﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8068/17 

Екатеринбург

02 апреля 2021 г.

 

Дело № А07-537/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 апреля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Шершон Н.В., Соловцова С.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы Назмиева Альфата Зайниевича и Назмиевой Эльмиры Альбертовны на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020 по делу № А07-537/2016 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) приняли участие представители:

Назмиевой Э.А. – Вайнштейн Е.С. (доверенность от 15.02.2021),

Назмиева А.З. – Вайнштейн Е.С. (доверенность от 15.02.2021),

конкурсного управляющего акционерным обществом «Интеграл» (далее – общество «Интеграл», должник) – Голубев А.А. (доверенность от 17.08.2020).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостанот 10.10.2016 в отношении общества «Интеграл» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Васильева Елена Николаевна, применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 3 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостанот 23.05.2017 в отношении общества «Интеграл» введена процедура внешнего управления.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.10.2018 общество «Интеграл» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Седов В.Ю.

Конкурсный управляющий Седов В.Ю. обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: Назмиева Альфата Зайниевича, Назмиевой Эльмиры Альбертовны, Залиловой Ризиды Камиловны, Хакимова Музафара Шамсигалеевича, Люлинецкого Леонида Гариковича, Усманова Минираиса Марвановича, Шакирова Расима Сабирзяновича, Галышевой Натальи Артуровны, Мансурова Камиля Абраровича, Нуртдиновой Гузэль Раисовны, Ахмерова Ильдара Римовича, Исламова Мухаметгалия Мухаматнуровича, Закирова Артура Абузаровича, Саяхова Рифа Камаевича, Зык Геннадия Алексеевича, Саетова Мархама Анваровича, Семененко Лилии Маратовны, Гарифуллиной Эльвиры Вилиновны, Котельниковой Лиры Наильевны, Назмиева Альтафа Зайниевича (ответчики) по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2018, по ходатайству конкурсного управляющего, в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), выделены в отдельное производство, для раздельного рассмотрения требования конкурсного управляющего должником о привлечении Залиловой Ризиды Камиловны, Хакимова Музафара Шамсигалеевича, Люлинецкого Леонида Гариковича, Усманова Минираиса Марвановича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.09.2019 в порядке статьи 130 АПК РФ, выделены в отдельное производство для раздельного рассмотрения требования конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности мажоритарного акционера, бывшего генерального директора Назмиева Альфата Зайниевича, члена совета директоров и супруги бывшего руководителя должника, участника заинтересованных по отношению к должнику обществ Назмиевой Эльмиры Альбертовны по обязательствам должника.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом Назмиева А.З. Долгов С.В.

Определением суда от 13.01.2020 заявление конкурсного управляющего Седова В.Ю. о привлечении Назмиева А.З., Назмиевой Э.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено частично; признано доказанным наличие правовых оснований для привлечения Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Интеграл»; приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего обществом «Интеграл» Седова В.Ю. о привлечении Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом «Интеграл» Седова В.Ю. о привлечении Назмиевой Э.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020 определение суда первой инстанции от 13.01.2020 изменено, заявление конкурсного управляющего обществом «Интеграл» Седова В.Ю. о привлечении Назмиева А.З., Назмиевой Э.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено; признано доказанным наличие правовых оснований для привлечения Назмиева А.З., Назмиевой Э.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Интеграл», приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении Назмиева А.З., Назмиевой Э.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника до окончания расчетов с кредиторами.

Ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм права, Назмиев А.З., Назмиева Э.А. обратились в суд округа с кассационными жалобами.

Назмиева Э.А., ссылаясь на то, что продолжительное время находилась в отпуске по беременности и родам, по уходу за ребенком, а также обращая внимание на круг, входящих в ее должностные обязанности, полномочий, утверждает, что не могла определять направление деятельности должника, что исключает возможность привлечения ее к субсидиарной ответственности как члена совета директоров общества должника, одного из руководителей по направлениям деятельности общества (директора по развитию общества «Интеграл») за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд. Кроме того, заявитель кассационной жалобы полагает несостоятельными выводы апелляционного суда о том, что она могла одобрять действия должника, поскольку по ряду обстоятельств дела не являлась работником должника, считает недоказанным то, что ее действия привели к доведению должника до банкротства и невозможности погашения требований кредиторов не доказан, полагает ошибочными выводы суда о том, что спорные сделки должника совершались по указанию Назмиевой Э.А.

По мнению Назмиева А.З., выводы судов о доказанности оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности противоречат материалам дела, так судами не было принято во внимание то, что определением от 11.04.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документации у кассатора отказано,  после введения процедуры внешнего управляющего он участвовал в установлении наличия и мест нахождения документации, имущества должника (инвентаризации), в определении ответственных лиц, которые будут передавать документы внешнему управляющему по своим направлениям деятельности, участвуя в приеме - передаче всей документации и имущества должника, подписании соответствующих актов приема-передачи внешнему управляющему документации и имущества должника, и лишь после увольнения с должности исполнительного директора он утратил доступ к имуществу и документации должника. Заявитель данной кассационной жалобы считает несостоятельными выводы судов о том, что совершение ряда сделок повлекло невозможность продолжения уставной деятельности должника и восстановления платежеспособности общества. 

В отзыве на кассационные жалобы конкурсный управляющий общества «Интеграл» просит отказать в их удовлетворении, обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Судами установлено и следует из материалов дела, что согласно заявлению в редакции последнего уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ, конкурсный управляющий просил привлечь солидарно Назмиева А.З. (мажоритарного акционера, бывшего председателя совета директоров общества, бывшего генерального директора должника, участника заинтересованных по отношению к должнику обществ) и Назмиеву Э.А. (бывшего члена совета директоров общества, директора по развитию общества «Интеграл», а также супругу бывшего генерального директора должника и единственного участника заинтересованных по отношению к должнику обществ) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Интеграл» в сумме 2 800 000 000 руб. на основании положения статей 9, 10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, взыскать солидарно с указанных лиц денежные средства в  указанной сумме.

В обосновании заявленных требований конкурсный управляющий должника указал, что основанием  для привлечения контролирующих должника лица является неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  о признании общества несостоятельным (банкротом), созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, а также по представлению конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов, отражающих деятельность должника, имущества должника. 

