АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А03-2477/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 октября 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоКачур Ю.И.,

судейБедериной М.Ю.,

ФИО1 – 

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО10, ФИО7 и ФИО8 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 05.05.2022 (судья Болотина М.И.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2022 (судьи Иванов О.А., Апциаури Л.Н., Фролова Н.Н.) по делу № А03-2477/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибресурс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, ООО «Сибресурс»), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО9 (далее – конкурсный управляющий) к ФИО2, ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО10 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю (далее – Управление Росреестра по Алтайскому краю), ФИО12.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО11 по доверенности от 16.05.2022.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве должника его конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) недействительной цепочки следующих сделок: 23 договоров уступки права требования от 01.08.2019, от 07.08.2019, от 16.08.2019 по договорам участия в долевом строительстве от 26.02.2019, от 17.07.2019, от 31.07.2019, заключенных между ООО «Сибресурс» и ФИО2, а также последующих уступок прав по договорам участия в долевом строительстве от 23.01.2020, от 29.01.2020, 17.03.2021, 11.05.2021, 09.04.2021, 27.05.2021, заключенных между ФИО2 и ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО10 (застройщиком выступает акционерное общество специализированный застройщик «Барнаулкапстрой», далее – АО СЗ «Барнаулкапстрой»).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 05.05.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2022, признана недействительной цепочка сделок по отчуждению права требования к АО СЗ «Барнаулкапстрой» по договорам участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 26.02.2019 № 83А-21, от 26.02.2019 № 83А-22, от 17.07.2019 № 83А-37, от 17.07.2019 № 83А-38,от 26.02.2019 № 83А-25, от 26.02.2019 № 83А-30, от 17.07.2019 № 83А-41, от 17.07.2019 № 83А-42, от 17.07.2019 № 83А-45, от 17.07.2019 № 83А-46, от 17.07.2019 № 83А-48, от 17.07.2019 № 83А-49, от 17.07.2019 № 83А-52, от 17.07.2019 № 83А-53, от 17.07.2019 № 83А-55, от 31.07.2019 № 83А-58, от 31.07.2019 № 83А-60, от 31.07.2019 № 83А-61, от 31.07.2019 № 83А-62, от 31.07.2019 № 83А-63, от 31.07.2019 № 83А-64, от 31.07.2019 № 83А-65, от 31.07.2019 № 83А-66 (далее также договоры участия в долевом строительстве), заключенных 01.08.2019, 07.08.2019, 16.08.2019 между ООО «Сибресурс» и ФИО2, а также последующие договоры уступки прав требований от 23.01.2020, от 29.01.2020, 17.03.2021, 11.05.2021, 09.04.2021, 27.05.2021, заключенные между ФИО2 и ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО10; применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права требования ООО «Сибресурс» к АО СЗ «Барнаулкапстрой» на получение в собственность после ввода объекта в эксплуатацию двадцати трех квартир по адресу: 

<

...> по вышеуказанным договорам участия в долевом строительстве.

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО10, ФИО7 и ФИО8 обратились с кассационными жалобами.

Кассаторы в кассационных жалобах просят отменить определение арбитражного суда от 05.05.2022 и постановление апелляционного суда от 15.07.2022, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование своей жалобы ФИО2 указывает, что в материалах настоящего обособленного спора отсутствует совокупность доказательств, свидетельствующая о наличия всех условий, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также статьей 170 ГК РФ, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными. При этом кассатор приводит следующие доводы: конкурсным управляющим, в отличие от иных обособленных споров, не доказана аффилированность ФИО2 по отношению к должнику или контролирующим его лицам; на момент совершения им оспариваемых сделок у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, размер которой судами не установлен; ФИО2 предоставил должнику встречное предоставления путем передачи наличных денежных средств, полученных им по договору беспроцентного займа у ФИО12 (родственника), что подтверждается приходными кассовыми ордерами; последующее расходование полученных денежных средств ФИО13 и невнесение их в кассу или на расчетный счет общества находилось вне сферы контроля ФИО2; ввиду срочной необходимости возвратить заемные денежные средства ФИО12 права требования по договоры участия в долевом строительстве реализовывались ФИО2 по той же цене, денежные средства от последующих покупателей внесены либо на счет ФИО2 в безналичной форме, либо переданы в наличной форме, а потом вырученные от продажи квартир денежные средства возращены займодавцу по распискам; платежеспособность ФИО12 и его финансовая возможность предоставить должнику заемные денежные средства подтверждена надлежащими доказательствами, поэтому безвозмездность оспариваемых сделок не доказана; продажа прав требования ФИО2 осуществлялась с использованием услуг риелтора, в вызове которого как свидетеля судами необоснованно отказано; отсутствуют доказательства того, что ФИО2 на момент совершения оспариваемых знал либо мог знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и о признаках неплатежеспособности должника.

