АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-5267/2024

Дело № А12-7321/2023

г. Казань

25 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2025 года 

Полный текст постановления изготовлен 25 февраля 2025 года. Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  

председательствующего судьи Самсонова В.А., судей Богдановой Е.В., Егоровой М.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тютюгиной Т.С., 

с участием в судебном заседании посредством веб-конференции: 

представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 17.04.2023,  

финансового управляющего ФИО3, паспорт, лично, 

представителя ФИО4 – ФИО5, доверенность от 26.12.2024,  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1,  

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 21.08.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2024  

по делу № А12-7321/2023  

по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки, а также по ходатайству ФИО4 об исключении имущества из конкурсной массы должника, объединенных в одно производство в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО6 (ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.06.2023 ФИО6 (далее – ФИО6, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 в отношении ФИО6 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 4 (четыре) месяца.  

В суд поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки, а также ходатайство ФИО4 об исключении имущества (транспортные средства) из конкурсной массы должника. Рассмотрение данных обособленных споров объединено в одно производство.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 21.08.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки отказано. Кроме того, указанным судебным актом из конкурсной массы ФИО6 исключено транспортное средство: тягач MAN TGX 18 440, регистрационный знак: 

<

***>, год выпуска 2011, VIN: 

<

***>; а также рефрижератор, SCHMITZ SKO24,  

регистрационный знак: 

<

***>; год выпуска: 2012, VIN: 

<

***>.  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2024 определение суда первой инстанции от 21.08.2024 оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной инстанции судебными актами, ФИО1 (далее – ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неверное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, просила судебные акты судов первой и апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявления ФИО4 об исключении имущества из конкурсной массы, одновременно удовлетворив заявление финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.  

Заявитель кассационной жалобы полагает сомнительными доводы ответчика о передаче на длительный срок в безвозмездное пользование транспортных средств с целью проверки технического состояния; судами дана неверная оценка содержанию первоначально предоставленных в материалы обособленного спора договоров купли-продажи, из которых не следует, что они носят характер предварительных; выводы судов об отсутствии последствий при исключении из числа доказательств по спору противоречивы; в рассматриваемом случае действия ФИО4 необходимо квалифицировать как злоупотребление правом.  

Представитель ФИО1 в судебном заседании на доводах, изложенных в кассационной жалобе, настаивал. Финансовый управляющий ФИО3 кассационную жалобу ФИО1 поддержал.  

От ФИО4 в суд поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором он возражает относительно её удовлетворения. В судебном  

заседании представитель ФИО4 также просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО6 и ФИО4 заключены договоры купли-продажи движимого имущества (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) от 08.10.2021, по условиям которых ФИО6 продал ФИО4 транспортные средства: тягач MAN TGX 18 440, регистрационный знак: 

<

***>, год выпуска 2011, VIN: 

<

***>; а также полуприцеп-рефрижератор SCHMITZ SKO24, регистрационный знак: 

<

***>; год выпуска: 2012, VIN: 

<

***>.  

Исходя из условий договора стоимость тягача MAN TGX 18 440, регистрационный знак: 

<

***>, определена сторонами в размере 3 000 000 руб., стоимость прицепа-рефрижератора SCHMITZ SKO24, регистрационный знак: 

<

***> – в размере 2 800 000 руб.  

Однако в ходе рассмотрения заявления вышеуказанные договоры ФИО4 были самостоятельно исключены из числа доказательств по делу и впоследствии в материалы дела представлены договоры купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) от 22.02.2022, заключенные опять же с ФИО6  

В соответствии с условиями договоров от 22.02.2022 ФИО6 продал ФИО4 транспортное средство: тягач MAN TGX 18 440, регистрационный знак: 

<

***>, год выпуска 2011, VIN: 

<

***>; а также прицеп-рефрижератор SCHMITZ SKO24, регистрационный знак: 

<

***>; год выпуска: 2012, VIN: 

<

***>.  

Исходя из условий договоров, стоимость MAN TGX 18 440 определена сторонами в размере 3 000 000 руб., стоимость SCHMITZ SKO24 - 2 800 000 руб.  

