ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-21031/2018

город Ростов-на-Дону

08 мая 2019 года

15АП-5684/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 мая 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сулименко Н.В.

судей А.Н. Стрекачёва, Г.А. Сурмаляна

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агропродукт СМ»

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2019 по делу     № А32-21031/2018 об отказе во включении требования в реестр требований кредиторовпо заявлению общества с ограниченной ответственностью «Агропродукт СМ»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Институт Здоровья»,

принятое судьей Тумановой Л.Р.

                                     УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Институт Здоровья» в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «Агропродукт СМ» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 3 590 500 руб.

ИП ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о замене ООО «Агропродукт СМ» на процессуального правопреемника - ИП ФИО2 в связи с заключением договора уступки права требования от 29.01.2019.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2019 отказано в удовлетворении заявления о процессуальной замене заявителя по требованию ООО «Агропродукт СМ» на ФИО2 и заявления о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 3 590 500 руб.

Основанием для принятия обжалованного судебного акта послужил вывод суда о том, что действия ООО «Агропродукт СМ» и ИП ФИО2 являются недобросовестными и преследуют противоправную цель, не подлежащую судебной защите, - организация контролируемого банкротства должника его учредителем. 

Общество с ограниченной ответственностью «Агропродукт СМ» обжаловало  определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило его отменить, принять новый судебный акт о включении требования кредитора в реестр. 

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, вывод суда о том, что денежные средства, предоставленные должнику по договорам займа, направлены на увеличение уставного капитала ООО «Институт Здоровья», не соответствует действительности. В период предоставления займов ФИО3 был только руководителем ООО «ТПК Кубань» и не являлся его учредителем, а потому не имел возможности принимать решения. Являясь участником должника с долей в размере 24.5 %, ФИО3 не имел возможности самостоятельно принимать решения и влиять на принятие решения другими участниками общества. Вывод суда первой инстанции о возможной ситуации, когда заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, с целью нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность в случае банкротства, не соответствует действительности, так как с мая 2014 года руководителем ООО «ТПК Кубань» являлся ФИО4, имевший возможность повлиять на возврат займов, выданных предыдущим руководителем общества ФИО3 

В связи с этим заявитель просит отменить обжалованый судебный акт, включить требование в реестр требований кредиторов должника.  

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должником      просит оставить обжалованный судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считает выводы суда соответствующими установленным по делу обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

Лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом. 

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.09.2018 в отношении общества с ограниченной к ответственностью «Институт Здоровья» (должник) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО5, член «Саморегулируемой организации ассоциация арбитражных управляющих «Синергия».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 15.09.2018.

В рамках дела о несостоятельности должника 15.10.2018 в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось ООО «Агропродуки СМ» с заявлением об установлении требований кредитора в размере 3 590 500 руб.

В обоснование заявленного требования общество указало, что за период с января 2010 по май 2014 между ООО «Институт Здоровья» (заемщик) и ООО «ТПК Кубань» (займодавец) были заключены договоры займа № 5 от 15.05.2010, № 6 от 26.05.2010, № 7 от 31.05.2010, № 8 от 01.06.2010, № 9 от 08.06.2010, № 10 от 17.06.2010, № 11 от 21.06.2010, № 12 от 30.06.2010, № 13 от 08.07.2010, б/н от 22.09.2010, б/н от 20.10.2010, б/н от 04.04.2011, б/н от 25.04.2011, б/н от 25.04.2011, б/н от 30.05.2011, б/н от 09.09.2011, б/н от 30.09.2011, б/н от 03.10.2011, б/н от 12.10.2011, б/н от 25.10.2011, б/н от 25.10.2011, б/н от 07.10.2011, 02.12.2011, б/н от 29.12.2011, б/н от 14.02.2012, б/н от 29.03.2012, б/н от 28.05.2012, б/н от 25.07.2012, б/н от 25.07.2012, б/н от 18.09.2013, б/н от 24.09.2013, б/н от 25.09.2013, б/н от 26.09.2013, б/н от 09.10.2013, б/н от 09.10.2013, б/н от 24.10.2013, б/н от 25.10.2013, б/н от 27.10.2013, б/н от 05.12.2013, б/н от 05.12.2013, б/н от 09.12.2013, б/н от 11.12.2013, б/н от 18.12.2013, б/н от 27.12.2013, б/н от 17.02.2014, б/н от 07.03.2014 на общую сумму 5 208 100 руб. со сроком возврата в период с мая 2020 по март 2024.

Согласно доводам заявителя, ООО «ТПК Кубань» исполнило надлежащим образом обязательства по договорам займа, денежные средства в размере 5 208 100 руб. переданы должнику, что подтверждается выписками по операциям на счете и актом сверки за период с января 2010 по май 2014. После частичного погашения займа в размере 1 617 600 руб., задолженность ООО Институт Здоровья» перед ООО «ТПК Кубань» составила 3 590 500 руб.

