АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8833/22 

Екатеринбург

10 октября 2023 г.

 

Дело № А60-44840/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 октября 2023 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О.Н.,

судей Шершон Н.В., Павловой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сулейменовой В.К., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу кассационной жалобы конкурсного управляющего ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 по делу № А60-44840/2020 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель:

конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 27.06.2023).

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

Представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 21.11.2022 № 66 АА 7715274);

ФИО3 – лично (паспорт).

В Арбитражный суд Свердловской области 07.09.2020 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Реминвест» (далее – общество «Реминвест») о признании общества с ограниченной ответственностью «Вагонремонт» (далее – общество «Вагонремонт», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 14.09.2020 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2020 требования общества «Реминвест» признаны обоснованными, в отношении общества «Вагонремонт» введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО5, член ассоциации СРО «ЦААУ». 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2021 общество «Вагонремонт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – ФИО6), член ассоциации СОАУ «Меркурий». 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.08.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (далее – ФИО1), член ассоциации СОАУ «Меркурий». 

В Арбитражный суд Свердловской области 04.07.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании с ФИО3 (далее – ФИО3) убытков в размере 130 895 853,96 рубля. 

Определением от 08.07.2022 указанное заявление принято к производству суда, к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечен ФИО3 

В дальнейшем при рассмотрении спора конкурсный управляющий должника заявил ходатайство об уточнении требований, в котором просил взыскать с ФИО3 в пользу общества «Вагонремонт» убытки в размере 32 122 129,44 рубля, в том числе 17 623 641,44 рубля пени и 14 498 488,00 рублей штрафа, начисленных Межрайонной ИФНС России №25 по Свердловской области по результатам выездной налоговой проверки в отношении общества «Вагонремонт». 

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.04.2023 заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков удовлетворено. С ФИО3 в пользу общества «Вагонремонт» взысканы убытки в размере 32 122 129,44 рубля.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 вышеуказанное определение от 17.04.2023 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о взыскании с ФИО3 в пользу должника убытков в размере 32 122 129,44 рубля отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 20.07.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт.

По мнению кассатора, суд апелляционной инстанции сделал неверный вывод об отсутствии в действиях ФИО3 противоправности и виновности, не дана оценка обстоятельствам, свидетельствующим о недобросовестности ФИО3

Кассатор указывает, что суд не принял во внимание решение о привлечении к налоговой ответственности, не учел, что ответчик не опроверг презумпцию, согласно которой именно ФИО3 как руководителем были подписаны налоговые декларации по налогу на прибыль за 2018 год, содержащие заведомо недостоверные сведения.

При этом то обстоятельство, что схема, направленная на занижение налоговой базы была разработана контролирующим должника лицом ФИО7 – не препятствует, как считает конкурсный управляющий,  возложению на ФИО3 обязанности по возмещению убытков.

Помимо этого, как полагает заявитель жалобы, суд апелляционной инстанции не принял во внимание явную недобросовестность действий ФИО3, выражающуюся в недостаточной осмотрительности при принятии счето- фактур от лиц, фактически никогда не поставлявших товар (общество «Альянс-Групп», общество «Интерго») и последующем их предъявлении в налоговых декларациях. 

Кассатор отмечает, что апелляционный суд не дал надлежащую оценку причинно-следственной связи между привлечением общества «Вагонремонт» к налоговой ответственности и виновными, противоправными действиями ФИО3, тогда как причиной привлечения к таковой является именно подписание налоговой отчетности с заведомо недостоверными сведениями.

Возражая против кассационной жалобы, ФИО3 указывает, что каких-либо противоправных действий, направленных на причинение убытков обществу, не совершал, все действия были совершены ФИО8 и ФИО7 (что не оспаривается конкурсным управляющим), в том числе и подача соответствующей документации (предоставление налоговой отчетности и управление расчетными счетами должника и спорных контрагентов осуществлялось с одного IP-адреса, в котором был расположен единый орган управления, подконтрольный непосредственно ФИО9).

