﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№17АП-1171/2020-ГК

г. Пермь

10 марта 2020 года

Дело №А50-7561/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  10 марта 2020 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Лесковец О.В., 

судей Дружининой Л.В., Кощеевой М.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Полуднициным К.А.

при участии в заседании:

от истца - общества с ограниченной ответственностью «Альянс+»: Мирсаянов Э.Г., представитель по доверенности от 01.01.2020;

от ответчика - акционерного общества «Станкопром»: Косолапков П.Ю., представитель по доверенности от 09.01.2020;

от ответчика - акционерного общества «Совмесное технологическое предприятие «Пермский завод металлообрабатывающих центров: Мешканцев С.А., представитель по доверенности от 09.01.2020;

от третьего лица, государственной корпорации по содействию, разработке производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех»: Исаенко Д.С., представитель по доверенности от 28.11.2019;

от иных лиц, участвующих в деле – представители не явились, извещены, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Альянс+», на решение Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2019 по делу №А50-7561/2019

по иску общества с ограниченной ответственностью «Альянс+» (ОГРН 1165958122175, ИНН 5905048520), Аверьяновой Натальи Викторовны

к акционерному обществу «Совместное технологическое предприятие Пермский завод металлообрабатывающих центров» (ОГРН 1145958055870, ИНН 5905951227), акционерному обществу «Станкопром» (ОГРН 5077746338192, ИНН 7731563940), публичному акционерному обществу «Протон-Пермские моторы» (ОГРН 1025900893622, ИНН 5904006044)

третьи лица: Государственная корпорация по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех» (ОГРН 1077799030847, ИНН 7704274402), Министерство промышленности и торговли Российской Федерации 

(ОГРН 1047796323123, ИНН 7705596339),

о признании недействительными условий корпоративного договора, 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Альянс+» (далее – ООО «Альянс+», истец 1) и обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к акционерному обществу «Совместное технологическое предприятие «Пермский завод металлообрабатывающих центров» (далее – АО «СТП «ПЗМЦ», ответчик 1), акционерному обществу «Станкопром» (далее – АО «Станкопром», ответчик 2), публичному акционерному обществу «Протон-Пермские моторы» (далее – ПАО «Протон-Пермские моторы», ответчик 3) о признании недействительными (ничтожными) условий корпоративного договора (акционерное соглашение и соглашение о порядке реализации проекта) №0000000002014Р730002/РТ/СТП-ПЗМЦ от 25.05.2015 (далее – корпоративный договор) (с учетом уточнения требований, принятых судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)):

- п. 4.2.1 (в редакции дополнительного соглашения №7 от 02.10.2017) о том, что ответчик 2 владеющий менее 2% голосующих акций АО «СТП «ПЗМЦ» обладает правом требования от истца проведения внеочередного собрания акционеров и обладает правом инициировать проведение общего собрания акционеров (годового и/или внеочередного) по вопросу об увеличении уставного капитала АО «СТП «ПЗМЦ» путем размещения дополнительных акций среди акционеров по закрытой подписке, в том числе в пользу АО «Станкопром» (включения АО «Станкопром» в круг приобретателей акций АО «СТП «ПЗМЦ»), с момента заключения дополнительного соглашения № 7 от 02.10.2017;

- п.п. 4.2.2, 4.2.3, 4.2.4 (в редакции дополнительного соглашения №7 от 02.10.2017) полностью с момента заключения дополнительного соглашения №7 от 02.10.2017;

- п. 5.6.3 с момента заключения корпоративного договора;

- п. 5.6.3, 5.10.2-5.10.3 дополнительного соглашения №2 от 27.07.2016 корпоративного  договора с момента заключения корпоративного договора;

- п.п. 3-4 дополнительного соглашения №3 от 27.07.2016 к корпоративному договору с момента заключения корпоративного договора;

- п.п. 3-6 дополнительного соглашения №4 от 06.10.2016 к корпоративному договору с момента заключения корпоративного договора;

- содержащиеся в тексте корпоративного договора указания на подпрограмму «Станкоинструментальная промышленность» государственной программы «Развитие промышленности и повышения ее конкурентоспособности» с момента вступления в силу Постановления Правительства Российской Федерации от 31.03.2017 №382-13 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» (далее – Постановление №382-13), то есть с 18.04.2017;

- сроков указанных в подп. (а) и подп. (б) п. 5.9 корпоративного договора с момента вступления в силу Постановления №382-13, то есть с 18.04.2017;

- п. 5.9.1 корпоративного договора полностью с момента заключения дополнительного соглашения №7 от 02.10.2017.

К участию в деле в качестве соистца в порядке ст. 46 АПК РФ привлечена Аверьянова Наталья Викторовна, заявившая о признании недействительными (ничтожными) с момента заключения положений корпоративного договора, содержащих нормы о займе и накладывающие на АО «СТП «ПЗМЦ» обязательств по выплате АО «Станкопром» суммы займа 270414304 руб. 35 коп., а именно:

- п. 5.6.3 корпоративного договора; 

- п. 5.6.3, 5.10.2-5.10.3 дополнительного соглашения №2 к корпоративному договору;

- п. 3, 4  дополнительного соглашения №3 от 27.07.2016 к корпоративному договору;

- п. 3, 6 дополнительного соглашения №4 от 06.10.2016 к корпоративному договору.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке ст. 51 АПК РФ привлечены Государственная корпорация по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех» (далее – корпорация «Ростех») и Министерство промышленности и торговли Российской Федерации (далее – Министерство).