29.05.2014 между ООО «ТПК Кубань» (цедент) и ООО «Агропродукт СМ» (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому цедент уступил цессионарию право требования к ООО «Институт Здоровья» в размере 3 150 000 руб.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Агропродукт СМ» с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по договорам займа в размере 3 150 000 руб.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требования заявителя, обоснованно приняв во внимание нижеследующее. 

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований, и на основании определения арбитражного суда о включении их в реестр требований кредиторов включаются в реестр.

Как разъяснено в абзаце 1 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников) (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П).

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с Законом РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При разрешении спора суд первой инстанции установил все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, и дал надлежащую правовую оценку имеющимся в деле доказательствам.  

Из материалов дела усматривается, что заимодавцем по договорам займа являлось ООО «Торгово-промышленная компания «Кубань» (ООО «ТПК Кубань», ИНН 

<

***>).

От имени ООО «ТПК Кубань» большинство договоров займа подписаны генеральным директором ФИО3, который одновременно являлся учредителем ООО «Институт Здоровья».

Остальные договоры займа: №5 от 17.05.2010, №6 от 26.05.2010, №7 от 31.05.2010, № 8 от 01.06.2010, №9 от 08.06.2010, № 10 от 17.06.2010, № 11 от 21.06.2010, № 12 от 30.06.2010, № 13 от 04.07.2010 со стороны заимодавца были подписаны ФИО6 При этом в материалы дела не представлена доверенность или иной документ, подтверждающий полномочия указанного лица на подписание договоров займа.

В результате заключения договора цессии от 29.05.2014 право требования к должнику перешло от ООО «ТПК Кубань» к ООО «Агропродукт СМ».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, учредителем ООО «Агропродукт СМ» является ФИО3 (50 %) и ФИО7 (50 %).

Судом установлено, что согласно выписке из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «ТПК Кубань» было ликвидировано 09.04.2018 и исключено из Единого государственного реестра юридических лиц.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, учредителями ООО «Институт Здоровья» (ИНН 

<

***>) являются: ФИО3 с размером доли 24,5 % в уставном капитале; ФИО8 с размером доли 24,5 % в уставном капитале;Санзяпова Альфия Вадимовна с размером доли 51% в уставном капитале, являющаяся супругой ФИО3. 

ФИО9 подписывала от имени ООО «Институт Здоровья» (заемщика) вышеуказанные договоры займа.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник заключил договоры займа с дружественной организацией - ООО «ТПК Кубань», в рамках дела о банкротстве требование к должнику, основанное на неисполнении указанных договоров займа, предъявило аффилированное лицо - ООО «Агропродукт СМ». Все указанные организации контролировались ФИО3, который  являлся их учредителем или руководителем. 

В силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковым не являются.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов учредитель предприятия (контролирующее должника лицо) объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и кредитором, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

В связи с аффилированностью заявителя и должника, к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №3 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Как следует из материалов дела, временный управляющий направил запросы каждому учредителю и директору должника о предоставлении заверенных копий документов, необходимых для проведения анализа финансового состояния предприятия, исследования сделок, подготовки заключения.

Ввиду непредставления документов указанными лицами, 17.10.2018  временным управляющим направлены повторные запросы о предоставлении сведений и документации ООО «Институт Здоровья». Однако требование временного управляющего исполнено не было. Директор ООО «Институт Здоровья» ФИО10 уведомил временного управляющего об отсутствии у него запрашиваемой документации в связи с фактическим прекращением деятельности организации.

В связи с этим невозможно установить, совершались ли данного рода сделки, а в случае заключения таковых, на каких именно условиях, не представляется возможным проверить, действительно ли у должника имеется задолженность по договорам займа, заключенным с ООО «ТПК «Кубань».

Из анализа договоров займа, заключенных между должником и ООО «ТПК «Кубань», усматривается, что заемные средства предоставлены должнику на срок 10 лет, при этом, сделки не предусматривают уплату заемщиком процентов за пользование заемными денежными средствами, что нехарактерно для правовой природы договоров займа.  

Таким образом, договоры займа заключены на нерыночных условиях, не доступных для обычных участников гражданского оборота; условия сделок, очевидно, предопределены внутригрупповыми и корпоративными связями между заемщиком и займодавцем; участники сделки не предполагали создание правовых последствий заключения договоров займа, в том числе, возврат денежных средств заемщиком.   

При этом разумные экономические мотивы выбора конструкции займа на нерыночных условиях заявителем и должником не раскрыты.

Возникновение заемных отношений на указанных условиях было бы невозможно, если бы заемщик и должник не контролировались одними и теми же лицами. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что договоры займа были заключены формально для создания видимости наличия гражданско-правовых отношений.