По мнению ФИО6 суды пришли к ошибочному выводу о заключении оспариваемых с ним 15 договоров уступки прав требований по договорам участия в долевом строительстве на безвозмездной основе и в целях причинения вреда кредиторам, а также о его осведомленности о признаках неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемых сделок, поскольку кассатор немотивированно и необоснованно признан судами аффилированным лицом по отношению к должнику и ФИО13 Факт оплаты прав требования по оспариваемым с ним сделкам подтвержден расписками, выписками по счету ФИО2, а также платежными поручения, которые свидетельствуют о предоставлении им равноценного встречного предоставления по сделками в сумме 19 548 295 руб. Кроме того, кассатор полагает, что ФИО2 и ФИО12 представлены подробные мотивированные пояснения относительно обстоятельств заключения оспариваемых сделок, их финансового состояния и способности произвести по ним расчеты. 

ФИО3 в своей кассационной жалобе указывает на то, что им произведена оплата по оспариваемому договору в пользу ФИО2 через отделение банка, что подтверждается банковской квитанцией; на момент совершения спорной сделки у должник не было признаков неплатежеспособности о которых ему могло быть известно; он является добросовестным приобретателем, который не аффилирован с должником или иными участвующими в споре лицами.

ФИО4 в обоснование кассационной жалобы приводит доводы аналогичные ФИО3, дополнительно указывая также на то, что свою финансовую возможность внести оплату по оспариваемой с ним сделке он подтвердил налоговыми декларациями об уровне своих доходов за 2019 и 2020 годы, а также договорами купли-продажи трех квартир, приобретенными им также на стадии строительства. 

В тождественных кассационных жалобах ФИО5 и ФИО10 приводятся доводы аналогичные по своему содержанию с изложенными выше предыдущими кассаторами о том, что выводы судов о недействительности оспариваемых сделок не основаны на достаточных и бесспорных доказательствах, которые могли бы быть истолкованы против граждан, реализовавших свой потребительский интерес в приобретении жилого помещения.

Братьями Кушко в своих кассационных жалобах повторяются ранее приведенные доводы о том, что в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства их осведомленности о неплатежеспособности должника, их цели причинения вреда его кредиторам и аффилированности сторон сделок. При этом оплату по оспариваемым с ними сделкам подтверждают внесением денежных средств через кассу банка на счет ФИО2, указывая на свою финансовую состоятельность как плательщика.

В заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО2 поддержал свою кассационную жалобу по изложенным в ней доводам.

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для их отмены. 

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, между АО СЗ «Барнаулкапстрой» в лице генерального директора ФИО14 (застройщик) и ООО «Сибресурс» в лице генерального директора ФИО13 (участник долевого строительства) заключены 23 договора участия в долевом строительстве, датированные 26.02.2019, 17.07.2019 и 31.07.2019.

Оплата по договорам участия в долевом строительстве произведена ООО «Сибресурс» перед АО СЗ «Барнаулкапстрой» в полном объеме, что подтверждается справками, имеющимися в регистрационных делах и представленных по запросу суда, платежными документами на общую сумму 42 292 330 руб.

Между ООО «Сибресурс» в лице генерального директора ФИО13 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) 01.08.2019, 07.08.2019 и 16.08.2019 заключены 23 договора уступки прав требований по договорам участия в долевом строительстве, по той же стоимости их приобретения - 42 292 330 руб.

В подтверждение оплаты ООО «Сибресурс» уступленного права требования ФИО2 представил в материалы дела приходные кассовые ордера и справки об оплате на общую сумму 42 292 330 руб.

Между ФИО2 (цедент) и ФИО6 (цессионарий), действующим через представителя ФИО15, 23.01.2020 и 29.01.2020 заключены 15 договоров уступок прав требований по договорам участия в долевом строительстве общей стоимостью уступленного права 27 225 265 руб., что соответствует цене приобретения права требования ООО «Сибресурс» у АО СЗ «Барнаулкапстрой» и ФИО2 у ООО «Сибресурс».