Решением суда от 19.12.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Истец 1 с принятым решением не согласен, обжалует его в апелляционном порядке, просит отменить, настаивает на удовлетворении его требований, указывает на то, что при принятии решения суд первой инстанции не учел, что корпоративный договор и договор подряда №0000000002014F730002/ДС-1 от 23.08.2016 были заключены в обеспечение государственных нужд, для развития станкостроительной отрасли, преследуют публичный интерес и направлены на достижение необходимого государству результата за счет выделенных из бюджета средств.

Полагает, что реализация государственных программ осуществляется за счет бюджетных средств, что целевое назначение средств субсидии не может меняться, о ни не могут считаться займом, поскольку они получены и использованы в соответствие с правилами субсидии по назначению, а принятое судом решение фактически легализует неосновательное обогащение АО «Станкопром» за счет АО «СТП «ПЗМЦ». 

Утверждает, что последствием данного судебного решения будет являться взыскание в пользу АО «Станкопром» с АО «СТП «ПЗМЦ» средств субсидии в качестве займа 270414304 рубля 35 коп., что приведет к срыву государственной программы, влечет банкротство АО «СТП «ПЗМЦ», разукомплектование предприятия и распродажу имущества, приобретенного на средства субсидии.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции также не оценил то, что АО «Станкопром» подтверждена утрата интереса в приобретении акций АО «СТП «ПЗМЦ», не применил ч. 3. ст. 70 АПК РФ.

Истец 1 обращает внимание на то, что удовлетворение требований о признании ничтожными условий корпоративного договора о займе как раз направлено на устранение угроз для целей реализации проекта, на толкование условий корпоративного договора с учетом преамбулы к нему.

Как считает истец 1, принятием обжалуемого решения нарушен принцип единства судебной практики в отношении оценки юридической конструкции субсидий, предоставляемых из федерального бюджета; утверждает, что суд первой инстанции неправильно истолковал нормативные акты, регулирующие соответствующие правоотношения.

Полагает, что суд первой инстанции, несмотря на отсутствие в материалах дела доказательств реальности займа со стороны АО «Станкопром» и наличия обстоятельств надлежащего исполнения порядка финансирования проекта в соответствие с правилами субсидии, оказался от квалификации займа как мнимой сделки.

При этом, применение судом первой инстанции эстоппеля по п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как полагает истец 1, неправомерно, поскольку подтверждение мнимой сделки посредством заявления о ее действительности не устраняет пороки ее ничтожности. Заявление о применении эстоппеля истец 1 считает злоупотреблением правом со стороны АО «Станкопром» (ст. 10 ГК РФ), указывая на срыв действиями данного лица государственной программы.

В отношении корпоративной составляющей оспариваемого договора истец 1 указывает, что в рассматриваемом случае принцип свободы договора ограничен публичными интересами защиты прав и законных интересов акционеров, в частности на управление делами общества в зависимости от вклада в уставный капитал.

ООО «Альянс+» утверждает, что оспариваемые им положения корпоративного договора нарушают императивные нормы Закона об акционерных обществах и положения иных нормативно-правовых актов, регулирующих порядок созыва, проведения общих собраний общества и заседаний совета директоров, порядок представления вопросов на собрание акционеров и заседание совета директоров, а также представление кандидатур в совет директоров и ревизионную комиссию общества, в соответствии с которыми акционер, обладающий менее чем 2%, акций не имеет права осуществлять соответствующие действия. Считает, что перечисленные выше условия корпоративного договора предоставляют АО «Станкопром» не предусмотренные законом права по управлению Обществом в ущерб интересов и прав других акционеров, в т.ч. и тех акционеров, которые не являются стороной корпоративного договора, т.е., по сути, ограничивают права новым акционерам на управление акционерным обществом.

ООО «Альянс+» считает то, что ни правила предоставления субсидии, ни Бюджетный кодекс Российской Федерации, ни гл. 23 ГК РФ не предусматривают такого способа обеспечения обязательства как установление корпоративного контроля.

Также, по мнению ООО «Альянс+», суд первой инстанции ошибочно не квалифицировал действия АО «Станкопром» как совершенные со злоупотреблением правом.

Ответчик 2 по доводам письменного отзыва на апелляционную жалобу просит оставить ее без удовлетворения.

Ответчик 3 считает обжалуемое решение законным и обоснованным, представил отзыв, возражает против апелляционной жалобы истца 1, также заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя, которое было рассмотрено судом апелляционной инстанции и удовлетворено (ст. 156, 159 АПК РФ).

Корпорация «Ростех» против удовлетворения апелляционной жалобы возражает по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, истец Аверьянова Н.В., ответчик 3 и третье лицо Министерство представителей в судебное заседание не направили, что в силу ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, корпоративный договор первоначально заключен между ООО «Пром-Ойл», обладающим 1000 шт. обыкновенных акций АО «СТП «ПЗМЦ» (100% уставного капитала), АО «Станкопром», имеющим намерение приобрести у ООО «Пром-Ойл» 1 обыкновенную акцию, и АО «СТП «ПЗМЦ» (общество) и представляет собой смешанный договор, включающий в себя как положения акционерного соглашения (ст. 32.1 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об АО), так и положения, регулирующие иные права и обязанности сторон, соответственно, содержащиеся в оспариваемых нормах корпоративного договора права и обязанности сторон выходят за предмет правового регулирования ст. 67.2 ГК РФ и п.1 ст. 32.1 Закона об АО.

