№ 09АП-55742/2019

Дело № А40-157934/15

г. Москва

01 ноября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2019 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 01 ноября 2019 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи П.А.Порывкина,

судей М.С.Сафроновой, О.И. Шведко,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО2 , ФИО3, ФИО4,на определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2019

по делу № А40-157934/15, вынесенное судьёй ФИО5,о признании недействительными сделки в виде: - договора залога недвижимого имущества № 3 2013-261/056 от 05.04.13г., заключенного между ОАО «Фототехника-Почтой» и КБ «ЛОКО-Банк» (АО), Соглашения об уступке права (требования) (цессия) № 1 от 04.06.13г., заключенного между КБ «ЛОКО-Банк» (АО) и ООО «С-Фото», договора поручительства от 01.03.13г. №01-03 по Договору об уступке права требования №Ц17 от 01.11.11г., заключенного между ООО «УМНЫЕ ИГРУШКИ-регионы» и ОАО «Фототехника-Почтой», договора поручительства № 01-08-П от 01.08.13г., заключенного между ООО «С-Фото» и ОАО «Фототехника-Почтой», договора об учреждении общества с ограниченной ответственностью «Компания БРИК» от 21.08.13г. в части обязательства ОАО «Фототехника-Почтой» по внесению в уставный капитал ООО «Компания БРИК» нежилого здания площадью 1 571,2 кв.м., кадастровый номер 77:03:0003016:1052, условный номер 5298, находящегося по адресу 

<

...>, сделок по внесению ОАО «Фототехника-Почтой» в уставный капитал ООО «Компания БРИК» нежилого здания площадью 1 571,2 кв.м., кадастровый номер 77:03:0003016:1052, условный номер 5298, находящегося по адресу 

<

...>, права аренды земельного участка: категория земель: земли населенных пунктов, предоставлен для целей эксплуатации административного здания, общая площадь 2 347 кв.м., кадастровый номер 77:03:0003016:86, расположенный по адресу 

<

...> вл.6 по Актам приема-передачи от 03.09.13г., договора залога нежилого помещения № 77АБ 1480511 от 06.11.13г., заключенного между ООО «Компания БРИК» и ООО «УМНЫЕ ИГРУШКИ-регионы», договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Компания «БРИК» от 04.08.14г., заключенного между ОАО «Фотоктехника-Почтой» и ООО «УМНЫЕ ИГРУШКИрегионы», сделок по обращению ООО «С-Фото» взыскания на здание, как на предмет залога, путем получения здания и земельного участка по акту от 16.08.16г., сделки по передаче нежилого здания площадью 1 571, 2 кв.м., кадастровый номер 77:03:0003016:1052, условный номер 5298, находящегося по адресу 

<

...>; права аренды земельного участка: категория земель: земли населенных пунктов, предоставлен для целей эксплуатации административного здания, общая площадь 2 347 кв.м., кадастровый номер 77:03:0003016:86, расположенный по адресу 

<

...> вл.6. от ОАО «Фототехника-Почтой» к ООО «СФото»,по делу о банкротстве ОАО "ФототехникаПочтой",

при участии в судебном заседании:

от к/у ОАО "ФототехникаПочтой"- ФИО6 дов.от 08.02.1019

от ООО Кредендо-Ингосстрах Кредитное страхование-  ФИО7, ФИО8 дов.от 29.07.2019от ФИО4- ФИО9 дов.от 01.10.2018от ФИО2 – ФИО10 дов.от 16.09.2019от ИП ФИО3- ФИО11 дов.от 11.09.2017 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.03.2017 ОАО "Фототехника-Почтой" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО12 

Определением суда от 16.08.2019 признана недействительной совокупность следующих взаимосвязанных сделок:

сделка по внесению должником в уставный капитал ООО «Компания «БРИК» здания, права аренды земельного участка с кадастровым номером 77:03:0003016:86, расположенный по адресу: 

<

...> вл.6 (далее - «Право аренды») по актам приема-передачи от 03.09.2013; 

договор залога недвижимого имущества № 3 2013-261/056 от 05.04.2013 между Должником и АО «КБ «ЛОКО-Банк» (далее – «Банк»);

соглашение об уступке права (требования) (цессия) № 1 от 04.06.2013 между Банком и ООО «С-Фото»;

договор поручительства от 01.03.2013 № 01-03 по договору об уступке права требования № Ц17 от 01.11.2011 между ООО «Умные игрушки-регионы» и должником;

договор поручительства № 01-08-П от 01.08.2013 между ООО «С-Фото» и должником;

договор об учреждении общества с ограниченной ответственностью «Компания БРИК» от 21.08.2013 в части обязательства должника по внесению в уставный капитал ООО «Компания БРИК» нежилого здания площадью 1 571,2 кв.м., кадастровый номер 77:03:0003016:1052, условный номер 5298, находящегося по адресу: РФ, 

<

...> (далее – «Здание»);

договор залога здания № 77 АБ 1480511 от 06.11.2013 между ООО «Компания БРИК» и ООО «УМНЫЕ ИГРУШКИ-регионы»;

договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Компания БРИК» от 04.08.2014 между должником и ООО «УМНЫЕ ИГРУШКИ-регионы»;

сделка по обращению ООО «С-Фото» взыскания на здание и право аренды как на предмет залога путем получения здания и права аренды по акту от 16.08.2016 (далее совместно – «Совокупность сделок»), а также истребовано здание из чужого незаконного владения ФИО3, ФИО2  

ФИО2 , ФИО3, ФИО4, с определением суда не согласились, обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда отменить.  