В судебном заседании 05.10.2023 в связи с возникшими после выступления кассатора техническими трудностями в установке интернет-соединения - был объявлен перерыв до 05.10.2023 14 часов 40 минут. После перерыва заседание продолжено, участник онлайн-заседания после перерыва обеспечил частичное (визуальное) подключение к заседанию.

Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, а также принимая во внимание, что им реализовано право на предоставление устных позиций по существу кассационной жалобы, суд округа не усмотрел правовых оснований для отложения судебного заседания.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество «Вагонремонт» было зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 22.01.2010 ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга за ОГРН 

<

***>, присвоен ИНН 

<

***>, по юридическому адресу: 

<

...>. Основным видом деятельности общества являлась торговля оптовая неспециализированная. Уставной капитал общества составляет 12 500 рублей. 

Учредителем (участником) общества является ФИО10, обладающая 100% доли в уставном капитале номинальной стоимостью 12 500 рублей (внесена запись в ЕГРН 23.12.2013). 

Единоличным исполнительным органом общества (директором) общества до апреля 2018 года являлся ФИО11, а со 02.04.2018 до 31.07.2020 ФИО3 (выписка из ЕГРЮЛ, решение №17 единственного участника общества «Вагонремонт» от 31.07.2020 и приказ №2 от 31.07.2020 о расторжении трудового договора по согласованию сторон и сложении полномочий директора общества). 

По мнению конкурсного управляющего, ФИО3 является контролирующим должника лицом, ответственным за причинение вреда обществу. 

Материалами дела установлено, что МИФНС России №25 по Свердловской области на основании решения начальника ФНС от 30.12.2019 №19 в отношении общества «Вагонремонт» проведена выездная налоговая проверка правильности исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, налога на прибыль организаций, транспортного налога, налога на имущество, земельного налога за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 и страховых взносов за период с 01.01.2017 по 31.12.2018. 

По результатам проведенной проверки, налоговым органом составлен акт выездной налоговой проверки №12-04/11324 от 18.01.2021, на основании которого вынесено решение №12-04/2797 о привлечении общества «Вагонремонт» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 17 марта 2022 года, вступившего в законную силу, которым начислены пени по состоянию на 17.03.2022 за неуплату НДС за период 1 квартал 2016 года – 4 квартал 2018 года, налога на прибыль за период 1 квартал 2016 года – 4 квартал 2018 года, в общей сумме 45 348 820,36 рубля. 

Также наложен штраф за неуплату НДС в результате неправильного исчисления налога, неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах срок; за неуплату налога на прибыль в результате занижения налоговой базы, неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах срок за указанный выше период в сумме 70 370 353,60 рубля. 

Всего размер финансовых санкций за указанный период составил 130 895 853,96 рубля. 

Этим же решением доначислен к уплате налог в размере 228 132 418,00 рублей. 

Материалами налоговой проверки установлено, что в нарушение п. 1 ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ в налоговых декларациях по налогу на добавленную стоимость необоснованно применены налоговые вычеты за 2016-2018гг. по контрагентам ООО «Альянс-Групп» (ИНН 

<

***>), ООО «Интегро» (ИНН 

<

***>), ООО «УК Барс» (ИНН 

<

***>), ООО «Орион» (ИНН 

<

***>), ООО «Оникс-Сервис» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО12 (ИНН 

<

***>), ИП ФИО13 (ИНН 

<

***>), что привело к неуплате налога на добавленную стоимость в бюджет в результате неправильного исчисления налога в за период с 1 квартала 2016 года по 4 квартал 2018 года в общей сумме 125 298 172 рублей, в том числе по налоговым периодам: 1 квартал 2016 г. - 2 702 484 рублей; 2 квартал 2016 г. – 4 775 362,00 рублей; 3 квартал 2016 г. - 2 301 936 рублей; 4 квартал 2016 г. – 12 374 822,00 рублей; 1 квартал 2017 г. - 9 632 601 рублей; 2 квартал 2017 г. – 14 345 564,00 рублей; 3 квартал 2017 г. - 17 069 736 рублей; 4 квартал 2017 г. - 30 236 650 рублей; 1 квартал 2018 г. - 1 525 932 рублей; 2 квартал 2018 г. – 8 514 226,00 рублей; 3 квартал 2018 г. - 11 627 179 рублей; 4 квартал 2018 г. – 10 191 680 рублей. 

