ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

24.03.2023                                                                                      Дело № А40-7739/21

 

Резолютивная часть постановления оглашена 21 марта 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Перуновой В.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 10.02.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего гражданина ФИО1

на определение Арбитражного суд города Москвы от 20.10.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023

об отказе в признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 29.10.2019, заключенного с ФИО3

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2021 ФИО1 (далее – должник) был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 29.10.2019, заключенного между должником и ФИО3, в удовлетворении которого обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023, было отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель кассационной жалобы своими процессуальными правами распорядился самостоятельно,  явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, доводы кассационной жалобы не поддержал.

В судебном заседании представитель должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, по условиям спорного договора, должник (продавец) продал ответчику автомобиль RENAULT KAPTUR 2017 г.в. за 500 000 руб.

Полагая, что договор купли-продажи является недействительной сделкой в силу статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, с целью причинения вреда интересам кредиторов в условиях неплатежеспособности должника, а также в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления от 23.12.2010 № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций, само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 постановления от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В рассматриваемом случае, констатировал суд, материалами обособленного спора не подтверждено наличие у сторон при совершении оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также не доказан сам факт причинения такого вреда кредиторам.

Отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок не позволяет признать их недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку этот признак является необходимым элементом состава недействительности сделки - совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 № 304-ЭС15-13145, от 22.08.2017 № 308-ЭС17-11302).

Таким образом, из этого следует, что задолженность перед кредиторами образовалась после заключения оспариваемого договора.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206, при отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может.

Учитывая изложенное, в отсутствие доказательств неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату совершения спорной сделки, суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности финансовым управляющим факта, что спорная сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В силу абзаца 7 пункта 5 постановления от 23.12.2010 № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В обоснование доводов о причинении оспариваемой сделкой вреда финансовый управляющий также указывал на то обстоятельство, что автомобиль реализован по заниженной стоимости, денежные средства за отчужденное имуществом должником не получено.

Как указано выше, в соответствии с условиями договора, цена реализуемого транспортного средства составила 500 000 руб.

Финансовый управляющий посредством изучения объявлений о продаже аналогичного имущества на электронной площадке «auto.ru», установил, что средняя цена продажи аналогичного автомобиля составляет 1 300 000 руб., что по его мнению, явно не соответствует рыночной (действительной) стоимости транспортного средства, отчужденного по оспариваемому договору купли-продажи.

Вместе с тем, как обоснованно отметил суд первой инстанции, указанные распечатки не могут являться доказательством неравноценности встречного исполнения, поскольку представленная финансовым управляющим должника информация о стоимости аналогичных автомобилей дана на 22.03.2022, в то время как оспариваемая сделка была совершена в 29.10.2019.

Кроме того, из распечаток с интернет-ресурса не видно в каком состоянии продавались автомобили стоимостью 1 300 000 руб., в связи с чем, невозможно соотнести стоимость указанных автомобилей со стоимостью реализованного должником транспортного средства, определенной в оспариваемом договоре.

Финансовым управляющим не представлено в материалы дела заключения (отчета о рыночной стоимости), в том числе экспертного, из которого следовало бы, что стоимость транспортных средств, значительно отличалась от стоимости определенной в оспариваемых договорах.

Судом также учтены доводы должника и ответчика о том, что с начала 2021 года и до конца 2021 года автомобили на вторичном рынке, согласно статистике, подорожали в среднем на 22 %, начиная с 2022 года, цены на подержанные машины выросли на 13 %, а после 24.02.2022 примерно половина продавцов подняла цены на 20-30 %.

Из-за санкций и логистических проблем (начиная с февраля 2022 года), цены на машины в России стали одними из самых высоких в мире.

Таким образом, стоимость автомобиля, на которую ссылается финансовый управляющий, на дату совершения сделки не является правильной, и средняя стоимость автомобиля на рынке в текущем году значительно превышает рыночную стоимость при продажи данного транспортного средства в 2019 году.

В опровержение доводов финансового управляющего о неравноценности совершенной сделки ответчиком в материалы обособленного спора представлен отчет об оценке рыночной стоимости автомобиля 

<

...> по состоянию на 28.10.2019, выполненный ООО «Оптималл групп», согласно которому, рыночная стоимость данного имущества на дату совершения сделки составляет 539 000 руб.

Для целей определения достоверности итоговой величины рыночной стоимости объекта оценки и, по смыслу статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», единственным документом, содержащим сведения доказательственного значения, является отчет об оценке, составленный по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Федеральным законом от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», согласно статье 12 которого, итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены названным Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

Представленный ответчиком отчет об оценке лицами, участвующими в обособленном споре, не оспорен.