В судебном заседании представители ФИО2 , ФИО3, ФИО4, доводы апелляционных жалоб поддержали по мотивам, изложенным в них, просили отменить определение суда. 

Представитель конкурсного управляющего ОАО "Фототехника Почтой" возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, указывая на ее необоснованность, просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, представил в материалы дела отзывы. 

Представитель ООО Кредендо-Ингосстрах Кредитное страхование возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, указывая на ее необоснованность, просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, представил в материалы дела отзыв.  

Законность и обоснованность определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения  суда.  

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд правильно оценил совокупность сделок как взаимосвязанные и прикрывающие единую сделку по выводу здания из конкурсной массы должника. 

ФИО4 необоснованно полагает, что суду надлежало оценивать каждую сделку по отдельности в разрыве от иных связанных между собой сделок.

Вместе с тем совокупность сделок представляет собой ряд сделок по заранее спланированному выводу здания из конкурсной массы должника.

Так, в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017) указано следующее: «во внимание следовало принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений.  Иными  словами,  для  признания  условий  конкретной  сделки несправедливыми необходимо учитывать условия других взаимосвязанных сделок и обстоятельства их заключения».

Таким образом, для целей оспаривания эффект от сделок оценивается в совокупности, а не исходя из отдельно взятой сделки. 

В настоящем споре заключение именно всех оспоренных сделок позволило вывести здание из конкурсной массы должника под видом обычной хозяйственной деятельности.

ВС РФ неоднократно прямо указывал на возможность оспаривания нескольких сделок с разным субъектным составом – и без участия должника – по выводу его активов, в том числе прикрывающих иную сделку (определения от 20.02.2017 № 309-ЭС16-20998 по делу № А60-17861/2015, от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 по делу № А40-125977/2013, от 25.02.2017 № 310-ЭС17-16 по делу № А54-6256/2011).

Совокупность сделок являются взаимосвязанными, так как тесно связаны между собой: узкий субъектный состав сделок из аффилированных лиц (кроме банка); однородный предмет сделок в виде здания в качестве предмета отчуждения или обременения; направленность на достижение единого результата по выводу здания и его безвозмездного для должника перевода на аффилированных с должником лиц; взаимовлияние и взаимозависимость сделок (ранние сделки позволяли создавать основания для совершения последующих сделок, создавая видимость совершения обычных хозяйственных сделок), что говорит о согласованности и заранее спланированной схеме по сокрытию здания от обращения взыскания кредиторов. 

При взаимосвязанности сделок не может рассматриваться недействительность каждой отдельной части в отрыве от оценки совокупности отношений и совокупного экономического эффекта, как прямо разъяснено в Обзоре судебной практики ВС РФ № 3 (2017).

Вывод суда о недействительности совокупности сделок как прикрывающей безвозмездный вывод активов должника в пользу ООО «С-Фото» является правильным. 

Вопреки мнению ФИО4, суд первой инстанции, проанализировав совокупность сделок, сделал верный вывод об их недействительности на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ как фактически прикрывающих одну сделку по безвозмездной передаче должником здания в пользу ООО «С-Фото». 

Заинтересованные с должником лица действовали последовательно с целью вывода основных активов из-под контроля должника для недопущения удовлетворения требований кредиторов за счет данного имущества. 

Договор залога недвижимого имущества № 3 2013-261/056 от 05.04.2013 и соглашение об уступке права (цессия) № 1 от 04.06.2013 позволили установить залог здания в пользу аффилированной компании С-Фото в отсутствие обеспечиваемого обязательства (и возникновения залога) и рациональной цели после наступления срока исполнения обязательств должника перед кредиторами; договоры поручительства №01-03 от 01.03.2013 и № 01-08-П от 01.08.2013 – в отсутствие экономической целесообразности и основного обязательства – имели цель искусственно сформировать кредиторскую задолженность должника перед аффилированными лицами (С-Фото и ООО «УМНЫЕ ИГРУШКИ-регионы»); внесение должником здания в уставный капитал ООО «Компания «БРИК» и последующее отчуждение доли в этом уставном капитале по договору купли-продажи доли от 04.08.2014 способствовали выводу здания из-под контроля должника по заниженной стоимости и без создания встречного денежного обязательства покупателя перед должником;

договор залога здания № 77 АБ 1480511 от 06.11.2013 и обращение ООО «С-Фото» взыскания на здание позволили перевести здание непосредственно на ООО «С-Фото» – аффилированное с должником лицо – сразу после восстановления должника в ЕГРЮЛ по заявлению кредитора и возбуждения дела о банкротстве должника с целью усложнения его возврата в массу ввиду наличия решения суда; совокупность сделок совершена под контролем бенефициаров должника – ФИО13 и ФИО4 как участников должника, а последнего – как генерального директора должника. 

