ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

20.06.2023

Дело № А41-27567/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена  13.06.2023

Полный текст постановления изготовлен  20.06.2023

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Коротковой Е.Н., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 07.04.2023,

ФИО3 лично, паспорт, 

от конкурсного управляющего ООО «Эксон-Нафта» - ФИО4 по доверенности от 11.12.2021,

рассмотрев 13.06.2023 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Эксон-Нафта»

на  определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022

и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5, ФИО6, ООО «СигмаПроект», ООО «ИК «Прогресс-Капитал», ФИО3

в рамках дела о признании ООО «Эксон-Нафта» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 08.10.2018 ООО «Эксон-Нафта» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7, о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» от 13.10.2018 N 188.

Конкурсный управляющий должника ФИО7 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО1, ФИО5, ФИО6, ООО «Сигма-Проект», ООО «ИК «Прогресс-Капитал» и ФИО3.

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.11.2021, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2022, в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.05.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 30.11.2021 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2022 были отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По результатам нового рассмотрения определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника было отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение норм права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Судом округа в порядке статьи 279 Арбитражногопроцессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв ФИО1 на кассационную жалобу. В приобщении к материалам дела отзывов ФИО5 и ФИО3 судебной коллегией отказано, поскольку отсутствуют документы, подтверждающие их заблаговременное направление в адрес лиц, участвующих в деле.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражногопроцессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и местесудебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайтеhttp://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме, ФИО3 и представитель ФИО1 против удовлетворения кассационной жалобы возражали, полагали обжалуемые судебные акты законным и обоснованными.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание лиц и их представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, учредителем ООО «ИК «Прогресс-Капитал» являлось ООО «В.И.П. ИНВЕСТ», учредителем ООО «В.И.П. ИНВЕСТ» являлся ФИО5, он также является учредителем ООО «Сигма-Проект», а ООО «Сигма-Проект» является учредителем должника.

ФИО6 является супругой ФИО5, а также исполняла обязанности генерального директора ООО «Сигма-Проект» (избрание ее генеральным директором признано недействительным постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2016 по делу № А40-47110/17), ФИО3 являлся генеральным директором должника до 27.01.2016, а в дальнейшем миноритарным участником должника, ФИО1 являлся директором должника с 27.01.2016 по дату введения конкурсного производства и является учредителем ООО «Сигма-Проект».

В обоснование заявленных требований к ответчикам заявитель ссылался на то, что действия контролирующих должника лиц по совершению платежей в пользу аффилированного лица  повлекли банкротство должника, в результате чего причинен существенный вред имущественным правам и интересам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику.

По мнению конкурсного управляющего платежи, совершенные в пользу аффилированного ООО «ИК «Прогресс-Капитал» по погашению собственных векселей на общую сумму 1 260 845 282,33 руб., признанные впоследствии недействительными определением Арбитражного суда Московской области от 03.10.2019, были совершены в период активного накопления должником кредиторской задолженности, полномочия руководителя должника осуществлял ФИО3 и ФИО1, участником должника являлось ООО «Сигма-Проект», которого контролировали через статус участника либо руководителя ФИО1, ФИО5 и ФИО6, ООО «ИК «Прогресс-Капитал», фактически контролировалось ФИО5

 Ссылаясь на указанные обстоятельства, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за доведение общества до банкротства.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 № 53) установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность и направленность на причинение вреда кредиторам путем не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) имущественной массы.

В силу пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В соответствии с пунктом 20 постановления от 21.12.2017 № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов управления юридического лица» (далее - Постановление № 62), в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков обществу и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Отказывая в удовлетворении требований управляющего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и объективным банкротством ООО «Эксон-Нафта», а также того, что их действия повлекли ухудшение финансового положения должника.

Суды указали, что сделки по перечислению денежных средств в пользу ООО «ИК «Прогресс-Капитал» не повлекли объективное банкротство и по масштабам деятельности существенно не ухудшили положение должника, поскольку являлись способом расчета за приобретаемый должником товар. 

Также суды пришли к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчиков убытков.

Выполняя указания суда округа, изложенные в постановлении от 31.05.2022 суды, проанализировав бухгалтерскую документацию общества,  установили, что ООО «Эксон-Нафта» выпускало векселя для привлечения финансирования от ООО «ИК «Прогресс-Капитал» для совершения сделок купли-продажи светлых нефтепродуктов (в основном, дизельного топлива и бензинов). Средства поступали на расчетные счета компании ООО «Эксон-Нафта» для расчетов с оптовыми поставщиками. Данные операции отражены в банковских выписках. В дальнейшем приобретенное топливо реализовывалось с наценкой третьим лицам, а выручка от данных операций расходовалась на операционные расходы, и в том числе на погашение долговых обязательств по ранее выданным векселям. Впоследствии эти векселя были погашены (часть из них досрочно с целью экономии на процентах). Собственные векселя ООО «Эксон-Нафта» выпускало также для оплаты купленного топлива оптовым поставщикам с отсрочкой платежа данными ценными бумагами, что не противоречило условиям оплаты в договорах поставок. Впоследствии указанное топливо перепродавалось третьим лицам с наценкой. Деньгами, поступившими от продажи топлива, были погашены векселя ООО «Эксон-Нафта» по заявлениям держателей векселя, в том числе ООО «ИК «Прогресс-Капитал». Движение указанного топлива отражалось в соответствующих регистрах бухгалтерского и налогового учета, в том числе в книгах покупок и книгах продаж (т. 14, л.д. 185).

Как установлено судами, такая форма ведения хозяйственной деятельности и расчет с контрагентами производилась на всем протяжении существования ООО «Эксон-Нафта» и являлась принятым способом расчетов должника с контрагентами, что подтверждается договорами на передачу простых векселей ООО «Эксон-Нафта» за 2009 - 2012 годы, заявлениями на погашение векселей ООО «Эксон-Нафта» за 2009 - 2012 годы, копиями погашенных векселей, а также банковскими выписками по счетам должника. Использование векселей должником было обусловлено необходимостью оперативного и значительного пополнения оборотных средств, в том числе для покупки нефтепродуктов (в основном дизельного топлива и бензинов). После продажи продукции должник выкупал свои векселя, тем самым возвращая заимствованные денежные ресурсы.

Также с учетом того, что основными кредиторами должника являются Банки, осуществлявшие выдачу обществу кредитов именно в период совершения спорных сделок, а также принимая во внимание, что срок исполнения большинства обязательств, имевшихся у должника в указанный период, по состоянию на даты совершения спорных платежей не наступил, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не подтвержден факт наличия у должника признаков объективного банкротства в период совершения ответчиками вменяемых действий. 

При этом, судами учтено, что по состоянию на конец 2015 года финансовое положение ООО «Эксон-Нафта» было устойчивым, после совершения спорных сделок общество не прекратило хозяйственную деятельность, продолжало исполнять свои обязательства перед контрагентами, что также отражено в бухгалтерской отчетности за 2015 год, сданной организацией в ИФНС, и содержащей показатели об активах общества в размере 1 018 400 тыс. руб. 

С учетом установленных обстоятельств, суды пришли к выводу о недоказанности вины ответчиков, наличия причинно-следственной связи между их указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает необходимым отметить, что кассационная  жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании заявителем жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

            С учетом изложенного суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

            Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

            Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023 по делу № А41-27567/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      Е.Н. Короткова

 

                                                                                  Н.Н. Тарасов