Впоследствии, дополнительным соглашением №6 от 28.02.2017 к корпоративному договору права и обязанности ООО «Пром-Ойл» по нему перешли к ООО «Альянс+», а дополнительным соглашением №7 от 02.10.2017 в состав сторон корпоративного договора включено ПАО «Протон-ПМ».

Помимо этого, изменения в корпоративный договор вносились дополнительными соглашениями №1 от 13.07.2015, №2 от 27.07.2016, №3 от 27.07.2016, №4 от 06.10.2016, №5 от 22.10.2017.

Также судом первой инстанции было установлено, что АО «СТП «ПЗМЦ» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.09.2014; учреждено данное юридическое лицо ООО «Пром-Ойл», являвшимся изначально единственным акционером.

АО «СТП «ПЗМЦ» прошло конкурсный отбор с инвестиционным проектом «Реконструкция и техническое оснащение производственных мощностей для организации производства отечественных высокотехнологичных металлообрабатывающих центров повышенной динамической жесткости, точности и производительности для обработки» (постановления Правительства Российской Федерации от 15.04.2014 №328,     от 15.04.2014 №328 № 1257).

АО «Станкопром», АО «СТП «ПЗМЦ», корпорацией «Ростех» был утвержден Паспорт проекта «Создание серийного производства станкоинструментальной продукции, включая реконструкцию и техническое оснащение производственных мощностей для организации производства отечественных высокотехнологичных металлообрабатывающих центров повышенной динамической жесткости, точности и производительности для обработки специальных конструкционных сталей и сплавов» (далее – проект).

Организация, реализующая проект – АО «СТП «ПЗМЦ».

Проект включен в перечень комплексных инвестиционных проектов по приоритетным направлениям гражданской промышленности (п. 64 Приказа Министерства промышленности и торговли Российской Федерации №3986 от 09.12.2015).

Корпоративный договор, условия которого оспариваются в рамках настоящего дела, заключен в целях реализации проекта.

Так, между Министерством и корпорацией «Ростех» был заключен договор №14412.1676672.05.001 от 25.12.2014, в соответствии с условиями которого из федерального бюджета корпорации предоставлена субсидия в виде имущественного взноса Российской Федерации в корпорацию в целях реализации проектов по созданию серийных производств станкоинструментальной продукции.

Денежные средства, финансовым обеспечением которых явилась субсидия, корпорацией «Ростех» были направлены на приобретение акций АО «Станкопром» (договор №РТ/1545-10884 от 10.03.2015). 

Данный договор между корпорации «Ростех» и АО «Станкопром» предусматривает заключение АО «Станкопром» договора (договоров) с проектной организацией – АО «СТП «ПЗМЦ» и иными акционерами (участниками) проектной организации в целях обеспечения установления корпоративного контроля в проектной организации и определения порядка выполнения обязательств проектной организации по сделкам, сторонами которых является АО «СТП «ПЗМЦ».

С учетом изложенного АО «Станкопром» и был заключен корпоративный договор.

АО «Станкопром» приобрело одну акцию АО «СТП «ПЗМЦ» и предоставило этому обществу, на базе которого реализуется проект, полученные от корпорации «Ростех» денежные средства в виде беспроцентных займов. 

Истцы являются акционерами АО «СТП «ПЗМЦ» и основывают свои требования на противоречии условий корпоративного договора требованиям законодательства и нормативных актов, издаваемых правительством Российской Федерации при выделении целевых субсидий для реализации государственной программы, а также с требованиями Закона об АО и угрозой причинения убытков, просили признать недействительными следующие положения корпоративного договора (с учетом изменений, внесенных в него дополнительными соглашениями):

- п. 4.2.1 (в редакции дополнительного соглашения № 7 от 02.10.2017 –   т. 1 л.д. 34):

«В том случае, если количество акций, принадлежащих СТАНКОПРОМ, ниже установленного законодательством Российской Федерации порогового значения, необходимого для инициирования внеочередного общего собрания акционеров и/или для внесения вопросов в повестку дня общего собрания акционеров, СТАНКОПРОМ направляет требование о проведении внеочередного общего собрания акционеров или предложения в повестку дня внеочередного или годового общего собрания акционеров АЛЬЯНС+ (с отметкой о вручении). АЛБЯНС+ в срок не более 3 (трех) рабочих дней направляет в Общество в установленном законодательством Российской Федерации порядке требование о проведении собрания и предложения в повестку дня, которое включает предложения СТАНКОПРОМ в точном соответствии с письмом, но может не исчерпываться ими. СТАНКОПРОМ обладает правом инициировать проведение общего собрания акционеров (годового и/или внеочередного) по вопросу об увеличении уставного капитала Общества путем размещения дополнительных акций среди Акционеров по закрытой подписке, в том числе в пользу СТАНКОПРОМ (включения СТАНКОПРОМ в круг приобретателей акций Общества).

Условие абзаца 2 настоящего пункта действует до выполнения всех условий Проекта в рамках подпрограммы «Станкоинструментальная промышленность» государственной программы Российской Федерации «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» в размере финансирования СТАНКОПРОМ Проекта в объеме 2/3 от общего бюджета Проекта. Акционеры договорились, что СТАНКОПРОМ не может направлять предложения в повестку дня общего собрания акционеров Общества по следующим вопросам: (а) избрание генерального директора Общества, досрочное прекращение полномочий генерального директора Общества; (б) принятие решения о передаче функций единоличного исполнительного органа коммерческой организации (управляющей организации) либо индивидуальному предпринимателю (управляющему)».