При этом конкурсный управляющий указал, что в результате неисполнения контролирующими должника лицами обязанности по передаче ему всей документации, он был лишен возможности выявить имущество или права требования, принадлежащие должнику, оспорить сделки должника с целью возврата имущества в конкурсную массу.

Кроме того конкурсный управляющий обращал внимание на совершение Назмиевым А.З. и Назмиевой Э.А. сделок, которые повлекли вывод ликвидного имущества, в результате которых был причинен вред интересам кредиторов должника (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Возражая относительно заявленных конкурсным управляющим  требований, Назмиев А.З. указывал, что оснований для инициирования процедуры банкротства должника по инициативе контролирующих должника лиц не было, так как фактически до введения процедуры конкурсного производства общество продолжало осуществлять уставную деятельность, обладало достаточным имуществом, сотрудниками и производственными мощностями для выполнения принятых на себя обязательств перед участниками строительства объектов недвижимости, перед кредиторами. Имеющиеся на момент открытия процедур банкротства документация и имущество должника в полном объеме, без каких-либо ограничений, передавались (осуществлялся доступ) утвержденным судом арбитражным управляющим. Сделки, на которые указывает заявитель, не могли причинить существенный вред имущественным правам кредиторов и не могли влиять на полное погашение требований кредиторов и не являлись причиной банкротства должника.

Назмиева Э.А., в свою очередь, указывала на то, что не являлась лицом, обладающим правом давать обязательные для исполнения должником указания, в процессе деятельности общества не имела возможности определять действия должника, у нее отсутствовало право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника и не обязана требовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Кроме того, она поясняла, что не является лицом, на которое возложена ответственность за ведение (составление), хранение и последующую передачу документации должника. Сделки, совершенные должником, в которых, по мнению заявителя, участвовала Назмиева Э.А., не могли причинить вред имущественным правам кредиторов, не являлись причинами возникновения признаков банкротства должника и не влияли на полное погашение требований кредиторов.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, приняв во внимание характер деятельности должника, его масштаб (один из крупнейших застройщиков региона), продолжение деятельности должником после возникновения признаков неплатежеспособности, в том числе, после возбуждения дела о банкротстве, при наличии активов, позволяющих осуществлять такую деятельность, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения Назмиева А.З. и Назмиевой Э. А. к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника о признании  его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд в соответствии с положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

При этом, суд первой инстанции, отметив, что отказ суда в истребовании документов должника у Назмиева А. З. по ранее рассмотренному обособленному спору, не лишает заявителя требовать привлечения данного лица к субсидиарной ответственности, так как в силу закона данное лицо не только должно передать (организовать передачу) всей документации и имущества, но и обеспечить (организовать) их правильное ведение и их сохранность, обращая внимание на то, что фактически бывший руководитель общества должника Назмиев А.З. после введения процедур банкротства должника самоустранился от исполнения обязанности по обеспечению сохранности и передачи документации и имущества должника внешнему и (или) конкурсному управляющему должника, признал доказанным наличие оснований для привлечения бывшего генерального директора общества «Интеграл» Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в указанной части, руководствуясь положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Кроме того, проанализировав обстоятельства дела и представленные доказательства, суд первой инстанции счел доказанным факт наличия правовых оснований для привлечения бывшего генерального директора общества «Интеграл» Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, установив факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом, суд первой инстанции посчитал, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности Назмиевой Э. А. в соответствии с положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве отсутствуют, поскольку она не является лицом, которое может быть привлечено к таковой ответственности.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор,  оценив представленные сторонами доказательства,  с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения Назмиева А.З. к ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)  не согласился, полагая, что общество имело признаки неплатежеспособности на 2014 год, что порождало обязанность   руководителя должника инициировать банкротство общества по заявлению должника, заключив, что продолжение ведения деятельности не исключает выводов о возникновении соответствующей обязанности. 

В части выводов суда о привлечении Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, полагая, что оснований для привлечения к ответственности за данное нарушение не имеется ввиду того, что заявитель не доказал невозможность проведения процедуры банкротства без  каких либо документов, которые бы не были переданы управляющему, при этом заявитель также не обозначил и какие именно документы ему не переданы, без которых невозможна его деятельность.

       Между тем, апелляционный суд счел необоснованными выводы суда первой инстанции об отказе в привлечении Назмиевой Э.А. за совершение сделок, которые повлекли утрату ликвидного имущества должника, констатировав согласованность недобросовестных действий Назмиевой Э.А. и Назмиева А.З. по выводу активов должника.

        Рассмотрев требования заявителя в данной части, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения  Назмиевой Э.А. и Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями п.4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного акта, суд округа пришел к следующим выводам.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

Исходя из общих правил действия гражданского законодательства во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) и правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», учитывая, что названные управляющим обстоятельства, в связи с которыми поставлен вопрос о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), суды рассмотрели требования о привлечении к субсидиарной ответственности, исходя из норм материального права, которые действовали в момент совершения правонарушений - статьи 9, 10 Закона о банкротстве в редакции без учета положений Закона № 266-ФЗ, и процессуальных норм, предусмотренных Законом № 266-ФЗ. 

 

Проверив доводы кассационной жалобы Назмиева А. З. в части необоснованности его привлечения  к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему документации должника, суд округа с ними согласился, исходя из следующего. 

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства или доказав, что им предприняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывал на то, что ответчик не выполнил обязанность по представлению ему бухгалтерских и иных документов, отражающих деятельность должника, а также имущества должника, в результате чего он не мог выявить имущество или права требования, принадлежащие должнику, оспорить сделки должника с целью возврата имущества в конкурсную массу.

Суды, привлекая Назмиева А.З. к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника исходили из того, что у данного лица имелась таковая обязанность, которая им должным образом исполнена не была, документы  по акту не переданы, с момента введения процедуры банкротства должника он самоустранился от исполнения обязанности по обеспечению сохранности и передачи документации и имущества должника внешнему и (или) конкурсному управляющему, часть имущества и  документации передалась  без участия Назмиева А. З. бывшими сотрудниками общества, он не участвовал в установлении места хранения  документации и  не обеспечивал ее надлежащее хранение. 

