СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело № А45-16270/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 6 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 февраля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Дубовика В.С., 

судей                                                                  Иванова О.А., 

                                                                            Михайловой А.П., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нетесовым И.М., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Монтажная компания «Контур» (№07АП-12466/2021(27)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 по делу №А45-16270/2021 (судья Винникова О.Н.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «СМУ 9» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 630008, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительными платежей, совершенных ЖСК «На Петухова» за счет средств должника в пользу общества с ограниченной ответственностью Монтажная компания «Контур» и применении последствий недействительности сделок, 

 

при участии в судебном заседании:

от ООО МК «Контур» - ФИО2 на основании решения о создании общества от 06.12.2018, паспорт; ФИО3 по доверенности от 01.12.2022, паспорт, 

конкурсный управляющий ФИО1, паспорт, 

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СК «СМУ 9» (далее – ООО СК «СМУ 9», должник) конкурсный управляющий ФИО1 (далее - конкурсный управляющий ФИО1, апеллянт) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных ЖСК «На Петухова» за счет средств должника в пользу общества с ограниченной ответственностью Монтажная компания «Контур» (далее – ООО МК «Контур», ответчик, апеллянт) и применении последствий недействительности сделок. 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 заявление конкурсного управляющего ФИО1 удовлетворено. Признаны недействительными сделками платежи, совершенные ЖСК «На Петухова» (ИНН 

<

***>) за должника в пользу ООО МК «Контур»: по платежному поручению № 100 от 20.08.2021 на сумму 2 683 478 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9»; по платежному поручению № 122 от 14.09.2021 на сумму 1 600 000 рублей; по платежному поручению № 21 от 20.01.2022 на сумму 3 152 000 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9»; по платежному поручению № 59 от 28.02.2022 на сумму 230 000 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9». Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО МК «Контур» в пользу должника 7 665 478,00 рублей. С ООО МК «Контур» в доход федерального бюджета взыскано 12 000 рублей госпошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО МК «Контур» обратилось в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование доводов жалобы указано, что совершенные платежи являются текущими, совершены в результате выполнения работ по договору подряда № 14-2021 от 20.08.2021. Заявитель отмечает, что текущие платежи второй очереди составляли лишь 155 274,33 рублей. Ссылается на неосведомленность о существовании налоговых обязательств должника перед бюджетом за третий квартал 2021 года. Полагает, что в случае удовлетворения иных заявлений конкурсного управляющего по оспариванию сделок, размер конкурсной массы будет являться достаточным для оплаты текущих платежей, имевших приоритет над погашенными. Указывает на отсутствие признаков аффилированности; реальность выполнения работ по договору подряда; отсутствие факта причинения вреда. Транзитными являются только 3 платежа, совершенных в пользу ИП ФИО4 и ИП ФИО5, которые были произведены из средств ошибочно перечисленных ЖСК «На Петухова» за ООО СК «СМУ 9», вместе с тем, указанные платежи не учитывались в актах сверки взаимных расчетов. Платежи ЖСК «На Петухова» от 20.01.2022, 22.08.2022 перечислены ООО МК «Контур» ошибочно, впоследствии перенаправлены контрагентам ООО СК «СМУ 9». 

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) конкурсный управляющий ФИО1 представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

05.02.2024 отзыв на апелляционную жалобу поступил от ЗАО «Новосибирскжилстрой-2» с доводами в поддержку позиции апеллянта.

Представители ООО МК «Контур» - ФИО2, ФИО3 в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий ФИО1 настаивала на позиции, изложенной в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 15.04.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена введена процедура конкурсного производства.