- п. 4.2.2, 4.2.3, 4.2.4 (в редакции дополнительного соглашения № 7 от 02.10.2017 - т. 1 л.д. 34-34 оборотная сторона), предусматривающих следующее:

«Акционеры обязуются выдвигать кандидатов для избрания в Совет директоров Общества и голосовать по вопросу об избрании членов Совета директоров Общества в следующем порядке:

В том случае, если СТАНКОПРОМ будет являться владельцем менее 2% акций в уставном капитале Общества, СТАНКОПРОМ обязуется направить в АЛЬЯНС+ список кандидатов в состав Совета директоров Общества в письменном виде (с отметкой о вручении), а АЛЬЯНС+ обеспечить включение 4 (четырех) кандидатов СТАНКОПРОМ в список кандидатов для избрания в состав Совета директоров на общем собрании акционеров Общества (п. 4.2.2.1).

Акционеры обязуются голосовать «за» избрание членами Совета директоров Общества 4 (четырех) кандидатов, выдвинутых СТАНКОПРОМ по его письменному указанию (с отметкой о вручении). В течение всего срока действия настоящего Договора Акционеры обязуются голосовать таким образом, чтобы обеспечивать избрание в состав Совета директоров Общества 4 представителей СТАНКОПРОМ (п. 4.2.2.2). Акционеры обязуются голосовать «за» избрание членами Совета директоров Общества 2 (двух) кандидатов, выдвинутых АЛЬЯНС+ по его письменному указанию (с отметкой о вручении). В течение всего срока действия настоящего Договора акционеры обязуются голосовать таким образом, чтобы обеспечивать избрание в состав Совета директоров Общества 2 (двух) представителей АЛЬЯНС+ (п. 4.2.2.3).

Акционеры обязуются голосовать «за» избрание членом Совета директоров Общества I кандидата, выдвинутого ПРОТОН-ПМ по его письменному указанию (с отметкой о вручении). В течение всего срока действия настоящего Договора Акционеры обязуются голосовать таким образом, чтобы обеспечивать избрание в состав Совета директоров Общества 1 (одного) представителя ПРОТОН-ПМ (п. 4.2.2.4).

Согласно п. 4.2.3. Договора акционеры обязуются выдвигать кандидатов для избрания в Ревизионную комиссию Общества голосовать по вопросу об избрании членов Ревизионной комиссии Общества в следующем порядке:

В том случае, если СТАНКОПРОМ будет являться владельцем менее 2% акций в уставном Общества, СТАНКОПРОМ обязуется направить в АЛЬЯНС+ список кандидатов в состав Ревизионной комиссии Общества в письменном виде (с отметкой о вручении), а АЛЬЯНС+ и ПРОТОН ПМ обеспечить включение двух кандидатов СТАНКОПРОМ в список кандидатов для избрания Ревизионной комиссии на общем собрании акционеров Общества.

Акционеры обязуются голосовать «за» избрание членами Ревизионной комиссии Общества кандидатов, выдвинутых СТАНКОПРОМ по его письменному указанию (с отметкой о вручении) в течение всего срока действия настоящего Договора Акционеры обязуются голосовать таким чтобы обеспечивать избрание в состав Ревизионной комиссии Общества 2 (двух) представителей СТАНКОПРОМ.

Акционеры обязуются голосовать «за» избрание членами Ревизионной комиссии Общества 1 кандидата, выдвинутого АЛЬЯНС+ по его письменному указанию (с отметкой о вручении). В течение всего срока действия настоящего Договора Акционеры обязуются голосовать таким образом, чтобы обеспечивать избрание в состав Ревизионной комиссии Общества 1 (одного) представителя АЛЬЯНС+.

Согласно п. 4.2.4. Акционеры обязуются в течение всего срока действия настоящего Договора голосовать на общем собрании акционеров по всем вопросам повестки дня общего собрания акционеров в соответствии с действующим законодательством РФ и согласованно таким образом, чтобы обеспечить принятие решений, предусмотренных настоящим Договором, в том числе, но не исключительно, принятие решения об увеличении уставного капитала Общества путем размещения дополнительных акций среди Акционеров по закрытой подписке, в том числе в пользу СТАНКОПРОМ (включения СТАНКОПРОМ в круг приобретателей акций общества. Условие абзаца 1 настоящего пункта действует до выполнения всех условий Проекта рамках подпрограммы «Станкоинструментальная промышленность» государственной программы Российской Федерации «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» в финансирования СТАНКОПРОМ Проекта в объеме 2/3 от общего бюджета Проекта.

- п. 5.6.3 корпоративного договора (т. 1 л.д. 17):

«Стороны согласовали, что факт перечисления денежных средств от СТАНКОПРОМ в адрес исполнителя (подрядчика) рассматривается в качестве выдачи СТАНКОПРОМ займа обществу, путем исполнения третьему лицу (Исполнителю/Подрядчику). При этом СТАНКОПРОМ вправе не перечислять платежи (в том числе авансовые) Исполнителям (Подрядчикам), если не соблюдаются условия пункта 5.8 настоящего Договора».