        Суд округа полагает, что  выводы  судов о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  Назмиева А.З. в связи  с непередачей документов и  имущества общества арбитражному управляющему преждевременны.

        Заявитель не представил доказательств злостного уклонения Назмиева А.З. от исполнения обязанности по передаче имущества и документации должника, тем более, что  как следует из материалов дела и  установлено судами имеющаяся  у него документация была передана управляющему. Помимо этого конкурсным управляющим не указано, какие  именно документы должен был передать бывший руководитель должника конкурсному управляющему для формирования конкурсной массы, какие обстоятельства, могут быть подтверждены этими документами, не обосновал невозможность получения дополнительных доказательств самостоятельно, а также наличие доказательств уклонения привлекаемого к субсидиарной ответственности лица от обязанности по передаче документов, которые не позволили сформировать либо затруднили формирование конкурсной массы.

При этом судами установлено, что часть имущества и документации должника была получено конкурсным управляющим от продолжающих свою деятельность работников общества и  арбитражные управляющие (внешний, конкурсный) осуществляют свою деятельность исходя из полученных от бывших работников общества части документов и тех сведений, которые они самостоятельно получают от регистрирующих, уполномоченных органов и третьих лиц.

При рассмотрении  в деле о банкротстве обособленных споров об обязании бывших контролирующих должника лиц передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника, суд, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего исходил из того, что принятие судебного акта, в отсутствие доказательств наличия истребуемых документов и имущества в распоряжении Назмиева А.З. и возможности их представления конкурсному управляющему, по сути, делает соответствующий судебный акт неисполнимым.

Кроме того, из пояснений Назмиева А. З., данных, в том числе суду кассационной инстанции в судебном  заседании суда округа, материалов дела и обстоятельств дела, установленных судом, следует, что бухгалтерская  и  иная документация  должника  до возбуждения  и после  возбуждения дела о банкротстве должника  в основном хранилась  по двум обозначенным ответчиком адресам,  а не у руководителя общества, часть документации должника, относящейся к деятельности общества  в период  с  февраля 2017 по апрель 2018  изъята в рамках расследования уголовных дел, при этом  главным бухгалтером  должника  конкурсному управляющему по  акту от 17.05.2018   передан сервер №2 программы «Бэст-5» и жесткие диски, содержащие сведения  о деятельности должника за вест период ее осуществления.    

      В тоже время привлечение к субсидиарной ответственности - это мера ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника.

Следовательно, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась препятствием для формирования конкурсной массы должника.

Сам по себе факт непередачи документации не может являться безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

С  учетом изложенного, суд округа счел, что выводы судов  о наличии оснований для привлечения Назмиева А. З. к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по передаче документов и  имущества должника арбитражному управляющему преждевременны, поскольку заявителем не доказана невозможность осуществления деятельности конкурсным управляющим в рамках  проводимой процедуры банкротства в связи с непередачей  Назмиевым А. З. каких – либо документов, а также невозможность формирования конкурсной массы должника  с целью удовлетворения требований кредиторов ввиду непредоставления данным лицом каких – либо документов или сведений в отношении деятельности должника.

 

       С доводами кассаторов о необоснованности привлечения  за необращение в суд  с заявлением о признании  должника несостоятельным (банкротом) к субсидиарной ответственности Назмиева А. З. суд округа также вынужден согласиться исходя из следующего.

Заявитель утверждал, что ответчики, как контролирующие должника лица, обладая сведениями о наличии признаков неплатежеспособности и признаках недостаточности имущества общества «Интеграл», должны были не позднее 11.01.2014 исполнить обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и принятию такого решения и подаче данного заявления в арбитражный суд, а также осуществить действия по направлению соответствующего заявления.

При этом, заявитель обращал внимание на следующие обстоятельства.

Наличие неисполненных в установленный срок обязательств перед ЖСК «Комсомольский» по договору инвестирования от 14.09.2011 № 157-У, перед ГУП «Фонд жилищного строительства» на общую сумму 1 950 120 руб., Комитетом по управлению собственностью Минземимущества Республики Башкортостан по городу Нефтекамску на сумму 3 737 800 руб. 05 коп. за 2013 год невыплаченной арендной платы.

Из материалов дела следует, что между обществом «Интеграл» и обществом «Железобетонный завод» были заключены договор об аренде имущественного комплекса от 27.12.2012 № 107/1/567, договор аренды транспортного средства от 01.06.2013№ 48/2/340, договор аренды транспортного средства от 01.06.2013 № 48/3/329 и оказаны автотранспортные услуги (определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.10.2018 по делу № А07-27636/2016). В результате совершения спорных сделок в аренду обществу «Железобетонный завод» передано ликвидное имущество, между тем, какого-либо встречного представления от контрагента не получено. Общий размер неполученной арендной платы составил 35 909 804 руб. Фактически, по мнению заявителя, общество «Интеграл» могло передать указанное имущество в аренду незаинтересованному лицу, получить реальное исполнение в виде арендных платежей и погасить кредиторскую задолженность.

Помимо прочего, 30.06.2009, 31.08.2010 должником в лице Назмиева А.З. совершены сделки с обществом с ограниченной ответственностью «Интеграл - Строймонтаж» в лице Шакирова Р.С. (член совета директоров должника) о переводе долга. Так, в результате совершения спорной сделки общество «Интеграл» приняло на себя обязательства общества «Интеграл - Строймонтаж» на общую сумму 19 824 100 руб. 22 коп. (определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.04.2012 по делу № А07-17788/2011). Между тем указанные денежные средства должнику не возвращены.

К тому же, должником  в лице Назмиева А.З. заключена сделка с Сулеймановым Айратом Раисовичем по заключению договора займа от 23.08.2000 № 1, в соответствии с которым общество «Интеграл» передало Сулейманову А.Р. векселя публичного акционерного общества «Сбербанк» на общую сумму 56 000 000 руб. Так, в результате совершения спорной сделки из конкурсной массы общество «Интеграл» выбыли векселя общества «Сбербанк» на общую сумму 56 000 000 руб., в то время как получено требование к физическому лицу (заведомо неплатежеспособному) на указанную сумму.