Совокупность сделок совершена сразу после возникновения и установления судом задолженности перед конкурсными кредиторами с целью избежания исполнения обязательств и обращения взыскания на здание.  Отсутствует разумная экономическая цель в отчуждении ликвидного недвижимого имущества и учреждении дочерней компании (ООО «Компания Брик») в состоянии неплатежеспособности, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

В результате совместными действиями достигнута единая общая цель: здание отчуждено фактически безвозмездно в отсутствие реального встречного предоставления, выведено из-под обращения взыскания кредиторов в порядке Закона о банкротстве, но осталось в пользовании должника и его аффилированных лиц.

Как указано в Определении ВС РФ от 05.05.2015 № 309-ЭС14-922 по делу № А60-33433/2010, данные обстоятельства свидетельствуют о цели вывести активы должника в преддверии его банкротства для воспрепятствования кредиторам получить удовлетворение за их счет.  

Суд верно определил, что совокупность сделок прикрывают безвозмездный вывод активов должника в пользу ООО «С-Фото» и совершены со злоупотреблением правом, под контролем бенефициаров должника и с целью ущемления интересов конкурсных кредиторов должника.

Суд пришел к обоснованному выводу о внесении здания в уставный капитал ООО «Компания Брик» по заниженной стоимости в отсутствие реального встреченного предоставления, причинившем вред кредиторам

Как ошибочно полагает ФИО4, взамен внесенного в уставный капитал ООО «Компания «Брик» здания, должник  получил равноценную долю в этом уставном капитале.

Вместе с тем в рамках совокупности сделок оспаривается следующая цепочка: сделка по внесению должником здания в уставный капитал ООО «Компания Брик»; сделка по отчуждению должником доли в уставном капитале ООО «Компания Брик» в пользу ООО «Умные игрушки-регионы» по договору купли-продажи от 04.08.2014.

В результате данных сделок должник не только утратил здание, но и в действительности не получил долю ООО «Компания Брик» в качестве встречного предоставления, а передал её заинтересованному лицу.

При этом за продажу долей аффилированному лицу должник не получил реальной оплаты по сделке (исполнение произведено путем зачета соглашением от 24.08.2014, т. 38 л.д. 26-27, которое ранее признано недействительным определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.02.2018 по настоящему делу, т. 38 л.д. 28-29). 

Таким образом, вне зависимости от рыночной стоимости доли в уставном капитале ООО «Компания «Брик» на 2013 год, должник не получил денежных средств или иного эквивалента по итогам внесения здания в уставный капитал ООО «Компания «Брик» и фактически безвозмездного отчуждения доли в этом же уставном капитале.

Проведение экспертизы по определению рыночной стоимости доли является нецелесообразным, поскольку равноценность сделок определяется в результате цепочки сделок, а не одной сделки по внесению здания в уставный капитал ООО «Компания «Брик», как отдельно взятой и вырванной из совокупности взаимосвязанных сделок.

Исходя из этого, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы по определению рыночной стоимости доли в уставном капитале ООО «Компания Брик», в том числе, в связи с отсутствием ведения какой-либо деятельности ООО «Компания «Брик», что подтверждается его исключением из ЕГРЮЛ как недействующего (т .66 л.д. 26-27).

Материалы дела не содержат документов, позволяющих установить рыночную стоимость доли на 29.08.2013, а истребование таких документов у компании не представляется возможным ввиду ликвидации юридического лица.

Кроме того, ответчики и ФИО4 не представили никаких доказательств в опровержение неравноценности, хотя в течение всего разбирательства могли представить внесудебное заключение специалиста о значительной стоимости доли, однако их действия в действительности были направлены на затягивание судебного разбирательства.

Одновременно довод ФИО4 о равноценности доли и внесённого в уставный капитал здания несостоятелен.

Внесение должником здания в уставный капитал ООО «Компания «Брик» означает прекращение права собственности и потенциальное увеличение рыночной стоимости доли должника.

Однако сохранение здания в уставном капитале ООО «Компания «Брик» изначально не предполагалось (оно было отчуждено впоследствии), что указывает на неравноценность предоставлений.