Согласно решению налогового органа названные действия содержат признаки состава налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 части 1 статьи 122 НК РФ. 

За неуплату налога в бюджет за 1, 2, 3, 4 кварталы 2016 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2017 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года в результате неправильного исчисления налога совершенного умышленно, предусмотрена ответственность в виде взыскания штрафа в размере 40% от суммы неуплаченного налога. 

В соответствии с п. 1 ст. 113 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, если со дня его совершения либо со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено это правонарушение, и до момента вынесения решения о привлечении к ответственности истекли три года (срок давности). 

В связи с истечением срока давности за налоговые правонарушения, совершенные в 1, 2, 3, 4 кварталах 2016 года, 1, 2, 3, 4 квартале 2017 года, 1, 2, 3 квартале 2018 года, налогоплательщик не подлежит привлечению к ответственности. 

В связи с чем, штраф определен в размере 4 076 672,00 рублей (10 191 680 рублей х 40%). 

За неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах в соответствии с п. 3 ст. 75 НК РФ начислены пени по состоянию на 17.03.2022 в сумме 45 348 820,36 рубля. 

Также налоговым органом установлено, что в нарушение п. 2 ст. 54.1, п. 1 ст. 252, п.п. 1 п. 1 ст. 254, ст. 313-324 НК РФ, п. 1, 4 ст. 9, п. 2 ст. 10 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» проверяемым налогоплательщиком в составе расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, неправомерно учтены необоснованные и документально не подтвержденные расходы по хозяйственным операциям с ООО «Альянс Групп», ООО «УК Барс», ООО «Орион», ООО «Интегро» в общей сумме 512 826 916 рублей, в том числе по периодам: в 2016 году в сумме 119 643 298,00 рублей, в 2017 году - 254 433 531,00 рублей, в 2018 году – 138 750 087,00 рублей. 

В результате указанных нарушений и с учетом ставки налога, действовавшей в проверяемом периоде, ООО «Вагонремонт» не уплачен налог на прибыль организаций в общей сумме 102 565 383,00 рублей, в том числе по налоговым периодам: за 2016 год в сумме 23 928 660,00 рублей, за 2017 год – 50 886 706,00 рублей, за 2018 год - 27 750 017,00 рублей. 

Согласно решению налогового органа названное действие содержит признаки состава налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 части 1 статьи 122 НК РФ, за неуплату налога в бюджет за 2016, 2017, 2018 годы в результате занижения налоговой базы совершенного умышленно, предусмотрена ответственность в виде взыскания штрафа в размере 40% от суммы неуплаченного налога. 

В соответствии с п. 1 ст. 113 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, если со дня его совершения либо со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено это правонарушение, и до момента вынесения решения о привлечении к ответственности истекли три года (срок давности). 

В связи с истечением срока давности за налоговые правонарушения, совершенные в 2016, 2017 годах налогоплательщик не подлежит привлечению к ответственности. 

В связи с чем, штраф определен в размере 11 100 008,00 рублей (27 750 017,00 рублей х 40%). 

За неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах в соответствии с п. 3 ст. 75 НК РФ начислены пени по состоянию на 17.03.2022 в сумме 70 370 353,60 рубля. 

Определением суда от 29.11.2022 требование уполномоченного органа, основанное на вышеуказанном решении налогового органа, в размере 336 814 990,07 рубля, в т.ч. 228 132 418,00 рублей основного долга, 93 505 893,07 рубля пени и 15 176 679,00 рублей штрафа, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника общества «Вагонремонт». 

По расчету конкурсного управляющего размер начисленных пени за период со 2 квартала 2018 года по 4 квартал 2018 года составил 17 623 641,44 рубля и наложен штраф за неисполнение обязанности по уплате налогов за указанный период в размере 14 498 488,00 рублей, итого 32 122 129,44 рубля. 