Кроме того, должником в лице Назмиева А.З. заключена сделка с обществом с ограниченной ответственностью «Интеграл-Жилфонд-Сервис» по заключению договора от 01.08.2012 и оформление документов, якобы подтверждающих наличие задолженности в размере 1 546 590 руб.

С 2012 года общество «Интеграл» заключало договоры участия в долевом строительстве с физическими лицами и привлекало денежные средства на строительство данного объекта. Между тем фактически к строительству объекта общество «Интеграл» не приступило. В настоящее время требования участников строительства о передаче жилых помещений в данном объекте строительства включены в реестр.

В тоже время по результатам 2013 года прибыль общества «Интергал» составляла  59 576 000 руб.

Из анализа бухгалтерской отчетности должника, по мнению заявителя, усматривается, что по результатам 2014 года прибыль должника составила 6 765 000 руб. при наличии существенной кредиторской задолженности, в том числе перед банками, т.е. финансовые показатели ухудшились в 8,8 раз.

В 3 квартале 2014 года должно было быть завершено проектирование, строительство и ввод в эксплуатацию многоквартирного кирпичного жилого дома № 3 по строительному адресу: Республика Башкортостан, город Уфа, Ленинский район, ул. Ахметова - Шмидта. 

В последующем у общества «Интеграл» также возникли денежные обязательства перед участниками долевого строительства в сумме 31 759 828 руб. 01 коп. и обязательства по передаче помещений на сумму более 1 000 000 000 руб.

Конкурсный управляющий полагал, что должник в течение 2014 года оформил кредитные договоры с публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (сумма задолженности 123 899 023 руб.09 коп.), с открытым акционерным обществом «РОСТ БАНК» (сумма задолженности 54000000 руб.), публичным акционерным обществом «Социнвестбанк» (сумма задолженности 194045778 руб. 39 коп.). Между тем фактически обязательства перед банками не погашались и были приняты лишь для создания видимости платежеспособности, в то время как общество «Интеграл» уже не могло исполнять обязательства перед кредиторами.

При таких обстоятельствах, по мнению заявителя, руководитель должника Назмиев А.З. был обязан обратиться в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании общества «Интеграл» несостоятельным (банкротом).

Учитывая изложенное, полагая, что должник прекратил исполнять обязательства перед кредиторами, и у руководителя общества не позднее 11.01.2014 возникла обязанность  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которая ответчиком не была исполнена, конкурсный управляющий считал, что имеются основания для привлечения его к субсидиарной ответственности  за неисполнение данной обязанности.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

        При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацам тридцать третьему и тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

        Как установлено судами и следует из материалов, общество «Интеграл» являлось одним из самых крупных застройщиков региона, осуществлявшим строительство объектов недвижимости в различных городах Республики Башкортостан и других субъектах России, с обособленными отделами в местах строительства, с разветвленной сетью большого количества взаимосвязанных обществ, в том числе общества с ограниченной ответственностью «Ника», «Интеграл-Ремсервис», «Интеграл-Жилфонд-Сервис», «Интеграл-Строймонтаж», «Железобетонный завод», «Интеграл-проект» и другие.

Руководители, участники обществ, связанных (созданных) с должником, одновременно являлись работниками общества «Интеграл», родственниками мажоритарного акционера, бывшего генерального директора общества «Интеграл» Назмиева А.З.

Бизнес связанных (созданных) с должником обществ был организован как дополняющие друг друга и был направлен на реализацию общего проекта (создание объектов недвижимости), хотя формально и не был оформлен в качестве единой корпорации.

Судами установлено, что на протяжении всей деятельности застройщика должника и взаимосвязанных с ним обществ, деятельность которых была направлена на реализацию общего проекта (создание объектов недвижимости), заключались гражданско-правовые договоры, связанные (вытекающие) с их совместной деятельностью, в том числе договоры аренды, уступки прав требования, подряда, оказания услуг, а также по отчуждению (передаче друг другу) принадлежащих им имущества.

В период, указанный конкурсным управляющим в 2014 г. и до возбуждения дела о банкротстве должника активы должника составляли более 3 млрд. руб., в связи с чем даже при наличии имеющейся задолженности, должник мог рассчитаться по своим обязательства, погасить требования кредиторов, в то время как доказательств, свидетельствующих об ином, в материалы дела не представлено.

Из материалов дела о банкротстве следует, что требования крупных кредиторов (банков), включенных в реестр требований кредиторов обеспечены ликвидным имуществом должника. Обязательства должника перед участниками строительства, в силу Закона № 214-ФЗ об участии в долевом строительстве, обеспечены объектами строительства, которые будут созданы в результате строительства многоквартирных домов. По сведениям, представленным конкурсным управляющим при рассмотрении других обособленных споров в деле о банкротстве, имущество должника, выявленное и включенное в конкурсную массу должника достаточно для погашения текущих обязательств должника и в полном объеме требований кредиторов первой и второй очередей. Из материалов дела о банкротстве следует, что на дату введения процедуры конкурсного производства имеются (имелись) не реализованные застройщиком квартиры и нежилые помещения в домах, строительство которых начато и не было завершено строительством на момент возбуждения дела о банкротстве. При этом большинство многоквартирных домов, строительство которых не было завершено строительством на момент возбуждения дела о банкротстве, имели высокую степень готовности. Кроме того, после возбуждения дела о банкротстве, должник продолжал исполнять принятые на себя обязательства перед участниками строительства. Так, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.08.2018 (резолютивная часть от 14.08.2018) ходатайство внешнего управляющего общества «Интеграл» о погашении требований участников строительства путем передачи им в собственность жилых помещений в многоквартирном доме № 7 по адресу: город Нефтекамск, проспект Комсомольский, дом 43 «Б», микрорайон № 25 удовлетворено, переданы в собственность 120 участникам строительства жилые помещения в многоквартирном доме № 7, расположенном по адресу: город Нефтекамск, проспект Комсомольский, дом 43 «Б». Из материалов дела следует, что строительство вышеуказанного дома продолжалось застройщиком даже после введения процедур банкротства и было завершено после введения процедуры внешнего управления (29.12.2017 Администрацией городского округа город Нефтекамск выдано разрешение на ввод указанного дома в эксплуатацию за № 02-RU 03303000-71-2017). Из материалов дела о банкротстве следует, что с учетом высокой степени готовности сдачи объектов незавершенного строительством, после передачи прав и обязанности застройщика новому застройщику - МУП «Нефтекамскстройзаказчик» РБ, последним, за короткий срок, завершено строительство двух многоквартирных домов. При этом по большинству объектов незавершенного строительства, строительство которых осуществляло общество «Интеграл», на момент возбуждения дела о банкротстве, сроки ввода в эксплуатацию не истекли.