Утверждение ФИО4 об отсутствии такой цели не доказано наличием какой-либо другой, разумной цели у должника в сделках по отчуждению здания и отчуждении доли в преддверии собственной ликвидации (по решению того же ФИО4).

Применительно к настоящему спору, здание представляет собой более ликвидный и значимый по стоимости и надежности актив в сравнении с долей в непубличном и только что созданном обществе, не ведущем какой-либо реальной деятельности.

Временные ограничения по оперативному управлению должника дочерним ООО «Компания «Брик» свидетельствует о том, что увеличенная доля в уставном капитале априори ниже стоимости внесенного здания, в конечном итоге отчужденного компании С-Фото, которое не предоставило никакого встречного предоставления.

Кроме того, должник внес здание в уставный капитал ООО «Компания «Брик» по заниженной стоимости, оценив его в 27 830 000 рублей, при реальной рыночной стоимости в 66 378 000,00 рублей, то есть по стоимости почти в 3 раза меньше рыночной (т.63 л.д. 103). 

Суд первой инстанции правомерно установил, что отчуждение здания привело к причинению существенного вреда кредиторам в виде утраты самого здания, а также доходов, которые должник мог извлечь и продолжил бы извлекать из сдачи здания в аренду.

Резюмируя изложенное, у должника отсутствовала какая-либо экономическая целесообразность в отчуждении по заниженной стоимости своего основного актива в виде здания, его последующей аренде с несением расходов (т.11 л.д. 122-124), и, в итоге, отчуждении доли в уставном капитале общества, куда было здание внесено.

Отчуждение должником своего здания произошло без какого-либо встречного предоставления и привело к причинению существенного вреда кредиторам с учетом безвозмездного отчуждения доли в уставном капитале ООО «Компани «Брик».

Договор залога № 3 2013-261/056 от 05.04.2013 и соглашение об уступке права (цессия) № 1 от 04.06.2013 имели цель по недопущению кредиторов должника обратить взыскание на здание, то есть причинения вреда, что также подтверждается заинтересованностью С-Фото. 

ФИО4 считает, что данные сделки являются действительными ввиду того, что должник и ООО «С-Фото» являются неаффилированными, а дата внесения в ЕГРН записи о залоге не имеет значения для целей определения возникновения залога.

Однако заинтересованность должника и ООО «С-Фото» установлена судом и подтверждена материалами дела.

Участниками должника и ООО «Фотосинтез» являлись ФИО13 и ФИО4, а ООО «Фотосинтез» было единственным участником ООО «С-Фото» в 2011-2013 (т.11, л.д. 147, т. 39 л.д. 43,70,71). Компания С-Фото и должник входили в одну группу лиц ввиду предоставления обеспечения по обязательствам ООО «Фотосинтез» вплоть до августа 2013 (т. 37, л.д. 50-52,104-106). ООО «С-Фото» и должник входили в единый зарплатный проект (т. 39 л.д. 18). Генеральный директор ООО «С-Фото» ФИО14 (с 11.01.2016 по 07.10.2016, т. 39 л.д. 60) одновременно являлась работником должника (т. 39 л.д. 20-23).

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанные обстоятельства совокупно свидетельствуют об аффилированности, которая может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами в силу Определений ВС РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(4), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197.

ФИО4 и иные лица, участвующие в деле, в свою очередь не привели ни одного доказательства в подтверждении перехода фактического контроля в ту или иную дату 2013 года над ООО «С-Фото» от ФИО13 и ФИО4 к иным лицам в нарушение статьей 9 и 65 АПК РФ и практики Верховного Суда РФ.

Как указано в Определении ВС РФ от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2) по делу № А40-122605/2017: «Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником»

Следовательно, ООО «С-Фото» и должник являлись заинтересованными лицами, что не было опровергнуто.

Вопреки утверждениям ФИО4, право залога здания по договору залога не возникло в связи со следующим.

В силу п. 3 ст. 339 ГК РФ (в ред. в момент заключения договора залога от 05.04.2013), пп. 1 п. 1 ст. 339.1 ГК РФ залог (договор залога) недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 164 ГК РФ в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации. Также в силу п. 2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Следовательно, залог недвижимости возникает с момента внесения записи о залоге в ЕГРН (так называемый «принцип внесения»).

Право залога банка в отношении здания зарегистрировано и внесено в ЕГРН 31.05.2013 (печать Росреестра, т. 37 л.д. 37). Данный залог обеспечивал обязательство ООО «Фотосинтез» перед банком по возврату кредита. ООО «С-Фото» как поручитель надлежащим образом исполнило обязательство ООО «Фотосинтез» 30.05.2013 (т. 38 л.д. 1-23).

Обеспечение долга не может возникать без наличия самого долга. В противном случае теряется обеспечительная функция и акцессорность как сущностных свойств залога.

Таким образом, поскольку обеспечиваемое обязательство уже отсутствовало на момент возникновения залога (31.05.2013), право залога не возникло.

