732/2023-322174(2) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-72597/2023 

Москва Дело № А40-195019/19   20 ноября 2023 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 20 ноября 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи А.С. Маслова, судей Ж.В. Поташовой и Н.В. Юрковой 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ООО «ПКФ «Сиблифт» на определение Арбитражного суда города Москвы  от 22.09.2023 по делу № А40- 195019/19, вынесенное судьей Р.М. Олимовой в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Карачаровский механический завод»,  

 о признании недействительным дополнительного соглашения от 30.12.2021 к договору  займа № б/н от 03.10.2019 между ПАО «КМЗ» и ООО «ПКФ «Сиблифт»,  

при участии в судебном заседании: от ООО «ПКФ «Сиблифт»– ФИО2, по дов. от 01.03.2023, от к/у ПАО «Карачаровский механический завод» - ФИО3, по дов. от 21.03.2023 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2022 по настоящему делу  ПАО «Карачаровский механический завод» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.  Сообщение о введении в отношении должника соответствующей процедуры  опубликовано в газете «Коммерсантъ» объявлением № 42(7243) от 12.03.2022.  

В Арбитражный суд города Москвы 20.05.2022 поступило заявление  конкурсного управляющего к лицу, участвующему в рассмотрении заявления –  ООО «ПКФ Сиблифт», о признании сделки недействительной в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) ПАО «Карачаровский механический завод».  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2023 признано  недействительным дополнительное соглашение от 30.12.2021 к договору займа № б/н  от 03.10.2019 между ПАО «КМЗ» и ООО «ПКФ «Сиблифт».  

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 22.09.2023,  ООО «ПКФ «Сиблифт» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит  названное определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый  судебный акт.  

В судебном заседании представитель ООО «ПКФ «Сиблифт» доводы  апелляционной жалобы поддержал, просил оспариваемое определение суда первой  инстанции отменить.  

Представитель конкурсного управляющего против удовлетворения  апелляционной жалобы возражал.  

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, изучив  материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для  удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения  арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством  Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, ПАО «КМЗ» предоставило ООО «ПКФ  «Сиблифт» заемные средства по договору займа № б/н от 03.10.2019. Заемщик должен  был получить 230 000 000 рублей под 13,5 процентов годовых (п. 1.1 Договора).  

 Всего за период с 08.10.2019 по 03.03.2020 должник перечислил заемщику  130 700 000 руб.  

За период с 10.06.2020 по 14.02.2022 заемщик возвратил должнику  36 102 000 руб.  

Согласно пункту 1.5 Договора займа вся сумма займа подлежала возврату не  позднее 31.12.2020, при этом 31.12.2020 подлежали уплате проценты (п. 3.1 Договора).  Дополнительным соглашением № 1 от 28.12.2020 срок возврата займа (п. 1.5) был  продлен до 31.12.2021, а дополнительным соглашением от 30.12.2021 - до 31.12.2022.  

Дополнительное соглашение от 30.12.2021 заключено после введения в  отношении ПАО «КМЗ» процедуры наблюдения без согласия временного  управляющего.  

Полагая, что данная сделка совершена в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с  заявлением о признании сделки, дополнительного соглашения от 30.12.2021,  недействительной и применении последствий их недействительности на основании  пункта 2 статьи 61.2, пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве, статей 10, 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление конкурсного  управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств  наличия оснований для признания оспариваемого дополнительного соглашения  недействительной сделкой.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного  суда города Москвы.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Как следует их материалов дела, определением Арбитражного суда города  Москвы от 31.07.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве должника,  оспариваемое соглашение заключено 30.12.2021, то есть в период подозрительности,  установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может  быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  

совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения  был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки  знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная  сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в  имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава  учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих  условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов  должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой  стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или  сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные  учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской  Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей  по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены  указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 612  Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или  

могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в  абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для  целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 612 Закона о  банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки  признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является  достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, в силу  абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19этого  Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми -они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Как установлено судом, на момент заключения оспариваемого соглашения,  должник обладал признаками неплатежеспособности.  

