№ 09АП-16822/2024

Дело № А40-10524/23

г. Москва

27 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 27 мая 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Е.А. Ким,

судей О.Н. Лаптевой, А.И. Трубицына,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.Н. Хрущак, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы

Общества с ограниченной ответственностью "Новатэк-Трансервис"

Акционерного общества "Усть-Луга Ойл"

Публичного акционерного общества "Газпром Нефть"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 31 января 2024 года по делу № А40-10524/23,

по иску Общества с ограниченной ответственностью "Трансойл"

к Обществу с ограниченной ответственностью "Новатэк-Трансервис"

третьи лица 1. Акционерное общество "Усть-Луга Ойл";

2. Публичное акционерное общество "Новатэк";

3. Публичное акционерное общество "Газпром Нефть";

4. Акционерное общество "Газпромнефть-Омский НПЗ"

о взыскании убытков.

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 по доверенности от 01.01.2024,

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 18.04.2023, ФИО3 по доверенности от 28.12.2023,

от третьих лиц: 

1. Акционерное общество "Усть-Луга Ойл": не явился, извещён;

2. Публичное акционерное общество "Новатэк": ФИО2 по доверенности от 20.09.2023;

3. Публичное акционерное общество "Газпром Нефть": ФИО4 по доверенности от 19.06.2023;

4. Акционерное общество "Газпромнефть-Омский НПЗ": не явился, извещён. 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Трансойл" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Новатэк-Трансервис" о взыскании 10 645 764 руб. убытков по договору № 09/12-27/12 от 19.10.2012г.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.08.2023 г. производство по делу прекращено в части требования в размере 8 459 293 руб. по 239 вагонам.

Оценив доводы и возражения сторон в совокупности с представленными доказательствами, руководствуясь ст.ст. 12, 15, 307, 309, 310, 393, 403, 408, 420, 421, 431, 779, 781 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 4, 27, 65-68, 71, 102, 110, 167-171, 176, 180, 181, 319 АПК РФ решением от 31 января 2024 г. суд первой инстанции иск удовлетворил в сумме 2 186 471 руб. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО "Новатэк-Трансервис" обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, в обоснование отмены ссылался на то, что суд неправильно определил характер спорных отношений, в связи с чем неправильно распределил бремя доказывания, суд пришел к выводу о повреждении вагонов грузополучателя на основании актов коммерческой и технической неисправности, составленных в одностороннем порядке, не учел отсутствия надлежащих доказательств.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Акционерное общество "Усть-Луга Ойл" обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, в обоснование отмены ссылался на то, что истцом не доказан состав убытков, не представлено надлежащие доказательства, акты общей формы и акты  о повреждении вагонов не составлялись, расходы собственника на содержание своего имущества не являются убытками.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Публичного акционерного общества "Газпром Нефть" обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, в обоснование отмены ссылался на то, что суд необоснованно отклонил довод о пропуске годичного срока исковой давности, документы подтверждающие убытков истцом не представлены.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика, Публичное акционерное общество "Новатэк", Публичного акционерного общества "Газпром Нефть" доводы апелляционные жалобы поддержали в полном объеме. Считают решение суда незаконным и необоснованным, просят решение суда отменить. 

Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве. Считает решение суда законным и обоснованным, доводы апелляционных жалоб несостоятельными.

Представитель иных лиц в судебное заседание апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в связи, с чем дело рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы жалобы, исследовав и оценив представленные доказательства, не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города Москвы.

Судом установлено, что между ООО «Трансойл» (исполнитель) и ООО «Новатэк-Трансервис» (заказчик) заключен договор № 09/12-27/12 от 19.10.2012 (далее – договор) (действовал до 25.12.2020), в соответствии с которым исполнитель оказывает заказчику услуги по предоставлению железнодорожного подвижного состава (вагонов) для осуществления перевозок, а заказчик принимает и оплачивает данные услуги (п. 2.1).

В соответствии с п. 3.6 договора заказчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств по договору третье лицо (грузоотправитель, грузополучатель), при этом заказчик остается ответственным за их действия, как за свои собственные. Заказчик несет полную ответственность за нарушение грузополучателями, грузоотправителями требований законодательства РФ, касающихся использования вагонов (п. 4.2.5 договора).