28.11.2022 конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными платежей, совершенных ЖСК «На Петухова» за должника в пользу ООО МК «Контур» (ИНН 

<

***>) по платежному поручению № 100 от 20.08.2021 на сумму 2 683 478 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК СМУ-9»; по платежному поручению № 122 от 14.09.2021 на сумму 1 600 000 рублей; по платежному поручению № 21 от 20.01.2022 на сумму 3 152 000 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК СМУ-9»; по платежному поручению № 59 от 28.02.2022 на сумму 230 000 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК СМУ-9»; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО МК «Контур» в пользу ООО СК «СМУ 9» 7 665 478 рублей.

В качестве правовых оснований требований конкурсным управляющим указаны положения пункта 2 стати 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63)).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63)).

В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 №304-ЭС15-2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения процедуры конкурсного производства в отношении ООО СК «СМУ 9», конкурсным управляющим установлены следующие платежи, совершенные ЖСК «На Петухова» в пользу ООО МК «Контур» за должника: 

- по платежному поручению № 100 от 20.08.2021 на сумму 2 683 478 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9»; 

- по платежному поручению № 122 от 14.09.2021 на сумму 1 600 000 рублей; 

- по платежному поручению № 21 от 20.01.2022 на сумму 3 152 000 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9»; 

- по платежному поручению № 59 от 28.02.2022 на сумму 230 000 рублей с назначением «Оплата за выполненные работы по договору подряда №14-2021 от 20.08.21 за ООО СК «СМУ-9».

Определением суда от 19.07.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

В рассматриваемом случае оспариваемые платежи совершены должником в период подозрительности, установленный как статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и статьей 61.3 Закона о банкротстве. 

На момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр и не погашены до настоящего момента:

- задолженность перед ООО «Промстройсибирь» за поставку стройматериалов по договору сформировалась за период апрель – август 2019 года. Требование кредитора включено в реестр требований кредиторов должника (далее - РТК) определением суда от 07.07.2022;

- задолженность перед ООО «АС Фасад» за поставку стройматериалов и выполнение работ сформировалась за период апрель 2019 года – апрель 2021 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 07.12.2022;

- задолженность перед ООО «Люкс» за поставку щебня сформировалась за период апрель – ноябрь 2019 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 24.02.2022;

- задолженность перед ООО «Сибирские климатические системы» по договорам подряда формировалась с начала 2019 года по июль 2021 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 01.02.2023;

- задолженность перед ООО «Априум» за поставленный товар сформировалась с июня 2019 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 21.07.2022;

- задолженность перед ООО «БФК-Эксперт» по оплате выполненных работ по договорам подряда формировалась с 2018 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 31.08.2022;

- задолженность перед ООО «Новатон» формировалась с апреля 2019 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 15.06.2022 на основании решения Арбитражного суда Новосибирской области от 08.10.2021 по делу № А45-27768/2021;

- задолженность перед ООО «ЮСТ» формировалась с июня 2018 года. Требование кредитора включено в РТК определением суда от 25.08.2022 на основании решения Арбитражного суда Новосибирской области от 06.05.2021 по делу № А45-5716/2021;

- задолженность перед бюджетом: долг по НДС сформировался за период с 4 квартала 2020 по 2 квартал 2021 года, а за 1 – 2 квартал 2021 года образуется задолженность по иным обязательным платежам, в том числе, второй очереди (страховые взносы на обязательное пенсионное страхование). Образование задолженности перед бюджетом возникло на фоне уже имеющихся к тому моменту у должника признаков объективной неплатежеспособности, формировавшихся с 2019 года.

Заявителем по делу о банкротстве – АО «ОНД», к моменту совершения оспариваемой сделки трижды размещена публикация о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом на Федресурсе (сообщение от 22.04.2021 № 07622069, сообщение от 25.05.2021 № 07977326, сообщение от 06.07.2021 № 08716343).

Как верно указано судом первой инстанции, спорные платежи совершены третьим лицом – ЖСК «На Петухова» за должника, а не самим должником, что также должно было вызвать обоснованные сомнения у заинтересованного лица о возможности должника самостоятельно исполнять свои обязательства.

