﻿﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 декабря 2019 года

Дело №

А56-59291/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Богаткиной Н.Ю., Бычковой Е.Н., 

при участии от Лябихова Р.М. представителей Прокофьева В.Н. (доверенность от 18.01.2019), Веревкиной Н.В. (доверенность от 26.02.2019), от Зиновьевой Е.О., Абдиевой Ж. Т., Некрасова А.Н., Некрасовой Е.Н. представителя Смирнова М.В. (доверенности от 25.03.2019, 22.03.2019, 29.11.2018, 30.11.2018), от конкурсного управляющего Кибишева М. В. и         ООО «Титан» Колбина Д.А. (доверенность от 10.11.2019),

рассмотрев 19.12.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Титан» Кибишева М.В. на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А56-59291/2016,

у с т а н о в и л:

конкурсный управляющий Кибишев Максим Вячеславович 04.12.2018 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Титан», место нахождения: 196191, Санкт-Петербург, пл. Конституции, д. 7, ОГРН 1107847163181, ИНН 7810589852 (далее – Общество), с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц: Зиновьеву Елену Олеговну, Абдиеву Жумагуль Тураровну, Некрасова Александра Николаевича, Некрасову Елену Николаевну, Лябихова Романа Михайловича, Соколова Валерия Юрьевича, общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Строй-Люкс» (далее – Компания), Заднепровскую Анну Валерьевну (с учетом уточнения заявления) и взыскании с них солидарно 490 862 001 руб. 99 коп.

Определением от 05.04.2019, оставленным без изменения постановлением  Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Общества Кибишев М.В. просит отменить определение от 05.04.2019 и постановление от 09.09.2019, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства об уточнении заявленных требований и привлечении к участию в деле 19 соответчиков, а также ходатайства об истребовании сведений об адресах ответчиков Некрасова В.А. и Некрасовой А.А.

Кроме того, Кибишев М.В. ссылается на то, что суд апелляционной инстанции неправомерно отказал в приобщении к материалам дела пояснений конкурсного управляющего и дополнительных доказательств – выписок с расчетных счетов Некрасовой Е.Н. и Соколовой Т.А., а также копий вступивших в законную силу судебных актов, подтверждающих аффилированность контролирующих должника лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что единственным допустимым доказательством наличия корпоративных связей между физическими и (или) юридическими лицами является выписка из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ); указывает на то, что им были представлены достаточные доказательства, подтверждающие фактическую и юридическую аффилированность сторон, наличие факта подконтрольности юридических лиц, входящих в группу компаний «Лидер Групп» Некрасову А.Н., Некрасовой Е.Н. и Лябихову Р.М. (сведения, содержащиеся в проектных декларациях, опубликованных на официальных сайтах застройщиков, выписки из ЕГРЮЛ, выписки из Единого государственного реестра недвижимости, сведения, содержащиеся в средствах массовой информации), однако, суды не оценили указанные доказательства в совокупности.

Кибишев М.В. считает необоснованными выводы судов о том, что заключение договора займа от 22.12.2014 № 12-22-ЗМ/14 не привело к банкротству Общества, а в период 2015-2016 Зиновьева Е.О. и Абдиева Ж.Т. выполняли экономически обоснованный план по выходу из сложившейся ситуации и их действия находились в рамках обычного предпринимательского риска.

Зиновьева Е.О., Абдиева Ж. Т., Некрасов А.Н., Некрасова Е.Н., Лябихов Р.М., Соколов В.Ю., Компания и Заднепровская А.В. в письменных отзывах просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего Общества – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал её доводы в полном объеме.

Представители Зиновьевой Е.О., Абдиевой Ж. Т., Некрасова А.Н., Некрасовой Е.Н. и Лябихова Р.М. просили оставить определение от 05.04.2019 и постановление от 09.09.2019 без изменения.

Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, однако представители в суд не явились, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, определением от 21.10.2016 по заявлению должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества.

Решением от 30.12.2016 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, прекращены полномочия ликвидатора Абдиевой Ж.Т., конкурсным управляющим утвержден Кибишев М.В.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении                контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на то, что Зиновьева Е.О., Абдиева Ж.Т., Некрасов А.Н., Некрасова Е.Н., Лябихов Р.М., Соколов В.Ю., Компания и Заднепровская А.В. являются контролирующими должника лицами, входящими в группу компаний «Лидер Групп»; их действия повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов, в том числе, в предшествующий банкротству период были совершены сделки с фактически аффилированными должнику лицами, которые содержали невыгодные для должника условия. Кроме того, арбитражный управляющий ссылался на неисполнение Зиновьевой Е.О. и Абдиевой Ж.Т. обязанности по своевременному обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом.