Согласно п. 4.2.9 договора заказчик обязуется передать перевозчику порожние вагоны в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов в области железнодорожного транспорта, а также без остатков ранее перевозимого груза, мусора, грязи.

Из расчета иска следует, что с 16.01.2020 по 03.03.2020 на станции Лимбей Свердловской железной дороги в 48 вагонах истца (54676887, 58348434, 51981157, 51022622, 52022308, 52020245, 57969719, 54757281, 51831808, 58638495, 50141720, 52018645, 53915476, 51039527, 53956330, 54677042, 50861590, 57034027, 50541523, 51042976, 50718485, 53955803, 58639972, 54081377, 50048271, 54064738, 51141315, 51427771, 53915484, 58701467, 57116352, 75031336, 51116788, 54675152, 57063166, 58346149, 51203008, 51119121, 50565118, 53916904, 54037361, 51093433, 50787597, 51030740, 51230969, 54081021, 51095982, 51045839) выявлены технические неисправности, препятствующие приему вагонов под перевозку грузов.

В целях приведения цистерн в надлежащее состояние ООО «Трансойл» понесены расходы по уплате провозных платежей ОАО «РЖД» в размере 2 186 471 руб. (без НДС) (по накладным ЭЦ493015, ЭЧ372430, ЭЧ574998, ЭЧ467212, ЭЧ704413, ЭШ791571, ЭЦ582946, ЭЦ701365, ЭЧ524088, ЭЧ513209, ЭЫ128856, ЭШ791481, ЭШ719278, ЭШ719230, ЭШ719337, ЭШ719413, ЭШ582745, ЭШ582786, ЭШ582839, ЭШ582649, ЭШ510416, ЭШ236356, ЭШ173635, ЭШ173775, ЭШ099077, ЭШ019141, ЭШ019324, ЭШ018874, ЭЦ383477, ЭЧ512811, ЭЦ492978, ЭЦ582830, ЭЦ701632, ЭЧ282847, ЭЧ513126, ЭЧ623213, ЭЧ622801, ЭЫ128421, ЭЦ401879, ЭЫ484158, ЭЦ701522, ЭЦ493248, ЭЫ483544, ЭЫ483738, ЭЫ390954, ЭЫ080042, ЭЫ384869, ЭШ984358) за передислокацию вышеуказанных порожних вагонов со станции Лимбей до станций Комбинатская или Войновка для проведения ремонта.

Факт несения расходов подтверждается актами оказанных услуг по перевозке, подписанными между ОАО «РЖД» и ООО «Трансойл», с перечнями первичных документов, счетами-фактурами; размер уплаченной провозной платы указан в транспортных железнодорожных накладных (без НДС).

Между сторонами отсутствует спор относительно того, что истец фактически понес расходы в размере 2 186 471 руб. (без НДС) в виде провозных платежей.

В целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия № 2085-ЮД от 03.08.2022 на сумму 10 676 945 руб. с подтверждающими обстоятельства документами.

Поскольку досудебный порядок урегулирования спора, инициированный и реализованный истцом, не принес положительного результата, истец обратился в суд с иском.

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства данного дела, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд первой инстанции признал исковое заявление обоснованным и подлежащим удовлетворению, поскольку материалами дела подтверждается наличие условий, необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков на ответчика. 

Апелляционный суд отклоняет доводы жалоб на основании следующего.

Довод о том, что судом первой инстанции неправильно распределено бремя доказывания убытков, является несостоятельным, не меняет существа требования и обоснованного решения о взыскании понесенных убытков.

В соответствии с ч. 1 ст. 64, ст.ст. 71 и 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как правильно указал суд первой инстанции, по смыслу ст. 6, 168 и 170 АПК РФ арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассмотреть спор, исходя из заявленных оснований требования (обстоятельств, на которые ссылается сторона в подтверждение своего требования) и его предмета, определив при этом, какие нормы законы следует применить в каждом конкретном случае (абзац шестой п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса РФ при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

Судом первой инстанции установлено и ответчиком в жалобе не оспариваются пункты договора, устанавливающие его ответственность перед истцом.