Таким образом, в период совершения оспариваемых сделок должник находился в состоянии неплатежеспособности.

Следуя материалам дела, ФИО6 является контролирующим должника лицом (бывший директор и единственный участник должника).

ФИО6 также являлся единственным участником ООО ПК «Контур» (ИНН 

<

***>) с момента создания общества 24.11.2014 и вплоть до его ликвидации 07.05.2018. Директором ООО ПК «Контур» на протяжении того же периода времени являлся ФИО2 (ИНН 

<

***>). Юридическим адресом ООО ПК «Контур» являлся тот же адрес, что и у должника – Новосибирск, ул. Лескова, 15 (данное нежилое помещение принадлежало аффилированному лицу ООО «СМУ № 9», директор и единственный участник – ФИО6). ООО ПК «Контур» ликвидировано 07.05.2018. Спустя несколько месяцев после ликвидации зарегистрировано другое юридическое лицо с созвучным наименованием - ООО МК «Контур» (ИНН 

<

***>) (заинтересованное лицо-ответчик по настоящему обособленному спору), директором и единственным участником которого является ФИО2.

Таким образом, в силу подпунктов 1, 2, 5, 9 пункта 1 статьи 9 Федерального закона N 135-ФЗ от 26.07.2006 «О защите конкуренции», ООО СК «СМУ 9», ООО ПСК «Контур», ФИО6 и ФИО2 образуют группу лиц.

Соответственно, исходя из пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, ООО МК «Контур» является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

В рассматриваемом случае помимо вышеуказанной формально-юридической взаимосвязи, усматриваются также и признаки фактической аффилированности исходя из следующего.

В период рассмотрения обоснованности заявления ООО «Стройторг» о признании банкротом ООО «СМУ №9» (дело о банкротстве № А45-6079/2020) был произведен ряд следующих уступок: 

- ООО «Стройторг» обратилось с заявлением о банкротстве должника – ООО «СМУ №9», 23.03.2020 возбуждено дело о банкротстве. 14.10.2020 ООО СК «СМУ 9» приобрело у заявителя право требования к должнику – ООО «СМУ №9» по соглашению об уступке, произведена процессуальная замена заявителя-кредитора на ООО СК «СМУ 9». 

- 28.12.2020 ООО МК «Контур» приобрело у ООО СК «СМУ 9» на возмездной основе (по номиналу долга – около 3 млн. рублей) право требования к должнику – ООО «СМУ №9» по соглашению об уступке, произведена процессуальная замена кредитора на ООО МК «Контур».

В данном случае мотивы ООО СК «СМУ 9» по приобретению права требования к аффилированному лицу с очевидностью понятны. Однако поведение ООО МК «Контур» по приобретению права требования к лицу, находящемуся в состоянии неплатежеспособности, имеющему многомиллионную задолженность перед кредиторами, возбужденное дело о банкротстве видится неразумным и экономически нецелесообразным. Подобное поведение не может быть объяснено чем-либо иным, кроме аффилированности ООО МК «Контур» и ООО СК «СМУ 9» через ФИО2 и ФИО6 соответственно. ООО МК «Контур» убедительных доводов, основанных на доказательной базе, в опровержение не представлено.

Договор уступки прав требования от 28.12.2020 между ООО СК «СМУ 9» и ООО МК «Контур» определением суда от 06.10.2023 признан недействительной сделкой. В рамках рассмотрения указанного спора ООО МК «Контур» доказательств оплаты произведенной уступки не представлено. Отчуждение должником права требования к аффилированной организации (ООО «СМУ №9») на безвозмездной основе в пользу ООО МК «Контур» свидетельствует о наличии фактической заинтересованности между данными лицами, поскольку подобные условия сделок не характерны для независимых участников гражданского оборота.