При этом, особенностью ведения деятельности обществами, осуществляющими строительство многоквартирных домов, в инкриминируемый период, являлось то, что при расчетах с подрядчиками в строительной сфере, в том числе взаимосвязанными обществами, как правило, использовалось форма расчетов в виде представления строящихся объектов (квартир) или иного имущества, принадлежащего должнику, поскольку до сдачи объекта заказчикам (участникам строительства), либо до реализации квартир (объектов недвижимости, строительство которых завершено), у застройщика отсутствуют оборотные средства, кроме заемных средств и средств, полученных от участников строительства. Указанные в заявлении конкурсного управляющего сделки не являлись для общества крупными сделками. 

        Помимо этого суды установили и  следует из материалов дела, что  убыток от деятельности должника  в сумме 47 972 000 руб. отражается в отчетностипо результатам 2015 года. 

Кроме того из судебного акта, размещенного в общедоступных источниках размещения судебных актов (определение от 14.02.2017, вынесенное в рамках рассмотрения требования по настоящему делу о банкротстве о включении в реестр требований кредиторов должника) усматривается, что в реестр требований кредиторов должника включена задолженность Федеральной налоговой службы, возникшая в результате неуплаты налога на добавленную стоимость за 1-4 кварталы 2015 г., 1 квартал 2016 г., налога на имущество организаций 6, 9, 12 месяцев 2015 г., 3 месяца 2016 г., в результате доначисления налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц и транспортного налога с организаций по решению выездной налоговой проверки от 28.06.2016 № 34, доначисления налога на добавленную стоимость за 3 квартал 2015 г., 4 квартал 2015 г. по решению камеральных налоговых проверок от 31.03.2016 № 101, 06.06.2016 № 185.

Заявитель также указал, что ответчиками не приняты меры:

- к возмещению расходов в сумме 90 млн. руб., связанных с расселением и строительством жилых домов на земельном участке площадью 26 192 кв. м, относящемся к категории земель населенных пунктов, по адресу: ул. Комсомольская, квартал 840-841 в Октябрьском районе городского округа город Уфа Республики Башкортостан (решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.11.2015 по делу № А07-10775/2015);

- к возмещению затрат, связанных с расселением жильцов, проживающих в ветхих домах № 15, 17 по ул. Социалистической в Ленинском районе г. Уфы с последующим их сносом, приобретением за свой счет в собственность в г. Уфе квартир на вторичном рынке или предоставлению их во введенных в эксплуатацию жилых домах, предназначенных для расселения жильцов жилых домов № 15, 17 по ул. Социалистической г. Уфы, на общую сумму 94 708 591 руб. 10 коп. (в иске отказано в связи с пропуском срока давности; решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.10.2018 по делу № А07-10526/2018).

        При изложенных обстоятельствах, выводы апелляционного суда о наличии у должника признаков неплатежеспособности по состоянию на 2014 год  и наличии у  Назмиев А.З. обязанности по обращению в суд с  заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) не позднее 11.01.2014 не  подтверждаются представленными доказательствами.

       При этом  факт получения кредитов  в 2014 году сам по себе  не может свидетельствовать о возникновении признаков неплатежеспособности предприятия, осуществляющего деятельность по строительству объектов недвижимости, поскольку с учетом характера данной деятельности, в большинстве случаев она осуществляется за счет достаточно большого объема заемных средств, при этом необходимо отметить, что кредитные учреждения (в данном случае банки) согласно стандартной практике кредитования юридических лиц на значительные суммы проверяют платежеспособность заемщика с  целью определения возможных рисков по возврату сумм займов, для рассмотрения заявки банку предоставляется пакет документов о деятельности общества, раскрываются все показатели его финансово-хозяйственной деятельности.

        Исследовав обстоятельства рассматриваемого обособленного спора, изучив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные документы, приняв во внимание то, что должник продолжал ведение финансово–хозяйственной деятельности, в том числе осуществлял строительство объектов незавершенных строительством, продолжая взаимодействовать с контрагентами, контролирующими органами, участниками строительства, выводы судов о возникновении признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника несостоятельны, вследствие чего суд округа не соглашается с позицией апелляционного суда о том, что обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника Назмиевым А.З. не исполнена, вследствие чего, суд округа счел правильной вывод суда первой инстанции в указанной части.

 

        Вместе с тем, судом  округа отклонены доводы кассаторов об отсутствии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности в соответствии с  положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в связи  с совершением в предбанкротный  период и  во время проведения первых процедур банкротства сделок, нанесших ущерб кредиторам  и  приведших  к несостоятельности должника, в том  числе повлиявших на невозможность восстановления финансового положения общества и  в период внешнего управления, когда деятельность обществом  частично осуществлялась. В данной части выводы судов являются правильными, основанными  на фактических обстоятельствах дела и  нормах права, подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям.    

По общему правилу, содержавшемуся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в случае недостаточности имущества должника контролирующие должника лица несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц. 

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), следует, что установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона № 134-ФЗ) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

        Возражая относительно данной части требований заявителя, ответчики указывали на то, что сделки, на которые указывает заявитель, осуществлялись в процессе обычной хозяйственной деятельности общества и не могли причинить существенный вред имущественным правам кредиторов и не могли влиять на полное погашение требований кредиторов.

Суды доводы ответчиков не приняли, и удовлетворили требования заявителя в данной части исходя из следующего.

Судом установлено, что в соответствии с условиями заключенного между Администрацией городского округа город Уфа Республика Башкортостан и общество «Интеграл» договора от 29.08.2006 № 295-П должник осуществлял работы по реконструкции жилых домов № 69, 71, 73 по ул. Чернышевского в квартале 377 Ленинского района городского округа город Уфа. Согласно пункту 2.3 данного договора часть реконструированных объектов (в том числе спорный объект) оформляются в собственность общества «Интеграл».

