АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-10238/22 

Екатеринбург 

15 февраля 2023 г. Дело № А76-7764/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 15 февраля 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Столярова А. А., судей Суспициной Л. А., Купреенкова В. А. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Омега-Техносервис» (далее – общество  «Омега-Техносервис» на постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 17.10.2022 по делу № А76-7764/2021 Арбитражного  суда Челябинской области.  

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом  извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе  публично, путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное  заседание не явились.  

Общество «Омега-Техносервис» обратилось в Арбитражный суд  Челябинской области с исковым заявлением к областному государственному  бюджетному учреждению культуры «Государственный исторический музей  Южного Урала» (далее – ОГБУК «Государственный исторический музей  Южного Урала», учреждение) о взыскании 402 064 руб. 88 коп., в том числе  недоплаченной суммы за выполненные работы в размере 246 142 руб. 42 коп.,  стоимости дополнительного оборудования и монтажных работ в размере 147  008 руб., пени в размере 8914 руб. 46 коп., а также о признании  недействительным (незаконным) требования исх. № 136 от 26.02.2020 об  осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии в размере  223 217 руб. 39 коп.  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  публичное акционерное общество «МТС-Банк» (далее – общество «МТС-Банк»,  Банк), общество с ограниченной ответственностью «КМ+» (далее – общество  

«КМ+») и индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее –  предприниматель ФИО1).  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 02.08.2022  исковые требования удовлетворены в полном объеме.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  17.10.2022 решение суда изменено, исковые требования удовлетворены  частично. С ответчика в пользу истца взыскана недоплаченная сумма в рамках  исполнения гражданско-правового договора № 40-М от 25.06.2019 в размере  246 142 руб. 42 коп., пени в размере 8914 руб. 46 коп., а также расходы по  уплате государственной пошлины в размере 7004 руб. В удовлетворении  остальной части исковых требований отказано.  

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, общество  «Омега-Техносервис» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в  которой просит обжалуемый судебный акт отменить и направить дело на новое  рассмотрение. Как указал кассатор, судами установлено, что дополнительное  оборудование на сумму 147 008 руб. поставлено ответчику и истцом  дополнительные работы по монтажу данного оборудования произведены. При  этом оборудование используется в настоящее время в составе комплексной  системы безопасности объекта. При этом, по мнению заявителя, отсутствие  дополнительного соглашения на проведение дополнительных работ не  освобождает заказчика от их оплаты, если работы были приняты либо  представляют потребительскую ценность для заказчика и он намерен ими  воспользоваться. Таким образом, в силу того, что дополнительные работы  фактически выполнены обществом, однако ответчик отказывается от возврата  дополнительного оборудования, но не произвел при этом оплату, сумма  

147 008 руб. является неосновательным обогащением ответчика. Заявитель  согласен с выводом суда первой инстанции о том, что если заказчик согласовал  действия по проведению дополнительных работ, необходимых для завершения  технологического цикла и обеспечения годности и прочности их результата, то  последующий отказ в оплате дополнительных работ создавал бы возможности  для извлечения их преимуществ из своего недобросовестного поведения. Кроме  того, податель не согласен с выводом апелляционного суда об отсутствии  оснований для удовлетворения требования о признании недействительным  (незаконным) требования исх. № 136 от 26.02.2020 об осуществлении уплаты  денежной суммы по банковской гарантии в размере 223 217 руб. 39 коп.  Заявитель указал, что обязательным условием исполнения гарантии является  нарушение принципалом основного обязательства. Судом первой инстанции  верно установлено, что вина ответчика в неисполнении или в просрочке  исполнения обязательств по контракту отсутствовала, а сама возможность  исполнения вызвана причинами, за которые истец не отвечает и которые от  истца не зависели, в связи с чем начисление неустойки со стороны ответчика в  размере 223 217 руб. 39 коп. являлось необоснованным. При таких  обстоятельствах кассатор полагает, что оснований для предъявления  требования № 136 от 26.02.2020 не имелось.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, по итогам  аукциона между ОГБУК «Государственный исторический музей Южного  Урала» (заказчик) и обществом «Омега-Техносервис» (подрядчик) заключен  гражданско-правовой договор № 40-М от 25.06.2019, в соответствии с  условиями которого подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить  работы по комплексной системе безопасности на объекте: здание ОГБУК  «Государственный исторический музей Южного Урала» по адресу:  

<

...> (далее – Работы) в объеме, установленном в  Техническом задании (Приложение № 1, являющееся неотъемлемой частью  договора), а заказчик обязался принять результат выполненных работ и  оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных договором (пункт 1.1).  

Работы выполняются подрядчиком своими материалами и оборудованием  (пункт 1.2).  

Работы выполняются в один этап – в течение 60 календарных дней с  момента заключения контракта (пункт 1.5).  

Место выполнения работ: ОГБУК «Государственный исторический музей  Южного Урала», 

<

...> (пункт  1.6).  

Подрядчик вправе письменно запрашивать у заказчика разъяснения и  уточнения относительно проведения работ в рамках договора (пункт 2.3.4).  Подрядчик обязан: своевременно и надлежащим образом выполнить работы в  соответствии с требованиями Технического задания (Приложение № 1) и  предоставить заказчику отчетную документацию по итогам исполнения  контракта (пункт 2.4.1); обеспечить устранение недостатков и дефектов,  выявленных при сдаче-приемке работ и в течение гарантийного срока, за свой  счет (пункт 2.4.2); соблюдать нормы действующего законодательства,  технических правил (правила технической безопасности, охраны труда,  антитеррористические правила, правила пожарной безопасности и иные  технические нормы) (пункт 2.4.3); выполнить работы своими силами и/или  силами третьих лиц, из своих материалов и обеспечить надлежащее качество  выполняемых работ в соответствии с требованиями сертификации,  безопасности (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам и  т.п.), в полном соответствии со сметной документацией (пункт 2.4.6).  

За неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств по  настоящему договору стороны несут ответственность в соответствии с  действующим законодательством Российской Федерации, Федеральным  законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок  товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных  нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), Постановлением Правительства Российской  Федерации от 30.08.2017 № 1042 (пункт 3.1). За каждый факт неисполнения или  ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем)  обязательств, предусмотренных контрактом, заключенным по результатам  определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с пунктом  1 части 1 статьи 30 Закона № 44-ФЗ, за исключением просрочки исполнения  обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных  

контрактом, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы в  размере 144 789 руб. 66 коп. (подпункт «б» пункта 3.2.1. договора). В случае  просрочки исполнения подрядчиком обязательств (в том числе гарантийного  обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях  неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств,  предусмотренных контрактом, заказчик направляет подрядчику требование об  уплате неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки  исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства,  предусмотренного контрактом, в размере одной трехсотой действующей на  дату уплаты пени ключевой ставки ЦБ РФ от цены контракта, уменьшенной на  сумму пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом  и фактически исполненную подрядчиком (пункт 3.5). В случае просрочки  исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в  иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком  обязательств, предусмотренных контрактом, подрядчик вправе потребовать  уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день  просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная  со дня, следующего после дня истечения установленного Контрактом срока  исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере  одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки ЦБ РФ от  неуплаченной в срок суммы (пункт 3.6). Общая сумма начисленной неустойки  (штрафов, пеней) не может превышать цену контракта (пункт 3.7). В случае  просрочки исполнения, неисполнения или ненадлежащего исполнения  подрядчиком своего обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик  вправе провести оплату по контракту за вычетом соответствующего размера  неустойки (штрафа, пени) (пункт 3.9). Документом о приемке является Акт  готовности (пункт 4.4). Цена договора составляет 7239482 руб. 82 коп. (пункт  5.1). Цена договора является твердой и определяется на весь срок исполнения  (пункт 5.2). Оплата производится заказчиком по факту выполнения всего  объема работ путем перечисления безналичных денежных средств на  расчетный счет подрядчика, указанный в договоре, в течение 15 рабочих дней  после подписания представителем заказчика Акта готовности, не содержащего  замечаний по качеству выполненных работ (пункт 5.4). Заказчик по  согласованию с подрядчиком в ходе исполнения договора вправе изменить не  более чем на десять процентов предусмотренный договором объем работ при  изменении потребности в работах, выполнение работ которых заключен  договор. При этом по соглашению сторон допускается изменение с учетом  положений бюджетного законодательства РФ цены договора пропорционально  дополнительному объему работ, исходя из установленной в договоре цены  единиц работ, но не более чем десять процентов цены договора (пункт 5.7).  

Расторжение контракта возможно по соглашению сторон, по решению  суда, в случае одностороннего отказа от контракта от исполнения контракта в  соответствии с гражданским законодательством (пункт 6.1). Разделом 7  договора установлено обеспечение исполнения договора. Размер обеспечения  исполнения составляет 373169 руб. 22 коп., что составляет 5% от начальной  

(максимальной) цены контракта, указанной в извещении об осуществлении  закупки; способ обеспечения контракта из указанных в контракте определяется  поставщиком самостоятельно (пункт 7.1). По контракту поставщиком  обеспечиваются обязательства по возмещению убытков заказчика,  причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств по  контракту, а также обязанность выплаты неустойки (штрафов, пени),  предусмотренных контрактом. Исполнение обязанности Поставщиком по  настоящему контракту обеспечивается предоставлением Поставщиком  безотзывной банковской гарантией, выданной банком и соответствующей  требованиям статьи 45 Закона № 44-ФЗ и Постановления Правительства  Российской Федерации от 12.04.2018 № 440, или внесением денежных средств  на счет заказчика (пункт 7.2).  

В обеспечение исполнения договорных обязательств истцом  представлена банковская гарантия общества «МТС-Банк» от 24.06.2019  

 № МТС39245/2019. 

Ответчиком 03.07.2019 в адрес истца направлена претензия № 387, в  которой указано на то, что к работе на объекте работники общества «Омега- Техносервис» должны были приступить 01.07.2019, однако, по состоянию на  03.07.2019 работники на объект не вышли, и в случае невыхода на объект  05.07.2019 истец будет расценивать данные действия как уклонение от  исполнения контракта с возможными последствиями в виде расторжения  контракта и включения подрядчика в реестр недобросовестных поставщиков.  

Письмом от 08.07.2019 истец просил ответчика добавить в проект  материалы и согласовать замену материалов, установленных договором.  

Комиссия в составе представителей заказчика, подрядчика и организации,  осуществлявшей строительный контроль – общества «КМ+» составила Акт  готовности зданий, строений и сооружений к производству монтажных работ  от 10.07.2019, согласно которому объект готов к производству работ по  установке комплексной системы безопасности.  

Письмом от 10.07.2019 № 26 с приложением дефектной ведомости истец  сообщил ответчику о том, что после проведения первичного осмотра объекта,  специалистами общества «Омега-Техносервис» были выявлены ряд  несоответствий и недочетов в проекте по установке комплексной системы  безопасности, в связи с чем необходимо дополнительно согласовать материалы  и монтажные работы, в противном случае выполнения работ в соответствии с  проектом сдача объема выполненных монтажных работ по строительному  контролю невозможна в связи с отклонениями от нормативной документации.  

Указанное письмо подрядчика перенаправлено ответчиком  проектировщику – предпринимателю ФИО1, которая письмом от  18.07.2019 частично согласилась с требованиями истца.  

Письмом от 24.07.2019 истец настаивал на совместной встрече  представителей заказчика, проектировщика, подрядчика и лица,  осуществляющего технический контроль.  

Представителями ОГБУК «Государственный исторический музей  Южного Урала» (инженер по эксплуатации зданий и сооружений,  

программист), общества «Омега-Техносервис», технического контроля  общества «КМ+» и ИП ФИО2 составлен протокол № 1 от 25.07.2019 , в  котором отражены следующие решения: 1) принять необходимость внесения  изменений в соответствии с пунктами 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15,  16, 17, 18, 19, 24 (Приложение № 1); 2) представителю проектировщика ИП  ФИО1 – ФИО1 в срок до 29.07.2019 внести изменения в  спецификацию в соответствии с пунктами 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13,  14, 15, 16, 17, 18, 19, 24 (Приложение № 1); 3) выслать спецификацию на  согласование представителям истца, ответчика и технического контроля 4)  согласовать дополнительное соглашение с внесенными изменениями  присутствовавшими сторонами. 25.07.2019. Протокол в электронном виде  направлен ответчиком.  

Сторонами 26.07.2019 и 09.08.2019 согласованы Технические решения,  которыми внесены изменения в проектно-сметную документацию в части  используемых материалов (произведена замена материалов без изменения  сметной стоимости: замена кабель-канала на трубы гибкие гофрированные,  причина замены – для сохранения эстетического вида в экспозиционных залах;  замена съемных и выдвижных блоков и коммутаторов на другие модели,  причина замены – несоответствие указанных в смете габаритных размеров в  устанавливаемом оборудовании; замена кабеля, причина замены – для  обеспечения резервных каналов СОТ и улучшения передачи сигнала,  необходимо осуществить прокладку оптического кабеля 8 волокон; замена  кабеля на аналог (без ухудшения технических характеристик), причина замены  – прокладка кабеля вне помещений; увеличение количества кабеля, причина –  увеличение длины кабеля, фактически смонтировано 150 метров, увеличение  связано с изменением трассы прокладки кабеля).  