Из материалов дела следует, что между ООО «Трансойл» (исполнитель) и ООО «Новатэк-Трансервис» (заказчик) заключен договор № 09/12-27/12 от 19.10.2012 (далее – договор) (действовал до 25.12.2020), в соответствии с которым исполнитель оказывает заказчику услуги по предоставлению железнодорожного подвижного состава (вагонов) для осуществления перевозок, а заказчик принимает и оплачивает данные услуги (п. 2.1).

В соответствии с п. 3.6 договора заказчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств по договору третье лицо (грузоотправитель, грузополучатель), при этом заказчик остается ответственным за их действия, как за свои собственные.

Заказчик несет полную ответственность за нарушение грузополучателями, грузоотправителями требований законодательства РФ, касающихся использования вагонов (п. 4.2.5 договора).

Согласно п. 4.2.9 договора заказчик обязуется передать перевозчику порожние вагоны в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов в области железнодорожного транспорта, а также без остатков ранее перевозимого груза, мусора, грязи.

Заключенный между сторонами договор по своей правовой природе является гражданско-правовым договором возмездного оказания услуг (предоставление вагонов).

Из взаимосвязанных положений п. 2 ст. 1 и п. 1 ст. 421 ГК РФ следует, что юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Договор является одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 8, п. 2 ст. 307 ГК РФ).

На основании ст. 403 ГК РФ должник отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо.

Исходя из взаимосвязанных положений п. 6 ст. 313 и ст. 403 ГК РФ в случае, когда исполнение было возложено должником на третье лицо, за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства этим третьим лицом перед кредитором отвечает должник, если иное не установлено законом (п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ об обязательствах и их исполнении»).

В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.06.2013 № 1399/13 по делу № А40-112862/11-69-982).

Аналогичный подход к квалификации правоотношений сторон при наличии договора изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.05.2015 № 305-ЭС14-6511 по делу № А40-134251/2012.

Из изложенного следует, что ответственность ответчика перед истцом предусмотрена условиями договора и нормами транспортного законодательства; поэтому обязанность по доказыванию состава убытков как при деликте, как ошибочно указывает ответчик и третьи лица, на истца не может быть возложена.

Судом исследован вопрос о наличии оснований договорной, а не деликтной ответственности, что существенно влияет на предмет и объем доказывания.

Судом первой инстанции установлено, что истец предоставил ответчику технически исправные и коммерчески пригодные вагоны для осуществления перевозок грузов железнодорожным транспортом, что ответчиком не оспаривается; в таком же исправном виде вагоны подлежали возврату (стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении предпринимательской деятельности).

Характер выявленных неисправностей свидетельствует о том, что они могли возникнуть только в процессе разгрузки вагонов грузополучателем, в процессе слива цистерны (нарушении технологии выгрузки) либо при нарушении технологии закрытия порожней цистерны и опломбирования (неисправность запорного устройство ригеля, неисправность уплотнительного кольца клапана нижнего сливного прибора, неисправность внутренней лестница (излом, не закреплена), ослабление крепления стойки, отсутствие рукояти загрузочного люка, перекос клапана и смещение тарелки клапана нижнего сливного прибора).

Третье лицо, осуществляющее выгрузку из спорных вагонов, грузополучатель АО «Газпромнефть-ОНПЗ» исковые требования в указанной части не оспорило; доказательств соблюдения технологии выгрузки и обеспечения сохранности вагонов истца не представило, а доводы ПАО «Газпром нефть» о причинах технических неисправностей носят всего лишь предположительный (вероятностный) характер.

Довод о том, что повреждение вагонов грузополучателем основано на актах, составленных самим же ответчиком (п. 2.1 жалобы), представляет собой непоследовательное процессуальное поведение.

Судом первой инстанции установлено, что при возврате порожних вагонов по накладным, указанным в расчете иска, на станциях назначения после снятия исправного запорно-пломбировочного устройства и при внутреннем осмотре котла цистерн обнаружены технические неисправности и коммерческие непригодности, что зафиксировано в актах коммерческой и технической негодности вагонов, составленных двумя представителями ответчика (осмотрщиком-ремонтником и старшим приемосдатчиком груза и багажа ООО «Новатэк-Трансервис»); представитель ОАО «РЖД» от подписания актов отказался, что зафиксировано в актах. При этом все представленные в дело акты коммерческой и технической негодности вагонов скреплены печатью ответчика.

