом сумма задолженности должника, которая рассчитана конкурсным управляющим при определении признаков объективного банкротства по состоянию на 31.07.2019, в большей степени состоит из задолженности граждан – членов МКД, находящихся ранее в управлении ООО УК «СФО», что конкурсным управляющим не оспаривается.

С учетом специфики деятельности должника само по себе наличие задолженности по оплате коммунальных ресурсов не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения в суд с заявлением о банкротстве, принимая во внимание, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги. Указанные обстоятельства периодически приводят к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако сами по себе не свидетельствуют о неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 19.08.2021 по делу № 305-ЭС21-4666, при определении вины руководителей необходимо также учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте.

Деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

Другой особенностью функционирования такого рода предприятий, созданных для решения общественно-значимых задач, выполнения публично-правовых обязанностей, вытекающих из муниципальных функций, изначально является более высокая степень участия собственника имущества в их оперативной деятельности по сравнению, например, с корпорациями (пункт 4 части 1 статьи 14, пункт 4 части 1 статьи 15, пункт 4 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», статьи 18, 20 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»).

Так, деятельность ООО УК «СОФ» была тесно связана как с ООО «СОФ» (заемные отношения, передача имущества), ввиду чего судом не исключается расчет директора ФИО8 на последующую помощь в финансировании.

Конкурсным управляющим указано на сокращение хозяйственной деятельности должника в течение 2019 г., поскольку с 01.05.2019 г. из управления должника вышли три многоквартирных дома (

<

...>. Вместе с тем, согласно открытым данным с ресурса «https://domakrasnoyarsk.ru» в управлении должника находилось 22 жилых дома, сведений о прекращении осуществления ООО УК «СОФ» управления иными многоквартирными домами не представлено, ввиду чего конкурсный управляющий не обосновал, как именно инициирование ответчиком процедуры банкротства должника не позднее месяца спустя 31.07.2019 позволило бы сократить задолженность.

При этом самим конкурсным управляющим приведены сведения о взыскании ООО «УК «СОФ» с должников задолженности и в 2019 г., из чего следует продолжение осуществления должником функций управляющей организации, взыскание дебиторской задолженности, а уже в феврале 2020 г. поступило заявление кредитора должника о признании его банкротом.

В данном случае необходимо также отметить, что невыполнение руководителем требований статьи 9 Закона о банкротстве по обращению в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность и не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими установленный законом режим осуществления хозяйственной деятельности.

В связи с этим ранее в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу статьи 9 Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, то есть явно неспособному передать встречное исполнение.

Как  правильно  указал  суд  первой  инстанции, правоотношения должника по договорам предоставления услуг для граждан носили длительный характер и не могли быть прекращены, с учетом положений Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354.

Для целей применения пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве (ранее пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве) подлежит использованию общегражданское понятие обязательства, момент возникновения которого надлежит определять исходя из даты заключения договора и не имеется оснований для применения толкования определения момента возникновения обязательства, приведенных в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63, в соответствии с которыми определяется, является ли денежное требование текущим либо реестровым.

Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

В соответствии с указанным подходом, длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, поскольку обязательства по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман контрагентов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества.

На основании вышеизложенного, исследовав имеющиеся доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу, что конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, наличие которых обязывает руководителя обратиться в суд с заявлением должника, в том числе обязательства, возникшие у должника после предполагаемой заявителем даты, после которой должно было состояться такое обращение, и, таким образом, основания для привлечения к ответственности контролирующего должника лица отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выражают несогласие их заявителя с выводами суда об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судом законодательства об ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным и обоснованным и не подлежит отмене в виду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемое определение не облагается государственной пошлиной.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «01» марта 2024 года по делу № А33-6860/2020к24 оставить без изменения, а  апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  через арбитражный суд, принявший определение.

 

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

М.Н. Инхиреева

 

Н.Н. Пластинина