Общество «Интеграл» занималось расселением квартир, расположенных в указанных объектах, что подтверждается, в том числе, представленными в материалы дела справками и ответами Администрации. Таким образом, объект недвижимости должен быть передан в собственность общества «Интеграл» по результатам расселения жильцов и проведения реконструкции объектов.

В силу пункта 1.1 договора инвестирования от 07.02.2014, заключенного между должником и обществом «Ника» (инвестор), инвестор производит финансирование работ по реставрации объекта строительства. Пунктом 4.1 договора инвестирования определена цена договора - 75 458 500 руб., из расчета стоимости 1 (одного) кв. м общей проектной площади объекта равной 95 000 руб. Проектная площадь составляет 794,3 кв. м.

Таким образом, предполагалось, что расселение и реконструкция указанного объекта будут произведены за счет средств общества «Ника» с последующей передачей последнему права собственности на спорный объект.

В дальнейшем 08.05.2015, ввиду отказа Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан о продлении договоров аренды от 16.08.2013 № 1034-13, № 1035-13, № 1036-13, обществом «Интеграл» подано исковое заявление в Арбитражный суд Республики Башкортостан к Администрации, Управлению по земельным ресурсам Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан о признании незаконными действий администрации, а также обязании продлить договоры аренды от 16.08.2013 № 1034-13, № 1035-13, № 1036-13.

При рассмотрении указанного дела от общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Октябрьский машиностроительный завод» (общество «Ника») поступило ходатайство о привлечении в качестве третьего лица заявляющего самостоятельные требования.

Определением суда от 07.10.2015 по делу № А07-10193/2015 общество «Ника» привлечено в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, а именно требования: признать право собственности на спорный объект; обязать Администрацию городского округа г. Уфа заключить договор аренды земельного участка с кадастровым номером 02:55:010207:10, площадью 333 кв. м, эксплуатации дома № 69 по ул. Чернышевского.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.10.2015 по делу № А07-10193/2015 исковые требования должника оставлены без удовлетворения; исковые требования общества «Ника» удовлетворены частично, признано право собственности на спорный объект.

В результате исполнения должником обязательств перед администрацией и договора инвестирования общество «Ника» получено право собственности на объект незавершенного строительства со степенью готовности 40%, с площадью застройки 336,7 кв. м - здание, расположенное по адресу г. Уфа, ул. Чернышевского, д. 69, кадастровый номер 02:55:010207 без какого-либо встречного представления.

В последующем общество «Ника» реализовало спорное имущество третьему лицу - обществу с ограниченной ответственностью «Меланта».

В настоящее время вышеуказанная сделка признана недействительной определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.07.2019 по делу № А07-537/2016; с общества «Ника» взыскана стоимость переданного объекта в сумме 30 000 000 руб.; денежные средства обществу «Интеграл» не возвращены.

Кроме того, конкурсный управляющий указывал, что при совершении ряда сделок с обществами «Меланта», «Ника», «Хлебный дом», «Уфимский хлеб», движение денежных средств носило транзитный характер - денежные средства, полученные за счет продажи имущества должника, приняты Назмиевой Э.А. через цепочку связанных лиц, в результате чего денежные средства, полученные за имущество должника по следующей схеме: 09.12.2016 от общества «Меланта» в пользу общества «Ника» во исполнение договора от 06.12.2016 № 19 было перечислено 26 000 000 руб., 16.12.2019 общество «Ника» предоставляет обществу «Хлебный дом» заем в сумме 30 000 000 руб. по договору займа от 16.12.2019; общество «Ника» направило денежные средства, полученные от продажи имущества ранее принадлежащего обществу «Интеграл», а также арендные платежи причитающиеся обществу «Интеграл» в пользу общества «Хлебный дом»; 16.12.2019 по договору займа № 48-16 общество «Хлебный дом» предоставило обществу «Уфимский хлеб» заем в сумме 41 500 000 руб.; 20.12.2019 между обществом «Уфимский хлеб» и Назмиевой Э.А. заключен договор купли-продажи акций общества «Нефтекамский хлебокомбинат»; 22.12.2019 Назмиева Э.А. на указанные денежные средства (по версии Назмиевой Э.А.) приобретает у общества «Сбербанк России» права требования к обществу «Интеграл».

Более того, конкурсный управляющий указывал, что на рассмотрении Арбитражного суда Республики Башкортостан находится исковое заявление общества «Ника» о взыскании с общества «Интеграл» задолженности по договорам займа и договору о взаимном сотрудничестве на общую сумму 28 988 342 руб. 92 коп.

В то же время денежные средства в указанном размере фактически, по мнению заявителя, принадлежат должнику. Так, в течение 2016 года денежные средства, причитающиеся обществу «Интеграл» по договорам аренды были направлены не должнику, а в общество «Ника».

По мнению заявителя, фактически Назмиев А.З., будучи директором должника в период наблюдения, направлял денежные средства, причитающиеся должнику на счета аффилированного лица.

Помимо прочего, конкурсный управляющий ссылался на совершение должником ряда сделок, которые впоследствии были признаны недействительными.

Должником в лице Назмиева А.З. и обществом с ограниченной ответственностью «Железобетонный завод» в лице Саяхова Р.К. (член совета директоров должника) заключена сделка, в результате совершения которой, Назмиев А.З. и Саяхов Р.К. предприняли попытку по наращиванию кредиторской задолженности на общую сумму 200 000 000 руб. Между тем, указанные действия общества «Интеграл» и общества «Железобетонный завод» признаны недобросовестными (решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.04.2017 по делу № А07-15607/2016).

