ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-27580/2018

г. Самара

15 июня 2022 года

11АП-5334/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2022 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Поповой Г.О., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

конкурсного управляющего ООО «Экспресс» ФИО2 - лично (паспорт);

ФИО3 - лично (паспорт);

от ФИО4 - представитель ФИО5 по доверенности от 06.07.2022;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Экспресс» ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 16 марта 2022 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Экспресс» ФИО2 к ФИО6, ФИО11, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности (вх.№104242 от 02.06.2020) по делу №А55-27580/2018 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Экспресс», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.10.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Экспресс», ИНН 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01.02.2019 в отношении ООО «Экспресс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10, член МСО ПАУ - Ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 13.06.2019 ООО «Экспресс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил:

1. Привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспресс» перед АО «ФИА-БАНК», в соответствии с реестром требования кредиторов должника: ФИО4; ФИО9.

2. Взыскать с ФИО4 и ФИО9 денежную сумму в размере 47 470 664 руб., образовавшуюся по обязательствам ООО «Экспресс» перед АО «ФИА-БАНК», в конкурсную массу ООО «Экспресс».

3. Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспресс»: ФИО3; ФИО6; ФИО11; ФИО7; ФИО8;

4. Взыскать с ФИО3, ФИО6, ФИО11, ФИО7, ФИО8, солидарно денежную сумму в размере 48 853 718 руб. в конкурсную массу ООО «Экспресс».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.02.2022 г. к участию в деле, при рассмотрении настоящего заявления, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: - ООО «Бриз» ИНН 

<

***> в лице конкурсного управляющего ФИО2, ООО «Премиум» ИНН 

<

***> в лице конкурсного управляющего ФИО2, АО «ФИАБанк» ИНН 

<

***>, в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16 марта 2022 г. заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Экспресс» - оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Экспресс» ФИО2 обратился с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2022 года апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05 мая 2022г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 07 июня 2022 г. на 15 час 20 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 07 июня 2022 г. конкурсный управляющий ООО «Экспресс» ФИО2 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Самарской области от 16 марта 2022 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО4 и ФИО3 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В рассматриваемом случае в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ФИО2 указал:

на заключение ФИО3 в качестве директора должника с АО «ФИА БАНК» договора уступки требования (цессии) № 18717/8 от 17.11.2011г. при нулевых активах должника (на основании данного договора должником получено право требования задолженности ООО «Купе» ИНН 

<

***> по кредитному договору в сумме в сумме 53 587 260,27 рублей);

на заключение ФИО3 в качестве директора должника и ФИО4 в качестве директора ООО «Купе» соглашения об отступном № 1-2011 от 22.11.2011г, по которому ООО «Купе» передало должнику недвижимое имущество доля (9/20 в праве обшей долевой собственности на нежилое помещение общей площадью 436,5 м2 , этаж подземный этаж № 1, этаж № 1, этаж № 2, этаж № 3, номера на поэтажном плане: подземный этаж № 1 поз.6; этаж 1 поз.2, 27-33, 40-42, 44, 48-52, 58; этаж 2 поз.1,2; этаж 3 поз.5-9, 19-22; кадастровый (или условный) номер: 63:09:0000000:0:689/4, расположенного по адресу: Самарская область, Тольятти, Автозаводский район, ул. 40 лет Победы, 35)

на непринятие всеми бывшими руководителями должника мер направленных на погашение кредиторской задолженности, образовавшейся в результате заключения договора уступки требования (цессии) 18717/8 от 17.11.2011г.;

на не принятие ФИО11, являющимся руководителем должника в период с 25.11.2015 по 22.10.2018 мер по направлению в регистрирующий орган мотивированного заявления (возражения) против исключения из ЕГРЮЛ ООО «Купе»;

на неисполнение ФИО11 и ФИО7 обязанности по передаче документации должника в порядке пункта 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве).

Аналогичные доводы содержаться и в апелляционной жалобе конкурсного управляющего должника. Также, заявителем апелляционной жалобы указывается на то. что суд первой инстанции при принятии обжалуемого судебного акта не применил положения п.п. 1, 2, 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 № 73-ФЗ, ст.ст. 9, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных обстоятельств приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, в силу следующего.