Кроме того, из представленной конкурсным управляющим должника в материалы дела копии спецификации №1 к Договору поставки №47-2020 от 07.07.2020, заключенной между ООО ПСК «Контур» (поставщик) и ООО СК «СМУ 9» (покупатель) следует, что поставка металлоизделий осуществляется Покупателем на условиях самовывоза со склада поставщика по адресу: 

<

...> (пункт 4).

Также третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований, ЗАО «Новосибирскжилстрой-2», в материалы дела представлена копия договора аренды от 01.10.2019 г., заключенного между ЗАО «Новосибирскжилстрой-2» (арендодатель) и ООО СК «СМУ 9» (арендатор), по условиям которого во временное владение и пользование была передана часть земельного участка площадью 2880 кв.м., кадастровый номер 54:35:041350:49, расположенного по адресу: 

<

...> (складская территория). Пунктом 1.3 договора аренды сторонами предусмотрено, что складская территория предоставляется арендатору для осуществления деятельности по складированию материалов, конструкций, изделий, оснастки, оборудования, механизмов, других товаров арендатора.

Таким образом, ПСК «Контур» (аффилированное к ООО МК «Контур» лицо) в 2020 году осуществляет складирование металлоизделий на территории, арендатором и плательщиком аренды, в отношении которой является ООО СК «СМУ 9», и более того – реализует металлоизделия в пользу ООО СК «СМУ 9» посредством самовывоза с данной складской территории. Приведенные обстоятельства могут свидетельствовать либо о ведении указанными лицами совместной деятельности (и подтверждать фактическую аффилированность), либо свидетельствовать о наличии формального документооборота, опосредующего вывод денежных средств.

Доводы апеллянта об отсутствии признаков аффилированности отклоняются судом апелляционной инстанции, как необоснованные.

Несмотря на разрыв формально-юридических связей, опосредующих аффилированность организаций, подконтрольных ФИО6 и ФИО2, фактическая аффилированность сохранена, разумного обоснования заключения сделок на условиях, приведенных выше, и недоступных независимым участникам гражданского оборота, ООО МК «Контур» не приведено.

Более того, само по себе совершение ряда безвозмездных сделок между должником и ООО МК «Контур» также свидетельствует о фактической аффилированности и заинтересованности сторон, а также о наличии у них совместных целей, скрытых от иных участников правоотношений (в том числе кредиторов ООО СК «СМУ 9», ООО «СМУ №9» и т.д.).

Вывод об аффилированности также подтвержден вступившим в законную силу определение суда от 06.10.2023 по делу №А45-16270/2021.

Учитывая установленный факт заинтересованности сторон сделки, к доводам ООО МК «Контур» о реальности встречного предоставления подлежит применению еще более повышенный стандарт доказывания, учитывая наличие возможности у сторон сделки формального изготовления документов без фактического возникновения реальных правовых последствий.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с чем она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность. Указанная позиция также отражена в судебных актах по делу №А81-769/2017, в том числе в определении Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 304-ЭС19-15936.

С учетом установленных по делу обстоятельств, представленные ООО МК «Контур» в материалы дела документы вызывают у суда обоснованные сомнения в действительном предоставлении ответчиком должнику встречного предоставления.

ООО СК «СМУ 9» и ООО МК «Контур» являлись участниками противоправной схемы перераспределения денежных средств, создания теневого оборота, в условиях которого кредиторы неплатежеспособного должника не могли удовлетворить свои законные требования. Такой вывод следует в результате анализа в совокупности и взаимосвязи всех представленных в материалы обособленного спора доказательства, с учетом иных рассмотренных обособленных споров в рамках настоящего дела о банкротстве ООО СК «СМУ 9».

При этом признаки транзитного движения денежных средств заключались в следующем.

ООО МК «Контур» получало от ЖСК «На Петухова» денежные средства, причитающиеся должнику в качестве оплаты по договору генерального подряда №34-2020 от 21.05.2020. Данный факт лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Впоследствии денежные средства перенаправлялись с расчетного счета ООО МК «Контур» в пользу ИП ФИО7, ИП ФИО8 и ИП ФИО4, что подтверждаются представленными в материалы дела выписками с расчетных счетов в кредитных организациях.