С учетом данных обстоятельств ФИО4 были скорректированы требования об исключении имущества из конкурсной массы должника и в качестве обоснования данного ходатайства указаны договоры, заключенные 22.02.2022 с ФИО6  

В свою очередь финансовый управляющий, полагая, что реализация транспортного средства и прицепа должником имеет признаки недействительной сделки, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из отсутствия совокупности условий для признания сделки недействительной как по специальным основаниям, предусмотренным положениями Закона о банкротстве, так и по основаниям, указанным в статьях 10, 170 ГК РФ. Признав оспариваемые сделки реальными и действительными, суд первой инстанции исключил спорное имущество из конкурсной массы должника.  

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав материалы дела, согласился с выводами суда первой инстанции, одновременно отметив следующее.  

Заявление о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) было принято к производству на основании определения суда от 10.04.2023, в связи с чем, оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом, как установлено судами, ФИО4 и ФИО6 не являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу. Доказательств, подтверждающих обратное, в материалы дела не представлено.  

В соответствии с представленным ФИО4 информационным письмом оценочной компании ООО «Атон» стоимость спорных транспортных средств, определенная сторонами в договорах, заключенных 22.02.2022, соответствует рыночной цене транспортных средств.  

Сведения об иной стоимости в материалы дела не представлены, ходатайства о назначении экспертизы в адрес суда не поступали.  

В ходе рассмотрения заявления конкурсного кредитора ФИО1 о фальсификации договоров купли-продажи движимого имущества от 08.10.2021, заключенных между ФИО4 и ФИО6 и расписок к ним, ФИО4 самостоятельно исключены спорные договоры из числа доказательств по делу.  

В последующем ФИО4 представлены пояснения о том, что вышеуказанные договоры по своей сути являлись предварительными, имущество от ФИО6 в пользу ФИО4 в рамках этих договоров не передавалось.  

ФИО4 воспользовался правом, предусмотренным положениями статьей 161 АПК РФ на исключение указанных договоров от 08.10.2021 из числа доказательств по делу.  

С учетом данных обстоятельств, суд первой инстанции не нашел оснований считать документ сфальсифицированным с назначением по нему почерковедческой экспертизы.  

В последующем в материалы дела ФИО4 были представлены договоры купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) от 22.02.2022, заключенные с ФИО6  

ФИО1 повторно было заявлено о фальсификации договоров купли-продажи автомобиля от 22.02.2022, заключенных между ФИО4 и ФИО6 и расписок к ним.  

Возражая относительно заявленных ФИО1 доводов, ФИО4 были представлены пояснения об утрате оригиналов договоров купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) от 22.02.2022, заключенных между ФИО4 и ФИО6 и расписок к ним о получении продавцом денег. В связи с чем сторонами были составлены дубликаты таковых (т.е. заново подписаны документы) в целях последующей регистрации автотранспортных средств в органах МВД РФ.  

Приняв во внимание вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления ФИО1 о фальсификации доказательств и назначении по делу судебной экспертизы на предмет установления давности изготовления этих документов.  

Суд первой инстанции также принял во внимание, что после отчуждения ФИО6 22.02.2022 автомобиля MAN TGX 18 440, ФИО4 были оформлены страховые полисы ОСАГО на данное транспортное средство на период с 11.11.2022 по 10.11.2023 и с 15.12.2023 по 14.12.2024, содержащие информацию о том, что страхователем и собственником является ФИО4 Оформление страхового полиса на прицеп не требуется.  

С 2017 года ФИО4 является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которого является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по  

перевозкам. Спорное имущество приобреталось у ФИО6 с целью использования такового в коммерческой деятельности.  

