/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-2405/2014

г. Краснодар

07 мая 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2018 года

            Постановление в полном объеме изготовлено 07 мая 2018 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Гиданкиной А.В. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании ответчика – Сизых (Жамбаловой) Даримы Базаровны (лично, паспорт), в отсутствие конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональное научно-производственное объединение "Байкалфарм"» (ИНН 0308004914, ОГРН 1020300967587) – Умеркина Дамира Исхаковича, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Сизых (Жамбаловой) Даримы Базаровны на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 08.09.2017 по делу № А20-2405/2014 (судья Кустова С.В.), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Межрегиональное научно-производственное объединение "Байкалфарм"» (далее – должник) в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника Умеркин Д.И. (далее – конкурсный управляющий) и кредитор должника – Федеральная налоговая служба с заявлениями о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств в размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника (в заявлениях размер ответственности не указан, т. 1, л. д. 16, т. 2, л. д. 30).

Определением от 15.10.2015 указанные заявления объединены для совместного рассмотрения.

Определением от 28.01.2016 в удовлетворении требований отказано. Судебный акт мотивирован недоказанностью и отсутствием оснований для привлечения Сизых (Жамбаловой) Д.Б. к субсидиарной ответственности.

Постановлением апелляционной инстанции от 06.06.2016 определение от 28.01.2016 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением от 22.08.2016 производство по заявлениям конкурсного управляющего и Федеральной налоговой службы о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника. Определением от 31.07.2017 по ходатайству конкурсного управляющего производство по заявлениям возобновлено. Конкурсный управляющий просил взыскать с бывшего руководителя должника 657 564 136 рублей 21 копейку.

Определением от 08.09.2017 требования конкурсного управляющего и Федеральной налоговой службы удовлетворены, Сизых (Жамбалова) Д.Б. привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 657 564 136 рублей 21 копейка.

Определением суда апелляционной инстанции от 09.01.2018 отказано в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы на определение от 08.09.2017, апелляционная жалоба возвращена Сизых (Жамбаловой) Д.Б.

В кассационной жалобе Сизых (Жамбалова) Д.Б. просит отменить определение от 08.09.2017, отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего и Федеральной налоговой службы. По мнению заявителя, суд не принял во внимание, что договоры поручительства одобрены общим собранием участников должника; руководитель должника, заключая данные договоры, выполнял решение органов управления должника. Задолженность по договорам поручительства не свидетельствует о совершении руководителем противоправных действий по намеренному созданию неплатёжеспособности должника.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит отказать в ее удовлетворении, указывая, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

В судебном заседании Сизых Д.Б. повторила доводы кассационной жалобы, дополнительно пояснив, что отслеживала движение дела по сети Интернет. После того, как апелляционный суд 30.05.2016 опубликовал информацию об оставлении без изменения решения суда, заявитель посчитал рассмотрение дела оконченным. Однако, как оказалось, результат опубликован ошибочно. Кроме того, по мнению ответчика, суд не учел, что сделки должника (как крупные) заключались по решению учредителей должника. В противном случае банки эти договоры не заключили.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит удовлетворить.

Как видно из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 17.04.2000. Согласно протоколу общего собрания участников должника от 27.10.2011 обязанности руководителя возложены на Сизых (Жамбалову) Д.Б.

14 апреля 2014 года учредители должника – ООО «Гелиос», ООО «Нэмо» и Цырендоржиева Н.К. на внеочередном собрании общества приняли решения о ликвидации, назначении ликвидационной комиссии.

23 мая 2014 года ликвидатор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Определением от 19.06.2014 заявление принято к производству. Решением от 26.08.2014 ликвидируемый должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Умеркин Д.И. Постановлением апелляционного суда от 28.11.2014 в удовлетворении заявления о признании должника банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника отказано. Постановлением суда округа от 27.02.2015 постановление апелляционной инстанции                  от 28.11.2014 отменено, решение от 26.08.2014 о признании должника несостоятельным (банкротом) оставлено в силе.