- п. 5.6.3, 5.10.2-5.10.3 дополнительного соглашения № 2 от 27.07.2016 корпоративного  договора с момента заключения корпоративного договора (т. 4 л.д. 10, 14-15), которыми стороны согласовали, что «факт перечисления денежных средств от СТАНКОПРОМ в адрес Исполнителя рассматривается в качестве выдачи СТАНКОПРОМ займа Обществу, путем исполнения третьему лицу (Исполнителю). При этом СТАНКОПРОМ вправе не перечислять платежи (в том числе авансовые) Исполнителям, если не соблюдаются условия пунктов 5.8 - 5.8.4 настоящего Договора» и что, «дополнительные соглашения к настоящему Договору, регулирующие условия финансирования по гражданско-правовым договорам, указанным в пункте 5.6 настоящего Договора, должны определять конкретные условия выдачи сумм займа Обществу путем осуществления СТАНКОПРОМ в пользу Исполнителя (Подрядчика) платежей по соответствующему договору, в том числе: (а) сумма займа; (б) сроки выплаты и возврата займа; (в) факт предоставления беспроцентного займа; (г) заключение Обществом и/или ПРОМ-ОЙЛ с СТАНКОПРОМ на срок до полного выполнения обязательств Общества перед СТАНКОПРОМ обеспечительных сделок: в случаях неисполнения Обществом обязательств, предусмотренных Сделками, в сроки и порядке, определенными дополнительными соглашениями к настоящему Договору, в случаях, предусмотренных пунктами 5.8-5.8.4 настоящего Договора.

Стороны обеспечивают предварительное корпоративное одобрение обеспечительных сделок соответствующим органом управления в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, учредительными документами и настоящим Договором.

Сумма займа перечисляется СТАНКОПРОМ исполнителю после подписания соответствующего дополнительного соглашения к настоящему Договору, а также при условии предоставления Обществом обосновывающих документов, составленных по форме согласно Приказу ГК «Ростех» №139 от 16.07.2015 года, а именно: плановый график использования целевых денежных средств; реестр платежей из целевых средств. К вышеперечисленным документам должны быть приложены заверенные Обществом копии первичных документов, предусмотренных условиями соответствующих договоров с Исполнителями, в том числе: счета, акты выполненных работ, товарные накладные, акты приема-передачи, КС-2, КС-3, КС-11, счета-фактуры и прочие документы.

Администрирование платежей производится АО «Станкопром» на основании Приказа ГК «Ростех» №139 от 16.07.2015 года».

- п.п. 3-4 дополнительного соглашения № 3 от 27.07.2016 к корпоративному договору с момента заключения корпоративного договора            (т. 4 л.д. 20-21):

«Стороны констатируют, что обязательства по заключенному в соответствии с подпунктом «б» пункта 5.6 Корпоративного договора трехстороннему договору № 20000000002014F730002/41506-1090/01 от 09.06.2015 между Обществом (Заказчик), СТАНКОПРОМ (Инвестор) и ООО «ИКФ «Солвер» (Исполнитель) на сумму 858 000,00 (восемьсот пятьдесят восемь тысяч) рублей 00 копеек выполнены Исполнителем в полном объеме. Обязательства по указанному договору будут оплачены в пользу ООО «ИКФ «Солвер», как заем, выдаваемый СТАНКОПРОМ Обществу, если иное не предусмотрено п. 4 настоящего Дополнительного соглашения.

СТАНКОПРОМ оставляет за собой право не предоставлять заем путем исполнения третьему лицу (не перечислять денежные средства Исполнителю) в случаях, если на дату наступления обязательств СТАНКОПРОМ по выдаче соответствующей суммы займа (уплате соответствующих платежей Исполнителю), не удовлетворяются условия, предусмотренные пунктами 5.8 -5.8.4. Корпоративного договора. Способом обеспечения исполнения обязательства Общества по возврату СТАНКОПРОМ займа по настоящему Дополнительному соглашению является залог недвижимого имущества, внесенного в уставной капитал Общества ПРОМ-ОЙЛ в качестве оплаты акций Общества дополнительного выпуска неденежными средствами.

- п.п. 3-6 дополнительного соглашения № 4 от 06.10.2016 к корпоративному договору с момента заключения корпоративного договора (т. 4 л.д. 23): «СТАНКОПРОМ принял на себя обязательства предоставить Обществу беспроцентный заем из источника инвестиции СТАНКОПРОМ путем осуществления платежей в пользу Подрядчика, в порядке и в сроки, предусмотренные условиями, изложенными в пункте 5 настоящего Дополнительного соглашения и условиями заключенного между Обществом, Подрядчиком и СТАНКОПРОМ договора подряда от 23.08.2016 № 0000000002014F30002/ДС-1.

Перечисление Поставщику суммы займа, указанного в пункте 5 настоящего Дополнительного соглашения осуществляется из источника – Инвестиции СТАНКОПРОМ».

- содержащиеся в тексте корпоративного договора указания на подпрограмму «Станкоинструментальная промышленность» государственной программы «Развитие промышленности и повышения ее конкурентоспособности» с момента вступления в силу Постановления Правительства Российской Федерации от 31.03.2017 № 382-13 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» (далее – Постановление № 382-13), то есть с 18.04.2017;

- сроков указанных в подп (а) и подп (б) п. 5.9 корпоративного договора с момента вступления в силу Постановления № 382-13, то есть с 18.04.2017;

- п. 5.9.1 корпоративного договора (т. 1 л.д. 17 оборотная сторона):

«В случаях недостижения обществом ключевых показателей Проекта, СТАНКОПРОМ имеет право потребовать: (а) в срок не позднее 15.04.2017 – заключения обществом с СТАНКОПРОМ сделок залога имущества Общества в объеме, достаточном для погашения обязательств Общества по Сделкам, с получением предварительного одобрения соответствующим органом управления Общества, на срок до полного выполнения обязательств Общества перед СТАНКОПРОМ; (б) погашения обязательств по Сделкам в объеме, обеспеченном инвестициями СТАНКОПРОМ, по установленному графику».