Ссылки на подачу документов на регистрацию залога до 30.05.2013 не могут быть приняты во внимание, поскольку не влияют на момент возникновения залога: правоустанавливающим моментом для всех лиц выступает именно внесение записи в ЕГРН по смыслу ст. 8.1, 164 ГК РФ и ст. 11 Закона об ипотеке. 

В соответствии с п. 2 ст. 390 ГК РФ уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Соответственно, право требования из договора залога не могло быть уступлено по соглашению об уступке № 1 от 04.06.2013 в связи с его отсутствием.

ООО «С-Фото» и банк после обнаружения того, что право залога не возникло, заключили данное соглашение об уступке 04.06.2013 именно с намерением создать видимость права залога и его передачи в пользу ООО «С-Фото» в нарушение п. 2 ст. 390 ГК РФ.

Банк знал или должен был знать о цели причинения вреда кредиторам должника, так как непосредственно участвовал в заключении совокупности сделок, а именно договора цессии.

Банк, получив исполнение по кредиту, тем не менее, осознанно, злоупотребляя правом, решил уступить свои права требования аффилированному к должнику лицу, о чем также знал исходя из самого факта обеспечительных сделок с должником и компанией С-Фото. 

Несмотря на фактическую утрату материального интереса, банк способствовал сохранению обременения на здание, но уже в пользу заинтересованных с должником лиц. Во время судебного разбирательства банк не представил доказательств, опровергающих данные обстоятельства по смыслу ст.9, 65 АПК РФ.

Суд правильно оценил договор залога № 3 2013-261/056 и соглашение об уступке права № 1 как направленные на причинение вреда и вывод здания из имущественной массы должника в отсутствие основания (права залога) и наличия мнимого характера уступки.

Суд мотивированно признал договор поручительства № 01-03 и договор залога от 06.11.2013 недействительными. 

Ссылка ФИО4 на поручительство должника в пользу кредиторов АО «Сони Электроникс» и ООО «Канон Ру» как аналогичного оспоренному договору № 01-03 неверна.

Договор поручительства № 01-03 заключен в рамках одной аффилированной группы: один участник группы (должник) обеспечивал обязательство другого участника групы (ООО «Умные игрушки-регионы») перед третьим участником группы (ООО «Фотосинтез»). В связи отсутствием разумной экономической цели в заключении такой сделки, данный договор преследовал лишь цель по искусственному увеличению требований аффилированных лиц к должнику.  

Договоры поручительства с кредиторами АО «Сони Электроникс» и ООО «Канон Ру» обеспечивали реальные обязательства перед независимыми кредиторами и были целесообразными.

Также вопреки мнению ФИО4, суд первой инстанции дал надлежащую оценку договору залога здания № 77 АБ 1480511 от 06.11.2013 как одной из сделок по воспрепятствованию оспариванию действий по отчуждению здания и его возвращению должнику. 

Совокупность сделок прикрывали собой безвозмездный вывод активов должника в пользу ООО «С-Фото», в связи с чем суд правильно признал их недействительными на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ.

Суд обоснованно признал прикрываемую сделку по передаче должником здания в пользу С-Фото недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Обращение С-Фото взыскания на здание в рамках дела № А40-187398/2015 не препятствует признанию этой сделки недействительной, как ошибочно полагает ФИО4

Данное обращение взыскания является сделкой по смыслу ст. 153 ГК РФ, так как в его результате ООО «Компания «Брик» утратило право собственности на здание, а ООО «С-Фото» его получило, что прямо изменило объем гражданских прав этих лиц. Следовательно, данная сделка может быть оспорена в силу ст. 61.1 Закона о банкротстве.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2016 делу № А40-187398/2015 не устраняет и не меняет природу передачи здания компании С-Фото как сделки и, более того, не имеет преюдициального значения для должника, поскольку он не был участником этого дела.

При этом суд первой инстанции установил все условия для признания прикрываемой сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве:  цель причинения вреда и знание о такой цели; неплатежеспособности должника с января 2013 вплоть по настоящее время в связи с наличием неисполненных обязательств перед АО «Сони Электроникс» и ООО «Канон Ру» (т.38 л.д.30-42, т.40 л.д.5-18); совершение сделки безвозмездно, в отношении заинтересованного лица (доказательства аффилированности должника и ООО «С-Фото» приведены в п.2.2), что подтверждает и знание о такой цели; заинтересованность банка не имеет значения, поскольку сторонами прикрываемой сделки являются Должник и ООО «С-Фото»; стоимость отчужденного здания составляет более 20% балансовой стоимости активов должника (совокупные активы должника составляли 8 563 000,00 рублей (т.11, л.д.118 (оборотная сторона), а стоимость здания 66 378 000,00 рублей (т.63 л.д.103.); должник после отчуждения здания продолжал пользоваться зданием (т.11 л.д.122-124); вред имущественным правам кредиторов должника (прямое уменьшение конкурсной массы должника в виде утраты здания в отсутствие встречного предоставления).