Суды установили следующие обстоятельства. Должник и ПАО «Дальневосточный банк» (правопреемник ОАО «Дальневосточный банк») 08.07.2013 заключили договор поручительства № UL-10-8 в обеспечение исполнения обязательств ОАО «Байкалфарм» по договору кредитной линии с лимитом задолженности от 08.07.2013 № UL-10. В результате заключения данного договора у должника возникло обязательство на сумму 51 981 321 рубль 92 копейки, из которых 50 млн рублей долг по кредиту, 1 981 321 рубль 92 копеек проценты;

Должник и ПАО «Промсвязьбанк» (правопреемник ОАО «Промсвязьбанк») 31.07.2013 заключили договор поручительства № 2П/0150-13-4-4 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Гелкрасал» по генеральному соглашению о предоставлении кредита в форме «Овердрафт» от 31.07.2013 № 0150-13-4-4. В результате заключения данного договора у должника возникло обязательство на сумму 10 229 475 рублей 81 копейка, из которых 10 073 332 рублей 52 копейки основной долг, 139 993 рубля 40 копеек проценты, 16 149 рублей 89 копеек пени за просроченные проценты;

Должник и ПАО «Промсвязьбанк» (правопреемник ОАО «Промсвязьбанк») 26.11.2012 заключили договор поручительства № ЗП/0218-12-3-4 в обеспечение обязательств по кредитному договору об открытии кредитной линии (с установленным лимитом задолженности) от 26.11.2012 № 0218-12-3-4, заключенного банком и ОАО «Байкалфарм». В результате заключения данного договора у должника возникло обязательство на сумму 19 900 583 рубля 30 копеек, в том числе 19 880 429 рублей 19 копеек основной долг, 20 тыс. рублей пени за просроченные заемные средства, 154 рубля 11 копеек пени за просроченные проценты;

Должник и ПАО «Промсвязьбанк» (правопреемник ОАО «Промсвязьбанк») 12.04.2013 заключили договор поручительства № 13/ГА/0022 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ООО «Байкалфарм» по генеральному соглашению о предоставлении банковских гарантий от 12.04.2013 № 13/ГА/0022. В результате заключения указанного договора у должника возникло обязательство на сумму 54 470 056 рублей 94 копейки, из которых 54 414 780 рублей 66 копеек основной долг,              55 276 рублей 28 копеек пени;

Должник и ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» 28.12.2012 заключили договор поручительства № 125900/0084-8/3 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ОАО «Байкалфарм» по договору об открытии кредитной линии от 28.12.2012 № 125900/0084. В результате заключения названного договора у должника возникло обязательство на сумму 24 065 633 рубля 95 копеек, из которых 23 657 268 рублей 92 копейки основной долг и 408 365 рублей 03 копейки пени;

Должник и ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» 28.12.2012 заключили договор поручительства № 125900/0083-8/3 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ОАО «Байкалфарм» по договору об открытии кредитной линии от 28.12.2012 № 125900/0083. В результате заключения данного договора у должника возникло обязательство на сумму 61 024 416 рублей 96 копеек, из которых 60 млн рублей  основной долг, 246 575 рублей 34 копейки проценты, 772 602 рубля 74 копейки пени за нарушение срока возврата кредита и 5 238 рублей 88 копеек пени за нарушение срока возврата процентов за пользование кредитом;

Должник и ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» 24.06.2013 заключили договор поручительства № 135900/0059-8/3 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ОАО «Байкалфарм» по кредитному договору от 24.06.2013 № 135900/0059. В результате заключения названного договора у должника возникло обязательство на сумму 31 428 630 рублей 14 копеек, из которых 31 300 тыс. рублей основной долг и 128 630 рублей 14 копеек проценты за пользование кредитом;

Должник и ОАО «Сбербанк России» заключили также договор поручительства от 08.02.2012 № 8601000-20159-0/п3, договор залога объектов недвижимого имущества от 19.03.2012 № 8601000-20159-0/и1, договор залога недвижимого имущества от 28.03.2012 № 8601000-20159-0/и4 в обеспечение надлежащего исполнения ОАО «Байкалфарм» кредитных договоров, заключенных по генеральному соглашению от 08.02.2012 № 8601000-20159-0 об открытии возобновляемой рамочной кредитной линии. В результате заключения названных договоров у должника возникло обязательство на сумму 337 629 698 рублей 63 копейки, из которых 328 500 тыс. рублей основной долг, 9 129 698 рублей 63 копеек неустойка;