Суды отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, поскольку пришли к выводам о том, что Некрасов А.Н., Некрасова Е.Н.,     Лябихов Р.М., Заднепровская А.В., Соколов В.Ю. в органы управления Общества не входили, руководящие должности в указанной организации не занимали, выгоды от деятельности должника не получали, а Компания не осуществляла функции единоличного исполнительного органа Общества, не заключала каких-либо корпоративных договоров, либо иных соглашений с участниками должника, которые могли бы позволить давать им обязательные для исполнения указания, что исключает возможность привлечения названных физических лиц и Компании к субсидиарной ответственности. В отношении Зиновьевой Е.О. и Абдиевой Ж.Т. суды указали на недоказанность наличия состава правонарушения.

Исследовав доводы жалобы и изучив материалы дела, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Зиновьева Е.О. с 18.04.2011 до 02.03.2015 являлась единственным участником должника, а с 19.04.2011 до 13.02.2015 генеральным директором Общества.

Абдиева Ж.Т. с 02.03.2015 по настоящее время является единственным участником должника, с 13.02.2015 по 11.08.2016 являлась генеральным директором, а с 03.08.2016 по 16.12.2016 - ликвидатором Общества.

На основании договоров возмездного оказания услуг от 10.01.2012 № 01-5112-УК и от 01.04.2015 № 01-51/12-УК Компания была привлечена Обществом для оказания услуг по управлению последним.

Некрасов А.Н. является конечным бенефициаром группы компаний «Лидер Групп», а Некрасова Е.Н. является его супругой. Лябихов Р.М. работает с семьей Некрасова А.Н.

Соколов В.Ю. выступал в качестве генерального директора общества с ограниченной ответственностью «СИН» при заключении с Обществом договоров аренды от 01.07.2011 № 705/2, от 01.06.2012 № 705/2, от 01.02.2016 № 705/2.

Заднепровская А.В. являлась председателем правления жилищно-строительного кооператива «Адмирал», учредителями которого, в свою очередь, являлись: Абдиева Ж.Т., Заднепровская А.В., Зиновьева Е.О., Некрасова Е.Н., Пискунова М.С., Богомолова Н.В.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено данным Законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Судами установлено, что в силу презумпций, установленных пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве контролирующими должника лицами являлись Зиновьева Е.О. (до 02.03.2015 единственный участник; с 19.04.2011 до 13.02.2015 генеральный директор должника) и Абдиева Ж.Т. (с 02.03.2015 по настоящее время - единственный участник; с 13.02.2015 по 11.08.2016 - генеральный директор, с 03.08.2016 по 16.12.2016 - ликвидатор должника).

В отношении Компании судами установлено следующее.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

Согласно статье 42 Закон об обществах с ограниченной ответственностью общество вправе передать по договору осуществление полномочий своего единоличного исполнительного органа управляющему.

При этом принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора относится к компетенции общего собрания участников общества.

Зиновьева Е.О., Абдиева Ж.Т. как единоличные участники Общества не принимали решения о передаче полномочий управляющему и не заключали договор управления.

Между Обществом и Компанией был заключен договор возмездного оказания услуг от 10.01.2012 №01-51/12-УК, который относится к договорам, заключаемым в рамках обычной хозяйственной деятельности, не является договором о передаче функций единоличного исполнительного органа управляющему. В пункте 1.4 указанного договора стороны согласовали, что заключение договора не влечет за собой изменения Устава Общества в части, касающейся полномочий единоличного исполнительного органа, а также самого термина «генеральный директор».

Таким образом, как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, Компания не относится к контролирующим Общество лицам, так как не являлась управляющим должника по смыслу статьи 42 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, не осуществляла функции единоличного исполнительного органа, не заключала каких-либо корпоративных договоров, либо иных соглашений с участниками должника, которые могли бы позволить давать им обязательные для исполнения указания.