В рамках обособленных споров в настоящем деле о банкротстве, в которых ФИО7 и ФИО8 являлись заинтересованными лицами с правами ответчиков, данные лица поясняли, что длительное время работали бригадирами под началом ФИО6, самостоятельной предпринимательской деятельности не вели, а статус индивидуального предпринимателя вынуждены были получить по указу ФИО6, поскольку так было необходимо для минимизации налогообложения подконтрольных ФИО6 юридических лиц. Кроме того, ФИО7, ФИО8 пояснили, что распоряжение их банковскими карточками и расчетными счетами (в том числе теми, куда поступали денежные средства от организаций, подконтрольных ФИО2 – ООО МК «Контур», ООО ПК «Контур», ООО ПСК «Контур» и т.д.) осуществляли также сотрудники бухгалтерии, находящиеся в подчинении ФИО6 Самостоятельно банковскими картами и счетами ФИО7, ФИО8 не распоряжались. Указанные счета использовались как транзитные – для вывода денежных средств в пользу ФИО6 Данные обстоятельства установлены во вступивших в законную силу определениях Арбитражного суда Новосибирской области от 28.06.2023 по делу №А45-16270/2021 об отказе в признании недействительными сделок должника с ИП ФИО7, ИП ФИО8

Кроме того, при рассмотрении спора было установлено, что ФИО7 и ФИО8 также являлись работниками группы организаций, подконтрольных ФИО2

Из копии трудовой книжки ФИО8 усматривается, что ФИО8 с 01.06.2015 по 31.08.2017 был трудоустроен в ООО ПК «Контур» в должности монтажника вентилируемых фасадов (охватывается периодом, когда посредством ИП ФИО7 и ИП ФИО8 реализовывалась схема вывода денежных средств).

01.09.2017 ФИО8 принят на работу в ООО ПСК «Контур» на должность монтажника вентилируемых фасадов. Запись об увольнении из общества по собственному желанию внесена в трудовую книжку 29.12.2018. 

До 2015 года ФИО8 был трудоустроен в ООО «СМУ №9», что также подтверждается записями в трудовой книжке.

Следовательно, данный работник был переоформлен на другую «связку» аффилированных лиц, впоследствии участвующих в схеме создания теневого оборота.

Кроме того, определением суда от 28.06.2023 установлен теневой оборот денежных средств, существовавший между ООО СК «СМУ 9» и ИП ФИО4

Из выписки по расчетному счету ФИО4 в ПАО «Сбербанк» усматривается, что аналогичным образом в период с 2015 по 2022 гг. на расчетный счет ИП ФИО4 поступали денежные средства как от ООО МК «Контур», так и от аффилированных с обществом лиц – ООО ПК «Контур», ООО ПСК «Контур», ООО СК «Контур».

После того, как денежные средства оказывались на счете ИП ФИО4, впоследствии они перечислялись по реестру на личный счет предпринимателя, откуда благодаря наличию непосредственной аффилированности могли быть распределены контролирующим должника лицом (ФИО6) по своему усмотрению.

При этом в отношении всех перечисленных лиц на расчетные счета поступали денежные средства от всей группы организаций, директором которых являлся ФИО2

В частности, в хронологическом порядке изначально денежные потоки поступали преимущественно от ООО ПК «Контур» (участник ФИО6) и ООО ПСК «Контур», а после ликвидации данных организаций поступления осуществлялись уже от ООО МК «Контур».

Таким образом, ЖСК «На Петухова» по поручению должника перечисляет денежные средства за выполненные работы аффилированному с должником лицу – ООО МК «Контур», а последний производит их дальнейшее перечисление в адрес подконтрольных должнику лиц - ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО4 и другим, образуя при этом транзитное перечисление денежных средств, позволяя при этом контролирующим должника лицам распоряжаться денежными средствами на свое усмотрение в обход требований кредиторов.