Уведомлением от 13.08.2019 № 26 истец известил ответчика о  приостановлении работ, в связи с не предоставлением заказчиком проектного  решения с внесенными в него изменениями, непредставлением на согласование  измененной спецификации, установленных протоколом от 25.07.2019, и не  заключением дополнительного соглашения в соответствии с указанным  протоколом. Истец предложил ответчику предоставить исполнительную  документацию и предусмотреть в дополнительном соглашении увеличение  сроков работ в связи со сложившейся ситуацией и вынужденным простоем  общества «Омега-Техносервис».  

Письмом от 14.08.2019 № 27 истец сообщил ответчику о необходимости  подписания дополнительного соглашения на дополнительное оборудование и  работы, сославшись на протокол от 25.07.2019 и длительность согласования  технической документации заказчиком, а также указал на необходимость  продления сроков, поскольку работы приостановлены.  

Уведомлением от 22.08.2019 № 475 ответчик известил истца о  необходимости присутствия на объекте представителя истца 26.08.2019 для  предоставления заказчику полного пакета документов в соответствии с  пунктом 4.2.1 контракта и по факту выполнения работ.  

С 26.08.2019 по 12.09.2019, 05.11.2019, 12-13.12.2019, с 21.01.2020 по  24.01.2020, 27.01.2020 по 31.12.2020 представителями общества «КМ+»  составлялись акты об отсутствии работников истца на объекте.  

Комиссией в составе представителей учреждения и общества «КМ+»  26.08.2019 составлен акт осмотра, согласно которому работы по контракту  выполнены менее 50%, а также установлены недочеты в фактически  выполненных работах.  

Ответчиком 27.08.2019 в адрес истца направлена претензия № 1 с  расчетом пени о нарушении условий контракта, и требованием ускорить  выполнение работ по контракту, устранить нарушения до 24.09.2019. Претензия  направлена почтой 29.08.2019 и вручена директору общества «Омега- Техносервис» 06.09.2019.  

Письмом от 06.09.2019 истец уведомил ответчика о том, что не может  поставить оборудование по договору – интроскоп XLD-5030A, в количестве  

2 шт., в связи с отсутствием на территории Российской Федерации такого  оборудования с сертификатами, с учетом цены ближайшего по техническим  характеристикам от 1700000 руб.  

В адрес истца ответчиком 10.09.2019 и 24.09.2019 вновь направлены  претензия с расчетом пени за нарушение условий контракта и требованием  ускорить выполнение работ по контракту и устранить нарушения. По вопросу  непоставки оборудования учреждение указало, что при проведении аукциона  подрядчик был ознакомлен со всей документацией и выразил свое согласие на  участие в аукционе, поэтому интроскопы в количестве 2 шт. поставить обязан.  Также учреждение указало на то, что изменение сроков договора Законом №  44-ФЗ не предусмотрено.  

Письмом от 26.09.2019 № 39 истец сообщил ответчику, что завершить  весь объем работ не представляется возможным, в силу грубых нарушений и  ошибок, допущенных при разработке проектно-сметной документации, а  именно из-за отсутствия дополнительного оборудования для реализации  монтажа комплексной системы безопасности, так как за период с 25.07.2019 по  10.09.2019 истцом не было получено ни одного ответа от заказчика о  заключении дополнительного соглашения в соответствии с утвержденным  протоколом от 25.07.2019 либо отказа от такого заключения. Такой отказ  указан лишь в претензии от 10.09.2019, в связи с чем, истец возобновляет  выполнение работ по контракту, что ставит под сомнение получение  учреждением результата работ в полном объеме. По вопросу поставки  интроскопов истец вновь сообщил, что на территории Российской Федерации  отсутствует какая-либо организация, которая может поставить такое  оборудование с сертификатами, при этом предприниматель ФИО1, не  убедившись в наличии сертификатов, включила в проектно-сметную  документацию интроскоп XLD5030A X-ray, что не отвечало требованиям  технического задания (с чем ИП ФИО3 согласилась), в связи с чем  необходимо расторгнуть контракт в части поставки интроскопов. По существу  истец также указал, что на 23.07.2019 подрядчик не мог представить полный  пакет документов, поскольку не был определен конечный результат работ и  

перечень устанавливаемого оборудования, в связи с бездействием сотрудников  заказчика в период с 25.07.2019 по 10.09.2019 по протоколу от 25.07.2019.  

Также письмом от 26.09.2019 № 38 истец просил ответчика ознакомить  подрядчика с сертификатом соответствия на оборудование – интроскоп  XLD5030A X-ray, которое заявлено в проектно-сметной документации, и  должно иметь сертификат, и предприниматель ФИО1 должна была  представить такой сертификат.  

Претензиями от 21.10.2019 № 582 и 08.11.2019 ответчик просил истца  ускорить выполнение работ по контракту, приложив расчет пени за нарушении  условий контракта.  

Ответчиком 20.11.2019 принято решение об одностороннем отказе от  исполнения контракта № 40-М от 25.06.2019, в связи с тем, что работы  подрядчиком в установленный срок не выполнены, подрядчик претензии  игнорирует, к работе не приступил, нарушает график выполнения работ.  Решение вручено директору общества «Омега-Техносервис» 20.11.2019, о чем  составлен акт № 1 от 20.11.2019.  

Комиссией в составе представителей учреждения и общества «КМ+»  28.11.2019 составлены акт осмотра, согласно которым, работы выполнены не в  полном объеме и с недостатками, в связи с чем принять работы невозможно.  

Письмом № 43 от 29.11.2019 истец не согласился с решением ответчика  об одностороннем отказе от договора, указал на то, что не устранены ошибки в  проекте 479107-КСБ по установке комплексной системы безопасности и не  поставлено необходимое оборудование. Также истец указал на то, что,  несмотря на не устраненные ошибки проекта и отсутствие дополнительного  оборудования, необходимость которого согласована в протоколе от 25.07.2019   № 1, подрядчиком принято решение о продолжении работ и их завершении в  срок до 10.12.2019, передаче документации, предусмотренной договором  

 № 40-М от 25.06.2019, а также информации о проведенных объемах работ по  монтажу комплексной системы безопасности, в срок до 01.12.2019. С учетом  отсутствия вины подрядчика в просрочке выполнения работ просил отозвать  решение от 20.11.2019.  

Учреждением 02.12.2019 принято решение о приостановлении  одностороннего отказа от исполнения контракта с целью уточнения объемов  работ и предоставления подрядчику срока для завершения работ.  

Комиссией в составе представителей учреждения, предпринимателя  ФИО1, общества «Омега-Техносервис» и общества «КМ+» 06.12.2019  составлен Акт об окончании монтажных работ, в соответствии с которым  монтажной организацией представлена к приемке смонтированная установка  комплексной системы безопасности по проекту, разработанному  предпринимателем ФИО1, шифр проекта 47107-КСБ, монтажные  работы выполнены в соответствии с исполнительной схемой 1, 2, 3, 4, 5, начало  работ 10.07.2019, окончание работ 06.12.2019. Заключение рабочей комиссии –  установку, предъявленную к приемке, считать принятой 06.12.2019.  