Проверяя финансовую возможность ФИО4 приобретения спорных транспортных средств, суды установили, что денежные средства для их приобретения были предоставлены ФИО4 его матерью - ФИО7, которая является собственником нежилого здания и земельного участка. Доход от сдачи в аренду данного имущества за период с января 2019 года позволял ФИО7 предоставить вышеуказанную сумму денежных средств в адрес ФИО4 В связи с этим суды признали, что источник денежных средств ФИО4, переданных ФИО6 по договорам от 22.02.2022, раскрыт и подтвержден.  

Распределение должником полученных от ФИО4 денежных средств имеет исключительное отношение к добросовестности действий ФИО6  

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о реальности сделок, заключенных 22.02.2022 между ФИО6 и ФИО4, и как следствие - об отсутствии совокупности условий, необходимых для признания недействительными оспариваемых договоров.  

Отклоняя доводы кредитора ФИО1 о недействительности договоров купли-продажи со ссылкой на исполнительные действия в отношении спорного имущества, суды первой и апелляционной инстанции указали, что исполнительное производство, в рамках которого был составлен акт о наложении ареста на транспортные средства, возбуждено на основании судебного акта, который на данный момент отменен. Указанный акт не содержит документов, свидетельствующих об осмотре и фактическом наличии имущества, которое в нем указано. К данному акту не приложены документы о праве собственности на указанное в нем имущество, а также фотофиксация такового.  

Со слов ФИО6 должник участвовал в исполнительных действиях по наложению ареста на вышеуказанное имущество как формальный собственник, числящийся в органах МВД РФ и ПТС. Однако  

информация о данных действиях ФИО6 в адрес ФИО4 не предоставлялась.  

Финансовый управляющий просил признать недействительными договоры купли-продажи, заключенные 08.10.2021 между ФИО6 и ФИО4, однако как указано судами, данные документы исключены из числа доказательств ФИО4, уточнения к заявлению о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки не заявлялись.  

Приняв во внимание наличие в материалах дела договоров купли-продажи транспортных средств (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата) от 22.02.2022, подтверждающих переход права собственности на спорное имущество от ФИО6 к ФИО4, при установлении обстоятельств свидетельствующих о реальности спорных договоров, суды первой и апелляционной инстанции исключили вышеуказанное имущество из конкурсной массы ФИО6  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Как следует из положений Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  

недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  

банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Установив реальный характер совершенных между ФИО6 и ФИО4 сделок от 22.02.2022, исключение ФИО4 ряда документов из числа доказательств и отсутствие в связи с этим со стороны финансового управляющего ФИО3 уточнений заявления о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности, суды первой и апелляционной инстанции пришли к обоснованному выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для признания недействительными оспариваемых договоров.  

Доводы кассатора о том, что вторичные экземпляры договоров купли-продажи от 22.02.2022 и расписки в получении должником денег были представлены ФИО4 после заявления ФИО1 о фальсификации первоначально представленных копий договоров купли- 

продажи от 08.10.2021 и расписок к ним, что, по мнению заявителя, свидетельствует о недобросовестности сторон, были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно отклонены.  

При этом судами приняты во внимание как позиция ответчика в порядке части 1 статьи 181 АПК РФ по вопросу исключения договоров от 08.10.2021 и расписок к ним из числа доказательства, так и пояснения ФИО4 о том, что договоры от 08.10.2021 составлялись сторонами в качестве предварительных и фактической передачи транспортных средств по ним не последовало, экземпляры договоров от 08.10.2021 и расписок к ним изначально в суд представлены финансовым управляющим, а не ответчиком, который в свою очередь представил договоры купли-продажи и расписки к ним от 22.02.2022 и которые были оценены судом первой инстанции в порядке статьи 71 АПК РФ. Договоры купли-продажи от 08.10.2021 и расписки к ним ввиду их исключения в порядке статьи 181 АПК РФ из числа доказательства в основу выводов судов о действительности сделок купли-продажи транспортных средств между должником и ФИО4 положены не были.  

