СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Томск                                                                                                   Дело №А03-1501/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2019 г.

В полном объеме постановление изготовлено 04 февраля 2019 г.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                 Назарова А.В., 

судей:                                                Зайцевой О.О., 

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Никифоровым В.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-10990/2018) на определение от 16.10.2018 Арбитражного суда Алтайского края (судья Губарь И.А.) по делу № А03-1501/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Профит-С» (656054, 

<

...>, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3 о признании недействительными договоров уступки права требования, заключенными с открытым акционерным обществом «Минский завод колесных тягачей», город Минск Республики Беларусь (УНП 100534485) и применении последствий недействительности сделки, 

с участием в обособленном споре третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: закрытого акционерного общества «Завод алюминиевого литья» (656023, 

<

...>, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>); ФИО4, г. Барнаул, 

при участии в судебном заседании:

от ООО «Профит-С» - ФИО5 по доверенности от 09.01.2019, паспорт; ФИО6 по доверенности от 09.01.2019, паспорт, 

 

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Профит-С» (далее – должник, ООО «Профит-С») 01.03.2018 конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров уступки прав требования, заключенных между ООО «Профит-С» и открытым акционерным обществом «Минский завод колесных тягачей» (далее – ОАО «МЗКТ», ответчик), а именно: 

1. Договор уступки права требования № 06 от 13.11.2015 на сумму 556 785 рублей;

2. Договор уступки права требования № 01 от 09.07.2015, дополнительные соглашения к договору от 17.07.2015, от 17.07.2015, на сумму 388 218,04 рублей; 

3. Договор уступки права требования от 01.06.2015 на сумму 1 210 894 рублей; 

4. Договор уступки права требования №01 от 29.07.2015 на сумму 419 299 рублей;

5. Договор уступки права требования №02 от 10.08.2015 на сумму 395 860 рублей;

6. Договор уступки права требования №03 от 19.08.2015 на сумму 367 812 рублей;

7. Договор уступки права требования №05 от 27.10.2015 на сумму 523 915 рублей;

8. Договор уступки права требования №04 от 28.09.2015 на сумму 518 847 рублей.

В части последствий недействительности сделок конкурсный управляющий просит взыскать с ответчика 4 381 630,04 рублей.

В качестве правового обоснования конкурсный управляющий сослался на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статью 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Заявление мотивировано заключением оспариваемых сделок в ущерб законных интересов должника и кредиторов.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: закрытое акционерное общество «Завод алюминиевого литья» (далее – ЗАО «ЗАЛ») и ФИО4 (бывший руководитель ООО «Профит-С»).

Определением от 16.10.2018 Арбитражного суда Алтайского края в удовлетворении заявленных требований отказано.

С принятым судебным актом не согласился кредитор должника – ФИО2 (далее – апеллянт), обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять новый, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме (т. 3 л.д. 126-129).

В обоснование к отмене судебного акта указано, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего должника о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости приобретенного должником права требования по оспариваемым сделкам. Судом первой инстанции необоснованно положены в основу судебного акта пояснения ФИО4 и сделан вывод об отсутствии причинения вреда имущественным правам должника и кредиторов. Заключая сделки с ООО «Профит-С» по уступке прав требования к ЗАО «ЗАЛ», ответчик знал и не мог не знать, что тем самым ущемляет интересы кредиторов ООО «Профит-С», и, что ООО «Профит-С» принимает заведомо невыгодные обязательства. Ответчик располагал сведениями, что ЗАО «ЗАЛ» находится в стадии банкротства и, что права требования не могут отчуждаться по номиналу. В данном случае имелись все основания для применения части 2 статьи 174 ГК РФ. При заключении спорных сделок ответчиком допущено злоупотребление правом.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ответчик, третьи лица и конкурсный управляющий ООО «Профит-С» представили отзывы на апелляционную жалобу.

