Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-12367/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоМальцева С.Д.,

судейКрюковой Л.А.,

ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Штрек Е.В. кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Медэкспорт-Северная звезда» на решение от 04.09.2023 Арбитражного суда Омской области (судья Бацман Н.В.) и постановление от 20.11.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Тетерина Н.В., ФИО2, ФИО3) по делу № А46-12367/2023 по иску заместителя прокурора Омской области (644043, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к бюджетному учреждению здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени А.Н. Кабанова» (644092, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Медэкспорт-Северная звезда» (109388, 

<

...>, офис 105, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным договора, применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Медэкспорт-Северная звезда» - ФИО4 по доверенности от 01.01.2024.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа участвовала от прокураторы Омской области - ФИО5, действующая на основании поручения от 05.02.2024.

Суд установил:

заместитель прокурора Омской области (далее – прокурор, истец) обратился в Арбитражный суд Омской области с иском к бюджетному учреждению здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени А.Н. Кабанова» (далее – учреждение), обществу с ограниченной ответственностью «Медэкспорт-Северная звезда» (далее – общество) о признании недействительным договора от 22.12.2021 № 423 на поставку лекарственного препарата Сурфактант-БЛ для лечения пациентов с COVID-19 (далее – договор), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с общества в пользу учреждения 905 518 руб. (односторонняя реституция).

Решением от 04.09.2023 Арбитражного суда Омской области, оставленным без изменения постановлением от 20.11.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы заявитель полагает, что сделка не может быть признана ничтожной, поскольку не нарушает требования закона и не посягает на публичные интересы; отмечает, что спорный договор заключался в условиях ограничений, вызванных COVID-19, что свидетельствует о чрезвычайности ситуации и возможности передачи товара без соблюдения закупочной процедуры; обращает внимание коллегии на то, что судами не дана оценка тому факту, что учреждение фактически обогатилось в результате собственного неосмотрительного поведения, поскольку будучи заказчиком (покупателем) по контракту (договору) не проверило, соответствует ли общество требованиям Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ); считает, что требование прокурора о применении односторонней реституции не основано на нормах материального права.

В отзыве, приобщенном судом округа к материалам дела (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ), истец возражает против доводов заявителя, просит решение и постановление оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Учитывая надлежащее извещение учреждения о времени и месте судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в его отсутствие.

В судебном заседании представители сторон поддержали правовые позиции, изложенные в письменном виде.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа приходит к следующему.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, между учреждением (покупатель) и обществом (поставщик) на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ заключен договор, по условиям пункта 1.1 которого поставщик обязался поставить лекарственный препарат Сурфактант-БЛ для лечения пациентов с COVID-19 (далее – товар), а покупатель обязался принять и оплатить его.

Цена договора составила 905 518 руб., в том числе сумма налога на добавленную стоимость 10% - 82 319 руб. 82 коп. (пункт 4.1 договора).

В соответствии с пунктом 4.3 договора оплата производится покупателем на основании счета в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента поставки товара и подписания покупателем товарной накладной. 

Во исполнение условий договора общество осуществило поставку учреждению товара, стоимость которого оплачена в полном объеме.

В ходе проверки, проведенной прокуратурой Кировского административного округа города Омска, установлено, что постановлением от 23.09.2020мирового судьи судебного участка № 6 Октябрьского района города Барнаула, оставленным без изменения решением от 26.11.2020 Октябрьского районного суда города Барнаула и постановлением от 12.02.2021 Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, общество привлечено к административной ответственности по части 1 статьи 19.28 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Полагая, что, заключив договор, нарушили стороны требования действующего законодательства (часть 2 статьи 8, пункт 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ), прокурор в порядке статьи 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» обратился в арбитражный суд с иском.

Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 8, 10, 11, 12, 166, 168, 309, 310, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьей 34 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьями 1, 8, 31, 93, 95 Закона № 44-ФЗ, пунктами 73 – 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пунктом 32 совместного постановления пленумов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее – Обзор от 28.06.2017).

Приняв во внимание результаты прокурорской проверки, установив, что договор заключен сторонами в нарушение законодательно установленного запрета на участие в закупке лица, привлеченного к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.28 КоАП РФ, общество на момент заключения договора на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ не соответствовало требованиям пункта 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ, что является прямым нарушением с его стороны, суд пришел к выводу о наличии оснований для признания договора недействительным (ничтожным). 

Применив разъяснения Обзора от 28.06.2017, указывающего на недопустимость оплаты публичным субъектом имущественного предоставления, осуществленного в нарушение установленной законом процедуры проведения закупки, суд удовлетворил требование о взыскании стоимости оплаченного товара.

Повторно рассматривая спор, апелляционная коллегия выводы суда первой инстанции поддержала, сочла их законными и обоснованными. 

Суд округа полагает, что по существу спор разрешен судами правильно, основывая свои выводы на следующем.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки являются способами защиты нарушенного права.

В силу пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иным правовым актам (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

На основании пунктов 1 и 3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Статьей 52 АПК РФ предусмотрено право прокурора обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе», следует, что предъявляя иск о признании недействительной сделки или применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной лицами, названными в абзацах 2 и 3 части 1 статьи 52 АПК РФ, прокурор обращается в арбитражный суд в интересах публично-правового образования.

Абзацем третьим пункта 2 статьи 166 ГК РФ установлено, что в случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Из статьи 1103 ГК РФ следует, что поскольку иное не установлено ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке.