Кроме всего прочего, Назмиевым А.З. совершены следующие сделки, направленные на вывод ликвидных активов должника, договор от 03.06.2016 № 155/10-3, заключенный с Рахматуллиной Л.Т., договор от 02.02.2016 № 129/10-03, договор от 02.02.2016 № 130/10-3, договор от 02.02.2016 № 132/10-3, заключенные с Башаровой И.М., договор № 185/10-3 от 11.01.2017, договор № 186/10-3 от 11.01.2017, договор № 187/10-3 от 11.01.2017, заключенные с Насретдиновым И.Г., договор № 122б/10-3 от 19.01.2016, договор № 122а/10-3 от 19.01.2016, договор № 192/10-3 от 06.02.2017, договор № 196/10-3 от 14.02.2017, заключенные с обществом с ограниченной ответственностью «НСМУ-1», договор № 202/10-3 от 03.04.2015, договор № 205/10-3 от 03.04.2015, договор № 201/10-3 от 03.04.2015, заключенные с обществом с ограниченной ответственностью «ЛИОН», договор № 24а/10-3 от 02.04.2014, договор № 24в/10-3 от 02.04.2014, договор № 24б/10-3 от 02.04.2014, заключенные с обществом с ограниченной ответственностью «ПСК «Каскад», договор № 125/10-3 от 22.01.2016, договор № 151/10-3 от 29.02.2016, заключенные с Собко Д.Ф., договор № 197/10-3 от 14.02.2017, № 200/10-3 от 14.02.2017, № 189/10-3 от 06.02.2017, заключенные с обществом с ограниченной ответственностью «Спецавтоматика», договор № 75а/10-3 от 29.05.2015, договор № 75б/10-3 от 29.05.2015, заключенные с обществом с ограниченной ответственностью «УралСтройМашКомплект», договор № 190/10-3 от 06.02.2017, договор 191/10-3 от 06.02.2017, заключенные с Хайретдиновым Л.Р., договор № 161/10-3 от 28.09.2016, договор от 28.09.2016 № 162/10-3, заключенные с Черновым Ю.В.

К тому же, между Назмиевой Э.А. и обществом «Сбербанк России» был заключен договор уступки права (требования) от 22.12.2016 № 8598-15/9 в соответствии с которым общество «Сбербанк России» уступило Назмиевой Э.А. право требования к должнику на общую сумму 123 899 023 руб. 09 коп. В качестве источника денежных средств, для оплаты уступленного права Назмиева Э.А. указывала на заключение договора купли-продажи 90,15% акций акционерного общества «Нефтекамский хлебокомбинат».

Проанализировав обстоятельства совершения данной сделки, установив, что должник в течение длительного времени обладал контрольным пакетом акций общества «Нефтекамский хлебокомбинат» в размере 66,94%, в последующем общество «Интеграл» формально передает спорный пакет акций лицам, связанным с Назмиевым А.З. и Назмиевой Э.А.: Гумеровой Лиане Мирзануровне (работник бухгалтерии общества «Интеграл», родственница Назмиевых); Шириеву Гамилю Шаеховичу (родственник Назмиевых); Каримову Ринату Талгатовичу (друг Назмиевых); - Янгировой Лилие Рифовне (главный бухгалтер общества «Нефтекамский хлебокомбинат»), учитывая, что в последующем указанными лицами спорные акции реализованы по  заниженной цене (в 35.5 раз ниже цены последующей сделки) в пользу Назмиевой Э.А. спустя незначительный период времени; приняв во внимание, что при продаже акций в пользу Назмиевой Э.А. от Каримова Р.И. по доверенности действовал Назмиев А.З.; отметив, что решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.04.2018 по делу № А07-13742/17 установлено, что общество «Хлебный дом» (конечные бенефициары Назмиева Э.А. и Назмиев А.З.) предоставили акционерному обществу «Уфимский хлеб» заем в сумме 41 500 000 руб., который, в свою очередь, был направлен на покупку акций общества «Нефтекамский хлебокомбинат»; суд заключил, что совокупность данных обстоятельств позволяет прийти к выводу, что Назмиевыми осуществлен вывод ликвидного имущества должника (акций общества «Нефтекамский хлебокомбинат»), что свидетельствуют об их недобросовестном поведении. 

Более того, суды установили и приняли во внимание то, что после принятия заявления о признании должника банкротом (22.01.2016),  за 4 дня до введения процедуры наблюдения (07.10.2016) между обществом «Интеграл» в лице Назмиева А.З. и обществом с ограниченной ответственностью «Ника» (далее – общество «Ника») в лице Ахмерова И.Р. (член совета директоров должника) заключено 80 сделок, в результате совершения которых общество «Интеграл» лишилось всех транспортных средств при отсутствии от общества «Ника» какого-либо встречного представления. При этом, было принято во внимание, что указанная техника необходима для осуществления уставной деятельности должника, следовательно это, не могло не отразиться на осуществлении должником  деятельности и получении доходов.

В настоящее время вышеуказанные сделки признаны недействительными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника (определение от 24.07.2019). Между тем конкурсному управляющему отказано в истребовании транспортных средств из чужого незаконного владения, поскольку общество «Ника» реализовало спорное имущество в пользу третьих лиц, вследствие чего с общества «Ника» взыскана стоимость спорного имущества, между тем в отношении общества «Ника» подано заявление о признании его несостоятельным (банкротом); общий размер имущественного вреда, причиненного конкурсным кредиторам, составил более 5 000 000 руб.

        Суды учли, что заключение 80 договоров купли-продажи техники, заключенных между обществами «Интеграл», в лице Назмиева А.З., и «Ника», после принятия заявления о признании должника банкротом (22.01.2016) и за 4 дня до введения процедуры наблюдения (07.10.2016) повлияли на возможность продолжения уставной деятельности общества, в том числе в  процедуре внешнего управления - восстановления платежеспособности общества, так как в результате совершения данных сделок должник фактически лишился всех транспортных средств, в том числе специальных, кранов, которые были задействованы в основной деятельности общества, не получив какого-либо встреченного исполнения и учитывая, что общество «Ника» реализовало спорное имущество, при том, что в отношении данного общества возбуждено дело о банкротстве, возможность получения утраченного имущества равно как и его стоимости минимальна.

        По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Оценив доводы конкурсного управляющего и возражения сторон и исследовав представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанций установил, что Назмиев А.З., мажоритарный акционер, председатель совета директоров обществ, генеральный директор, на момент вменяемых ему виновных действий являлся контролирующим должника лицом.