Обращаясь с иском в рамках настоящего дела, истцы утверждали, что поскольку АО «Станкопром» является акционером с количеством акций в количестве 1 шт., оно в силу императивных требований Закона об АОне только не может формировать состав наблюдательного совета, и ревизионную комиссию, но и вносить предложения о проведении общего собрания акционеров.

Однако п.п. 2.1., 4.2.2.1, 4.2.2.2., 4.2.2.3, 4.2.2.4., 4.2.3 корпоративного договора, по мнению истцов, предоставляют АО «Станкопром» не предусмотренные законом права по управлению обществом в ущерб интересов и прав других акционеров, в том числе и тех акционеров, которые не являются стороной корпоративного договора.

Право на участие АО «Станкопром» в управлении делами общества в соответствие с нормами Закона об АО выражается только в праве участвовать на общих собраниях. Распределение прав на управление обществом исключительно между сторонами корпоративного договора, как полагали истцы, также противоречит п. 4 ст. 67.2. ГК РФ, согласно которому корпоративный договор не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (ст. 308 ГК РФ).

Правила предоставления субсидии, Бюджетный кодекс Российской Федерации (далее – БК РФ) и глава 23 ГК РФ не предусматривают такого способа обеспечения обязательств как установление корпоративного контроля. 

Тогда как положения ст. 289 БК РФ, регулирующие последствия нецелевого использования бюджетных средств, предусматривают меру принуждения – изъятие бюджетных средств, используемых не по целевому назначению. 

Кроме того, истцы и АО «СТП «ПЗМЦ» отмечали, что вопреки установленным корпоративным договором правам АО «Станкопром» по управлению обществом, АО «Станкопром» потребовал от АО «СТП «ПЗМЦ» возврата суммы займа 270414304 руб. 35 коп. в срок не позднее 14.06.2019.

При этом включение в корпоративный договор положений, обязывающих АО «СТП «ПЗМЦ» возвратить АО «Станкопром» сумму полученной субсидии в качестве возврата займа независимо от выполнения целевых показателей Подпрограммы противоречат Постановлению Правительства Российской Федерации № 1257 от 27.11.2014 и Постановлению Правительства Российской Федерации № 328 со всеми изменениями и дополнениями, принятым на основании норм Бюджетного кодекса РФ. АО «Станкопром» является организацией, реализующей Проект, а не конечным получателем средств субсидии. Конечным получателем бюджетных средств, исходя из условий договоров, заключенных между Министерством и корпорацией «Ростех», затем с АО «Станкопром» и АО «СТП «ПЗМЦ», является подрядчик, на чьи счета были перечислены целевые бюджетные ассигнования.

Бюджетным законодательством только государственному органу предоставлено право на возврат выделенных субсидий в случае нецелевого использования либо иных нарушении, установленных актами бюджетного законодательства, регламентирующего порядок и условия предоставления субсидии.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции верно руководствовался ст. 67.2, 166, 168, 170, 179, 421 ГК РФ, Законом об АО, им не было установлено нарушений оспариваемыми условиями корпоративного договора требований закона.

Кроме того, суд первой инстанции сослался на положения п. 5 ст. 166 ГК РФ об отсутствии у истцов права оспаривать условия корпоративного договора с учетом их последующего поведения.

В отношении квалификации статуса АО «СТП «ПЗМЦ» и АО «Станкопром» по отношению к предоставленным Министерством корпорации «Ростех» денежным средствам суд первой инстанции отметил, что вопреки доводам истцов, АО «СТП «ПЗМЦ» не является прямым получателем субсидии в порядке ст. 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ).

В рассматриваемом случае получателем субсидии является корпорация «Ростех» и ее предоставление, использование осуществляется по правилам              ст. 78.3 БК РФ.

Оснований для признания условий корпоративного договора в отношении займов недействительными суд первой инстанции также не установил, указав на отсутствие признаков ст. 170 ГК РФ.

Обратил внимание суд первой инстанции и на то, что денежные средства Проекта расходуются в интересах частной организации и в случае успешной реализации проекта не подлежат возврату (в частности, п.п. 5.2, 5.9 корпоративного договора), а дополнительные права АО «Станкопром» предусмотрены в целях контролирования денежных средств.

То, что АО «Станкопром» к АО «СТП «ПЗМЦ» предъявлены требования о возврате займов, в качестве злоупотребления ответчиком 2 правом, на что указывали истцы и ответчик 1, судом первой инстанции не квалифицировано.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не установил, исходя из следующего.

К корпоративному договору применяются нормы гражданского законодательства о договорах и сделках, в том числе принцип свободы договора, установленный ст. 421 ГК РФ, с учетом недопустимости нарушения действующих в момент их заключения императивных норм (п.п. 1-3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и         ее пределах»).

Истцы считают, что по условиям корпоративного договора с учетом дополнительных соглашений к нему со стороны АО «Станкопром» фактически произведена подмена понятий государственная субсидия на займ и неправомерно установлены обязательства по возврату целевой государственной субсидии в АО «Станкопром», что противоречит закону, является нецелевым использованием бюджетных денежных средств и влечет неосновательное обогащение для АО «Станкопром». 

Вместе с тем, вопреки доводам апеллянта и ответчика 1, из содержания правил предоставления субсидий в виде имущественного взноса Российской Федерацией в корпорацию «Ростех» (постановление Правительства Российской Федерации  от 27.11.2014 № 1257) следует, что именно данное третье лицо является получателем субсидии, что также зафиксировано и в договоре между Министерством и корпорацией.