Письмом № 43 от 06.12.2019, направленным учреждению и обществу  «КМ+», истец предложил согласовать ряд технических решений в проекте  

479107-КСБ, которые не влияют на конструктивную надежность и  безопасность объекта строительства, но необходимы для полноценного  функционирования комплексной системы безопасности, соблюдения  действующих норм и правил при ведении монтажных работ, учитывая  конструктивные особенности здания, для сохранения ремонта и эстетического  вида в выставочных залах музея в соответствии с исполнительной схемой.  Также, указал на невозможность поставки оборудования – интроскоп XLD- 5030A Xray, поскольку на территории Российской Федерации отсутствует  имеющее сертификаты такие оборудование, в связи с чем предложил в этой  части расторгнуть контракт.  

Ответчиком 09.12.2019 были согласованы Технические решения о  внесении изменений в проектно-сметную документацию по материалам:  производилась замена материалов без изменения сметной стоимости:  увеличение объема кросса оптического до 6 шт., причина – для обеспечения  бесперебойной работы СОТ.  

Письмами № 46 от 18.12.2019 № 48 от 26.12.2019 истец сообщил  ответчику, что для запуска системы контроля и управления доступом и учета  рабочего времени ПО «Орион» необходимо установить на отдельный  системный блок, также необходима клавиатура и мышка, однако  проектировщиком не была предусмотрена интеграция программного  обеспечения «Орион», при этом из-за технических характеристик  интегрировать в действующую систему ПО «Орион» невозможно, поэтому  просил предоставить вышеуказанное оборудование для запуска системы СКУД.  Указал на необходимость представить оборудование для запуска системы  СКУД, поскольку по состоянию на 26.12.2019 системный блок не предоставлен,  что делает невозможным запуск системе СКУД.  

Сопроводительным письмом, полученным ответчиком 26.12.2019, истец  передал заказчику комплект исполнительной документации в соответствии с  реестром: 1) Общий журнал работ – 1 шт.; 2) Журнал входного контроля – 1  шт.; 3) Акт строительной готовности - 1л. в 3 экз.; 4) Письмо о согласовании  изменений проектных решений – 2л. в 3 экз.; 5) Ведомость согласования  изменений в проекте – 2 л. в 3 экз.; 6) Ведомость смонтированного  оборудования – 3л. в 3 экз.; 7) Акт освидетельствования скрытых работ – 19 л. в  3 экз.; 8) Акт об окончании монтажных работ – 2 л. в 3 экз.; 9) Акт об  окончании пуско-наладочных работ – 2л. в 3 экз.; 10) Сертификаты  соответствия на смонтированное оборудование, кабельную продукцию,  программное обеспечение – 53л. в 3 экз.; 11) Паспорта на смонтированное  оборудование, программное обеспечение – 1 комплект.  

Письмом от 30.12.2019 общество «КМ+» сообщило истцу о том, что в  ходе проверки было установлено невыполнение обществом «Омега- Техносервис» работ по контракту в полном объеме, указаны недочеты.  

Письмом от 30.12.2019 № 753 учреждение сообщило истцу о том, что по  состоянию на 30.12.2019 работы по контракту не выполнены в полном объеме,  отсутствует исполнительная съемка кабельных трасс, ПО для подключения  IPкамер к системе видеонаблюдения TRASSIR, передаточный реестр паспортом  

на оборудование, интроскопы, контроль доступа не интегрирован в  существующую систему, пусконаладочные работы по СОТ не закончены (не  отстроены видеопотоки), смонтированное оборудование не соответствует  заявленному в ведомости.  

Письмом от 21.01.2020 общество «КМ+» сообщило истцу о том, что  работы по договору № 40-М от 25.07.2019 по монтажу и пусконаладке  комплексной системы безопасности на объекте ОГБУК «Государственный  исторический музей Южного Урала» (ул. Труда, д.100) по состоянию на  21.01.2020 не выполнены, хотя срок исполнения работ составляет 60 дней.  

Ответчиком 22.01.2020 согласованы Технические решения о внесении  изменении в проектно-сметную документацию по материалам – производилась  замена материалов без изменения сметной стоимости: замена видеокамер в  количестве 2 шт., причина – снятие модели с производства, замена на LTV  СNE-724 48.  

ОГБУК «Государственный исторический музей Южного Урала»  23.01.2020 направило в общество «МТС-Банк» требование об осуществлении  уплаты суммы по банковской гарантии в размере 223 217 руб. 39 коп.  

Письмом от 12.02.2020 № 55 истец уведомил ответчика о том, что  интеграция системы охранного телевидения в установленную на объекте  систему охранной сигнализации на базе ПО «Орион» невозможна, в связи с  техническими характеристиками ПО «Орион», для интеграции требуется  замена ключа ПО «Орион», при устранении перечисленных недостатков,  интеграция системы охранного телевидения в установленную на объекте  систему охранной сигнализации на базе ПО «Орион» будет произведена.  

 Гарантийным письмом от 12.02.2020 № 57 истец гарантировал  ответчику установку бессрочных лицензий ПО TRASSIR для IP-камер LTV в  количестве 152 шт. и предоставление окончательного варианта кабельного  журнала в срок до 29.02.2020.  

Письмом от 19.02.2020 общество «КМ+» сообщило истцу о том, что в  ходе проверки выполненных им работ было установлено невыполнение  пунктов локальной сметы 02-01-01, локальной сметы 09-01, выявлены дефекты  и недоделки.  

Учреждение 26.02.2020 направило в общество «МТС-Банк» требование 

 № 136 об осуществлении уплаты суммы по банковской гарантии в размере  223217 руб. 39 коп., указав, что ранее направленное требование от 23.01.2020  не исполнено. По указанному требованию денежные средства в размере  

223 217 руб. 39 коп. перечислены ответчику Банком по банковской гарантии  05.03.2020, что подтверждается распоряжением на зачисление средств  

 № 732603 от 05.03.2020 и платежным поручением № 732603 от 05.03.2020.  

Банк 06.03.2020 направил истцу требование № И-25-0500/20(0) о  возмещении платежа, исполненного банком в соответствии с банковской  гарантией по требованию учреждения от 23.01.2020, в размере 223 217 руб. 39  коп. и процентов по состоянию на 20.02.202 в размере 975 руб. 81 коп. не  позднее 13.03.2020.  

Актом от 06.03.2020, составленным представителями истца и ответчика,  подтверждается передача учреждению права на использование программного  обеспечения TRASSIR AnyIP в количестве 152 шт.  

Аппаратные ключи по программному обеспечению созданы 05.03.2020,  что подтверждается письмом общества «Системы домофонии» от 12.11.2021.  

 Письмом от 24.03.2020 № 9 истец просил ответчика и общество «КМ+»  известить истца о готовности интеграции ПО «Трассир» в ПО «Орион Про» и  об обновлении программного обеспечения в соответствии с техническими  условиями для интеграции.  