Сделка по передаче здания в пользу ООО «С-Фото» обоснованно признананедействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так как совершена принеплатежеспособности должника, в отношении заинтересованного лица черезиспользование других заинтересованных лиц и причинила вред кредиторам.

Суд правильно истребовал здание из чужого незаконного владения ФИО3 и ФИО2 как недобросовестных приобретателей

Ответчики полагают, что ФИО3 и ФИО2 являются добросовестными приобретателями только лишь потому, что они приобрели здание по рыночной стоимости.

Вместе с тем согласно статьям 301 и 302 ГК РФ и разъяснениям ВС РФ и ВАС РФ собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

При этом покупная цена спорной вещи является лишь одним из критериев добросовестности или недобросовестности приобретателя, а для оценки добросовестности ФИО3 и ФИО2 необходимо учесть иные обстоятельства, вызывающие у добросовестного и разумного приобретателя сомнения в праве продавца здание. 

Заявление об оспаривании сделки принято судом к производству определением суда от 18.05.2017 (в определении указаны адрес и иные характеристики Здания). ФИО3 и ФИО2, текущие владельцы здания, приобрели его 06.06.2017.

Наличие судебного разбирательства, публично размещенного в Картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru), по оспариванию сделки и истребованию здания, наложению обеспечительных мер на данное здание в момент получения имущества ФИО3 и ФИО2 опровергает добросовестное приобретение.

Указанный подход неоднократно подтверждался Верховным Судом РФ и вопреки доводам ответчиков правильно применен судом первой инстанции.

В Определении ВС РФ от 09.10.2017 № 308-ЭС15-6280 по делу № А32-29459/2012 признана недобросовестность приобретения в связи с наличием дела о банкротстве, помимо заниженной стоимости: «Суд апелляционной инстанции учел приведенные разъяснения, с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полно и всесторонне оценил представленные конкурсным управляющим доказательства, касающиеся недобросовестности общества.

Так, суд апелляционной инстанции верно указал на то, что обычная проверка позволяла покупателю из открытых источников получить информацию о продаже коттеджей ФИО15 связанным с ней лицом, о нахождении холдинговой компании в процедуре банкротства, совершении первоначальной сделки в период подозрительности и о ее несоответствии требованиям Закона о банкротстве.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание момент перехода права собственности на коттеджи к обществу (после принятия к производству заявления об оспаривании первоначальной сделки)».

Таким образом, ВС РФ прямо признал, что банкротство собственника и оспаривание сделки по отчуждению вещи опровергают добросовестность покупателя. 

В рассмотренном ВС РФ деле заниженная стоимость являлась вторым, самостоятельным основанием для такого опровержения.

В связи с этим наличие либо отсутствие судебных споров в отношении предмета сделки позволяет оценить его юридическую судьбу и неправомерность продавца отчуждать его.

Сведения о споре в отношении объекта недвижимости можно найти как через поиск по общедоступной картотеке арбитражных дел по текущему и предыдущим собственникам, а также через поиск по банку решений арбитражных судов по кадастровому номеру здания.

Исходя из этого, является верным вывод суда первой инстанции, что поведение ФИО3 и ФИО2 по невыявлению таких судебных споров перед приобретением здания не соответствует требованиям добросовестности и разумной осмотрительности, в т.ч. с точки зрения позиции Верховного Суда РФ.

В Определении ВС РФ от 14.07.2017 № 301-ЭС17-8951 по делу № А82-15821/2015 содержится ряд дополнительных признаков сомнительности титула на имущество у продавца, которые должны учитываться покупателем: «Фактически, при наличии обстоятельств, вызывающих сомнение в праве собственности продавца (существенно заниженная цена, короткий срок владения имуществом, условия договоров купли-продажи об отсрочке оплаты без права залога продавца), ООО "РЭМ" не предприняло никаких разумных мер и должной осмотрительности для выяснения полномочий продавца (ООО "АльфаЦентр") на отчуждение объектов недвижимости, что не может свидетельствовать о добросовестности приобретателя».

Как установлено судом из материалов дела, должник выступал собственником здания с 2005 по 2013 (8 лет), а ООО «С-Фото» – лишь 6 месяцев (получило здание (т.11 л.д.100), а первое объявление о продаже им здания опубликовано уже (т.11 л.д.101). Указанное вызывает у любого разумного покупателя, как минимум, настороженность и вынуждает провести дополнительную проверку юридической судьбы здания.

Договор купли-продажи между ООО «С-Фото» и ФИО3 / ФИО2 содержит условие об отсрочке оплаты без права залога продавца (пункты 3.2.1 и 3.2.2 договора, т.24 л.д.49-50), об оплате лишь 1/6 цены до регистрации перехода права собственности и отсрочке оплаты существенной части цены уже после передачи права собственности.