Ссылаясь на то, что вышеуказанные финансовые санкции применены к должнику в связи с ненадлежащим исполнением директором ФИО3 в период его деятельности со 2 квартала 2018 года по 4 квартал 2018 года своих обязанностей, конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании с него убытков в размере 32 122 129,44 рубля. 

Возражая против заявленных требований, ответчик указывал на то, что он не совершал противоправных действий, послуживших основанием для доначисления уполномоченным органом налогов и финансовых санкций, поскольку схема финансово-хозяйственной деятельности общества была создана иными лицами до начала его деятельности в обществе в качестве директора. Сделки, совершенные обществом, являлись реальными. При этом он просил привлечь к участию в настоящем обособленном споре ФИО7 (бенефициара), чья вина установлена актом налоговой проверки и решением о привлечении общества к налоговой ответственности. 

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении вышеуказанного лица к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица. 

Как следует из материалов электронного дела о банкротстве, ранее в рамках настоящего дела уже рассматривался обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего ФИО6 о взыскании с бывшего руководителя общества «Вагонремонт» ФИО3 убытков в размере 1 569 136 руб. 59 коп., по результатам рассмотрения которого постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 19.12.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Информация о подаче конкурсным управляющим заявления о привлечении к ответственности фактических бенефициаров должника (по пояснениям участников спора: ФИО8, ФИО7) – отсутствует. 

В рамках настоящего обособленного спора суд первой инстанции, указав на доказанность совокупности условий, достаточных для привлечения ФИО3 к ответственности в виде взыскания с него убытков, причиненных обществу, в размере 32 122 129,44 руб., - удовлетворил заявленные требования. 

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд, изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав участников процесса, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ФИО3 убытков.

При этом суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 статьи 4 названного Закона, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статьи 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Принимая во внимание, что действия (бездействие) лица, в связи с которым заявлены требования о привлечении ФИО3 к ответственности в виде взыскания с него убытков, имели место в период со 2 по 4 квартал 2018 года, суд апелляционной инстанции указал, что применению подлежат нормы главы III.2 Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени (в части применения норм материального права).

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В то же время, в пункте 3 постановления № 53 разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Предполагается также, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности (пункт 7 постановления № 53).

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Судами установлено, что с 1 квартала по 4 квартал 2018 года ФИО3 значился единоличным исполнительным органом – директором общества «Вагонремонт», соответственно, в силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве он относится к категории лиц, контролирующих деятельность должника. 

Учредителем, обладающим 100% участия в уставном капитале общества, в указанный период времени являлась ФИО10, требования к которой о возмещении вреда, причиненного обществу в связи с нарушением налогового законодательства, предъявлены не были. 

При разрешении спора, судом апелляционной инстанции были приняты во внимание выводы, сделанные налоговым органом по результатам проведенной выездной налоговой проверки правильности исчисления и уплаты должником НДС и налога на прибыль. 

Материалами налоговой проверки установлено, что занижение налоговой базы, повлекшее неправильное исчисление налога на прибыль и неправильное исчисление НДС и, как следствие, неуплату налоговой, было произведено в результате финансово-хозяйственной деятельности по заключенным в 2016- 2017 гг. договорам со взаимосвязанными лицами, подконтрольными ФИО7 и ФИО8 

Установлена взаимосвязь учредителя общества «Вагонремонт» ФИО10 с ФИО7 (имеют совместных детей). 

Налоговым органом установлено, что предоставление налоговой отчетности и управление расчетными счетами должника и спорных контрагентов осуществлялось с одного IP-адреса, в котором был расположен единый орган управления, подконтрольный непосредственно ФИО7 

Уполномоченным органом сделаны выводы о том, что выявленные отношения взаимосвязанных с должником организаций обладают признаками участия организаций в незаконной схеме неправомерного применения налогоплательщиками-покупателями налоговых вычетов по НДС путем создания формального документооборота без намерения создания реальных операций; занижения количества изготовленного и реализованного товара, указания ненадлежащего изготовителя продукции, реализации продукции через проблемные организации, в т.ч. через общество «Альянс-Групп» и общество «Интегро». 