Должник и ОАО «Сбербанк России» 18.10.2013 заключили следующие договоры: договор поручительства № 258/п3 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ОАО «Байкалфарм» по договору о предоставлении банковской гарантии от 18.10.2013 № 258, договор поручительства № 259/п3 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ОАО «Байкалфарм» по договору о предоставлении банковской гарантии от 18.10.2013№ 259. В результате заключения данных договора у должника возникло обязательство на сумму 162 889 742 рубля 31 копейка, из которых 161 958 953 рубля основной долг, 584 679 рублей 45 копеек вознаграждение за предоставление гарантии,     302 416 рублей плата за вынужденное отвлечение денежных средств и 43 693 рубля 86 копеек неустойка.

Общий размер задолженности, возникшей у должника в связи с заключением указанных договоров поручительства, составил 754 025 334 рубля 01 копейка.

Установлено, что на даты заключения договоров руководителем должника являлась Сизых (Жамбалова) Д.Б.

Полагая, что в результате действий руководителя должник признан несостоятельным (банкротом) конкурсный управляющий и Федеральная налоговая служба обратились в суд с заявлением.

Суд первой инстанции удовлетворил требования в полном объеме. При этом суд руководствовался следующим.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротств) (в редакции, действовавшей в спорный период времени) в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника – унитарного предприятия или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Данная норма специального закона полностью корреспондирует пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), разъяснение по которому дано в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В пункте 22 указанного постановления установлено, что при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на указанное лицо обязанности возместить убытки осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса. Применительно к данному спору в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит доказыванию наличие причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями руководителя и фактом банкротства должника, при обязательном установлении вины бывшего руководителя в банкротстве должника.

С учетом указанных правовых норм и приведенных разъяснений для привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию необходимо установление совокупности условий: наличие у лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника; совершение этим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и несостоятельностью (банкротством) последнего; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

В силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины должно доказываться лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться, в частности, поручительством. По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. В силу пункта 1 статьи 363 Гражданского кодекса при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 Гражданского кодекса).

По смыслу пункта 3 статьи 365 Гражданского кодекса одним из мотивов принятия поручителем на себя обязательств по договору поручительства с кредитором является договор, заключенный между должником и поручителем (договор о выдаче поручительства). Если заключение договора поручительства было вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), то последующее отпадение этих интересов не влечет прекращения поручительства (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»).

Суд первой инстанции установил, что 14.04.2014 учредители должника приняли решение о ликвидации должника в связи с неисполнением должником обязательств по договорам, в которых он выступает поручителем, а именно: договоров поручительства от 08.02.2012 № 8601000-20159-0п3, от 31.07.2013 № 2П/0150-13-4-4, от 26.11.2012 № 3П/0218-12-3-4, от 08.07.2013 №UL-10, от 28.12.2012 № 125900/0084-8/3, от 24.06.2013 № 135900/0059-8/3; согласно бухгалтерскому балансу за 2013 год должник не имел возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, у должника имеются основные средства на общую сумму 52 737 478 рублей 76 копеек и внеоборотные активы, дебиторская задолженность на сумму 557 308 472 рубля 72 копейки, возможность взыскания которой составляет менее 50%.

Определениями Советского районного суда г. Улан-Удэ от 24.12.2013 наложен арест на имущество должника в размере 13 062 673 рубля и в размере 20 052 100 рублей 02 копейки. Заочным решением Советского районного суда г. Улан-Удэ от 24.02.2014 с должника в пользу ОАО «Промсвязьбанк» взыскано солидарно 10 200 940 рублей 24 копейки.

Суд первой инстанции указал, что заключение бывшим руководителем должника Сизых (Жамбаловой Д.Б.) договоров поручительства явилось обстоятельством, повлекшим последующую ликвидацию должника посредством банкротства. Заключение договоров поручительства в обеспечение обязательств заемщика перед банком в размере, превышающем стоимость активов должника-поручителя, не является достаточным доказательством наличия признака недостаточности имущества должника, влекущего банкротство. Сизых (Жамбалова) Д.Б., как руководитель должника, заключая договоры поручительства и залога, была обязана учитывать возможные для должника неблагоприятные последствия в виде предъявления к нему денежных требований в объеме, который он заведомо не сможет в силу своего финансового состояния погасить вместо заемщиков денежных средств. Сизых (Жамбалова) Д.Б., неоднократно заключая договоры поручительства, а также закладывая имущество должника, должна была осознавать возможные неблагоприятные последствия для своего предприятия, к которому будут предъявлены кредиторами имущественные требования. Должник, будучи хозяйствующим субъектом, давая поручительство, должен преследовать свои экономические цели.