Из материалов дела следует, что ООО «Экспресс» ИНН 

<

***> зарегистрировано ИФНС России по Красноглинскому району г. Самары 19.10.2011, за предшествующее возбуждению дела о банкротстве время руководителями должника являлись: ФИО3 на момент заключения с АО «ФИА БАНК» договора уступки требования (цессии) № 18717/8 от 17.11.2011 в период 19.10.2011г. до 25.11.2015 г., ФИО11 в период с 25.11.2015 по 22.10.2018 г.; ФИО7 (ИНН 

<

***> ) в период с 22.10.2018 по дату открытия конкурсного производства в отношении должника.

Участниками ООО «Экспресс» за весь период деятельности являлись: ФИО3 (ИНН 

<

***>) с 19.10.2011г. до 26.11.2015г.; ФИО6 (ИНН 

<

***>) в период с 26.11.2015 по 15.02.2016 г.г.; ФИО3 (ИНН 

<

***>) в период с 15.02.2016 по 28.10.2016 г.г.; ФИО8 (ИНН 

<

***>), с долей участия в уставном капитале 100 % в период с 28.10.2016 по настоящее время.

Кроме указанных лиц, по мнению конкурсного управляющего, также контролирующим и должника лицами являются ФИО4 (руководитель ООО «Купе» ИНН 

<

***> с 17.07.2008 по 17.09.2013) и ФИО9 (руководитель ООО «Купе» ИНН 

<

***> с 17.09.2013 по 01.12.2017г.), к которым также заявлены требования о субсидиарной ответственности

В вину указанных лиц конкурсным управляющим должника вменяется совершение ряда убыточных сделок, в отсутствие ликвидных активов у должника, невзыскание дебиторской задолженности, не оспаривание административной процедуры ликвидации дебитора ООО «Купе» и неисполнение обязанности передачи документации должника, установленной Законом о банкротстве.

Сделки, которые, по мнению конкурсного управляющего должника, послужили причиной неплатежеспособности и детерминировали субсидиарную ответственность, совершались в 2011 и 2012 годах.

В этой связи, с учетом действия закона во времени, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, к спорным правоотношениям в части материально-правовых норм подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ). Законом № 73-ФЗ, вступившим в силу с 05.06.2009, введено понятие «контролирующее должника лицо».

Пунктом 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ установлено, что контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве (в редакции, применимой к рассматриваемой ситуации) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в частности, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Принимая во внимание данные содержащиеся в бухгалтерской (финансовой) отчетности должника на последнюю отчетную дату, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии признаков неудовлетворительной структуры баланса должника.

Между тем, как верно отметил суд первой инстанции, указанное обстоятельство не отнесено законодателем к условиям, которые обязывают руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Наличие у должника кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, равно как и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о несостоятельности (банкротстве).

Делая вывод об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявления по иным основаниям предусмотренным для привлечения к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции верно и обоснованно исходил из следующего.

Заключение ряда сделок должником имели место в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам (абзац 1 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу разъяснений данных в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего федерального закона.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 2 Постановления № 53).

Между тем, как при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции, доказательств того, что названные выше спорные сделки причинили существенный вред имущественным правам кредиторов, были совершены со злоупотреблением правом со стороны контрагентов и привели к возникновению у должника признаков объективного банкротства, не представлено.

Проведенная в рамках настоящего обособленного спора судебная экспертиза ООО «ЦЕНТР НЕЗАВИСИМОЙ ОЦЕНКИ», указанных обстоятельств также не опровергла. Более того, уступленное право требование по кредитному обязательству было обеспечено залогом недвижимого имущества и поручительством.

Частично задолженность по кредитному обязательству, право требования которой было передано должнику, было исполнено, кроме того должнику по соглашению об отступном перешла недвижимость, которая в последствии была реализована в ходе конкурсного производства.

В ходе хозяйственной деятельности данное имущество активно должником использовалось, сдавалось в аренду, извлекалась прибыль, которая частично пошла на погашение задолженности перед АО «ФИО БАНК» в сумме 10 180 646 руб.

В указанной связи, отсутствуют основания для однозначного вывода об убыточности либо порочности спорного договора и дополнительных соглашений к нему, а также соглашений об отступном и разделе имущества.

В установленном законом порядке указанные сделки не были признаны судом недействительными.

Довод о том, что последующими руководителями должника не предпринималось действий по взысканию дебиторской задолженности с ООО «Купе» и по погашению кредиторской задолженности перед АО «ФИА БАНК» также не может служить основанием для субсидиарной ответственности, поскольку опровергается материалами дела. Как указывалось выше задолженность перед АО «ФИО БАНК» в сумме 10 180 646 руб. была погашена. Данное обстоятельство сторонами не оспаривается.

Приведенный конкурсным управляющим анализ движения по счетам должника денежных средств, свидетельствует об объективной невозможности погашения кредиторской задолженности в полном объеме перед АО «ФИА БАНК».

Вменение в вину данного обстоятельства кому-либо из ответчиков с учетом непродолжительного времени работы в качестве руководителя должника каждого из них не может отвечать принципу справедливости правового регулирования.