Подобная схема являлась необходимой в целях обеспечения возможности вывода денежных средств, минуя расчетный счет ООО СК «СМУ 9», на котором уже имелись ограничения.

Из протокола осмотра доказательств (переписки в веб-мессенджере между ФИО6 и ФИО2) от 31.07.2023 следует, что ФИО6 давал ФИО2 указания о том, каким образом производить распоряжение денежными средствами (в частности, имеются распоряжения по перечислению ИП ФИО4, ИП ФИО8).

Данный протокол осмотра подтверждает доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО6 давал обязательные к исполнению распоряжения по перечислению денежных средств ФИО2, что возможно только при наличии между сторонами (в данном случае – ООО СК «СМУ 9» и ООО МК «Контур») фактической заинтересованности.

Кроме того, дача подобных распоряжений ФИО6 могла бы быть возможна только в случае участия ООО МК «Контур» в схеме противоправного теневого оборота денежных средств. Пояснения ООО МК «Контур» и представленные первичные документы (письма от ООО СК «СМУ 9» о перечислении денежных средств, платежные поручения) лишь подтверждают доводы конкурсного управляющего о том, что между ООО СК «СМУ 9», ООО МК «Контур» и фактически аффилированными по отношению к должнику лицами (к числу которых относятся ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО4 и прочие) сложилась противоправная система перераспределения денежных средств (теневой оборот), при которой имелась возможность направлять денежные средства, причитающиеся должнику, в обход расчетного счета ООО СК «СМУ 9» и далее распределять их по усмотрению конечных бенефициаров принятой схемы.

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что ООО МК «Контур» в отзыве от 31.05.2023 указывает, что денежные средства в размере 3 152 000 рублей от ЖСК «На Петухова» по платежному поручению №21 от 20.01.2022, а также в размере 230 000 рублей по платежному поручению №59 от 28.02.2022 были перечислены ошибочно.

Иными словами, должник, будучи в процедуре наблюдения, в отсутствие к тому реальных хозяйственных оснований, направил в адрес ЖСК «На Петухова» распоряжение осуществить перевод денежных средств, причитающихся в качестве оплаты за выполненные работы по договору генподряда, в пользу ООО МК «Контур», а последний, вместо того, чтобы осуществить возврат ошибочно перечисленных средств отправителю, либо направить их напрямую должнику-банкроту, произвел транзитные перечисления в пользу подконтрольных ФИО6 лиц.

Подобные взаимоотношения могут быть объяснены только участием ООО СК «СМУ 9» и ООО МК «Контур» в цепочке теневого оборота денежных средств.

При распределении поступивших от ЖСК «На Петухова» денежных средств в пользу третьих лиц ООО МК «Контур» в назначении платежных поручений не указало на совершение платежей в счет обязательств ООО СК «СМУ 9». В отсутствие соответствующего указания суд не может согласиться с тем, что платежи были совершены за счет должника.

В частности, платежное поручение №18 от 20.01.2022 о перечислении 260 000 рублей в адрес ИП ФИО8 с назначением «Оплата по договору 5П от 05.07.2019 г. Услуги по монтажу. НДС не облагается».

По утверждению ООО МК «Контур» данная оплата была произведена в адрес ИП ФИО8 по обязательствам ООО СК «СМУ 9» - денежными средствами, полученными от ЖСК «На Петухова», однако какого-либо договора №5П от 05.07.2019 между ИП ФИО8 и должником заключено не было.

Напротив, платежи с указанным назначением поступают на расчетный счет ИП ФИО8 от ООО МК «Контур» неоднократно в период с 28.12.2020 по 23.05.2022.