Удовлетворяя требования в полном объеме, суд первой инстанции не выяснил, с какой целью Сизых (Жамбаловой) Д.Б. заключила договоры поручительства. Пояснения Сизых (Жамбаловой) Д.Б. по указанным обстоятельствам в материалах дела отсутствуют.

В силу положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если руководителем должника не опровергнут факт признания должника банкротом вследствие совершенных им конкретных действий, приведенных в этой норме, то следует считать, что должник стал банкротом в результате именно таких действий руководителя. То есть, вина руководителя при установлении судом подобных обстоятельств презюмируется, что является основанием для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку Сизых (Жамбалова) Д.Б. не представила доказательства, опровергающие доводы конкурсного управляющего и Федеральной налоговой службы, имеются основания для привлечения Сизых (Жамбаловой) Д.Б. к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в спорный период) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных названной статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Суд первой инстанции установил, что согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности должника на последнюю учетную дату за 2013 год активы должника составили 67 458 тыс. рублей; чистая прибыль – 4384 тыс. рублей. Бухгалтерская отчетность должника за 2013 год направлена в налоговый орган в установленные сроки, 28.03.2014; 14.04.2014 учредители должника приняли решение о его ликвидации.

В соответствии со статьями 361 и 362 Гражданского кодекса по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен также для обеспечения обязательства, которое возникнет в будущем. Основания прекращения поручительства определены в статье 367 Гражданского кодекса. В силу пункта 1 статьи 363 Гражданского кодекса при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Следовательно, предоставленное поручительство является условным обязательством организации, которое не признается в бухгалтерском учете, но информация о нем подлежит раскрытию в бухгалтерской отчетности (пункты 9 и 14 Положения по бухгалтерскому учету «Оценочные обязательства, условные обязательства и условные активы», утвержденного Приказом Минфина России от 13.12.2010 № 167н). Согласно пунктам 9 и 10 указанного Положения условное обязательство возникает у организации вследствие прошлых событий ее хозяйственной жизни, когда существование у организации обязательства на отчетную дату зависит от наступления (не наступления) одного или нескольких будущих неопределенных событий, не контролируемых организацией. В случае если организация имеет солидарное с другими лицами обязательство, оценочное обязательство признается в той части, в которой существует вероятность уменьшения экономических выгод организации, при соблюдении условий, предусмотренных пунктом 5 данного Положения. Часть солидарного с другими лицами обязательства, в отношении которого уменьшение экономических выгод организации не является вероятным, относится к условным обязательствам. В соответствии с пунктом 14 указанного Положения условные обязательства и условные активы не признаются в бухгалтерском учете. Информация об условных обязательствах и условных активах раскрывается в бухгалтерской отчетности в соответствии с названным положением.

Суд первой инстанции установил, что 05.12.2013 должник получил требования ОАО «Сбербанк России» о погашении выданных поручительств в течение пяти дней на сумму 299 353 246 рублей 56 копеек и указал, что при сдаче бухгалтерской отчетности за 2013 год должник необоснованно не отразил в бухгалтерском учете требования банка от 05.12.2013. По состоянию на 12.12.2013 должник обладал признаками несостоятельности и недостаточности имущества (активы должника – 67 458 тыс. рублей, обязательства – 299 353 246 рублей 56 копеек). Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанные обстоятельства являются основанием для привлечения Сизых (Жамбаловой) Д.Б. к субсидиарной ответственности.