Полномочие может явствовать из обстановки, в которой действует представитель (ст. 182 ГК РФ). К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда РФ от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787). Доступ к печати и нахождение на рабочем месте могут свидетельствовать о наличии у работника полномочий из обстановки.

В силу п. 5 ст. 185 ГК РФ удостоверение полномочий действовать от имени юридического лица осуществляется его руководителем или иным лицом с приложением печати этой организации.

Заверение печатью организации подписи конкретных лиц на актах при отсутствии доказательств того, что они не являются сотрудниками этих предприятий, свидетельствует о полномочности таких лиц выступать от имени данных организаций (определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.12.2009 № ВАС-14824/09 по делу № А75-7690/2007).

Сложилась ситуация, в которой ответчик изначально сам признал вагоны непригодными, отказался от погрузки, на основании указанных актов вагоны направлены в ремонт, но в тоже время в апелляционной жалобе ответчик продолжает ссылаться на ущербность своих же актов.

Вышеуказанные обстоятельства в силу принципа эстоппель (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению) подтверждают факт того, что спорные вагоны были технически неисправными по вине его грузополучателя.

Гражданским законодательством не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности. Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Согласно ст. 119 Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» обстоятельства, являющиеся основанием для возникновения ответственности перевозчика, грузоотправителя (отправителя), грузополучателя (получателя), других юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, а также пассажира при осуществлении перевозок пассажиров, грузов, багажа, грузобагажа железнодорожным транспортом, удостоверяются коммерческими актами, актами общей формы и иными актами.

Из содержания указанной нормы права следует неисчерпывающий перечень документов, фиксирующих, в частности, обстоятельства, являющиеся основанием для возникновения ответственности участников процесса транспортировки вагонов. В связи с этим акты общей формы ГУ-23 не являются единственными доказательствами, подтверждающими неисправность вагонов.

При этом является обоснованным вывод суда первой инстанции, что недостатки в актах, на которые указывает третье лицо ПАО «Газпром нефть», но не указывает ответчик, который их составил, сами по себе не являются безусловным основанием для вывода об отсутствии факта неисправностей вагонов и убытков на стороне истца, учитывая принцип приоритета содержания документа перед формой.

Ссылка ответчика на технологический регламент взаимодействия истца и ответчика обоснованность его возражений также не подтверждает, т.к. условия договора судом обоснованно истолкованы таким образом, чтобы ответчик был не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

Довод об отсутствии актов о повреждении вагонов (п. 2.2 жалобы) является ошибочным.

Вопреки доводам, акты ОАО «РЖД» по форме ВУ-25 о повреждении вагонов в данном случае не должны были составляться (и фактически не составлялись), т.к. внутренние неисправности вагонов обнаружены ответчиком после завершения договора перевозки и передачи вагонов на железнодорожные пути необщего пользования.

Участие представителей ОАО «РЖД» в составлении таких актов не требовалось, поскольку при приеме вагонов к перевозке перевозчик не участвует в осмотре внутренней поверхности котла цистерны, что подтверждается правилами приема грузов, порожних грузовых вагонов к перевозке железнодорожным транспортом.

В соответствии с п. 81 Правил приема грузов, порожних грузовых вагонов к перевозке железнодорожным транспортом, утвержденных приказом Минтранса России от 07.12.2016 № 374, прием к перевозке порожнего вагона крытого типа, в том числе опломбированного с наложением ЗПУ или закруток установленного типа, производится перевозчиком путем проведения визуального осмотра состояния вагона (исправность ЗПУ, оттиски ЗПУ, закруток, состояние стенок вагона, сливных приборов, люков и их закрытие) без проверки очистки вагона изнутри, наличия постороннего запаха внутри вагона, если иное не предусмотрено договором.

Выдача грузов (порожних вагонов) осуществляется перевозчиком в порядке, предусмотренном в п. 5 Правил выдачи грузов на железнодорожном транспорте, утвержденных приказом МПС России от 18.06.2003 № 29.

На основании п. 7 указанных Правил при отсутствии обстоятельств, вызывающих в соответствии со ст. 41 Устава железнодорожного транспорта необходимость перевозчика принимать участие в выдаче грузов, грузы, перевозимые в вагонах, выдаются грузополучателю без проверки.