В ответ на это обращение ответчик письмом № 207 от 25.03.2020  сообщил, что согласно Технического задания подрядчик должен был  интегрировать систему видеонаблюдения и СКУД в существующую систему  безопасности, построенную на программных продуктах НПО БОЛИД (пункт 9  Технического задания), однако ОГБУК «Государственный исторический музей  Южного Урала» пошло навстречу подрядчику и произвело обновление ключей  от системы «Орион Про», так как подрядчик представил программные  продукты, не совместимые с существующей системой безопасности.  

Письмом № 13 от 26.03.2020 истец не согласился с требованием  учреждения, указав на: выявление недостатков в исполнительной  документации; получение подписанного протокола от 25.07.2019 только  13.08.2019 (в связи с чем истцу вручено уведомление о приостановлении работ  из-за невозможности выполнения работ при отсутствии согласованной  технической документации, невозможностью закупить необходимое  оборудование при отсутствии внесения изменения в документацию);  игнорирование писем истца в июле и августе 2019 года; непредставление  заказчиком никакой измененной и согласованной документации (работы были  возобновлены 10.09.2019 после получения очередной претензии); установление  заказчиком нового срока выполнения работ – 19.11.2019 и выполнение работ к  указанному сроку за исключением некоторых недочетов; необходимость  модернизации установленного на объекте программного обеспечения, так как  она не соответствует техническим характеристикам. Также указал, что  оборудование, не предусмотренное проектной документацией (системный блок,  клавиатура, мышь) были переданы заказчиком подрядчику 13.01.2020.  

Письмом от 07.05.2020 № 261 ответчик предъявил истцу повторные  замечания по представленной документации, которые ранее направлялись  письмом от 27.03.2020 в ответ на письма от 26.12.2019, от 12.02.2020, от  26.03.2020.  

В адрес истца ответчиком 21.05.2020 направлена претензия № 281 о  нарушении условий контракта с требованием уплаты штрафа в размере 144789  руб. 66 коп. в соответствии с пунктом 3.2.1 договора, и пени за период с  22.01.2020 по 31.03.2020 в размере 101 352 руб. 76 коп.  

Истцом, ответчиком и обществом «КМ+» 25.05.2020 составлен Акт на  согласование работ, которые не были выполнены в процессе выполнения работ  по комплексной системе безопасности.  

Комиссией в составе представителей учреждения, общества «Омега- Техносервис», предпринимателя ФИО1 и общества «КМ+» составлен  Акт технической готовности монтажных работ от 25.05.2020, согласно которого  монтажные работы выполнены в соответствии с проектом, Шифр проекта  479107-КСБ, индивидуальные испытания оборудования проведены. Согласно  заключению, монтажные работы выполнены по проектной документации и  исполнительной схеме 1,2,3,4,5, этот акт является основанием для  непосредственной передачи комплексной системы безопасности заказчику  (генподрядчику) в эксплуатацию.  

Комиссией в составе представителей общества «Омега-Техносервис» и  общества «КМ+» 25.05.2020 составлен Акт на дополнительные работы, не  предусмотренные сметой по гражданско-правовому договору № 40-М от  25.06.2019 по комплексной системе безопасности. Представителями  учреждения акт не подписан.  

Работы по договору приняты ответчиком по актам формы КС-2 № 1 от  27.05.2020, справкам формы КС-3 № 1 от 27.05.2020, акту № 66 от 27.05.2020 и  акту на от 27.05.2020.  

Письмом от 28.05.2020 № 26 истец сообщил ответчику о том, что  протоколом был утвержден перечень дополнительного оборудования,  необходимого для полноценной работы системы КСБ, которое было закуплено  истцом и смонтировано на объекте ОГБУК «Государственный исторический  музей Южного Урала», о чем составлен акт на дополнительные работы, не  предусмотренные сметой, от 25.05.2020, который подписан ООО «КМ+», в  связи с чем истец просил оплатить работы и материалы по данному акту.  

Ответчиком оплачены работы по договору в сумме 5 388 792 руб. 02 коп.,  что подтверждается платежным поручением № 664563 от 10.06.2020.  

Между истцом и ответчиком 11.06.2020 заключено Соглашение о  расторжении гражданско-правового договора № 40-М от 25.06.2019, согласно  которого договор расторгнут в связи с отсутствием у заказчика потребности в  дальнейшем выполнении работ по контракту. Также данным Соглашением  стороны установили окончательную стоимость контракта – 5 634 934 руб. 44  коп. и указали, что обязательства в оставшейся части на сумму 1604548 руб. 44  коп. стороны расторгают. Датой расторжения договора является дата  подписания соглашения.  

Письмом от 25.06.2020 ответчик отказался оплачивать дополнительные  работы по письму истца № 26 от 28.05.2020.  

В связи с непринятием и неоплатой дополнительного оборудования и  работ, которые фактически установлены и выполнены на объекте ОГБУК  «Государственный исторический музей Южного Урала» (ул. Труда, д. 100),  истец 07.07.2020 уведомил ответчика о необходимости обеспечения доступа  представителя истца 17.07.2020 для отключения и опломбирования  оборудования.  

Истцом в адрес ответчика 04.09.2020 направлена досудебная претензия 

 № 35 о выплате незаконно удержанной из государственного контракта суммы в  246 142 руб. 42 коп. и необоснованно удержанной суммы по банковской  

гарантии, а также направлено уведомление № 36 о том, что на объекте ОГБУК  «Государственный исторический музей Южного Урала» (ул. Труда, д. 100)  установлено дополнительное оборудование для обеспечения бесперебойной  работы системы, которое по факту не принято и не оплачено, но используется  ответчиком, в связи с чем истец просит предоставить доступ его  представителям 18.09.2020 для демонтажа оборудования.  

В ответ на это письмо ответчик письмом от 17.09.2020 № 614 отказал  обществу в доступе для демонтажа оборудования, указав, что данное  оборудование является составной частью смонтированной системы и не может  быть демонтировано.  

Письмом от 17.09.2020 ответчик в дополнение к ответу на письмо № 36  от 04.09.2020 указал, что за последнее время три источника бесперебойного  питания вышли из строя и ремонтировались в рамках гарантийных  обязательств, то есть оборудование используется не в полном объеме, что  значительно снижает уровень безопасности объекта, исходя из чего отказал  истцу в доступе для демонтажа оборудования.  

Письмом от 18.09.2020 № 619 ответчик отказал обществу в доступе для  демонтажа оборудования по основаниям, указанным в письме от 17.09.2020 №  614.  

Поскольку ответчик удержанные суммы пеней и штрафа не возвратил, в  оплате дополнительных работ отказал, истец обратился в суд с  рассматриваемыми требованиями.  