Кроме того материалами налоговой проверки было подтверждено, что юридические лица - контрагенты первого и второго звена не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности, распоряжающимися своими трудовыми, административными и финансовыми ресурсами, соответственно, общество «Вагонремонт» и взаимосвязанные организации фактически выступали в качестве единого хозяйствующего субъекта под руководством М-вых, что свидетельствует о получении обществом необоснованной налоговой экономии путем уменьшения налоговой базы по НДС и о направленности действий общества на уклонение от уплаты установленных законом налогов в целях минимизации налоговых вычетов. 

Исходя из этого, апелляционный суд пришел к выводу, что М-вы имели возможность давать обязательные для исполнения должником указания и определять деятельность должника, в т.ч. по совершению сделок с определенными контрагентами, определяя ее условия, в т.ч. через участника общества-должника. Указанные выводы ни кассатором, ни иными участниками процесса не обжалуются. 

Как установил суд, иных доказательств, в обоснование своей позиции о наличии оснований для привлечения ФИО3 к ответственности, конкурсным управляющим не было представлено.

Также апелляционным судом принято во внимание, что ФИО3 указывал на то, что осуществлял деятельность по руководству обществом уже со сложившейся клиентской базой, изменение которой самостоятельно осуществить не мог, поскольку такими полномочиями не обладал. Соответственно, в подаваемой налоговой отчетности за 2-4 кварталы 2018 года, отражались те операции, которые реально обществом совершались в рамках сложившихся хозяйственных правоотношений. 

Доказательства, опровергающие данные доводы ответчика, в материалах дела отсутствуют. Доказательств, бесспорно подтверждающих вовлеченность ответчика в указанную схему взаимоотношений и возможность его влияния на финансово-хозяйственную деятельность общества, при наличии иных лиц, определявших деятельность должника, в материалы дела не представлено, что, по мнению суда апелляционной инстанции, исключает возможность привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности по указанным управляющим в настоящем обособленном споре основаниям. 

Суд апелляционной инстанции также особо отметил, что требований к лицам, создавшим такую схему ведения бизнеса обществом-должником, реально осуществлявшим руководство обществом и определявшим его финансово-хозяйственную деятельность, в результате чего был причинен вред должнику, - конкурсным управляющим предъявлено не было. 

Как было указано, предусмотренная гражданским законодательством обязанность возместить причиненный вред, в том числе убытки - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину. 

При установлении причинно-следственной связи в вопросе о взыскании убытков, необходимо учитывать следующее. Причинно-следственная связь представляет собой то, что нарушение (неправомерное поведение ответчика) являлось необходимым условием возникших убытков, т.е. объективно спровоцировало такие убытки. При этом необходимо учитывать, что на возникновение убытков могут оказывать влияние множество иных обстоятельств, которые имели место до нарушения или произошли после. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7, при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. 

Обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину. Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо и в сфере банкротства юридических лиц. 

С учетом установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств, вывод об отсутствии оснований для привлечения ответчика к ответственности (в том числе в связи с недоказанностью причинно-следственной связи, а также недоказанностью самого факта совершения ответчиком действий, повлекших неблагоприятные для должника последствия)  - является достаточно обоснованным и мотивированным. 

Приведенные в кассационной жалобе конкурсного управляющего ФИО1 доводы судом округа отклоняются, поскольку в данном случае апелляционный суд пришел к правомерному выводу, что ущерб обществу «Вагонремонт» в настоящем споре причинен не номинальным директором ФИО3, а иными лицами, фактически осуществлявшими управление и контроль над обществом, реализовывая соответствующую незаконную схему.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. 

Кассационная жалоба повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда апелляционной инстанций. 

Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемого судебного акта следует, что судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы апелляционным судом и получили надлежащую оценку. 

Выводы суда основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 по делу №А60-44840/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             Е.А. Павлова