Об этом также свидетельствует то обстоятельство, что с момента совершения уступки прав требования (29.05.2014) заявитель не обращался к должнику за взысканием задолженности по договору займа, более того, займодавец - ООО «ТПК Кубань» ликвидирован, в ходе ликвидации меры по отысканию спорной дебиторской задолженности не принимались. В материалы дела заявителем не представлены письменные претензии и доказательства их направления в адрес должника, свидетельствующие о намерении взыскать с ООО «Институт Здоровья» задолженность в размере 3 590 500 руб. Доказательства обращения с исковыми требованиями также отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод апеллянта о том, что в период предоставления займов ФИО3 был только руководителем ООО «ТПК Кубань», не являлся его учредителем, а потому не имел возможности принимать решения о предоставлении займа. В рассматриваемом случае договоры займа заключены как отдельные сделки и по своему размеру не являются крупными сделками, требующими одобрения со стороны участников общества. Таким образом, соответствующие управленческие решения о выдаче займов должнику ФИО3, как руководитель ООО «ТПК «Кубань», мог принимать самостоятельно.   

Кроме того, по договору уступки прав (цессии) от 29.05.2014 ООО «ТПК Кубань» переуступило ООО «Агропродукт СМ» право требования к ООО «Институт Здоровья» в размере 3 150 000 руб., стоимость уступленного права составляет 150 000 руб. При этом доказательств экономической целесообразности такой уступки в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, предъявление заявителем требований к должнику, основанных на договорах займа, имеющих признаки притворности, свидетельствует о злоупотреблении правом с его стороны, поскольку указанные действия направлены на создание контролируемого банкротства должника со стороны его учредителя - ФИО3 посредством включения в реестр требований кредиторов подконтрольной ему организации – ООО «Агропродукт СМ». 

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, правильно применив нормы материального и процессуального права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения заявления о включении требования в реестр.  

Рассмотрев заявление о процессуальной замене ООО «Агропродукт СМ» на ИП ФИО2 в связи с заключением договора уступки права требования от 29.01.2019, суд обоснованно пришел к нижеследующим выводам. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В обоснование факта уступки права требования к должнику, в материалы дела представлены: договор цессии от 29.01.2019, акт приема-передачи от 29.01.2019, платежное поручение от 29.01.2019 № 6 на сумму 150 000 руб.

Из представленных в суд документов усматривается, что 29.01.2019 между ООО «Агропродукт СМ» (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) был заключен договор цессии (уступки прав требования), в соответствии с которым право требования по договорам займа за период с 01.01.2010 по 01.05.2015 перешло к новому кредитору - ИП ФИО2 Право требования цедента к должнику составляет 3 150 000 руб.

В соответствии с пунктом 2.2 договора цессии от 29.01.2019, цессионарий обязуется выплатить цеденту денежные средства в размере 155 000 руб. Указанная сумма денежных средств будет выплачиваться цессионарием путем перечисления на счет цедента, либо путем внесения наличных денежных средств цеденту в течении одного года с момента заключения настоящего договора (пункт 2.3 договора).

Согласно пункту 2.4 договора, с момента уплаты суммы, указанной в пункте 2.2 договора, обязанности цессионария по настоящему договору считаются исполненными.

Платёжным поручением от 29.01.2019 № 6 ИП ФИО2 перечислил в пользу ООО «Агропродукт СМ» 150 000 руб. в счет оплаты по договору цессии от 29.01.2019. 

При рассмотрении спора суд обоснованно принял во внимание, что заявление ООО «Агропродукт СМ» о включении в реестр требований кредиторов подписано представителем ФИО2, действовавшим на основании доверенности.

Как правомерно указал суд, заключение ИП ФИО2 в процессе установления требований кредитора ООО «Агропродукт СМ» сделки по переуступке долга имело цель придать легитимность первоначальной уступке, и направлено на злоупотребление правом, которое судебной защите не подлежит.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что договор цессии (уступки прав требования) от 29.01.2019 является ничтожной сделкой, поскольку фактически не был направлен на возникновение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей ее сторон, а заключен с целью избежания установления судом факта аффилированности между ООО «Институт Здоровья» и ООО «Агропродукт СМ».

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Поскольку суд пришел к выводу о ничтожности договора уступки права требования от 29.01.2019, оснований для удовлетворения заявления о процессуальной замене ООО «Агропродукт СМ» на его правопреемника - ИП ФИО2 не имеется.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Доводы заявителя, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают выводы суда о злоупотреблении правом со стороны заявителя при предъявлении требования к должнику. Данные доводы направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

  На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2019 по делу     № А32-21031/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиА.Н. Стрекачёв

Г.А. Сурмалян