Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-13554/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 15 октября 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Глотова Н.Б.,

судей                                                         Доронина С.А.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Канбековой И.Р. с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание) рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Профинтерстар» (ИНН 

<

***>) ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.03.2025 (судья Дорофеева Ю.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного судаот 11.06.2025 (судьи Сбитнев А.Ю., Дубовик В.С., Иващенко А.П.) по делу№ А27-13554/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская транспортная компания» (ИНН 

<

***>), принятыепо заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Академшина» ИНН 

<

***>), конкурсного управляющего Черешко Максима Николаевичак ФИО5, ФИО6, обществус ограниченной ответственностью «Профинтерстар» (ИНН 

<

***>), ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «КузбассТрансСервис» в лице конкурсного управляющего, ФИО7.

Путём использования системы веб-конференции в заседании участвовали представители: арбитражного управляющего ФИО2 – ФИО8 по доверенности от 24.01.2023, ФИО3 – ФИО9 по доверенности от 20.11.2024.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская транспортная компания» (далее – компания, должник) его конкурсный управляющий ФИО4 (далее – управляющий) и обществос ограниченной ответственностью «Академшина» (далее – общество «Академшина») обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО6, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Профинтерстар» (далее – общество).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.03.2025, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного судаот 11.06.2025, признано доказанным наличие оснований для привлеченияФИО6, ФИО3 и общества к субсидиарной ответственностипо обязательствам общества. Приостановлено производство в части определения размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми определением и постановлением судов, ФИО3 и общество обратились с кассационными жалобами, в которых просят их отменитьи принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование своей кассационной жалобы общество ссылается на то,что суды, неправильно применив положения статьи 61.12 Федерального законаот 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Законо банкротстве), допустили необоснованные и противоречивые выводы о наличии оснований для привлечения общества к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве компании.

Выводы о доказанности юридического состава для задействования исключительного механизма восстановления нарушенных прав кредиторов не соответствуют материалам дела, ввиду чего основания для удовлетворения заявления отсутствовали, требовалась корректировка резолютивной части определения.

ФИО3 в кассационной жалобе приводит доводы о том, что он, занимая должность доверительного управляющего обществом, являющего мажоритарным участником должника, не является в понимании подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве лицом, контролирующим должника, и не относится к субъектам ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.

Кассатор утверждает, что постановление апелляционной инстанции содержит взаимоисключающие выводы о наличии (отсутствии) оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. Суды применили в отношенииФИО3 нормы и разъяснения высшей судебной инстанции, изложенные в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лицк ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), регулирующие ответственность руководителя должника за неподачу (несвоевременную) подачу заявления о признании должника банкротом, в то время как ответчик руководство деятельностью компании не осуществлял, временно исполнял обязанности доверительного управляющего.

Податель жалобы утверждает, что, исходя из содержания статьи 61.12 Законао банкротстве, статьи 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществахс ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) предельный срокдля созыва, подготовки и проведения внеочередного собрания участников общества необходимо исчислять с 10.05.2021, срок для проведения собрания участников заканчивается 20.07.2021. ФИО3 считает, что дата, с которого он может быть привлечён к субсидиарной ответственности по правилам пункта 3.1 статьи 9 Законао банкротстве начинает течь с 20.08.2021, при том, что дело о банкротстве компании возбуждено 05.07.2021. Полномочия руководителя общества возложены на ФИО3 только 05.03.2021, действие договора доверительного управления прекратилось 18.04.2021, соответственно, у него отсутствовала возможность обратиться в суд на момент истечения предельных сроков, названных в заявлении управляющего.

В судебном заседании представители кассаторов до и после перерыва поддержали кассационные жалобы.

Рассмотрев кассационные жалобы, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене с направлением обособленного спорав оспариваемой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела, единственным участником общества с 16.04.2014 являлся ФИО10, который с 19.04.2016 занимал должность руководителя данного юридического лица.

Участниками должника являются общество с долей 99 процентов уставного капитала, ФИО6 с долей участия 1 процент.

ФИО10 умер 22.10.2020.

Сын ФИО10 ФИО3 на основании договора доверительного управления наследственным имуществом от 06.11.2020 принял на себя обязательства осуществления доверительного управления долями в уставном капитале общества.

Решением Центрального районного суда города Кемерово от 27.11.2023 по делу№ 2-261/2023 ФИО3 признан наследником ФИО10

Ссылаясь на то, что очередное собрание участников должника должно было состояться в период с 01.03.2021 по 30.04.2021, после которого не позднее чем через месяц ФИО3 должен был направить в суд заявление о признании должника банкротом, однако им не исполнены соответствующие обязанности, предусмотренные положениями статьи 9 Закон о банкротстве, управляющий и общество «Академшина» обратились в суд с заявлением о привлечении общества и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим после мая 2021 года.