Заявители также просили привлечь Сизых (Жамбалову) Д.Б. к субсидиарной ответственности в связи с не исполнением обязанности по передаче документов и имущества должника конкурсному управляющему.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Установленная указанной нормой права ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Суд первой инстанции установил, что с заявлением о признании должника банкротом обратился ликвидатор. С 14.04.2014 полномочия управляющего Сизых (Жамбаловой) Д.Б. прекращены в связи с принятием учредителями должника решения о его ликвидации и назначении ликвидатора. Определением от 23.09.2014 суд удовлетворил ходатайство конкурсного управляющего и обязал Сизых (Жамбалову) Д.Б. передать конкурсному управляющему первичные документы должника. Сизых (Жамбалова) Д.Б. (будучи отстраненной от исполнения обязанности руководителя должника) не представила доказательства исполнения судебного акта и передачи первичных документов должника ликвидатору – Махровой И.И.

Согласно пункту 3 статьи 62 Гражданского кодекса, пункту 3 статьи 57 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) с момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого юридического лица выступает в суде. Таким образом, вся документация общества передается ликвидационной комиссии, которая, в свою очередь, несет ответственность и за организацию хранения такой документации в соответствии со статьей 50 Закона № 14-ФЗ.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, хотя и имеет специальный характер, однако является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса). Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Таким образом, ответственность руководителя предприятия – должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, повлекшем невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов, отсутствие у должника документов бухгалтерской отчетности само по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя общества к субсидиарной ответственности.

Поскольку заявители не представили доказательств того, что не передача документов привела к невозможности включения имущества (и какого именно имущества должника) в конкурсную массу, какие сделки должника он мог бы оспорить, а также, что отсутствие документов бухгалтерского учета и отчетности должника сделало невозможным формирование конкурсной массы, то указанный довод заявителей суд отклонил.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо – лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, если: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

В соответствии со статьей 10 Закона о банкротстве размер ответственности контролирующих должника лиц устанавливается исходя из разницы между определяемым на момент закрытия реестра размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и размером удовлетворенных требований кредиторов на момент приостановления расчетов с кредиторами или исполнения текущих обязательств должника в связи с недостаточностью имущества должника, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции установил, что согласно реестру требований кредиторов должника по состоянию на 20.07.2017 размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, которые не погашены в ходе процедуры банкротства за счет имущества должника, составляет 657 564 136 рублей 21 копейку.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 постановления № 62, директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Между тем суд первой инстанции не учел следующее.

Из материалов дела видно, что в 2012 и 2013 годах Сизых (Жамбалова) Д.Б. в обеспечение исполнения обязательств перед банками: ОАО «Байкалфарм», ООО «Байкалфарм», ООО «Гелкрасал» заключила договоры поручительства, в результате которых у должника возникли обязательства на общую сумму 754 025 334 рубля 01 копейка.

В судебном заседании Сизых (Жамбалова) Д.Б пояснила, что данные договоры поручительства одобрены общим собранием участников должника; руководитель должника, заключая данные договоры, выполнял решение органов управления должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 – 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В судебном заседании суда кассационной инстанции Сизых (Жамбалова) Д.Б. также пояснила, что о постановлении суда апелляционной инстанции от 06.06.2016, узнала из картотеки дел на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. Однако, как оказалось, судебный акт опубликован с ошибочным результатом рассмотрения – первоначально указано следующее: оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения; фактически суд апелляционной инстанции отменил определение суда от 28.01.2016, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Это ввело заявителя жалобы в заблуждение.

Доводы Сизых (Жамбаловой) Д.Б., изложенные в кассационной жалобе, заслуживают внимания. Удовлетворяя требования конкурсного управляющего и Федеральной налоговой службы в полном объеме, суд первой инстанции не выяснил существенные для дела обстоятельства, не проверил наличие одобрения участниками должника договоров поручительства, заключенных Сизых (Жамбаловой) Д.Б., не выяснил вопрос о том, являются ли сделки крупными.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

При новом рассмотрении суду необходимо учесть изложенное, а также разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», устранить указанные нарушения норм материального и процессуального права, установить являются ли договоры поручительства крупными сделками и принимали ли участники должника решение по поводу заключения данных договоров поручительства; когда должник прекратил оплачивать банкам денежные средства в погашение кредита, исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам ответчика, проверить правильность расчета взысканной суммы (с учетом неустойки, пени и вознаграждения за предоставление гарантии), после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 08.09.2017 по делу № А20-2405/2014 отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                               С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                              А.В. Гиданкина

М.Г. Калашникова