Представляется объективно затруднительным за короткий промежуток времени (около года) аккумулировать необходимые денежные средства в более чем значительном размере при ограниченных финансовых возможностях, а также при наличии иных сопутствующих обязательств финансового характера.

Таким образом является верным вывод суда первой инстанции о недоказанности того, что непосредственные действия ответчиков повлекли неплатежеспособность должника. Соответственно, их действия также не могут обуславливать субсидиарную ответственность.

Отказывая в части требований о взыскания убытков с указанных лиц суд первой инстанции верно исходил из того, что заявителем не было доказано наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и причиненным ущербом в нарушение положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не оспаривание бывшими руководителями должника ФИО11 действий регистрирующего органа в части исключения из ЕГРЮЛ ООО «Купе» в административном порядке, также само по себе не обуславливает неплатежеспособность должника.

Ответственность за действия государственных органов не может быть возложена на иных субъектов правоотношений. Обратное противоречит основополагающим принципам юридической ответственности.

В обоснование требований к ответчикам конкурсный управляющий также указывал на неисполнение обязанности по передаче документов должника.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 утвержден решением суда от 13.06.2019, следовательно, такое обстоятельство, являющееся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, как непредставление конкурсному управляющему бухгалтерских документов должника, в данном случае могло возникнуть после указанной даты, поэтому к спорным правоотношениям подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Законом № 266-ФЗ.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых  документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Определением от 21.12.2020 у бывших руководителей ФИО11, ФИО7 истребованы бухгалтерская и иная документация должника, печати, штампы, материальные и иные ценности в пользу конкурсного управляющего. Доказательств исполнения в полном объеме указанного акта.

По итогам исследования данных бухгалтерской отчетности должника, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что его основным ликвидным активом являлся объект недвижимости, который был реализован в ходе конкурсного производства, вырученные денежные средства поступили в конкурсную массу.

В этой связи, как верно отметил суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, действия ФИО7 и ФИО11 в части не предоставления бухгалтерской документации должника не повлекли негативных последствий. Доказательств, свидетельствующих о сокрытии, указанными лицами, иного имущества должника в материалы дела не представлено.

Относительно требования конкурсного управляющего к ФИО4, ФИО9, суд первой инстанции обоснованно указал на следующее.

Как указывалось выше, законом № 73-ФЗ, вступившим в силу с 05.06.2009, в Закон о банкротстве введено понятие «контролирующее должника лицо». Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность управления действиями должника со стороны контролирующего лица может достигаться в том числе посредством: нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); а также иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. Помимо того, что ФИО4, ФИО9 участвовали в подписании сделок должника со стороны контрагентов в 2011 и 2012 годах, иных обоснованных оснований и доказательств, позволяющих отнести ФИО4, ФИО9 к числу контролирующих должника лиц, конкурсным управляющим не заявлено и не представлено в ходе судебного разбирательства.

Доказательств привлечения должнику убытков со стороны ФИО4, ФИО9 в материалы дела также не представлено.

В данной связи, у арбитражного суда отсутствуют правовые основания для привлечения ФИО4, ФИО9 к ответственности в рамках настоящего дела о банкротстве.

Кроме того, при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции ФИО3 заявлено о пропуске срока давности.

Поскольку действия вменяемые указанным лицам в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности, а также в качестве основания взыскания убытков датированы 2011, 2012 годами, к спорным правоотношениям следует применять положениям статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ).

В статье 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ) сроки давности обращения в суд не были указаны, в связи, с чем подлежит применению общий срок исковой давности (статьи 195, 196, 200 ГК РФ).

В статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации в свою очередь определяет, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. При этом перемена лиц в обязательстве (в том числе деликтном) не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. В абзаце 2 пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ №62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Таким образом, последующие руководители должника имели возможность дать правовую квалификацию спорным сделкам и обратиться с подобными требованиями к ФИО3

С учетом изложенного, а также принимая во внимание период совершения спорных сделок (2011, 2012 года), суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу о том, что конкурсный управляющий должника обратился (02.06.2020 г.) с пропуском срока исковой давности в части взыскания убытков с ФИО3

При определении момента начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности (по статье 10 Закона о банкротстве, действующий на момент спорных правоотношений) в процедуре банкротства необходимо учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок может исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы (постановление Президиума ВАС РФ от 07.06.2012 № 219/12 по делу № А21-10191/2005).

С учетом изложенного, срок давности относительно заявленного требования в части привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в настоящем споре не может считаться пропущенным.

Однако, в связи с недоказанностью того обстоятельства, что непосредственно действия ответчиков повлекли неплатежеспособность должника, а также исходя из совокупности установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 16 марта 2022 года по делу №А55-27580/2018 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 16 марта 2022 года по делу №А55-27580/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Г.О. Попова

 

Е.А. Серова