В подтверждение оплаты ФИО6 уступленного права в материалы дела представлены расписки от 22.01.2020, выписка по счету ФИО2, выписка о состоянии вклада ФИО6 за 22.01.2020, платежные поручения на общую сумму 19 548 295 руб. 

В дальнейшем между ФИО2 (цедент) и цессионариями ФИО5 17.03.2021, ФИО4 09.04.2021, ФИО7 и ФИО3 11.05.2021, ФИО10 и ФИО8 27.05.2021 заключены договоры уступки права требования по договорам участия в долевом строительстве; стоимость уступленного права составила ту же стоимость, что и цена приобретения права требования ООО «Сибресурс» у АО СЗ «Барнаулкапстрой» и ФИО2 у ООО «Сибресурс»; в подтверждение оплаты представлены приходные кассовые ордера публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк»).

Полагая, что в результате совершенных сделок фактически произошло отчуждение имущества должника на общую сумму 42 292 330 руб. (права требования в отношении 23 квартир) от ООО «Сибресурс» к ФИО2, а затем ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО10, ФИО8, в отсутствие встречного предоставления в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, при злоупотреблении правами каждой из сторон сделки, в связи с чем имеются достаточные основания признания оспариваемых сделок недействительными как по специальным нормам Закона о банкротстве, так и по общим нормам ГК РФ, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в полном объеме, суды пришли к выводу о том, что сторонами заключена цепочка недействительных сделок, направленная на вывод активов должника в целях исключения обращения взыскания на него по долгам кредиторов, при этом сделки между ООО «Сибресурс» и ФИО2 являются притворными, прикрывающими подозрительные сделки с ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО10, которые являются фактически аффилированными лицами по отношению к должнику, поскольку получили имущество должника в отсутствие равноценного встречного предоставления, поэтому не могут быть признаны добросовестными приобретателями.

Выводы судов соответствуют закону и материалам дела.

В соответствии со сложившейся практикой рассмотрения дел об оспаривании взаимосвязанных сделок должника и сформированными правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательно перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 308-ЭС18-14832(3,4)).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Поскольку производство по делу о банкротстве ООО «Сибресурс» возбуждено определением суда от 05.03.2021, а оспариваемые договоры уступок прав требований заключены со ФИО2 (01.08.2019, 07.08.2019 16.08.2019), с ФИО6 (23.01.2020 и 29.01.2020), с ФИО5 17.03.2021, с ФИО4 09.04.2021, с ФИО7 и ФИО3 11.05.2021, с ФИО10 и ФИО8 27.05.2021, то для признания прикрываемой сделки недействительной необходимо установить обстоятельства, указанные в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций.

Презумпция наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате ее совершения), безвозмездного характера этой сделки или ее совершения в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В данном случае судами установлено, что на момент заключения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами (АО СЗ «Барнаулкапстрой», обществами с ограниченной ответственностью «АлтайтехноКомплект», «Строительно-монтажная компания ВиКС» и «Цезарь», Федеральной налоговой службой), требования которых в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

Кроме того, давая оценку достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суды правомерно учли обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

При этом суды пришли к правильному выводу о том, что отчуждение спорного имущества от ООО «Сибресурс» в лице директора ФИО13 в пользу ФИО2 произведено безвозмездно, что также свидетельствует о правомерности выводов о его фактической аффилированности с должником.

ФИО2 в обоснование наличия финансовой возможности произвести оплату по оспариваемым с ним сделкам представил договор беспроцентного займа от 01.08.2019 № 20, подписанный между ФИО12 (заимодавец) и ФИО2 (заемщик), по условиям которого он получил от займодавца денежные средства в размере 42 292 330 руб. на приобретение квартир по договорам долевого участия по адресу: улица Советской Армии, 83а в городе Барнауле, которые переданы ему по расписке от 01.08.2019.

ФИО12 (муж сестры ФИО2), обосновывая заключения беспроцентного договора займа, указал на наличие родственных отношений.