В отношении Некрасова А.Н., Некрасовой Е.Н., Лябихова Р.М., Заднепровской А.В. и Соколова В.Ю. суды пришли к выводу, что указанные лица в органы управления Общества не входили, руководящие должности в указанной организации не занимали, выгоды от деятельности должника не получали, что также исключает возможность применить к указанным лицам презумпции, предусмотренные пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Суд кассационный инстанции находит указанные выводы обоснованными, поскольку доказательств вовлеченности вышеуказанных лиц в процесс управления должником, равно как и возможности давать руководителю должника обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, в материалы настоящего спора не представлено.

При этом, вопреки доводам подателя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций была дана надлежащая оценка документам, представленным конкурсным управляющим в обоснование своей позиции о подконтрольности Общества вышеуказанным лицам. 

Суды указали, что в силу статьи 19 Федерального закона от 30.12.2004 №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» на основании официальных сведений, содержащихся в проектных декларациях, можно определить, кто является застройщиком строительного проекта, установить организации, которые осуществляют строительные и иные работы на объекте. Информации о бенефициарах строительного проекта декларации не содержат. Более того, Общество в приобщенных к материалам дела проектных декларациях не фигурирует.

В отношении публикаций в средствах массовой информации, на которые ссылался конкурсный управляющий, судом первой инстанции установлено, что в большей части публикаций (в двенадцати из шестнадцати) не упоминается Общество. Публикации касаются различных строительных проектов на территории Москвы, Московской области, Санкт-Петербурга и Ленинградской области и не имеют отношения к обстоятельствам рассматриваемого спора. Публикации, которые упоминают Общество, представляют собой толкование обстоятельств рассматриваемого дела о несостоятельности.

Установив изложенные обстоятельства, суды пришли к обоснованным выводам о том, что конкурсным управляющим не представлено согласующихся между собой доказательств контроля Компанией, Лябиховым Р.М., Некрасовой Е.Н., Некрасовым А.Н., Соколовым В.Ю., Заднепровской А.В. над должником, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований к указанным лицам.

Заявляя о привлечении к субсидиарной ответственности Зиновьевой Е.О. и   Абдиевой Ж.Т. конкурсный управляющий ссылался на то, что Зиновьева Е.О. в условиях полной неплатежеспособности согласовала и заключила от имени Общества договор аренды от 14.01.2015 № ДЗ-5 с Фондом «РЖС», а также согласовала и заключила сделку, направленную на привлечение заемных денежных средств фактически аффилированным с должником обществом с ограниченной ответственностью «Волна» (далее - ООО «Волна»), что привело к невозможности погашения требований кредиторов. При этом Абдиева Ж.Т., являясь участником (учредителем) ООО «Волна», заключила с Обществом сделку по предоставлению заемных денежных средств, направленную на создание искусственной кредиторской задолженности в целях выиграть аукцион на право заключения договора аренды от 14.01.2015 № ДЗ-5.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды применили положения статьи 61.11 Закона о банкротстве и указали, что конкурсным управляющим не представлено в материалы дела доказательств того, что именно данные сделки привели к причинению существенного вреда имущественным правам кредиторов, невозможности полного погашения требований кредиторов и объективному банкротству должника.

Между тем, по мнению суда кассационной инстанции, судами не учтено следующее.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Так как обстоятельства, которые, как считает конкурсный управляющий, являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2014-2016 годах, то есть до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

При этом применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в Постановлении № 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве, суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Между тем, суды не исследовали и не установили, какое значение для последующей деятельности должника имели спорные сделки, не оценили существенность их негативного воздействия на деятельность должника, не установили, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия и повлекли ли они существенное ухудшение состояния должника.

Судами установлено, что Зиновьева Е.О. согласовала и заключила дополнительное соглашение № 1 к договору займа от 22.12.2014 N 12-22-ЗМ/14 (далее - дополнительное соглашение), которым изменен срок исполнения обязанности по возврату суммы займа. Дополнительным соглашением была предоставлена 5-летняя рассрочка возврата заемных денежных средств.

Установив изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявитель в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не доказал, что предоставление льготной рассрочки возврата заемных средств привело к банкротству Общества.

Однако указанный вывод суда апелляционной инстанции, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Так, по условиям договора займа от 22.12.2014 № 12-22-ЗМ/14 в первоначальной редакции, займодавец (ООО «Волна») предоставил заемщику (Обществу) беспроцентный займ в размере 100 000 000 руб. со сроком возврата до 22.12.2020.