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из  необоснованности удержания ответчиком неустоек (пени и штрафа) из  стоимости выполненных по договору работ и за счет банковской гарантии  (поскольку нарушение истцом договорных обязательств произошло не по вине  истца), а также о необходимости оплаты не предусмотренного договором, но  фактически смонтированного оборудования и работ по его установке.  Требование исх. № 136 от 26.02.2020 об осуществлении уплаты денежной  суммы по банковской гарантии в размере 223 217 руб. 39 коп. признано судом  недействительным применительно к пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Изменяя решение суда, суд апелляционной инстанции пришел к выводу  об отсутствии на стороне ответчика обязанности по оплате дополнительного  оборудования и дополнительных работ, поскольку фактически дополнительное  соглашение сторонами не подписано, виды, объем и стоимость подлежащего  установке дополнительного оборудования и подлежащих выполнению  дополнительных работ сторонами в установленном законом и договором  порядке не согласованы, само оборудование и дополнительные работы  ответчиком не приняты. В части признания требования учреждения № 136 от  26.02.2020 недействительным суд пришел к выводу о том, что требования истца  в указанной части являются ненадлежащим способом защиты права.  

Проверив законность обжалуемого судебного акта в пределах доводов  кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.  

Поскольку кассационная жалоба содержит только доводы относительно  несогласия с выводами апелляционного суда в части отказа во взыскании  неосновательного обогащения, выразившегося в неоплате выполненных истцом  дополнительных работ по монтажу оборудования, а также в части отказа в  признании требования учреждения № 136 от 26.02.2020 недействительным  требования учреждения № 136 от 26.02.2020 недействительным, в остальной  части судебный акт судом округа не проверяется.  

С учетом предмета и оснований заявленных исковых требований суды  первой и апелляционной инстанций правомерно квалифицировали спорные  правоотношения сторон как правоотношения, возникшие из договора подряда,  правовое регулирование которых осуществляется общими положениями  гражданского законодательства, специальными положениями главы 37  Гражданского кодекса Российской Федерации и нормами Закона № 44-ФЗ.  

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с  условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при  отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или  иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от  исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не  допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом,  другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской  Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется  выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и  сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и  оплатить его.  

Договор подряда заключается на изготовление или переработку  (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата  заказчику (пункт 1 статьи 703 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в  договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения  работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть  предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы  (промежуточные сроки).  

Статьей 746 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в  размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены  законом или договором строительного подряда; при отсутствии  соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в  соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса (пункт 1); договором  строительного подряда может быть предусмотрена оплата работ  

единовременно и в полном объеме после приемки объекта заказчиком (пункт  2).  

Согласно пункту 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата  выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить  подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов  работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в  согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.  

Как указано выше, определяющим элементом подрядных отношений  является передаваемый результат выполненных работ, который  непосредственно и оплачивается заказчиком. Основанием для возникновения  обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача по акту  результата работ заказчику и принятие его последним (статьи 702, 711, 720,  пункт 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации  сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются  актом, подписанным обеими сторонами.  

Подрядчик, не выполнивший обязанности, установленные пунктом 3  настоящей статьи, лишается права требовать от заказчика оплаты выполненных  им дополнительных работ и возмещения вызванных этим убытков, если не  докажет необходимость немедленных действий в интересах заказчика, в  частности в связи с тем, что приостановление работ могло привести к гибели  или повреждению объекта строительства (пункт 4 статьи 743 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Статьей 763 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что подрядные строительные работы, предназначенные для удовлетворения  государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе  государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных  работ для государственных или муниципальных нужд. По государственному  или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для  государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить  строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом  объектов производственного и непроизводственного характера работы и  передать их государственному или муниципальному заказчику, а  государственный или муниципальный заказчик обязуется принять  выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.  

В силу пункта 1 статьи 766 Гражданского кодекса Российской Федерации  к существенным условиям государственного муниципального контракта на  выполнение работ для государственных (муниципальных нужд) отнесены  условия об объеме и о стоимости подлежащей выполнению работы, сроках ее  начала и окончания, размере и порядке финансирования и оплаты работ,  способах обеспечения исполнения обязательств сторон.  

В силу статьи 95 Закона № 44-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент  заключения и исполнения рассматриваемого договора) изменение  существенных условий контракта при его исполнении не допускается, за  

исключением их изменения по соглашению сторон в том числе в случае, если  возможность изменения условий контракта была предусмотрена документацией  о закупке и контрактом, а в случае осуществления закупки у единственного  поставщика (подрядчика, исполнителя) контрактом: если по предложению  заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом (за исключением  контракта, предметом которого является выполнение работ по строительству,  реконструкции, капитальному ремонту, сносу объекта капитального  строительства, проведению работ по сохранению объектов культурного  наследия) количество товара, объем работы или услуги не более чем на десять  процентов или уменьшаются предусмотренные контрактом количество  поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не  более чем на десять процентов.  

То есть, по общему правилу допускается взыскание в пользу подрядчика  стоимости дополнительных работ на сумму, не превышающую 10% от цены  контракта, при условии, что их проведение и стоимость согласованы с  заказчиком в порядке, предусмотренном Законом № 44-ФЗ и контрактом.  

В силу пункта 5 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации  если возникла необходимость в проведении дополнительных работ и по этой  причине в существенном превышении определенной приблизительно цены  работы, подрядчик обязан своевременно предупредить об этом заказчика.  Заказчик, не согласившийся на превышение указанной в договоре подряда цены  работы, вправе отказаться от договора. В этом случае подрядчик может  требовать от заказчика уплаты ему цены за выполненную часть работы.  Подрядчик, своевременно не предупредивший заказчика о необходимости  превышения указанной в договоре цены работы, обязан выполнить договор,  сохраняя право на оплату работы по цене, определенной в договоре.  

Статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до  получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:  непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком  материала, оборудования, технической документации или переданной для  переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика  последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не  зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или  прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее  завершения в срок (пункт 1). Подрядчик, не предупредивший заказчика об  обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший  работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его  отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на  своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при  предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований  ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2). Если заказчик, несмотря на  своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика об  обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, в разумный срок не  заменит непригодные или недоброкачественные материал, оборудование,  

техническую документацию или переданную для переработки (обработки)  вещь, не изменит указаний о способе выполнения работы или не примет других  необходимых мер для устранения обстоятельств, грозящих ее годности,  подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать  возмещения причиненных его прекращением убытков (пункт 3).  