В подтверждение наличия у ФИО12 по состоянию на 01.08.2019 финансовой возможности выдать заем ФИО2 в материалы дела представлены: налоговая декларация по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2017, 2019 годы, налоговые декларации по единому налогу на вмененный доход для отдельных видов деятельности за 1, 2, 3, 4 кварталы 2017 года, налоговые декларации по единому налогу на вмененный доход для отдельных видов деятельности за 2, 3, 4 кварталы 2018 года, свидетельство о государственной регистрации права от 24.07.2014, выписки по счетам.

Вместе с тем суды пришли к обоснованному выводу о том, что указанные документы не подтверждают факт предоставления ФИО12 ФИО2 денежных средств в размере 42 292 330 руб., поскольку налоговые декларации не подтверждают размера полученных доходов, учитывая избранный плательщиком вид налогообложения, расчет которого производится от потенциально возможного, а не реального дохода; снятие столь крупной денежной суммы с расчетного счета ФИО12 в даты близкие к заключению договора займа выписками с его счета не подтверждается; учитывая ведение им предпринимательской деятельности, систематическое снятие денежных средств со счета могло производиться в целях ее осуществления и несения связанных с ней текущих расходов. 

Представленные выписки по карточным счетам на имя ФИО12 свидетельствуют о поступлении кредитных средств и их расходовании (ставка по кредиту 19,00 %, срок кредитного лимита), но не подтверждают доводы ФИО12 и ФИО2 о наличии у ФИО12 свободной суммы в размере 42 292 330 руб. по состоянию на 01.08.2019, которую бы он мог предоставить в заем.

Доказательства наличия у ФИО2 иных источников дохода, чем отражено в налоговых декларациях, справках 2-НДФЛ, материалы дела не содержат.

Денежные средства по оспариваемым сделкам не отражены на счете должника, доказательств получения ФИО2 денежных средств по договору займа от ФИО12 не подтверждено, анализ доходов ФИО2 не позволяет сделать вывод о возможности приобретения дорогостоящего имущества, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности по приобретению спорных прав требований.

Кроме того, не представлено разумного обоснования приобретения у ООО «Сибресурс» и последующего отчуждения прав требования ФИО2 по одной цене без получения какой-либо материальной выгоды как со стороны цедента, так и со стороны цессионария.

Возражения ФИО2 о необходимости срочной продажи прав требования (без наценки стоимости) ввиду необходимости возврата займа ФИО12 обоснованно отклонены судом первой инстанции со ссылкой на несоответствие дат заключенных сделок, поскольку покупка апартаментов ФИО12 на Кипре осуществлена по договорам 10.09.2020, оплата за бронирование внесена 02.01.2020, то есть еще до получения ФИО2 денежных средств от реализации квартир в пользу физических лиц.

Таким образом, суды обоснованно критически отнеслись к представленным доказательствам в виде расписок и приходных кассовых ордеров, не подтверждающих передачу денежных средств в сумме 42 292 330 руб. в наличной форме между ФИО12, ФИО2 и ФИО13, ввиду отсутствия экономического обоснования заключения спорных сделок по цене аналогичной той, что изначально приобретались права требования у застройщика, а также ввиду отсутствия относимых, допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о реальном встречном предоставлении по ним. В связи с чем суды пришли к правильному выводу о том, что ФИО2 является лишь промежуточным звеном в выводе активов должника, привлеченным в целях создания видимости фигуры добросовестного приобретателя.

При этом по истечении пяти месяцев с даты заключения договоров уступки права требования с ООО «Сибресурс», ФИО2 реализует права требования в отношении 15 договоров долевого участия в строительстве ФИО6 по договорам уступок прав требований от 23.01.2020 и от 29.01.2020 по цене 27 225 265 руб.

Из пояснений представителя ФИО2 следует, что оплата произведена ФИО6 в полном объеме.

Между тем представленные Управление Росреестра по Алтайскому краю материалы регистрационных дел не содержат расписок между ФИО2 и ФИО6 на сумму более 19 548 295 руб.

Кроме того, договоры уступок прав требований от 23.01.2020, от 29.01.2020 от имени ФИО6 подписаны представителем по доверенности ФИО15, который до 04.09.2018 являлся учредителем ООО «Сибресурс» и до 12.10.2018 наряду с супругой ФИО13 – ФИО16 (брак расторгнут 18.04.2020) являлся учредителем общества с ограниченной ответственностью «Райдер-Отель Тайга» (далее – ООО «Райдер-Отель Тайга»).