Таким образом, не представляется возможным сделать вывод о том, что вышеуказанный платеж от 20.01.2022 на сумму 260 000 рублей совершен ООО МК «Контур» по обязательствам ООО СК «СМУ 9».

При таких обстоятельствах, в период после принятия в отношении должника заявления о признании его несостоятельным (банкротом), после введения в отношении должника процедуры наблюдения, должник дает распоряжения ЖСК «На Петухова» по перечислению денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу, в пользу аффилированного лица – ООО МК «Контур», которое впоследствии по распоряжению контролирующего должника лица производит транзитное перераспределение этих денежных средств

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ ООО МК «Контур», реализуя свои процессуальные полномочия, не представило объективных и неоспоримых доказательств выполнения работ на объекте, ограничившись лишь минимальным объемом первичных документов, которые в силу аффилированности с должником могли быть изготовлены в отсутствие реальных хозяйственных правоотношений.

Так, в материалы дела не была представлена рабочая документация, переписка сторон договора подряда по каким-либо вопросам, возникающим в ходе выполнения работ, акты-допуски работников на строительную площадку, журналы производства работ, журналы внутреннего инструктажа, промежуточные акты фиксации объемов работ (исходя из практики должника), доказательства приобретения материала либо заявки должнику на приобретение материала, отчеты по использованному материалу и т.д.

С учетом столь существенной инкорпорированности в деятельность должника, представленные в дело акты по форме КС-2, КС-3 могли носить формальный характер, а работы выполнялись силами и средствами самого должника (аналогичные обстоятельства являлись обычными для практики должника, в частности, были установлены в отношении ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО4). С учетом того, что формальным исполнителем работ и получателем денежных средств по документам являлось иное, подконтрольное должнику лицо, ООО СК «СМУ 9» в лице конечного бенефициара ФИО6 впоследствии и получало контроль над денежными средствами при реализации транзитной схемы. В данном случае – в обход требований кредиторов при возбужденном деле о банкротстве.

С учетом установленной аффилированности, факт выполнение строительных работ в пользу должника не может доказываться путем предъявления минимального комплекта документов.

Кроме того, согласно пункту 28 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), после введения первой процедуры по делу о банкротстве третье лицо в индивидуальном порядке вправе погасить только требования уполномоченного органа по обязательным платежам на основании положений статей 71.1, 85.1, 112.1 и 129.1 Закона о банкротстве. В данном случае использование транзитной схемы перечисления денежных средств производилось, в том числе и в нарушение положений о запрете индивидуального погашения требований отдельных кредиторов третьим лицом, что также нарушило права и законные интересы иных кредиторов ООО СК «СМУ 9».

В результате сделки произошло уменьшение имущественной массы на сумму спорных платежей – 7 665 478 рублей, что и является причинением вреда имущественным правам кредиторов, непосредственно влияет на возможность кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Платежи производились приоритетно перед требованиями независимых кредиторов, которые в последующем только наращивались, остались непогашенными и включены в реестр требований.

Предполагается, что другая сторона знала о цели причинения вреда правам и законным интересам кредиторов посредством совершения оспариваемой сделки, если другая сторона признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В данном случае ООО МК «Контур», будучи аффилированным к должнику лицом, а также принимая исполнение по безвозмездной сделке, не могло не знать о причинении вреда кредиторам должника.

В связи с изложенным, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции правильно в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Несогласие апеллянта с оценкой суда первой инстанции представленных в материалы дела доказательств не является основанием для отмены судебного акта.

Доводы апеллянта о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, необходимых для признания недействительной сделки согласно положениям ст. 61.3 Закона о банкротстве (как сделки, совершенной с нарушением очередности удовлетворения текущих платежей), не имеют правового значения, поскольку сделка была признана недействительной по иному материально-правовому основанию – пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.12.2023 по делу №А45-16270/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Монтажная компания «Контур» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий 

 

В.С. Дубовик

 

Судьи

 

О.А. Иванов 

 

 

А.П. Михайлова