Назмиева Э.А. являлась членом совета директоров общества, директором по развитию общества «Интеграл», а также супругой бывшего генерального директора должника и единственным участником заинтересованных по отношению к должнику обществ.

          При этом судами также установлено, что Назмиева Э.А. с учетом ее статуса, являлась фактическим выгодоприобретателем от совершения сделок, ввиду того, что при совершении ряда сделок не было представлено доказательств получения встречного предоставления, сделки были убыточными для должника, при том, что реальность получения каких-либо денежных средств после признания сделок недействительными является минимальной, поскольку в отношении некоторых обществ возбуждены дела об их несостоятельности (банкротстве), что не исключает возложение на Назмиеву Э.А., участвовавшую, в том числе и опосредованно в совершении сделок, субсидиарной ответственности за их совершение.

        Установив совокупность вышеуказанных обстоятельств, суды пришли к обоснованному выводу о том, что Назмиевы являлись контролировавшими должника лицами и контролировали процесс вывода денежных средств и имущества должника, а также последующее распределение денежных потоков, осуществляемый в своих личных интересах, что привело к банкротству общества «Интергал», а также совершали действия по выводу активов предприятия в пользу аффилированных лиц, поскольку в результате данных действий общество лишилось возможности исполнить свои обязательства.

         Суды,  проанализировав приведенные участниками спора доводы и возражения, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, исходя из предметов сделок, о совершении которых заявлено управляющим (выбытие специализированной техники, недвижимости, акций, денежных средств), принимая во внимание нераскрытие экономической целесообразности совершения данных сделок, тем более в рассматриваемый период, а также в отсутствие разумных объяснений  их совершения в период, когда в обществе сложилась крайне сложная экономическая ситуация, предбанкротный период, тем более за  несколько дней до введения первой процедуры банкротства и позднее, суды пришли к выводу, что совокупность установленных обстоятельства подтверждает, что с учетом  сложившейся экономической ситуации в обществе, вменяемые ответчикам действия по совершению сделок, совершенных после появления признаков объективного банкротства, повлекших существенное ухудшение финансового положения должника, и явившихся причиной окончательной утраты возможности осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности (в том  числе восстановление платежеспособности предприятия в ходе внешнего управления), и, как следствие, утраты возможности реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

 Данные действия расценены судам как не соответствующие принципу добросовестности, совершенными с единственной целью вывода ликвидных активов должника и причинения вреда кредиторам в преддверии банкротства общества и ненаправленными на достижение целей его хозяйственной деятельности. 

При этом  судами также принято во внимание и  то, что ответчиками не предприняты меры по возврату (взысканию) средств, возврату имущества и не приведены причины, помешавшие им совершить подобные действия, в тоже время возврат имущества и  средств, с учетом финансового положения общества и размера стоимости выведенных активов, возможно, позволил бы обществу рассчитаться с долгами  перед кредиторами и продолжить осуществление коммерческой деятельности, а их пассивное поведение свидетельствует о недобросовестности их действий и отсутствии намерения  предпринять все необходимые меры для достижения наилучшего экономического результата для общества и его кредиторов.

         Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, исходя из изложенных выше выводов, учитывая обстоятельства конкретного спора, суд правомерно установил, что действия ответчиков образуют состав гражданско-правового нарушения, влекущего возложение на указанных лиц субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом должником совершена сделка с обществом с ограниченной ответственностью  «Интеграл-Ремсервис» на общую сумму 3 290 418 руб. 87 коп., на момент совершения которой от имени общества «Интеграл» действовал Назмиев А.З., а от имени общества «Интеграл-Ремсервис» Ахмеров И.Р. (директор) и Назмиева Э.А. (единственный участник),учитывая, что указанные сделки совершены между заинтересованными лицами и были направлено исключительно на наращивание кредиторской задолженности, которая в настоящее время включена в реестр требований кредиторов должника (определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.02.2017 по делу № А07-537/2016).

         Однако, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение сделок с обществом Интеграл-Ремсервис» на общую сумму 3 290 418 руб. 87 коп., поскольку данная задолженность определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.02.2017 по делу № А07-537/2016; с обществом «Железобетонный завод» в лице Саяхова Р.К. (член совета директоров должника), поскольку факт наступления неблагоприятных последствий в результате совершения данных действий не доказан, учитывая, что в иске отказано; с обществом «Интеграл-РемСервис» в лице Башарова Р.А. (брат Назмиевой Э.А.) по заключению договора № 16 о взаимном сотрудничестве; сделки с обществом «Интеграл-Жилфонд-Сервис» по заключению договора от 01.08.2012 и оформление документов, якобы подтверждающих наличие задолженности в размере 1 546 590 руб., расценив отсутствие доказательств необоснованности требований в рамках настоящего спора.

        Установив, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем размер ответственности ответчика определить невозможно, суд апелляционной инстанции, указал, что взыскание с контролирующих должника лиц денежных средств в порядке привлечения к субсидиарной ответственности является преждевременным, производство по заявлению в указанной части следует приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

Доводы Назмиева А. З.  о наличии на рассмотрении суда первой инстанции требования о взыскании  с него убытков, в основу которого положены схожие основания (сделки), что может повлечь  "неоднократное" привлечение к ответственности контролирующего должника лица судом округа отклонен.

При наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов).

В случае если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, реституции, размер требований носит зачетный характер.

Ввиду того, что окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей, при том, что совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве,  данные обстоятельства подлежат оценке  и учету  при наличии к тому оснований судом на стадии определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. 

       Иные доводы заявителей кассационных жалоб, судом округа отклоняются, поскольку являлись  предметом  рассмотрения судов, получили  правовую оценку и касаются фактических обстоятельств и доказательственной базы по делу, направлены на переоценку обстоятельств дела и представленных доказательств, при этом они были предметом рассмотрения суда  апелляционной инстанции, им дана соответствующая правовая оценка.  Положения АПК РФ, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Судом установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, все приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы, выводы суда апелляционной инстанции соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены принятого по спору судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, постановление апелляционного суда подлежит оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2020 по делу № А07-537/2016 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационные жалобы Назмиева Альфата Зайниевича и Назмиевой Эльмиры Альбертовны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             С.Н. Соловцов