При этом ООО «Райдер-Отдель Тайга» зарегистрировано по адресу: 

<

...>, который также является местом жительства ФИО13 и ФИО16

Из материалов обособленных споров по оспариванию сделок, совершенных между ООО «Сибресурс» и ФИО6, следует, что договоры уступки права недвижимого имущества, договоры участия в долевом строительстве, заключенные между АО СЗ «Барнаулкапстрой» и ФИО6, подписывались от имени ФИО6 ФИО13, действующим на основании нотариально удостоверенной доверенности от 19.02.2018, выданной сроком на 10 лет.

Также в рамках других обособленных споров по оспариванию сделок, совершенных между ООО «Сибресурс», ФИО17 и ФИО6, установлено, что интересы ФИО17 представлял ФИО13 (доверенность от 12.03.2019), а по доверенности от 16.08.2021 интересы ФИО17 представляет ФИО18 (сестра ФИО6). Аналогично ФИО18 представляет интересы ФИО19 и ФИО20 в рамках иного обособленного спора по оспариванию сделок между ООО «Сибресурс», супругами ФИО21 и ФИО6

Кроме того, в обособленном споре по заявлению о взыскании убытков с ФИО13 при анализе операций по банковскому счету ООО «Сибресурс» выявлены факты оплаты ООО «Сибресурс» за ФИО6 в пользу АО СЗ «Барнаулкапстрой» по договорам участия в долевом строительстве на общую сумму 16 403 100 руб. При этом в ходе судебного разбирательства по рассмотрению заявления о взыскании убытков с ФИО13, последний пояснил, что ФИО6 предоставил лично ФИО13 денежные средства в размере 22 000 000 руб. на приобретение квартир по договорам долевого участия у АО СЗ «Барнаулкапстрой». Использование подобной модели взаиморасчетов ФИО6 через ФИО13 с АО СЗ «Барнаулкапстрой» ничем экономически или юридически не обусловлено.

Учитывая исполнение обязательств ООО «Сибресурс» за ФИО6, представление интересов ФИО6 ФИО13 и ФИО15, передача ФИО6 широкого перечня полномочий ФИО13 на продолжительный срок (10 лет), а также заключение ряда оспариваемых в деле о банкротстве должника сделок, совершенных с участием ООО «Сибресурс» и ФИО6, зачетов прав требований с участием ФИО6, в результате которых выбыло дорогостоящее имущество должника, выводы суда апелляционной инстанции о наличии фактической аффилированности ФИО6 и ООО «Сибресурс» через ФИО13 являются обоснованными.

Как верно отмечено судом первой инстанции, перечисление денежных средств по счету произведено ФИО2 на сумму 19 548 295 руб., в то время как стоимость отчужденных прав требования по оспариваемым сделкам составила 27 225 265 руб., однако мер ко взысканию оставшейся задолженности ФИО2 не предпринято. 

В рамках настоящего и иных обособленных споров судами установлено, что произведено аккумулирование большей части прав требований по договорам долевого участия в строительстве у ФИО6, приобретаемых им либо напрямую у застройщика с оплатой по ним за счет должника, либо путем их приобретения у третьих лиц по цепочке сделок, правообладателем которых первоначально было ООО «Сибресурс», притом, что АО СЗ «Барнаулкапстрой» указывается на приобретение всех прав по договорам долевого участия в строительстве фактически за счет денег застройщика, перечисленных им в счет исполнения договора строительного подряда с должником, который ввиду его неисполнения со стороны ООО «Сибресурс» расторгнут, а отсуженная задолженность более в сумме 150 млн. руб. послужила основанием для возбуждения в отношении должника дела о его банкротстве. Указанное свидетельствует как о транзитном характере движения денежных средств между указанными лицами, так и о цели причинения вреда должнику и его кредиторам, в частности АО СЗ «Барнаулкапстрой».

При таких обстоятельствах, правомерным является также вывод судов о наличии внутригрупповых отношений и перемещении активов между участниками такой группы (ООО «Сибресурс» в лице ФИО13, ФИО2 и ФИО6) в отсутствие реальных взаимоотношений, характерных для предпринимательской деятельности, направленной на получение выгоды, заключения между ними сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Фактическая аффилированность ООО «Сибресурс» через ФИО13, ФИО2 и ФИО6 очевидно следует из анализа хозяйственных взаимоотношений данных лиц, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО2 и ФИО6 были осведомлены о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, о совершении сделок с целью причинения вреда кредиторам.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

ФИО2 и ФИО6 доводы конкурсного управляющего об аффилированности допустимыми и достаточными доказательства не опровергли.