Факт обнаружения на промывочно-пропарочных станциях, не принадлежащих перевозчику или владельцу инфраструктуры, цистерны (бункерного полувагона) с какими-либо непригодностями оформляется без участия перевозчика, владельца инфраструктуры в порядке, установленном соглашением сторон (п. 109 Правил № 256).

Ссылки ответчика на памятки приемосдатчика (п. 2.3 жалобы) не подтверждают обоснованность его позиции.

Судом первой инстанции учтена судебно-арбитражная практика, согласно которой памятки приемосдатчика на подачу и уборку вагонов подтверждают лишь время их подачи и уборки локомотивом железной дороги, но не подтверждают состояние.

Согласно п. 89 Правил приема грузов, порожних грузовых вагонов к перевозке железнодорожным транспортом, утвержденных приказом Минтранса России от 07.12.2016 № 374, в зависимости от условий приема грузов и (или) порожнего вагона к перевозке фактическим подтверждением передачи вагонов с грузами и порожнего вагона от грузоотправителя (отправителя), грузополучателя (получателя), владельца железнодорожных путей необщего пользования или пользователя, с которым заключен договор на эксплуатацию железнодорожных путей необщего пользования или договор на подачу и уборку вагонов, перевозчику является:

при приеме порожнего вагона на железнодорожных путях необщего пользования при обслуживании их локомотивом перевозчика – подпись грузополучателя и перевозчика в памятке приемосдатчика в графе «Вагон сдал», «Вагон принял» в момент уборки вагона. При приеме порожнего вагона в местах общего пользования и местах необщего пользования, расположенных на территории станций, – подпись грузополучателя или уполномоченного им лица и перевозчика в памятке приемосдатчика в графе «Вагон сдал», «Вагон принял» в момент фактического приема (подпункт 89.5).

Наличие подписи в памятке приемосдатчика может свидетельствовать в настоящем споре только о факте передачи вагона, но не о технических неисправностях и/или коммерческих непригодностях. 

Доводы третьего лица АО «Усть-Луга Ойл», касающиеся недоказанности состава убытков, отсутствия актов о повреждении вагонов ВУ-25, актов общей формы ГУ-23, памяток приемосдатчика, аналогичны доводам ответчика, основаны на ошибочном толковании (незнании или непонимании) норм транспортного законодательства, подлежат отклонению.

Довод третьего лица / АО «Усть-Луга Ойл», касающийся пропуска общего (трехлетнего) срока исковой давности на сумму 560 359 руб. (п. 2 жалобы), также является несостоятельным и был отклонен судом первой инстанции.

Представителем АО «Усть-Луга Ойл» (с укр. дипломом) не учтены особенности российского гражданского законодательства об исчислении сроков исковой давности.

Как правильно указал суд первой инстанции, к заявленному требованию подлежит применению общий (трехлетний) срок исковой давности.

В соответствии со сформированным законодателем подходом, направленным на стимулирование досудебного порядка разрешения споров, срок исковой давности приостанавливается на срок осуществления претензионного порядка (в п. 3 ст. 202 ГК РФ в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ).

Досудебный порядок урегулирования спора направлен на оперативное разрешение конфликтов. В рассматриваемом деле претензионный порядок соблюден: в адрес ответчика истцом направлена претензия № 2085-ЮД от 03.08.2022.

Соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается, фактически продлевая его на этот период времени.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет» (п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности»).

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что ООО «Трансойл» направило иск в Арбитражный суд г. Москвы 23.01.2023 в 16:56:26 московского времени через систему подачи документов в электронном виде «Мой арбитр».

При применении данного подхода следует прийти к выводу, что исковое заявление подано в арбитражный суд в пределах общего срока исковой давности (подлежит защите нарушенное право по накладным с 23.12.2019 и позднее, тогда как в расчете указаны накладные по вагонам, раскредитованным с 16.01.2020 по 03.03.2020).

Довод третьего лица / АО «Усть-Луга Ойл», касающийся причин возникновения неисправностей (п. 2 жалобы), допущенных при разгрузке вагонов, носит предположительный (вероятностный) характер, никакими письменными доказательствами (напр., заключениями эксперта и / или специалиста) не подтвержден.