Кроме того, согласно правовому подходу, отраженному в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4), сама по  себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества  на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели  причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве  подозрительной.  

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может  быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности  должника на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному  доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об  оспаривании сделки.  

Следовательно, при наличии обязательств перед иными кредиторами должник  совершил безвозмездную сделку по пролонгации долга, что по мнению суда  свидетельствует о преследовании должником цели причинения вреда имущественным  правам кредиторов и об осведомленности ответчика об этом.  

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом,  причиненным имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику.  

В результате совершения оспариваемой сделки должник не получил от  ООО «ПКФ Сиблифт» долг, который мог быть взыскан в конкурсную массу должника  и направлены на погашение кредиторской задолженности.  

Как было указано выше, дополнительное соглашение от 30.12.2021 заключено  после введения в отношении ПАО «КМЗ» процедуры наблюдения без согласия  временного управляющего.  

ООО ПКФ «Сиблифт» указывало, что конкурсным управляющим не доказан  факт отсутствия согласия временного управляющего на заключение оспариваемой  сделки, так как в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие  несогласие временного управляющего на совершение сделки.  

Суд первой инстанции обоснованно указал, что возложение на заявителя  обязанностей по доказыванию отсутствующего факта передачи документов  противоречило было положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Так, в случае наличия соответствующего согласия временного управляющего  ФИО5, ООО ПКФ «Сиблифт», как сторона сделки, не имело бы препятствий  для предоставления документа в материалы дела. Однако, данные документы не были  приобщены ответчиком по обособленному спору. Следовательно, в отсутствие  доказательств обратного, заявитель презюмирует отсутствие согласия временного  управляющего на совершение оспариваемой сделки.  

При этом, актуальная судебная практика исходит из необходимости предприятия  судом мер по установлению наличия согласия временного управляющего на  совершение оспариваемой сделки.  

В соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от  18.12.2017 № 305-ЭС17-12763(1,2) по делу № А40-698/2014, по смыслу статьи 61.1  Закона о банкротстве перечень юридических действий, которые могут быть оспорены в  рамках дела о банкротстве, не ограничен исключительно понятием "сделки",  предусмотренным статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации.  Фактически в деле о банкротстве в целях защиты кредиторов от недобросовестного  поведения должника и части его контрагентов, а также а целях соблюдения принципов  очередности и пропорциональности удовлетворения требований всех кредиторов  потенциально могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно  влияют на имущественную массу должника.  

Так, к числу подобных фактов могут быть отнесены действия, направленные на  исполнение любых обязательств должника; совершенные третьими лицами (а не самим  должником) сделки за счет должника (пункты 1 и 2 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)»), ненормативные правовые акты, оформляющие  сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  18.11.08 N 10984/08) и проч. Во всех названных случаях право на иск имеется, в том  числе в силу того, что на законодательном уровне интересы неудовлетворенных  кредиторов как гражданско-правового сообщества признаются более значимыми по  сравнению с интересами конкретных кредиторов, получивших имущественный актив  от неплатежеспособного лица в индивидуальном порядке, в целях выравнивания  положения (возможности на получение удовлетворения) всех кредиторов, обладающих  равным правовым статусом.  

В силу пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника  могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в  

письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим  Федеральным законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок:  

связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо  либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более  пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения,  

связанных с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и  гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с учреждением  доверительного управления имуществом должника.  

Порядок согласования сделок в силу норм пункта 2 статьи 64 Закона о  банкротстве направлен на защиту всех кредиторов должника, а также самого должника,  его учредителей или участников  

Таким образом, Законом о банкротстве специально предусмотрены ограничения  прав должника на заключение договоров, влекущих принятие дополнительных  обязательств, и установлен специальный режим заключения таких договоров в  процедуре наблюдения.  

Пунктом 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа  юридического лица или государственного органа либо органа местного  самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является  оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых  последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого  согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных  лиц, указанных в законе.  

В силу пункта 2 указанной статьи, поскольку законом не установлено иное,  оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего  лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного  самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая  сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения  сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.  