Данное условие перекладывает на продавца необоснованный риск (отчуждение права собственности на недвижимость происходит, когда продавец еще не получил 5/6 от стоимости, что может указывать на стремление продавца избавиться от титула собственника без гарантии оплаты практически всей цены). Это свидетельствует о намерении максимально быстро произвести отчуждение здания, что должно было вызвать разумные сомнения у обычных приобретателей, но не вызвало подозрений у ФИО3 и ФИО2

Выписка из ЕГРН на здания не является безусловным доказательствомдобросовестности

Верховный Суд РФ своим Определением от 09.10.2017 № 308-ЭС15-6280 по делу № А32-29459/2012 отменил судебный акт суда первый инстанции, в котором добросовестность обосновывалось отсутствием правопритязаний в выписке из ЕГРН и оставил в силе постановление апелляционного суда: «Суд первой инстанции, отказывая в истребовании коттеджей из незаконного владения общества, счел, что оно является добросовестным приобретателем. Выводы суда в этой части мотивированы тем 

<

…> при заключении сделок обществом были запрошены выписки из государственного реестра на спорные объекты, которые не содержали отметок о наличии правопритязаний других лиц, в том числе о судебных спорах. Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2017 (судьи Емельянов Д.В., Стрекачев А.Н. и Сулименко Н.В.) определение суда первой инстанции изменено 

<

…> Из незаконного владения общества истребованы три коттеджа». 

В этой связи проверка покупателя не ограничивается запросом выписки из ЕГРН. При наличии иных обстоятельств, вызывающих сомнения в юридической чистоте прав продавца на вещь, любой разумный покупатель вынужден произвести дополнительную проверку. ФИО3 и ФИО2 такую проверку не произвели.

Таким образом, суд правомерно учел целый ряд обстоятельств, которые должны были вызвать сомнения у ФИО3 и ФИО2 в действительности права собственности ООО «С-Фото» на здание: наличие настоящего обособленного спора по заявлениям кредитора и конкурсного управляющего должника, а также двух споров по заявлениям кредитора поданных 23.01.2017 и 18.05.2017 о принятии обеспечительных мер в виде ареста спорного здания в рамках настоящего дела о банкротстве, которые не представляется сложным найти в банке решений арбитражных судов по кадастровому номеру или адресу здания; условия договора купли-продажи об отсрочке оплаты без права залога продавца; короткий срок владения имуществом у продавца - менее 6 месяцев, тогда как здание принадлежало должнику почти 10 лет.

Ответчиками при новом рассмотрении не было представлено никаких доказательств проявления должной осмотрительности, не были опровергнуты указанные обстоятельства. 

Единственным доказательством ответчиков является выписка из ЕГРН, которая не опровергает упомянутые доводы, не содержит в себе всех необходимых граф, в том числе о возражениях, о судебных спорах, и даже не отражает историю предыдущих собственников здания.

Исходя из этого, ФИО3 и ФИО2 не являются добросовестными приобретателями здания, к чему обоснованно пришел суд первой инстанции.

При том, заниженность или рыночность стоимости здания, по которой ФИО3 и ФИО2 приобрели здание, не имеет единственного и ключевого значения при наличии иных факторов недобросовестности, вызывающих сомнения в действительности права собственности продавца ООО «С-Фото».

Как указано в абз. 4 п. 37 Постановления Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010: «В то же время возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя».

Иные обстоятельства: судебный спор совокупно с коротким сроком владения и отсрочкой оплаты порождают сомнения в отношении прав продавца на отчуждение здания. 

Однако ФИО2 и ФИО3 не проявили должную заботливость и осмотрительность при заключении договора купли-продажи здания, иначе они, как любое разумное лицо, усомнились бы в праве продавца на здание.

Ссылка ФИО3 и ФИО2 на п. 39 Постановления Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 неверна, поскольку в этом пункте идет речь о возможности виндикации вне зависимости от добросовестности приобретателя, если вещь выбыла помимо воли.

В настоящем деле вывод здания в преддверии банкротства считается его выбытием помимо воли должника, что не требует опровержения добросовестности ФИО3 / ФИО2 

Это прямо признано в Определении Верховного Суда РФ от 20.11.2018 № 19-КГ18-36:

«Установив добросовестность ФИО16, суд апелляционной инстанции счел, что имущество не подлежит истребованию из его владения, не дав оценки доводам истца о том, что данное имущество было отчуждено в преддверии банкротства ООО "М-Стройдело" с целью вывода активов, что является отчуждением против воли общества».

Однако даже если признать, что здание выбыло по воле должника, то для целей виндикации заявителями, тем не менее, доказана недобросовестность приобретателей.

Также ФИО3 и ФИО2 необоснованно ссылаются на Постановление КС РФ от 22.06.2017 № 16-П, так как данный акт дает толкование ст. 302 ГК РФ в контексте истребования публично-правовыми образованиями жилых помещений у собственников как слабой стороны. 