Истец не обязан был представлять доказательства своевременного технического обслуживания вагонов, замены деталей и т.д., вопреки ошибочному мнению третьего лица, т.к. вагоны проходят плановый (капитальный, деповской) ремонт. Допуск железнодорожного подвижного состава к эксплуатации на железнодорожных путях общего пользования после плановых видов ремонта подтверждает исправность вагонов (законодательная презумпция).

Суд первой инстанции правильно указал, что факт принятия спорных вагонов к перевозке ОАО «РЖД» свидетельствует об их технической исправности. Изложенное также подтверждается Положением о допуске грузового вагона на инфраструктуру ОАО «РЖД» после плановых видов ремонта и модернизации, утвержденным распоряжением ОАО «РЖД» от 08.06.2016 N 1097р (ред. от 24.07.2017).

Допуск грузовых вагонов из плановых видов ремонта к эксплуатации на инфраструктуру ОАО «РЖД» – оценка соответствия грузового вагона действующим ремонтным документам по установленным критериям с предоставлением права выхода грузового вагона после плановых видов ремонта и модернизации на инфраструктуру ОАО «РЖД».

Учитывая, что перевозчик / ОАО «РЖД» принял спорные вагоны к перевозке, то следует вывод, как правильно пишет суд первой инстанции, что они находились в надлежащем техническом состоянии, в связи с чем оснований полагать, что неисправности могли возникнуть по вине истца, не представляется возможным (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А46-17445/2022 по иску ООО «Трансойл» к АО «Газпромнефть – ОНПЗ» с участием третьих лиц: ООО «Новатэк-Трансервис», ПАО «Новатэк», ПАО «Газпром нефть»).

Утверждение третьего лица / АО «Усть-Луга Ойл», что расходы собственника на содержание своего имущества не являются убытками (п. 2 жалобы), также является несостоятельным.

Возлагая на ответчика ответственность в виде взыскания провозных платежей, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик принял от истца технически исправные и коммерчески пригодные для перевозки своих грузов вагоны, поэтому в таком же исправном виде вагоны подлежали возврату; провозные платежи, уплаченные истцом перевозчику до пункта ремонта, находятся в причинно-следственной связи с действиями как ответчика, так и грузополучателя, за действия которого ответчик несет ответственность по договору.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, допустимо при любом умалении имущественной сферы участника оборота, в том числе выразившемся в увеличении его финансовых расходов при обстоятельствах, которые не должны были возникнуть при надлежащем (добросовестном) исполнении обязательств другой стороной договора (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28.06.2022 по делу № 49-КГ22-5-К6).

Правомерность отнесения на ответчика расходов истца по уплате провозных платежей, как правильно указал суд в решении, подтверждается пунктом 6.6 договора (абзац второй), в котором предусмотрено, что при повреждении вагонов по вине заказчика и/или грузоотправителя / грузополучателя исполнитель вправе потребовать от заказчика, а заказчик обязуется возместить стоимость ремонта вагонов, их узлов и деталей, стоимость подготовки к ремонту, платежи за перевозку вагонов к местам проведения подготовки и ремонта, а в случае повреждения вагонов на станции погрузки дополнительно платежи за перевозку вагонов после осуществления ремонта на железнодорожную станцию, указанную исполнителем.

Довод третьего лица  ПАО «Газпром нефть», касающийся пропуска сокращенного (годичного) срока исковой давности (п. 1 жалобы), является несостоятельным.

Ссылка на договор № 20 NTS 253 от 25.12.2020 – ошибочна; в спорный период, как правильно указал суд первой инстанции, между ООО «Трансойл» (исполнитель) и ООО «Новатэк-Трансервис» (заказчик) был заключен договор № 09/12-27/12 от 19.10.2012, который действовал до 25.12.2020; спорный период: январь – март 2020 года.

Ответчик ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанций не ссылался на пропуск сокращенного срока исковой давности. Кроме того в настоящий спор возник не из   транспортно-экспедиционных отношений, иное материалами дела не доказано.

Юридическая квалификация договора и его судебная оценка должны исходить не из формы и названия, а из сути и содержания тех правоотношений, которые они создают (постановление Конституционного Суда РФ от 23.01.2007 № 1-П).