По условиям же дополнительного соглашения от 16.01.2015 Общество обязалось возвратить займ по частям, но в более короткие сроки: 15 000 000 руб. - до 15.01.2016, 20 000 000 руб. – до 15.01.2017, 20 000 000 руб. – до 15.01.2018, 20 000 000 руб. – до 15.01.2019, 25 000 000 руб. – до 22.12.2020.

Кроме того, суды не дали оценку представленному в материалы дела анализу финансового состояния должника, из которого следует, что на 31.12.2014 размер активов должника составлял 114 516 тыс. руб., из которых 98 501 тыс. руб. представляли собой накопленные расходы Общества (запасы и прочие внеоборотные активы), которые, по своей природе, не являются имуществом и не могли быть использованы для извлечения прибыли и расчетов по обязательствам должника, а также не дана оценка доводам конкурсного управляющего о том, что после подписания Зиновьевой Е.Г. дополнительного соглашения к договору займа, Общество стало отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

В связи с этим судам следовало принять во внимание и проверить доводы конкурсного управляющего о том, что Зиновьевой Е.Г. была заключена сделка по сокращению сроков возврата займа, которая существенно ухудшила финансово-экономическое состояние должника и фактически привела к возникновению признаков неплатежеспособности Общества и к невозможности расчетов с кредиторами. 

Также судами не дана оценка доводам конкурсного управляющего о том, что у должника отсутствовала реальная необходимость в заключении договора аренды от 14.01.2015 № ДЗ-5 с Фондом «РЖС», поскольку Общество не располагало денежными средствами не только на строительство объектов капитального строительства на арендуемом земельном участке, но и на внесение арендных платежей.

С учетом изложенного, суд округа полагает, что суды в полной мере не исследовали наличие причинно-следственной связи между действиями по совершению указанных выше сделок и фактически наступившим объективным банкротством должника, не определили, способствовала ли совокупность спорных сделок возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

При таких обстоятельствах является преждевременным и вывод судов об отсутствии оснований для привлечения бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом в связи с тем, что в период 2015 - 2016 Зиновьева Е.О. и Абдиева Ж.Т. выполняли экономически обоснованный план по выходу из сложившейся ситуации, а их действия находились в пределах обычного предпринимательского риска.

Факт подготовки плана планировки территории с целью привлечения инвестора для дальнейшего строительства и получения дохода не может свидетельствовать о наличии экономически обоснованного плана по преодолению временных финансовых затруднений, поскольку в таком случае возможность восстановления платежеспособности Общества ставится в зависимость от субъективных факторов, наличия интереса во вложении инвестиций у иных участников гражданского оборота и их финансовой обеспеченности.

Кроме того, необходимо учитывать то, что по утверждению конкурсного управляющего, еще до заключения договора аренды от 14.01.2015 № ДЗ-5 с Фондом «РЖС» Общество уже отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чем Зиновьева Е.О. и Абдиева Ж.Т. как бывшие руководители должника, не могли не знать.

Однако суды фактически уклонились от проверки доводов и доказательств, приведенных конкурсным управляющим, неправильно распределив бремя доказывания по настоящему обособленному спору.

Допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права привели к неполному выяснению обстоятельств обособленного спора, вывод судов о недоказанности условий, необходимых для привлечения Зиновьевой Е.О. и Абдиевой Ж.Т. сделан без установления всех значимых для дела обстоятельств.

В силу изложенного определение от 05.04.2019 и постановление от 09.09.2019 в части отказа в привлечении Зиновьевой Е.О. и Абдиевой Ж.Т. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежит отмене с направлением дела в этой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду первой инстанции следует устранить отмеченные недостатки, установить все фактические обстоятельства дела, в том числе установить конкретный момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества, полно и всесторонне исследовать все заявленные доводы и возражения сторон и представленные ими доказательства, дать им надлежащую правовую оценку и принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288 и 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А56-59291/2016 в части отказа в привлечении Зиновьевой Е.О. и Абдиевой Ж.Т. к субсидиарной ответственности  отменить.

Дело в данной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2019 по делу № А56-59291/2016 оставить без изменения.

 

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

Н.Ю. Богаткина

 Е.Н. Бычкова