Таким образом, стоимость дополнительных работ при исполнении  договора подряда для государственных или муниципальных нужд подлежит  взысканию только в случае, если подрядчик уведомил заказчика о  необходимости выполнения дополнительных работ и последний дал согласие в  форме, установленной в законе и договоре, не только на их выполнение, но и на  увеличение в связи с этим стоимости работ. При этом, сам по себе акт приемки  строительно-монтажных работ, подписанный представителем заказчика,  согласием, дающим право подрядчику на оплату дополнительных работ, не  является, поскольку он подтверждает только факт выполнения подрядчиком  работ, а не согласие заказчика на их оплату. Подрядчик, не сообщивший  заказчику о необходимости выполнения дополнительных работ, не учтенных в  технической документации, не вправе требовать их оплаты, даже когда такие  работы были включены в акт приемки, подписанный заказчиком.  Подтверждением одобрения заказчика на изменение условий контракта может  быть только явное и утвердительное его согласие на выполнение  дополнительных работ. Соглашение о проведении дополнительных работ  может содержаться как в едином документе – дополнительном соглашении, так  и в нескольких документах, сообщениях посредством обмена ими (статьи 435,  438, пункт 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 2 (2020) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 22.07.2020) разъяснено, что подрядчик по государственному  контракту не вправе взыскивать с государственного заказчика стоимость  дополнительных работ, которые были оказаны в отсутствие согласия заказчика  и в нарушение процедуры их согласования, установленной законом и  договором.  

Иск об оплате выполненных подрядчиком дополнительных работ, не  учтенных в государственном контракте на выполнение строительных работ, не  подлежит удовлетворению в условиях, когда сторонами не были внесены  изменения в заключенный договор с учетом ограничений, предусмотренных  законодательством о государственных закупках.  

Следовательно, любое изменение объема выполняемых в соответствии с  государственным или муниципальным контрактом работ (их уменьшение или  увеличение) требует внесения изменений в контракт, без которых фактическое  выполнение подрядчиком дополнительных работ, не предусмотренных  условиями контракта, не может породить обязанность заказчика по их оплате.  

В рассматриваемой ситуации, как установлено судами, пунктом 5.7  договора предусмотрено, что заказчик по согласованию с подрядчиком в ходе  исполнения договора вправе изменить не более чем на десять процентов  предусмотренный договором объем работ при изменении потребности в  

работах, выполнение работ которых заключен договор. При этом по  соглашению сторон допускается изменение с учетом положений бюджетного  законодательства РФ цены договора пропорционально дополнительному  объему работ, исходя из установленной в договоре цены единиц работ, но не  более чем десять процентов цены договора.  

Таким образом, договором предусмотрена возможность увеличения цены  договора не более чем на десять процентов при наличии подписанного  соглашения сторон.  

Истец (подрядчик) заявил требование о взыскании с ответчика  (заказчика) стоимости дополнительно смонтированного на объекте заказчика  оборудования, не предусмотренного условиями контракта и также стоимость  работ по монтажу этого оборудования (на общую сумму 147 008 руб.), ссылаясь  на протокол от 25.07.2019, которым представителями сторон зафиксировано  решение о необходимости заключения дополнительного соглашения к договору  по дополнительным работам. При этом факт установки указанного  дополнительного оборудования полагает подтвержденным следующими  документами: Актом от 25.05.2020 на дополнительные работ, подписанным со  стороны истца и представителя лица, осуществлявшего технический контроль –  обществом «КМ+»; универсальными передаточными документами на покупку  истцом оборудования; письмами ответчика № 614 от 17.09.2020 и № 619 от  18.09.2020 об отказе в демонтаже и возврате дополнительного оборудования,  содержащими информацию о том, что данное оборудование является составной  частью смонтированной системы и не может быть демонтировано, в том числе,  и по причине снижения уровня безопасности объекта; письмом ответчика от  25.06.2020 об отказе в оплате стоимости дополнительных работ, которым  подтверждены факты поставки и установки дополнительного оборудования.  

Суд первой инстанции признал доводы истца в этой части  обоснованными, исковые требования в части взыскания стоимости  дополнительного оборудования и дополнительных работ по монтажу  оборудования в общей сумме 147 008 руб. удовлетворил, дополнительно  отметив, что эта стоимость не превышает 10% цены договора.  

Соглашаясь с позицией суда первой инстанции о доказанности фактов  поставки и монтажа дополнительного оборудования на объекте ответчика, суд  апелляционной инстанции между тем, счел исковые требования о взыскании с  ответчика их стоимости не подлежащими удовлетворению.  

При этом суд исходил из следующего. 

Как установлено судом, несмотря на отражение в протоколе от 25.07.2019  решения о необходимости заключения дополнительного соглашения к договору  по дополнительным работам, фактически такое дополнительное соглашение  сторонами не подписано, виды, объем и стоимость подлежащего установке  дополнительного оборудования и подлежащих выполнению дополнительных  работ сторонами в установленном законом и договором порядке не  согласованы, само оборудование и дополнительные работы ответчиком не  приняты (акт дополнительных работ подписан только со стороны общества  «КМ+»). В утвержденной сторонами новой локальной смете от 22.05.2020 на  

сумму 5634934,44 руб., а также в соглашении о расторжении договора от  11.06.2020 (в котором стороны установили окончательную стоимость контракта  в размере 5634934,44 руб.) стоимость указанных дополнительных работ и  оборудования не отражена.  

В этой связи апелляционным судом обоснованно указано о том, что на  стороне заказчика не возникла обязанность по оплате такого дополнительного  оборудования и дополнительных работ (пункт 35 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020).  

При таких обстоятельствах судом правомерно не установлено оснований  для удовлетворения исковых требований в части взыскания с учреждения  стоимости дополнительных работ и оборудования.  

Истцом также заявлено требование о признании недействительным  (незаконным) направленного в адрес общества «МТС-Банк» (гарант)  Требования учреждения № 136 от 26.02.2020 об осуществлении уплаты  денежной суммы по банковской гарантии в размере 223217,39 руб.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 96 Закона № 44-ФЗ, исполнение  контракта может обеспечиваться предоставлением банковской гарантии,  выданной банком и соответствующей требованиям статьи 45 данного  Федерального закона, или внесением денежных средств на указанный  заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской  Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику.  Способ обеспечения исполнения контракта определяется участником закупки, с  которым заключается контракт, самостоятельно. Срок действия банковской  гарантии должен превышать срок действия контракта не менее чем на один  месяц.  

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации  исполнения обязательств может обеспечиваться независимой гарантией.  

По независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого  лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу  (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями  данного гарантом обязательства независимо от действительности  обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной  денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии  позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент  исполнения обязательства гарантом (пункт 1 статьи 368 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Согласно пункту 1 статьи 374 Гражданского кодекса Российской  Федерации требование бенефициара об уплате денежной суммы по  независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту  с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в  приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление  которых влечет выплату по независимой гарантии.  