Довод ФИО3 и ФИО2 о том, что судом истребовано не здание, а иная вещь, куда вложены денежные средства несостоятельна. Характеристики здания остались неизменными: кадастровый номер, адрес, площадь здания. Инвестиции в здание (если они были) не влекут возникновение новой вещи. Более того, они совершены уже после возникновения настоящего спора, то есть когда ответчики знали о риске утраты здания.

Суд обоснованно истребовал здание у ФИО3 и ФИО2 в отсутствие у них статуса и признаков добросовестных приобретателей.

Сроки исковой давности для оспаривания совокупности сделок по ст. 170 ГК РФ и прикрываемой сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не истекли. 

Доводы ответчиков о пропуске заявителями срока исковой давности подлежат отклонению.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной составляет 3 года (для лиц, не являющихся стороной сделки, этот срок исчисляется с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о начале исполнения).

В силу п. 1 и 2 ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

В соответствии с Определением Верховного Суда РФ от 11.02.2019 № 305-ЭС16-20779(32) по делу № А40-154909/2015: «Как неоднократно подчеркивал Верховный Суд Российской Федерации (в определениях от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС 17-6757(2,3), от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487 и др.), срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать о нарушении своих прав, об основаниях для предъявления иска»

Конкурсный управляющий должника и конкурсные кредиторы вправе оспаривать сделки лишь после введения конкурсного производства в отношении должника, то есть после 28.03.2017. Исходя из этого срок исковой давности начал течь не ранее 28.03.2017.

Заявления конкурсного управляющего должника и конкурсного кредитора ООО «Кредендо - Ингосстрах Кредитное Страхование» о признании сделки недействительной были поданы 23.06.2017 и 12.05.2017 соответственно. Заявление конкурсного управляющего должника о признании совокупности сделок недействительными подано 27.03.2018.

Следовательно, как и трехлетний срок исковой давности по оспариванию сделок по общегражданским основаниям (ст.10, 168, 170 ГК РФ), так и годичный срок исковой давности по оспариванию сделок в порядке главы III.1 Закона о банкротстве не пропущены ни конкурсным управляющим должника, ни конкурсным кредитором ООО «Кредендо -Ингосстрах Кредитное Страхование».

Сделка по передаче здания в пользу ООО «С-Фото» оспорена по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Ключевым звеном данной сделки было внесение должником здания в уставный капитал ООО «Компания «Брик» 03.09.2013. Первая по времени сделка из совокупности сделок совершена 05.04.2013.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) было принято к производству 04.09.2015.

Исходя из этого, сделка попадает в трехлетний период оспаривания, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Заявления о признании сделок недействительными поданы в рамках срока исковойдавности, прикрываемая сделка по передаче здания ООО «С-Фото» совершена втрехлетний период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве.

Суд обоснованно отказал в оставлении заявления конкурсного кредитора без рассмотрения

ФИО4 полагает, что конкурсный кредитор не вправе оспаривать сделки Должника по общегражданским основаниям, опираясь на абз. 9 п. 17 Постановления Пленума ВАС РФ № 63.

Однако данное разъяснение было дано Пленумом ВАС РФ в 2010 году, то есть до предоставления кредиторам права оспаривать сделки должника на основании ст. 7 Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ6.

Судебная практика однозначно указывает на то, что абз. 9 п. 17 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 не применяется к конкурсным кредиторам. 

Так, в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.04.2018 № Ф05-1886/2018 по делу № А40-65204/2015 указано: «Следовательно, установив наличие у заявителя статуса конкурсного кредитора, размер кредиторской задолженности перед которым, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, суд должен был проверить наличие оснований для признания сделки недействительной на основании ст. 170 ГК РФ.

Поскольку требования заявителя, основанные на ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ, по сути, не были рассмотрены судом, суд округа считает, что оспариваемые судебные акты не могут быть признаны законными и обоснованными, в связи с чем подлежат отмене».

Суд обоснованно рассмотрел заявление конкурсного кредитора ООО «Кредендо -Ингосстрах Кредитное Страхование» на основании ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции правильно применил как нормы материального права об оспаривании сделок по правилам главы III. 1 Закона о банкротстве, ст. 10, 168, 170 ГК РФ, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, так и нормы процессуального права.  

В свою очередь, доводы жалоб ФИО4, ФИО2, ФИО3 являются необоснованными, были предметом рассмотрения судом первой инстанции и правомерно отклонены, а сейчас направлены на переоценку правильно установленных обстоятельств.

Обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены полно и правильно, нормы материального и процессуального права применены верно.   

Определение суда законно и обосновано. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2019 по делу № А40-157934/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:П.А. Порывкин 

Судьи:М.ФИО17

                                                                                                                      О.И. Шведко