АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1628/24 

Екатеринбург

15 мая 2024 г.

 

Дело № А76-34857/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 мая 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Тихоновского Ф.И., Калугина В.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Песковой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании посредством веб-конференции кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 по делу № А76-34857/2021 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством веб-конференции приняли участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 13.08.2021).

В судебном заседании в помещении суда округа принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» – ФИО3 (доверенность от 15.01.2024 № 300). 

В судебном заседании 22.04.2024 арбитражным судом в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлен перерыв до 06.05.2024. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии тех же представителей лиц, участвующих в судебном заседании.  

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 08.11.2021 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее – финансовый управляющий ФИО4, управляющий). 

Финансовый управляющий ФИО4 направил в арбитражный суд отчет о своей деятельности, а также заявление о завершении процедуры реализации имущества гражданина-должника и применении к нему правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований перед кредиторами по правилам статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее  – Закон о банкротстве).

 Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.07.2023 завершена процедура реализации имущества должника, ФИО1 не освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 определение суда первой инстанции от 31.07.2023 отменено в части неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств. 

Суд апелляционной инстанции применил в отношении ФИО1 положения статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

В остальной части определение суда первой инстанции от 31.07.2023 оставлено без изменения. 

Не согласившись с вышеуказанным постановлением, общество с ограниченной ответственностью ПКО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» (далее – УСРДЦ, кредитор) обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление апелляционного суда от 22.01.2024 и оставить в силе определение суда первой инстанции от 31.07.2023. 

В кассационной жалобе заявитель настаивает на том, что ФИО1 при заключении и исполнении  кредитного договора действовал недобросовестно, поскольку  предоставил заведомо недостоверные сведения о доходах, не подтвердил факт получения дополнительного дохода от оказания услуг в сфере пассажирских перевозок через сервис «Яндекс». 

Податель жалобы также отмечает, что указанные должником цели расходования кредитных денежных средств не соответствуют действительности: личное страхование ФИО1 в размере 400 000 руб. в рамках кредитного договора от 29.03.2021 составило 141 678 руб. 48 коп.; погашение кредитных обязательств перед акционерным обществом «Альфа-Банк» в сумме 148 000 руб. составило 133 182 руб.; оплата ежемесячного платежа по кредиту в сумме 124 000 руб., тогда  как определением арбитражного суда от 31.01.2022 по настоящему делу сумма задолженности по кредитному договору составила 76 330 руб. 53 коп. и т. д. 

Как полагает заявитель кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции уклонился от дачи правовой оценки доводам, приведенным в отзыве на апелляционную жалобу от 26.10.2023, не привел мотивы, по которым апелляционный суд отклонил доводы и доказательства, приведенные  и представленные кредитором. 

ФИО1 в отзыве на кассационную жалобу просит суд округа оставить обжалуемый судебный акт без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами, в деле о банкротстве ФИО1 в реестр требований кредиторов в состав третьей очереди включены требования акционерного общества «Россельхозбанк» (далее – Банк) на сумму 2 264 740 руб. 46 коп. Кредиторы первой и второй очереди отсутствуют.

Определением арбитражного суда от 17.11.2022 произведена замена кредитора – Банка на правопреемника – УСРДЦ. 

Финансовым управляющий ФИО4 предприняты меры по выявлению, формированию, реализации конкурсной массы, так, за должником на праве собственности числится легковой автомобиль LADA 211440, год выпуска 2011, который включен в конкурсную массу должника и реализован на торгах. 

Управляющим проведено частичное удовлетворение требований кредиторов третьей очереди реестра в размере 6,09 %. 

Иное движимое и недвижимое имущество за должником не зарегистрировано. Сделки, подлежащие оспариванию, управляющим не выявлены.

В заключении о наличии/отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства управляющим сделан вывод об отсутствии таковых.

По результатам проведения процедуры банкротства, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства, отсутствие свидетельств наличия и возможного выявления имущества должника, пополнения конкурсной массы и реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения данной процедуры, реестр требований кредиторов и другие необходимые документы.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суд первой инстанции исходил из того, что документально подтвержденных сведений об ином имуществе гражданина, подлежащего включению в конкурсную массу, не выявлено, лицами, участвующими в деле о банкротстве, не представлено; имеющиеся доказательства свидетельствуют об осуществлении финансовым управляющим всех мероприятий, предусмотренных законодательством о банкротстве, в связи с чем, сделал вывод об отсутствии основания для дальнейшего проведения процедуры реализации имущества должника.

Суд апелляционной инстанции в части завершения процедуры реализации имущества гражданина-должника выводы суда первой инстанции поддержал. 

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества должника лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Отказывая в применении в отношении должника положения статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суд первой инстанции пришел к выводу о недобросовестности поведения должника, поскольку имеются достаточные доказательства представления должником при обращении за получением кредитных средств заведомо недостоверных сведений.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции не поддержал. 

Со ссылками на правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенные в определениях от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013; от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, от 28.04.2018 № 305-ЭС17-13146 (2), суд апелляционной инстанции констатировал, что  в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что должник уклонялся от представления в суд отзыва и документов или сообщал суду недостоверные сведения. Должник добросовестно раскрыл всю имеющуюся информацию.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции считает, что судебный акт суда апелляционной инстанции подлежит отмене исходя из следующего.

Конституционное требование о добросовестном поведении в силу своей универсальности распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах жизнедеятельности. Для гражданских правоотношений это находит закрепление, в частности, в пункте 3 статьи 307 ГК Российской Федерации, в соответствии с которым стороны обязательства и после его прекращения, а также при его установлении и исполнении обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, предоставляя друг другу необходимую информацию. 

Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.). В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда (пункт 1 статьи 25 Гражданского кодекса Российской Федерации, параграф 1 главы X Закона о банкротстве) или во внесудебном порядке (параграф 5 главы X Закона о банкротстве).

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве). Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.

Однако институт банкротства – это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый – пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По общему правилу, принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

При этом необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т. п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

Последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

В то же время получение денежных средств в кредитных организациях может быть квалифицировано как недобросовестное поведение должника в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, другие кредитные обязательства и т. п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Признавая действия должника добросовестными, суд апелляционной инстанции указал, что для получения кредита должник обратился за содействием в компанию, сопровождающую, получение физическими лицами кредитов – кредитный брокер «Банковский советник». По месту трудоустройства им были получены справки о доходах по форме 2-НДФЛ, которые были переданы специалистам данной компании для формирования заявок в банк. Доказательств того, что должник представил иные справки о заработной плате, суду не представлено. Само по себе указание со слов должника размера дохода не является достаточным основанием для вывода о недобросовестности должника, поскольку из его объяснений следует, что он подрабатывал водителем такси, имел дополнительный доход, который официальными документами не может подтвердить. 

С учетом приведенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что выдача кредита на основании сведений о доходе заемщика со слов является риском Банка и не может быть вменена должнику как обстоятельство, свидетельствующее о его недобросовестности.

Коллегия судей отмечает, что возникновение различных жизненных ситуаций зачастую влечет за собой необходимость обращения должников к содействию кредитного брокера. В таких случаях нарушение кредитным брокером его обязанности перед должником по включению в заявку достоверных данных, которое в последующем повлекло за собой нарушение должника банком по предоставлению банку достоверной информации, должнику вменяться не должно. Соответственно, если вины должника в выборе, контроле и взаимодействии с таким кредитным брокером нет, недостоверная информация от имени должника исключительно вследствие действий кредитного брокера, должнику не может быть отказано в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств (пункт 1 статьи 401, статья 403 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наоборот, если обращение к кредитному брокеру было вызвано невозможностью получения кредита в общем порядке, в том числе по причине недостаточного уровня доходов, и имело своей целью составление содержащих заведомо недостоверные для должника сведения документов для последующего представления их в банк, такого рода действия не могут расцениваться судом как действия, соответствующие критериям добросовестности. Привлечение в таких случаях к содействию в получении кредита кредитного брокера не освобождает должника от неблагоприятных последствий виновного противоправного поведения.

При обращении с апелляционной жалобой должник указывал на получение пакета документов, содержащего расхождения в суммах заработка в справках 2-НДФЛ, непосредственно от кредитного брокера «Банковский советник». 

Однако применительно к обстоятельствам настоящего дела в ходе рассмотрения дела в суде первой и апелляционной инстанций кредитор последовательно ссылался на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.04.2023, вынесенного дознавателем Отдела МВД России по г. Миассу Челябинской области, в котором отражены пояснения должника о наличии у него информации о действиях кредитного брокера по завышению дохода должника, так как по действующему доходу ему могли отказать в предоставлении кредита. 

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и доводами заявителя кассационной жалобы о том, что, исходя из представленных пояснений, должник мог и должен был осознавать  последствия составления кредитным брокером от его имени сведений о не соответствующем действительности официальном доходе. 

При этом необходимо учитывать, что отказ в освобождении от дальнейшего исполнения обязательств по причине предоставления банку при заключении кредитного договора недостоверных данных не может рассматриваться в качестве формального состава нарушения. Представление данных, которые соответствуют действительному доходу гражданина, включая доход, который ранее не был конкретизирован при подаче заявления в банк, само по себе не может рассматриваться в качестве обстоятельства, характеризующего поведение должника в качестве злостного нарушения. Бремя доказывания наличия такого дохода должно быть возложено на должника.

Суд апелляционной инстанции признал достоверными объяснения должника о получении им дополнительного дохода от сотрудничества с сервисом «Яндекс», однако какие-либо доказательства осуществления такой деятельности и получения дополнительного дохода в материалы дела не представлены. При исследовании кредитором сервиса «партнеры Яндекса города Миасс», в которой указаны водители, работающие и работавшие в сфере пассажирских перевозок «Яндекс», установлено отсутствие информации о водителе ФИО1 

Таким образом, перекладывая на кредитора неблагоприятные последствия отсутствия доказательств как подтверждающих, так и опровергающих факт получения дополнительного дохода суд апелляционной инстанции не учел, что именно должник как лицо, непосредственно вовлеченное в отношения по оказанию услуг и располагающее всей необходимой информацией и доказательствами, обязан был обеспечить представление прямых, а в случае их отсутствия совокупности косвенных доказательств, подтверждающих его довод о получении в этот период дополнительного дохода.

Кроме того, выводы суда апелляционной инстанции о правомерном расходовании полученных кредитных денежных средств на исполнение гражданско-правовых обязательств документально не подтвержден и вступает в противоречие с имеющимися доказательствами расходования денег как по суммам перечислений, так и по заявленным целям получения кредита – рефинансирование имеющейся задолженности.

При таких обстоятельствах постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене с направлением вопроса на рассмотрение в суд апелляционной инстанции. При новом рассмотрении суду следует устранить выявленные недостатки в распределении бремени доказывания обстоятельств, исключающих вину должника в предоставлении недостоверных данных о доходах (пункт 2 статьи 401 ГК Гражданского кодекса Российской Федерации), при необходимости, оказать содействие в получении должником у третьих лиц доказательств и принять законное и обоснованное решение. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 по делу № А76-34857/2021 Арбитражного суда Челябинской области отменить. 

         Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               С.Н. Соловцов 

 

Судьи                                                                            Ф.И. Тихоновский 

 

                                                                                             В.Ю. Калугин