В связи с этим подлежат отклонению и доводы подателя жалобы о злоупотреблении ФИО4 своими правами и необходимости применения к высказанной им позиции принципа «эстоппель», запрещающего противоречивое процессуальное поведение участника процесса.  

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских  

правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).  

Само по себе противоречивое поведение стороны не является упречным (противоправным или недобросовестным). Недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость.  

Для применения эстоппеля в процессе необходимо установить не только факт противоречивого поведения одной из сторон спора, но также оценить, в какой степени поведение этой стороны могло создать доверие для другой, на которое она обоснованно положилась и вследствие этого действовала (могла действовать) в ущерб себе (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2024 № 300-ЭС24-6956 по делу № СИП-295/2023).  

Главная задача принципа эстоппель заключается в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.  

Недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость.  

В рассматриваемом случае изменение поведения должника и ФИО4 заявителем усмотрено в представлении после исключения в порядке пункта 1 статьи 181 АПК РФ из числа доказательств договоров от 08.10.2021 и расписок к ним договоров купли-продажи и расписок от иной даты – 22.02.2022.  

Вопреки доводам ФИО1 указанные действия ФИО4 были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанции, в результате которых суды, приняв во внимание результат рассмотрения заявления ФИО1 о фальсификации доказательств в виде исключения из числа доказательства договоров от 08.10.2021 и  

расписок к ним, а также пояснения сторон об обстоятельствах подписания договоров от 22.02.2022 и расписок к ним, связанных с наличием препятствий в виде запрета на регистрацию транспортных средств в органах ГАИ, наличие доказательств оформления страховых полисов ОСАГО на ФИО4 в отношении спорных транспортных средств, не установили противоречивости и недобросовестности в поведении ФИО4, указав, что представление после исключения из числа доказательств договоров от 08.10.2021 договоров купли-продажи аналогичного содержания от иной даты (от 22.02.2022) не свидетельствует об изменении правовой позиции ФИО4 о переходе к нему права собственности на спорные транспортные средства.  

По существу, доводы жалобы направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и исследованных доказательств.  

Между тем из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).  

Иное толкование заявителями жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.  

Доводы подателя жалобы о ненадлежащей оценке судами обстоятельств длительного не обращения ФИО4 к органы ГАИ для регистрации на свое имя транспортных средств также были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно отклонены со ссылкой на то, что на момент заключения  

договоров купли-продажи от 22.02.2022 в отношении транспортных средств имелись препятствия для их переоформления на ФИО4 в виде запрета на регистрационные действия, который впоследствии был отменен ввиду отмены судебного акта, которым эти обеспечительные меры были наложены.  

Судами установлено, что ФИО4 является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которого служит осуществление автомобильных перевозок, спорные транспортные средства эксплуатировались ответчиком после заключения оспариваемых договоров, доказательств заинтересованности ФИО4 по отношению к должнику в материалы дела не представлено.  

Ссылки подателя жалобы на несовпадения в тексте расписок к договорам купли-продажи от 22.02.2022, свидетельствующие, по его мнению, о фальсификации этих документов, были предметом исследования и оценки судов и правомерно отклонены.  

Как установлено судами, оригиналы договоров от 22.02.2022 и расписок к ним были утрачены сторонами, в связи с чем сторонами были изготовлены (переподписаны) дубликаты как самих договоров от 22.02.2022, так и расписок к ним от той же даты, что объясняет некоторые стилистические расхождения в их тексте.  

Иные приведенные кассатором обстоятельства также не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств.  

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемых определения Арбитражного суда Волгоградской области от 21.08.2024 и постановления  

Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2024 (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.  

На основании изложенного и руководствуясь 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 21.08.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2024 по делу № А12-7321/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья В.А. Самсонов  

Судьи Е. В. Богданова  

М.В. Егорова