В силу п. 1 ст. 71 Федерального закона от 12.01.1996 №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» денежные средства, переданные государственной корпорации, стали ее собственностью, их статус как бюджетных прекратился. 

Дальнейшее расходование и распоряжение денежными средствами производилось в рамках отношений, регулируемых ГК РФ, Законом об АО и соглашениями, между корпорацией «Ростех» и АО «Станкопром», а впоследствии соглашениями АО «Станкопром» с истцом 1 и иными ответчиками.

Соответственно, являются ошибочными, не соответствующими материалам дела утверждения апеллянта о том, что полученные АО «СТП «ПЗМЦ» от АО «Станкопром» в рамках реализации программы денежные средства не могут считаться займом, поскольку они получены и использованы в соответствие с правилами субсидии по назначению. 

Ссылки истца 1 на то, что последствием принятого судом первой инстанции решения по делу будет срыв государственной программы и последующее банкротство АО «СТП «ПЗМЦ», разукомплектование предприятия и распродажа имущества, приобретенного на средства субсидии, судом апелляционной инстанции во внимание не приняты как носящие голословный характер и не подтвержденные документально.

Материалами дела наличие у АО «Станкопром» умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) не подтверждается (ст. 10 ГК РФ), а его требование о возврате займа, основанное на соглашении сторон об этом, в качестве злоупотребления правом квалифицировано быть не может.

Указание заявителя жалобы на мнимый характер займа подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку займ АО «СТП «ПЗМЦ» фактически был предоставлен.

Арбитражный апелляционный суд считает, что положения ст. 313, 807 ГК РФ не ограничивают участников гражданско-правовых отношений, вытекающих из договора займа, в выборе способа передачи денежных средств заемщику по договору. Передача займа путем перечисления на расчетный счет третьего лица в счет исполнения обязательства заемщика перед третьим лицом не противоречит действующему законодательству и может расцениваться как один из способов исполнения заимодавцем своих обязательств по передаче денежных средств заемщику.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что воля сторон сделки была направлена на исполнение именно договора займа.

Следовательно, заявитель апелляционной жалобы в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не представил арбитражному суду доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении оспариваемого корпоративного договора в части условий о займе стороны не намеревались его исполнять, что оспариваемая сделка не была исполнена и не породила соответствующих правовых последствий, как и доказательств направленности воли сторон на совершение именно мнимой сделки.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания условий спорного корпоративного договора в данной части недействительной (ничтожной) сделкой в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ. Доводы подателя жалобы в указанной части противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Факт расчетов АО «Станкопром» с лицевого счета в казначействе, на что также ссылается заявитель жалобы, сам по себе не доказывает, что средства на этом счете являются средствами федерального бюджета, поскольку п. 1, 3, 7 Порядка открытия и ведения лицевых счетов территориальными органами Федерального казначейства (утв. приказом Казначейства России от 29.12.2012 №24н) предусмотрено открытие лицевых счетов для учета операций со средствами юридического лица, не являющегося участником бюджетного процесса.

В платежных поручениях указан лицевой счет АО «Станкопром» в УФК по г. Москве.

Констатация открытия лицевого счета содержится в пункте 5.6.2 (в) дополнительного соглашения №2 от 27.07.2016 к корпоративному договору. Там же содержится указание на обязательность применения норм приказа Минфина России от 25.12.2015 №213н, которым утвержден Порядок проведения территориальными органами Федерального казначейства санкционирования операций при казначейском сопровождении государственных контрактов, договоров (соглашений), а также контрактов, договоров, соглашений, заключенных в рамках их исполнения (далее - Порядок). При этом сами целевые средства не являются средствами субсидии.

Таким образом, утверждение ООО «Альянс+» о том, что АО «Станкопром» не осуществляло перечисление денежных средств в пользу подрядчиков АО «СТП «ПЗМЦ» противоречит имеющимся в деле доказательствам.

При этом, источник получения АО «Станкопром» денежных средств, переданных  АО «СТП «ПЗМЦ» в качестве заемных, при установленных судом обстоятельствах правового значения не имеет и не может рассматриваться как доказательство направленности воли сторон на совершение именно мнимой сделки, исходя из принципов свободы договора, приобретения и осуществления юридическими лицами своих гражданских прав своей волей и в своем интересе, предполагаемой разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений (ст. 1, 2, 9, 10 ГК РФ). 

Оспариваемыми истцами пунктами раздела 4 корпоративного договора урегулированы вопросы, касающиеся управления обществом, в соответствии с которыми АО «Станкопром» имеет возможность предлагать и обеспечивать избрание своих кандидатов в качестве членов избираемых органов управления обществом, имеет право предлагать вопросы в повестку общего собрания акционеров и инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров общества.

При этом из содержания оспариваемых пунктов усматривается, что реализация АО «Станкопром» своих прав осуществляется опосредованно через основного мажоритарного акционера общества, которым в настоящее время является ООО «Альянс+», который, в свою очередь, обязан транслировать в общество волю АО «Станкопром» от собственного имени в порядке, предусмотренном Уставом и внутренними положениями общества, с соблюдением всех правил, предусмотренных Законом об акционерных обществах и нормативно-правовыми актами Банка России, регулирующими порядок созыва и проведения общего собрания акционеров, совета директоров общества.