Заключенные ФИО2 договоры уступки права требования по договорам долевого участия в строительстве с ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО10 также совершены по цене приобретения права требования ООО «Сибресурс» у АО СЗ «Барнаулкапстрой» и ФИО2 у ООО «Сибресурс», то есть в отсутствие экономической выгоды и уже после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сибресурс», следовательно для признания их недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве достаточно доказать только отсутствие встречного предоставления по сделке.

Из материалов дела следует, что все указанные лица подтверждают оплату по оспариваемым с ними сделкам путем внесения денежных средств в кассу ПАО «Сбербанк» согласно представленным приходным кассовым ордерам. 

При этом ФИО3, проживающий в городе Новоалтайске, ФИО4, проживающий в 

<

...>, ФИО8 и ФИО7, приживающие в городе Яровое, внесение денежных средств осуществили в даты, указанные в приходных кассовых ордерах, в городе Барнауле (преимущественно в одном отделении). ФИО5 и ФИО4 в судебном заседании пояснили, что денежные средства передали лично ФИО2 в наличной форме, другие покупатели пояснить способ расчетов затруднились.

Представленные в материалы обособленного спора указанными лицами налоговые декларации, договоры купли-продажи квартир, договоры займа с родственниками обоснованно оценены судами критически, учитывая неотражение полученной прибыли от сделок в целях налогообложения, отсутствие доказательств их реальной оплаты со стороны покупателей, минимальный уровень доходов согласно справкам по форме 2-НДФЛ (180 000 руб. в год у ФИО8, ФИО7 и ФИО3).

Сведений об источниках доходов ФИО10, включая выписки по его счету, подтверждающие поступление и расходование им денежных средств, не представлены.

Кроме того, судами установлено, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении общества с ограниченной ответственностью «ДСК-АТранс» его директором является ФИО12, учредителями – ФИО7 и ФИО5

Согласно пояснениям представителя ФИО2 ФИО22, являющейся также представителем ФИО12 в иных судебных спорах, ФИО12 является братом ФИО12 

При этом в подтверждение наличия денежных средств для оплаты уступленного права требования ФИО2 ФИО5, ФИО4, ФИО7 сослались на продажу квартир по адресу: 

<

...>.

Из информации, размещенной в сети Интернет, следует, что строительство объекта по адресу: 

<

...> осуществлялось обществом с ограниченной ответственностью «Жилой дом», ликвидатором которого по состоянию на 26.04.2022 является ФИО3 (ранее являлся директором), учредителем – ФИО12

Указанные обстоятельства свидетельствуют о взаимосвязи указанных аффилированных лиц через ФИО12 со ФИО2 и ФИО13, объединенных единой целью по созданию фиктивного документооборота для создания видимости совершения ООО «Сибресурс» правомерных сделок с участием широкого круга физических лиц, претендующих на роль добросовестных приобретателей в цепочке оспариваемых сделок.

Учитывая установленную судом фактическую аффилированность ФИО6, ФИО2, ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО10 с ООО «Сибресурс» через ФИО13, оценив их поведение в хозяйственном обороте, приняв во внимание отсутствие какой-либо финансовой выгоды от сделок, а также доказательств, свидетельствующих о экономически обоснованных целях их заключения, реальности передачи прав по ним и оплате, применив повышенные стандарты доказывания, суды правомерно признали обоснованными доводы конкурсного управляющего о транзитном характере движения денежных средств между указанными лицами и ФИО2

Применение к аффилированным лицам повышенного стандарта доказывания обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет высокую вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В данном обособленном споре ответчики не опровергли доводы и разумные сомнения заявителя.

Таким образом, учитывая установленные конкретные обстоятельства настоящего обособленного спора, суды правомерно признали цепочку сделок (договоры уступки прав требований между ООО «Сибресурс» и ФИО2, договоры уступки прав требований между ФИО2 и ФИО6, ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО10, недействительными на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Последствия недействительности сделок применены судами правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Иные доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 05.05.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2022 по делу № А03-2477/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Ю.И. Качур

СудьиМ.Ю. ФИО23

ФИО1