Таким образом, судом установлено, что разница между величинами рыночной стоимости объекта оценки в отчете об оценке рыночной стоимости и в договоре купли-продажи от 22.11.2017, составляет менее 30 %.

В пункте 93 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

При этом, следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Об определении явного ущерба при совершении сделки упоминается также и в постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно пункту 2 которого, под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.11 № 913/11, существенным является расхождение стоимости объекта с его рыночной стоимостью в размере 30 % и более.

Кроме того, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 высшей судебной инстанции сформулирован правовой подход, согласно которому, при рассмотрении судами вопроса превышения цены над рыночной необходимо использовать критерий кратности.

Поскольку отклонение цены продажи имущества от ее рыночной стоимости, установленной оценщиком, составило менее 30 %, а также критерии кратности, суд отклонил довод управляющего о значительном превышении рыночной стоимости движимого имущества над его договорной стоимостью и о неравноценности встречного исполнения, и пришел к выводу об отсутствии факта причинения вреда.

Кроме того, судом также принято во внимание, что управляющим в материалы обособленного спора не представлен акт приема-передачи транспортного средства, в связи с чем, у суда отсутствует возможность установить техническое состояние, наличие/отсутствие недостатков у автомобиля на дату совершения оспариваемого договора.

Довод финансового управляющего о том, что оплата по спорному договору не состоялась, сам по себе о неравноценности сделки не свидетельствует, так как последующее исполнение не меняет условия договора.

Однако, для оспаривания сделок по соответствующему основанию финансовый управляющий мог доказать, что должник знал о заведомой неисполнимости спорных договоров (абзац 5 пункта 8 постановления от 23.12.2010 № 63) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.01.2017 № 308-ЭС14-7164(3).

Доказательств данной осведомленности материалы спора не содержат.

Суд также отметил, что отсутствие оплаты по договору само по себе не свидетельствует о наличии признаков недействительности сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве, однако, может являться основанием для обращения в судебном порядке о взыскании указанной задолженности со стороны по сделке.

Напротив, ответчиком в материалы обособленного спора представлена расписка от 28.10.2019 о получении должником денежных средств в размере 500 000 руб.

Положениями пункта 1 статьи 861 ГК РФ предусмотрено, что расчеты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами (статья 140) без ограничения суммы или в безналичном порядке.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В подтверждение финансовой возможности предоставить денежные средства в размере 500 000 руб., ответчиком в материалы обособленного спора представлены соответствующие доказательства.

Оценивая доказательства в обоснование финансовой возможности, судом установлено, что в материалы обособленного спора представлены доказательства снятия ответчиком с банкомата денежных средств.

О фальсификации или порочности указанных доказательств, лицами, участвующими в обособленном споре, не заявлено.

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, установив факт реализации спорного транспортного средства за 500 000 руб., а также платежеспособность ответчика на указанную сумму, пришел к правомерному выводу о недоказанности управляющим факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, что является достаточным основанием для отказа в признании сделки недействительной.

Кроме того, судом также были учтены доводы должника о том, что заключение договора купли-продажи было обусловлено личными мотивами должника как гражданина, поскольку подобным мотивом послужила тяжелая травма ФИО1, повлекшая возникновение серьезных проблем со здоровьем в начале 2018 года.

Возраст и состояние здоровья ФИО1 обусловили необходимость заключения оспариваемого договора, так как многочисленные обследования, лечение и иное медицинское содействие предполагают значительные финансовые затраты.

При этом, факт аффилированности должника и ответчика с учетом вышеустановленных обстоятельств, не свидетельствует о недействительности сделки.

Более того, поскольку судом установлено, что должник не обладал признаками неплатежеспособности на момент совершения спорной сделки, в связи с чем, оснований полагать, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки у суда не имелось.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Приведенный в кассационной жалобе довод об ошибочности выводов судов об отсутствии у должника на дату совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) судебной коллегией отклоняется, как направленный на преодоление выводов суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции по фактическим обстоятельствам, к которым они пришли в рамках рассмотрения иного обособленного спора при аналогичных обстоятельствах, поддержанных судом округа в его постановлении от 17.01.2023.

Указанное процессуальное поведение не допускается положениями статей 16 и 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу № А40-7739/21 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              В.Л. Перунова

 

                                                                                                          В.З. Уддина