Доводы ООО ПКФ «Сиблифт» со ссылкой на тот факт, что у ПАО «КМЗ»  остается возможность для погашения своих требований по договору займа от  03.10.2019, обоснованно отклонены судом первой инстанции.  

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 по  делу № А46-12387/2020 указанные требования ПАО «КМЗ», вытекающие из договора  займа № б/н от 03.10.2019, рассмотрены апелляционным судом и признаны  обоснованными с понижением в очередности удовлетворения (перед распределением  ликвидационной квоты). Учитывая обычную практику удовлетворения требований  кредиторов, у ООО ПКФ «Сиблифт» с высокой долей вероятности будут отсутствовать  денежные средства после погашения реестровых и за реестровых требований, что  повлечет невозможность погашения требований ПАО «КМЗ».  

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не  препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на  такой сделке.  

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим  Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от  такого признания (ничтожная сделка).  

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна,  

если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных  последствий нарушения  

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка,  являющаяся ничтожной, недействительна независимо от признания ее таковой судом.  

Суд также усматривает в действиях сторон признаки злоупотребления правом.  

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации  заключение договора между сторонами носит свободный (диспозитивный) характер.  Стороны самостоятельно определяют и отражают в договоре все необходимые условия  его заключения.  

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник  имущества вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему  имущества любые действия, не противоречащие законодательству Российской  Федерации.  

Законодатель раскрывает принцип свободы договора путем перечисления тех  возможностей (правомочий), которыми наделены субъекты гражданского права:  заключать или не заключать договор, определять вид заключаемого договора,  формулировать условия договора по своему усмотрению (статья 421 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Следуя буквальному смыслу статьи 421 Гражданского кодекса Российской  Федерации, в содержании свободы договора можно выделить три составляющих:  свободу заключать или не заключать договор, свободу выбирать вид заключаемого  договора (включая возможность заключения смешанного или непоименованного  договора), свободу определять условия договора по своему усмотрению.  

Конституционный характер свободы договора означает, что данное благо  (свобода) может быть ограничено федеральным законом лишь в той мере, в какой это  необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья,  прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности  государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ). Свобода договора не может быть  безграничной.  

Таким образом, свобода договора имеет свои пределы. Под пределами  понимаются общие требования к осуществлению любого субъективного гражданского  права, а именно: соблюдение прав и законных интересов третьих лиц, соблюдение  публичного порядка, недопустимость злоупотребления правом.  

Предусмотренные законом ограничения свободы договора преследуют одну из  трех целей: защита слабой стороны договора, защита интересов кредиторов либо  защита публичных интересов (государства, общества).  

Злоупотребление свободой договора представляет собой умышленное  несоблюдение одним из контрагентов предусмотренных законом ограничений  договорной свободы, повлекшее причинение ущерба другому контрагенту, третьим  лицам или государству.  

Для злоупотребления свободой договора характерны такие признаки как:  видимость легальности поведения субъекта; использование недозволенных средств и  способов осуществления права (свободы); осуществление права вопреки его  социальному назначению; осознание лицом незаконности своих действий (наличие  умысла); причинение ущерба другим лицам вследствие совершения вышеуказанных  действий.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление  правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях  ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на  рынке  

Таким образом, злоупотребление правом представляет собой особый тип  гражданского правонарушения.  

Действия ответчика и должника по выводу денежных средств из конкурной  массы с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов подпадает под  понятие злоупотребление правом.  

В рассматриваемом споре конкурсным управляющим доказано, что действиями  ответчика и должника, кредиторам должника был причинен имущественный вред.  

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда  первой инстанции о наличии в действиях сторон недобросовестности и  злоупотребления правами.  

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при  рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.  

Заявителем апелляционной жалобы не представлено в материалы дела  надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, апелляционная  жалоба не содержит доводов, которые могут служить основанием для отмены решения  Арбитражного суда города Москвы  

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает  определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам  материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит  оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.  

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса  Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2023 по делу   № А40-195019/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: А.С. Маслов  

Судьи: Ж.В. Поташова 

 Н.В. Юркова