Как разъяснено в пункте 73 Постановления № 25, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ). 

В пунктах 74, 75 Постановления № 25 также разъяснено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 65 Постановления № 25, пункт 9 Обзора от 28.06.2017).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок регулирует Закон № 44-ФЗ.

Согласно части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям указанного закона.

В силу пункта 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ участником закупки может быть лицо, которое в течение двух лет до момента подачи заявки на участие в закупке не было привлечено к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.28 КоАП.

В пункте 18 Обзора от 28.06.2017, указано, что государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

Согласно пункту 20 Обзора от 28.06.2017, по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд, в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Из изложенного следует, что надлежащее исполнение условий контракта (договора) в отсутствие надлежащим образом заключенного государственного (муниципального) контракта не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате. Уплаченные заказчиком подрядчику за такое предоставление денежные средства являются неосновательным обогащением последнего и подлежат возврату заказчику.

Сказанное также согласуется с разъяснениями, изложенными в пункте 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, поведение сторон на предмет добросовестности, исходя из специфики сложившихся между сторонами правоотношений, подпадающих под правовое регулирование Закона № 44-ФЗ, принимая во внимание результаты прокурорской проверки, а также наличие вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции о привлечении общества к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.28 КоАП РФ, установив, что договор заключен обществом в нарушение законодательно установленного запрета, исключающего возможность участия такового в закупочной процедуре, поскольку на момент его заключения на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ оно не соответствовало требованиям пункта 7.1 части 1 статьи 31 Закона № 44-ФЗ, что является прямым нарушением с его стороны, противоречит существу законодательного регулирования, посягает на публичные интересы, не может быть противопоставлено иным участникам гражданского оборота (erga omnes), учтя, что целью обращения прокуратуры в порядке статьи 52 АПК РФ является пресечение нарушений действующего законодательства сторонами договора (контракта), финансирование которого осуществляется за счет бюджетных средств, суды правомерно признали договор недействительным по признаку ничтожности, удовлетворив требование о взыскании стоимости товара, не подлежащей оплате с учетом оснований допущенного нарушения.

Суд кассационной инстанции полагает, что подобная оценка соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308), является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Суждения кассатора, ссылающегося на отсутствие оснований для признания сделки ничтожной, не принимаются окружным судом, поскольку такие основания, мотивированные нарушением прямо установленного запрета, ограничивающего доступ к участию в закупочной процедуре, установлены судами с должным соблюдением норм материального и процессуального права.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускается действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Довод жалобы о том, что суды необоснованно применили одностороннюю реституцию в качестве последствий недействительности сделки, подлежит отклонению как основанный на ошибочном толковании норм материального права.

В рассматриваемом случае признание договора ничтожной сделкой свидетельствует о поставке обществом товара в отсутствие договора, из чего следует, что у учреждения не возникла обязанность по оплате фактически поставленного товара, а у общества не возникло право ни на получение указанных денежных средств, ни на возврат исполненного по недействительной сделке, то есть поставленного товара, очевидно потребленного учреждением с учетом его специфики.

Общество, являясь профессиональным участником закупочной деятельности и зная о состоявшихся судебных актах, следствием которого является несоответствие потенциального участника закупки обязательным требованиям законодательства о контрактной системе, не имело правовых оснований на заключение с учреждением оспариваемого договора.

Применение иного подхода, по справедливому мнению судов обеих инстанций, позволило бы исполнителю договора получить имущественное удовлетворение из своего незаконного поведения.

В этой связи суды пришли к верному выводу о правомерности требования прокуратуры в качестве последствий признания сделки недействительной обязать общество возвратить сумму оплаты за товар, полученную в нарушение установленной законом закупочной процедуры.

Отклоняя аргумент кассатора о наличии у учреждения возможности убедиться в нарушении обществом требований Закона № 44-ФЗ, кассационная коллегия исходит из того, что большей ценностью для гражданского оборота обладают интересы его неосмотрительного участника в сравнении с интересами недобросовестного (статьи 1, 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25). В рассматриваемом случае допущенная учреждением неосмотрительность не может восполнять имущественную сферу общества, незаконно принявшего участие в состоявшейся процедуре закупки. 

При этом вопреки аргументам кассатора, указывающим на поставку товара в связи с чрезвычайной ситуацией природного или техногенного характера, вынужденный характер участия общества в закупке (например, наличие у него исключительного права на производство такого товара, его отсутствие у иных поставщиков) судами не установлен, из материалов дела обратного не следует. 

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, по сути дублирующие ранее приводимые аргументы и обстоятельства, являлись предметом детальной проверки и исследования судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую и исчерпывающую правовую оценку, обоснованность которой не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, поскольку касаются исключительно фактических обстоятельств и доказательственной базы по спору, по существу представляя собой персональное мнение подателя жалобы о том, как таковые надлежало оценить, ввиду чего подлежат отклонению судом округа как выходящие за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Поскольку арбитражные суды обеих инстанций всесторонне и полно исследовали материалы дела, дали надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применили нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений процессуального закона, оснований для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы компании не имеется.

Оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке не установлено, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 04.09.2023 Арбитражного суда Омской области и постановление от 20.11.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-12367/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийС.Д. ФИО6

СудьиЛ.А. ФИО7

ФИО1