Статьей 431 ГК РФ предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений; буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции» разъяснено, что при квалификации правоотношений участников спора необходимо исходить из признаков договора, предусмотренных главами 40, 41 ГК РФ, независимо от наименования договора, названия его сторон и т.п.

В силу п. 1 ст. 3071 и п. 3 ст. 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил – общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 ст. 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

Материалами дела не подтверждается, что истец оказывает ответчику транспортно-экспедиционные услуги; истец всего лишь предоставляет для осуществления транспортировки грузов исправные в техническом и годные в коммерческом отношении вагоны для осуществление железнодорожных перевозок грузов.

Истец и ответчик не подписывали никаких экспедиторских документов, которые в соответствии с п. 7 Правил транспортно-экспедиционной деятельности, утвержденных постановлением Правительства РФ от 08.09.2006 № 554, являются неотъемлемой частью договора транспортной экспедиции, а именно: поручение экспедитору (определяет перечень и условия оказания экспедитором клиенту транспортно-экспедиционных услуг в рамках договора транспортной экспедиции); экспедиторская расписка (подтверждает факт получения экспедитором для перевозки груза от клиента либо от указанного им грузоотправителя); складская расписка (подтверждает факт принятия экспедитором у клиента груза на складское хранение).

Таких документов в материалы дела ни ответчик, ни ПАО «Газпром нефть» не представили. ПАО «Газпром нефть» не является стороной договора № 09/12-27/12 от 19.10.2012, поэтому на основании п. 3 ст. 308 ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Довод ПАО «Газпром нефть», что истец обеспечивает срочную и сохранную доставку груза к определенному сроку, является ошибочным, т.к. доставку груза осуществляет непосредственно ОАО «РЖД», а не истец. 

Является неверной и ссылка на «ГОСТ Р 52298-2004. Национальный стандарт РФ.

Услуги транспортно-экспедиторские. Общие требования», утвержденный приказом Ростехрегулирования от 30.12.2004 № 148-ст, т.к. ПАО «Газпром нефть» (не сторона по договору) не представлены письменные доказательства (ст. 75 АПК РФ), подтверждающие выполнение истцом конкретных услуг по договору, тем более, что ответчик не настаивал на выполнении истцом для него каких-либо транспортноэкспедиционных услуг по договору.

На этом основании суд первой инстанции сделал законный и обоснованный вывод, что взаимоотношения сторон регулируются положениями главы 39 ГК РФ.

Поскольку требование ООО «Трансойл» не основано на договоре транспортной-экспедиции, то годичный срок исковой давности, установленный ст. 13 Закона о транспортно-экспедиционной деятельности, к спорным отношениям не применяется, а общий срок исковой давности (три года), установленный ст. 196 ГК РФ, истцом не пропущен.

Таким образом, к заявленному требованию правильно применен общий (трехлетний) срок исковой давности.

Доводы третьего лица / ПАО «Газпром нефть», касающиеся недоказанности состава убытков, отсутствия актов о повреждении вагонов ВУ-25, актов общей формы ГУ-23, актов о недосливе цистерн ГУ-7А, о месте составления актов, причин возникновения неисправностей и т.д., аналогичны доводам ответчика, основаны на ошибочном толковании (понимании) норм транспортного законодательства, а потому также подлежат отклонению.

Третье лицо, осуществляющее выгрузку из спорных вагонов, он же грузополучатель / АО «Газпромнефть-ОНПЗ» (входит в одну группу лиц с жалобщиком) исковые требования в части причин возникновения неисправностей не оспорило; доказательств соблюдения технологии выгрузки и обеспечения сохранности вагонов истца не представило.

Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11 по делу № А56-1486/2010).

Других более конкретных доводов, чем те, которые указаны в апелляционных жалобах, со ссылками на фактические обстоятельства и материалы дела в обоснование незаконности и необоснованности постановленного по делу судебного акта заявителями не приведено

Заявителями апелляционных жалоб не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 31 января 2024 года по делу № А40-10524/23 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                       Е.А. Ким 

 

Судьи:                                                                                                О.Н. Лаптева

 

А.И. Трубицын

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.