Обязанности гаранта при рассмотрении требования бенефициара  установлены статьей 375 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу  

которой, по получении требования бенефициара гарант должен без  промедления уведомить об этом принципала и передать ему копию требования  со всеми относящимися к нему документами (пункт 1). Гарант должен  рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в  течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми  приложенными к нему документами, и, если требование признано им  надлежащим, произвести платеж. Условиями независимой гарантии может  быть предусмотрен иной срок рассмотрения требования, не превышающий  тридцати дней (пункт 2). Гарант проверяет соответствие требования  бенефициара условиям независимой гарантии, а также оценивает по внешним  признакам приложенные к нему документы (пункт 3).  

Как указано выше и установлено судами по материалам дела, в  соответствии с условиями договора, в обеспечение исполнения договорных  обязательств истцом представлена банковская гарантия Банка от 24.06.2019 №  МТС-39245/2019 на сумму 373 169 руб.22 коп.  

В пункте 5 банковской гарантии указано, что требование об уплате  денежной суммы по банковской гарантии бенефициар вправе заявить только в  случае ненадлежащего исполнения или невыполнения принципалом  обязательств по договору.  

Ответчик 29.01.2020 направил в Банк требование от 23.01.2020 об уплате  денежной суммы в размере 223 217 руб. 39 коп. по банковской гарантии №  МТС-39245/2019 от 24.06.2016, а 26.02.2020 учреждение повторно направило в  требование № 136 об осуществлении уплаты суммы по банковской гарантии в  размере 223217 руб. 39 коп., указав, что ранее направленное требование от  23.01.2020 не исполнено. Требование получено Банком 04.03.2020.  

По указанному требованию денежные средства в размере 223 217 руб. 39  коп. перечислены ответчику Банком по банковской гарантии 05.03.2020, что  подтверждается распоряжением на зачисление средств № 732603 от 05.03.2020  и платежным поручением № 732603 от 05.03.2020.  

Общество «МТС-Банк» 06.03.2020 направило истцу требование № И-250500/20(0) о возмещении платежа, исполненного банком в соответствии с  банковской гарантией по требованию учреждения от 23.01.2020, в размере  223217 руб. 39 коп. и процентов по состоянию на 20.02.202 в размере 975 руб.  81 коп. не позднее 13.03.2020.  

Как установлено судами, из содержания оспоренного требования от  26.02.2020 № 136 следует, что гаранту предложено выплатить 223 217 руб. 39  коп., составляющих сумму пеней, начисленных за нарушение срока  выполнения работ за период с 27.08.2019 по 21.09.2019.  

Учитывая, что начисление указанных пеней произведено ответчиком  неправомерно по приведенным выше основаниям, суды пришли к выводу о  незаконности содержащегося в оспоренном акте требования ответчика о  выплате таких пеней по банковской гарантии.  

В то же время, признавая оспоренное требование недействительным, суд  первой инстанции руководствовался положениями пункта 1 статьи 166  Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделки.  

Суд апелляционной инстанции с таким выводом суда не согласился,  обоснованно указав, что оснований для признания оспоренного требования  сделкой не имеется, поскольку это требование направлено ответчиком в адрес  гаранта в соответствии с обязательствами последнего по выданной банковской  гарантии и носит распорядительный характер (требование, с одной стороны,  является способом реализации предоставленного обеспечения исполнения  обязательства, а с другой стороны – способом исполнения уже совершенной  односторонней сделки по выдаче банковской гарантии), а потому признание его  недействительным по основанию недействительности сделки нельзя признать  обоснованным.  

Кроме того, согласно статьи 370 Гражданского кодекса Российской  Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта  перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного  обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений  между принципалом и гарантом, а также от какихлибо других обязательств,  даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них (пункт 1). Гарант  не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие  из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая  гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из  соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против  требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе  ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии (пункт 2).  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5  Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения  споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской  Федерации о банковской гарантии», обязательство гаранта перед бенефициаром  не зависит в отношениях между ними от основного обязательства и подлежит  исполнению по требованию бенефициара без предварительного предъявления  требования к принципалу об исполнении основного обязательства, если иное не  определено в гарантии.  

Как установлено апелляционным судом, в рассматриваемой ситуации  Банк (гарант) принял на себя безотзывное обязательство возместить ОГБУК  «Государственный исторический музей Южного Урала» (бенефициару)  указанную в банковской гарантии сумму в случае ненадлежащего исполнения  обществом «Омега-Техносервис» (принципалом) своих обязательств по  договору. Оспоренное требование ответчика формально соответствовало  условиям банковской гарантии (подписано уполномоченным лицом, имело  необходимые реквизиты, содержало всю необходимую информацию,  позволяющие установить наступление гарантийного случая, к требованию  приложены соответствующие документы), в связи с чем подлежало  исполнению гарантом независимо от наличия согласия принципала с  требованиями бенефициара.  

Все негативные риски действительности и соразмерности предъявленного  гаранту требования несет бенефициар и только перед принципалом. Такой  

подход отражен в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 02.10.2012 № 6040/12.  

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в  арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и  законных интересов.  

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными  статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом  избираемый истцом способ защиты права должен соответствовать характеру и  последствиям нарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав.  

Апелляционным судом правильно отмечено, что защита интересов  принципала от недобросовестного поведения бенефициара возможна в порядке,  предусмотренном статьей 375.1 Гражданского кодекса Российской Федерации,  в силу которой бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки,  которые причинены вследствие того, что представленные им документы  являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось  необоснованным.  

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что  иск в части признания Требования учреждения № 136 от 26.02.2020  недействительным является ненадлежащим способом защиты права.  

Таким образом, судом правомерно не установлено оснований для  удовлетворения исковых требований в указанной части.  

Довод заявителя жалобы о наличии оснований для оплаты выполненных  им дополнительных работ, несмотря на отсутствие их согласования с  ответчиком, судом округа отклоняется как ошибочный и не основанный на  законе. Довод кассатора заявлен без учета того, что между сторонами, по сути,  имеет место быть государственный контракт, в связи с чем на проведение  дополнительных работ необходимо заключать дополнительное соглашение.  Между тем в данном случае такого соглашения между сторонами заключено не  было, виды, объем и стоимость подлежащего установке дополнительного  оборудования и подлежащих выполнению дополнительных работ сторонами в  установленном законом и договором порядке не согласованы, само  оборудование и дополнительные работы ответчиком не приняты, в связи с чем  судом апелляционной инстанции обоснованно указано на отсутствие оснований  для оплаты таких работ.  

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом  кассационной инстанции отклоняются по основаниям, указанным в  мотивировочной части настоящего постановления. Указанные доводы являлись  предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая  правовая оценка и сводятся, по сути, лишь к переоценке установленных по делу  фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в  силу требований, предусмотренных статьей 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства  

исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований  для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда  кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не  установлено.  

С учетом изложенного постановление апелляционного суда отмене не  подлежит. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  17.10.2022 по делу № А76-7764/2021 Арбитражного суда Челябинской области  оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «Омега-Техносервис» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного  Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий А.А. Столяров 

Судьи Л.А. Суспицина 

 В.А. Купреенков