В качестве правового основания требования приведена статья 61.12 Законао банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, пришёл к выводу о наличии оснований для возложения ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом на общество и его доверительного управляющего ФИО3

Поддерживая выводы суда, апелляционный суд отметил, что недобросовестные действия общества как мажоритарного участника должника, так и доверительного управляющего, имеющего весь объём полномочий участника, привели к сокрытиюот кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении компании.

Поскольку при подаче заявления требование о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц за доведение до банкротства (подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) не предъявлено управляющимк ФИО3 и обществу, установив превышение пределов рассмотрения, выводы суда о привлечении ФИО3 и общества к ответственности по данному юридическому составу сочтены апелляционным судом неправомерными, подлежащими исключениюиз мотивировочной части определения суда, однако не изменяющими существо резолютивной части судебного акта.

Между тем судами не учтено следующее.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанностипо подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения,и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов руководителем должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить, в силу Закона, подав заявление о банкротстве, и негативными последствиями для введенныхв заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объёмом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 13 Постановления № 53 разъяснена совокупность условий, при которыхна стороне органа управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопросао ликвидации должника, возникает ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве.

В свою очередь, для привлечения к субсидиарной ответственности участника должника на основании положений статьи 61.12 Закона о банкротстве необходимо установить дату, в которую у такого лица возникла обязанность инициировать банкротство должника (с учётом предельных корпоративных сроков) и наличиеу должника кредиторов, обязательства перед которыми возникли после истечения предельных сроков, необходимых для подачи заявления о банкротстве.

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Законао банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственностиза неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутыхим презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при которомна стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанностьпо обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решенияо ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

При оценке доводов о дате объективного банкротства, суды сошлись во мнении,что кредиторская нагрузка должника в период с 2019 года по август 2020 года значительно возросла. Для руководителя должника с учётом положений пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве наступила обязанность по обращению в арбитражный судс заявлением о признании компании банкротом, которая подлежала исполнению в силу пункта 2 этой же статьи в срок, не позднее 30.09.2020.

Вместе с тем, исходя из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений, условия для привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве (неподача в суд заявления о банкротстве должника)для руководителя и участника (учредителя) должника не являются идентичными.

В силу подпункта 6 пункта 2 статьи 33 Закона об обществах, к компетенции общего собрания относятся утверждение годовых отчётов и годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Руководство текущей деятельностью общества, формирование финансовой отчетности, а также представление её на утверждение общему собранию участников относится к обязанностям единоличного исполнительного органа общества - в рассматриваемом случае директора.

В соответствии со статьёй 34 Закона об обществах, очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом, общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Уставом общества должен быть определён срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Контролирующее лицо должно обладать полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, который может принимать корпоративное решениео ликвидации, либо контролирующее лицо должно обладать полномочиямипо самостоятельному принятию такого решения. При этом для привлечения указанных лиц к ответственности необходимо доказать, что такие лица не могли не знать о наличии обстоятельств, свидетельствующих о возникновении обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

В рассматриваемом случае дата, когда общество было осведомлено о наличииу должника признаков неплатёжеспособности и должно было разрешить вопросо ликвидации, обратиться в суд с заявлением о банкротстве должникасудами не установлена, в отношении общества не определён и не конкретизирован размер обязательств, возникших после истечения срока на прохождение корпоративных процедури до возбуждения дела о банкротстве.

Позиция суда апелляционной инстанции представляется противоречивой, поскольку, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, апелляционный суд указал на то,что в период с 06.11.2020 по 12.07.2021 у ФИО3 не имелось права принимать решение о ликвидации должника от имени общества, ввиду чего он и общество не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должниказа непринятие решения о возложении такой обязанности на руководителя должника.

Основания, которые позволили судам возложить на доверительного управляющего участником должника ответственность по данному юридическому составуне установлены, суды не обосновали наличие у ФИО3 статуса контролирующего должника лица применительно к презумпциям, приведённым в статье 61.10 Законао банкротстве, пункте 13 Постановления № 53.

Представленные процессуальными оппонентами управляющего доказательстваи мотивы не были исследованы судами двух инстанций.

Принимая во внимание, что мотивировочные части обжалуемых изложены таким образом, что не позволяют воспринять итоговые выводы судов, с учётом отсутствияу суда округа полномочий на исследование и оценку доказательств, а такжена совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения делав суде первой инстанции, обособленный спор в части наличия оснований для привлечения общества и ФИО3 по статье 61.12 Закона о банкротстве подлежит направлениюв Арбитражный суд Кемеровской области на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении обособленного спора арбитражному суду с учётом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, полно установить фактические обстоятельства дела, принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материальногои процессуального права.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, часть 1 статьи 288, статьями 289,290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.03.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2025 по делу № А27-13554/2021в части привлечения общества с ограниченной ответственностью «Профинтерстар», ФИО3 к субсидиарной ответственности отменить, обособленный спор в этой части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                      Н.Б. Глотов

Судьи                                                                                    С.А. Доронин

ФИО1