По мнению суда апелляционной инстанции, законодатель, предусмотрев возможность заключения корпоративного договора участниками общества либо акционерами, императивно не требует полного соответствия корпоративного договора Уставу общества и допускает изменение его условий для участвующих в договоре в качестве сторон участников.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно п. 7 ст. 67.2 ГК РФ стороны корпоративного договора не вправе ссылаться на его недействительность в связи с его противоречием положениям устава хозяйственного общества. В этом случае сторона корпоративного договора не утрачивает право на предъявление к другой стороне требований, основанных на таком договоре.

Доводы ООО «Альянс+» о нарушении оспариваемыми пунктами раздела 4 корпоративного договора кумулятивной процедуры избрания Совета директоров общества и Ревизионной комиссии, установленной в Законе об акционерных обществах, принципа воли акционера, о противоречии данных пунктов договора п. 1 ст. 31 Закона об АО и п. 6.2. Устава АО «СТП ПЗМЦ», судом апелляционной инстанции отклонены, поскольку из содержания данных пунктов усматривается, что они не определяют способ голосования, а устанавливают обязанность ООО «Альянс+» и иных акционеров соответствующим образом проголосовать по определенным в корпоративном договоре вопросам, что не противоречит указанной выше норме Закона об АО и ст. 67.2 ГК РФ.

Объем прав АО «Станкопром» в отношении Общества, удостоверенных акциями и предусмотренных ст. 31 Закона об АО, корпоративным договором не изменяется. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией ответчика 2 и ответчика 3, а также третьего лица, о том, что иное предполагало бы, в частности, особый порядок подсчета голосов на собраниях акционеров, чего истец 1 со ссылкой на конкретные положения корпоративного договора и протоколы общих собраний акционеров не доказал.

Все оспариваемые истцом 1 условия корпоративного договора в части корпоративной составляющей (в части управления обществом), вопреки доводам апелляционной жалобы, не лишают других акционеров (в том числе, не являющихся сторонами корпоративного договора) прав, предусмотренных Законом об акционерных обществах.

Тот факт, что кандидаты, предложенные другими акционерами, могут не быть избранными в результате произвольного или согласованного голосования большинства акционеров, не противоречит ст. 49 Закона об АО.

Апелляционная коллегия обращает внимание и на то, что акционеры вправе предусмотреть своим соглашением определенный порядок реализации ими корпоративных прав, что не противоречит ч. 1 ст. 67.2, ст. 421 ГК РФ, число голосов, принадлежащих АО «Станкопром» в предусмотренной корпоративным договором процедуре не увеличивается, нарушения ч. 4 ст. 66 Закона об АО не имеется.

Ссылаясь на нарушение «принципа воли акционера», ООО «Альянс+» не учитывает тот факт, что добровольно заключило корпоративный договор, приняв, тем самым, на себя обязательства осуществлять определенным образом корпоративные права, удостоверенные акциями (ст. 32.1 Закона об АО).

В отношении всех оспариваемых условий корпоративного договора суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о необходимости применения п. 5 ст. 166 ГК РФ.

Так, в частности, после вступления ООО «Альянс+» (дополнительное соглашение № 6 от 28.02.2017) в отношения, регулируемые корпоративным договором, заявитель апелляционной жалобы был ознакомлен с целями и задачами порядком и условиями реализации проекта, предыдущими договоренностями сторон, зафиксированными как корпоративным договором, так и предшествующими дополнительными соглашениями, сторонами заключено дополнительное соглашение №7 от 02.10.2017, которым была изложена новая редакция корпоративного договора, что давало основание ответчикам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, апелляционная коллегия считает необходимым учесть следующее.

Акции общества обладают определенной имущественной ценностью, обусловленной размером процента таких акций и стоимостью активов общества, которые формируются с учетом состоявшихся к этому моменту сделок общества и решений его органов управления, что составляет часть хозяйственной деятельности самого общества.

При приобретении акций лицо, действующее разумно и добросовестно, имеет право и обязано проявить заинтересованность относительно сделок общества, акционером которого лицо собирается стать. Узнав о наличии таких сделок, лицо могло отказаться от приобретения акций (и должно было сделать это, если полагало, что сделки совершены в нарушение интересов общества (Постановление Президиума ВАС РФ от 02.11.2010 №7981/10).

Совершив сделку по приобретению пакета акций на определенных условиях, в том числе по определенной, согласованной с продавцом цене, покупатель несет риск неучета тех или иных обстоятельств и факторов, которые он не проверил перед сделкой. Если у него была реальная возможность перед совершением сделки ознакомиться с документами корпорации, с состоянием активов общества, акции которого он приобретал, данными его бухгалтерской отчетности, фактически осмотреть соответствующее имущество, имеющееся у общества, он имел надлежащую информацию об обеспеченности активами ценных бумаг.

Апелляционная коллегия считает, что истцы, приобретая пакеты акций, имели возможность и ознакомились с условиями корпоративного договора; подписав корпоративный договор и все его дополнительные соглашения без каких-либо возражений, акционеры (истцы) несут все риски, связанные с участием в АО «СТП ПЗМЦ», и в сложившейся ситуации, не вправе оспаривать условия корпоративного договора, в редакции, действовавшей до приобретения ими статусов акционеров АО «СТП ПЗМЦ».

 При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции счел, что судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены нормы материального и процессуального права, принято законное и обоснованное решение, и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены решения Арбитражного суда Пермского края.

Суд апелляционной инстанции считает, что все доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, основанных на надлежащим образом проверенных и оцененных судом обстоятельствах и доказательствах по делу, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения.

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно п. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя жалобы (ст. 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2019                       по делу №А50-7561/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

О.В. Лесковец 

 

Судьи

 

 

Л.В. Дружинина 

 

 

М.Н. Кощеева