Конкурсный управляющий ЗАО «ЗАЛ» в отзыве просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Так, третье лицо указывает, что вред должнику причинен не был, поскольку заключением договоров уступки не была прервана производственная деятельность ООО «Профит-С». В результате продолжения поставок изделий, производимых ЗАО «ЗАЛ» в адрес ОАО «МЗКТ» и получения выручки за поставленную продукцию, должник осуществлял оплату кредитных обязательств, налоговых платежей и платежей контрагентам, хотя само по себе наличие у должника на момент совершения сделок задолженности перед иными кредиторами не свидетельствует о наличии у ООО «Профит-С» признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, ввиду их кратковременности и устранимости, а также в связи с особенностями производственной деятельности. Оспариваемые договоры уступки заключались после осуществления поставок ООО «Профит-С» готовой продукции и с каждого поступления 9 % направлялось на оплату по договорам уступок, что позволило ООО «Профит-С» в пределах рентабельности операций работать безубыточно в данном периоде деятельности. Рентабельность и прибыль должника составляла 14,8-34,8 %, а с учетом вычета оплат по погашению уступки прав требования – 9,5-25,8 %. Направленные в мае 2015 года конкурсным управляющим ЗАО «ЗАЛ» в адрес ОАО «МЗКТ» отчет об оценке №19-13-08-14 от 23.08.2013 показал ответчику, что рыночная стоимость имущества ЗАО «ЗАЛ» гораздо больше предъявленной ему кредиторской задолженности. 

ФИО4 в отзыве указал, что заключение спорных сделок было необходимо для сохранения производственной цепочки при выполнении оборонного заказа. Расчеты между ООО «Профит-С» и ЗАО «ЗАЛ» совершались в щадящем режиме, дающем вести хозяйственную деятельность, в режиме 9% от суммы выручки от каждой поставки. В результате продолжения поставок в адрес ОАО «МЗКТ» должник был способен исполнять свои финансовые обязательства. Кроме того, от выручки, полученной в результате продолжения производственной деятельности, была погашена задолженность по заработной плате ЗАО «ЗАЛ» в размере 14 012 441,29 рублей. Как верно отмечено судом первой инстанции, при выбранной сторонами схеме взаимоотношений сохранялся производственный цикл ООО «Профит-С» и возможность ведения хозяйственной деятельности. В период совершения сделок с 01.06.2015 по 13.11.2015 должник вел нормальную деятельность, своевременно погашая текущие обязательства. Согласно направленного в адрес ответчика отчета об оценке, рыночная стоимость имущества ЗАО «ЗАЛ составляла 1 03 218 781 рублей, что более чем в 2 раза превышало размер предъявленных кредиторами требований, включенных в реестр. Судом верно отклонены доводы о наличии оснований для признания сделки недействительной по части 2 стать 174 ГК РФ. Основания для квалификации оспариваемых сделок договорами дарения, у суда первой инстанции отсутствовали. В данном случае, конкурсным управляющим ООО «Профит-С» не доказано наличие совокупности условий, позволяющих признать сделку недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Конкурсный управляющий ООО «Профит-С» в отзыве поддержал доводы апелляционной жалобы. В результате совершения оспариваемых сделок произошло уменьшение стоимости имущества должника на сумму, равную разнице между суммой денежных средств, уплаченной по договора цессии и действительной стоимостью приобретаемых прав требования. Доводы третьего лица о экономической целесообразности заключения договоров уступки и наличии вероятности погашения прав требования к ЗАО «ЗАЛ», не опровергают факта уменьшения стоимости имущества ООО «Профит-С». Согласно данным бухгалтерской отчетности должника, если в 2014 году предприятием прибыль в размере 6,2 %, то в 2015 получен убыток  - 52,6 %. Ответчиком в материалы дела не представлено доказательств того, что он не был осведомлен о совершении сделок с целью причинения имущественного вреда кредиторам. При этом. действуя разумно и добросовестно, ОАО «МЗКТ» не могло не установить наличие обстоятельств ущемления интересов кредиторов ООО «Профит-С» в результате совершения оспариваемых сделок либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества ООО «Профит-С».  Оспариваемые сделки заключены после признания ЗАО «ЗАЛ» банкротом. При этом балансовая стоимость имущества ЗАО «ЗАЛ» почти в 2,6 раза была меньше предъявленных требований кредиторов. 

Ответчик в отзыве указал, что при заключении спорных договоров уступки руководствовался ответом конкурсного управляющего ЗАО «ЗАЛ» от 20.05.2015, из которого следовало, что рыночная стоимость имущества значительно превышает размер предъявленной кредиторской задолженности. Размер активов подтверждался соответствующим отчетом об оценке. Предложенный руководителем ООО «Профит-С» вариант работы, с учетом нахождения ЗАО «ЗАЛ» в процедуре банкротства, позволил достичь компромисса и тем самым сохранить объемы поставок продукции, изготовленной ЗАО «ЗАЛ» в адрес ОАО «МЗКТ» и привел к положительному экономическому эффекту для всех заинтересованных сторон. В результате совершения оспариваемых сделок были продолжены хозяйственные связи между предприятиями Российской Федерации и Республики Беларусь, обеспечивающие военно-техническое сотрудничество, что являлось реализацией одного из вопросов повестки дня заседания Высшего госсовета Союзного государства, состоявшегося 03.03.2015, а также предварительной двусторонней встречи глав государств. Сведений, имеющихся в картотеке арбитражных дел, было недостаточно для ответчика, что бы оценить количество и состав имущества ЗАО «ЗАЛ», общий размер подтвержденной кредиторской задолженности и возможности полного или неполного погашения требований кредиторов. Для ООО «Профит-С» сделки были экономически оправданы, поскольку расторжение действующих договоров привело бы к значительным убыткам. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ООО «Профит-С» поддержали доводы жалобы кредитора, просили оспариваемый судебный акт отменить и удовлетворить заявление в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

На основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена при имеющейся явке. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывы на нее, заслушав участников процесса, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность определения суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве ООО «Профит-С» возбуждено на основании определения суда от 06.02.2017 по заявлению ЗАО «ЗАЛ». 

Решением суда от 09.02.2017 (резолютивная часть объявлена 02.03.2017) ООО «Профит-С» признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО7, член Союза «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс». 

Определением суда от 12.10.2017 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Профит-С», конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член Союза «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс».

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался, определением суда от 21.11.2018 (резолютивная часть объявлена 20.11.2018) срок продлен до 20.05.2019.

В свою очередь, дело о банкротстве ЗАО «ЗАЛ» возбуждено определением суда от 01.07.2014 по делу №А03-10528/2014 по заявлению АО «Алтайэнергосбыт».

Определением суда от 23.09.2014 (резолютивная часть объявлена 17.09.2014) по делу №А03-10528/2014 в отношении ЗАО «ЗАЛ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8, член некоммерческого партнерства «Сибирская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Судом установлено, что по состоянию на 05.09.2014 у должника имеется имущество балансовой стоимостью 62 883 816, 86 рублей. 

Решением суда от 27.04.2015 (резолютивная часть объявлена 21.04.2015) по делу №А03-10528/2014 ЗАО «ЗАЛ» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден 21.09.2015.

Судом установлено, что на стадии наблюдения в реестр включены требования кредиторов на общую сумму 427 352 537,65 рублей, балансовая стоимость имущества должника составляет 174 171 тыс. рублей. 

Определением суда от 11.10.2018 (резолютивная часть объявлена 04.10.2017) по делу №А03-10528/2014 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «ЗАЛ», конкурсным управляющим утвержден ФИО7, член Союза межрегиональной саморегулируемой организации профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих».

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался, определением суда от 28.09.2018 срок продлен до 27.03.2019.

При этом, из отчетов конкурсного управляющего следует, что в конкурсную массу ЗАО «ЗАЛ» включено следующее имущество: 

основные средства балансовой стоимостью – 118 410,08 тыс.рублей, рыночной стоимостью – 503 924,03 тыс. рублей, 

нематериальные активы балансовой стоимостью – 18,40 тыс. рублей.

незавершенное строительство балансовой стоимостью – 3 757,90 тыс. рублей,

долгосрочные финансовые вложения балансовой стоимостью – 37,11 тыс. рублей,

запасы балансовой стоимостью - 19 178,39 тыс. рублей, 

сырье и материалы балансовой стоимостью – 2 635,67 тыс. рублей,

денежные средства – 19,04 тыс. рублей,

дебиторская задолженность балансовой стоимостью – 13 728,76 тыс. рублей, рыночной стоимостью – 504,4 тыс. рублей,

краткосрочные финансовые вложения рыночной стоимостью – 42,7 тыс. рублей.

По состоянию на сентябрь 2018 г. имущество ЗАО «ЗАЛ» реализовано на общую сумму 61 486,64 тыс. рублей; на основной счет должника поступили денежные средства в размере 114 302 209,80 рублей; предъявлены требования к третьим лицам на общую сумму 85 403 272,71 рублей. 

Из картотеки арбитражных дел также следует, что у ООО «Профит-С» имелась задолженность перед ЗАО «ЗАЛ» в размере 26 643 024,11 рублей по договору на переработку давальческого сырья №60/14 от 01.10.2014, которая была взыскана решением от 26.04.2016 Арбитражного суда Алтайского края по делу №А3-25115/2015.

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим ООО «Профит-С» были выявлены подозрительные сделки должника, заключенные в период с 01.06.2015 по 13.11.2015 с ОАО «МЗКТ», а именно восемь договоров уступки права требования на общую сумму 4 381 630,04 рублей.

Пунктом 2.2.2 договоров цессии установлено, что оплата за уступаемое право требования производится в размере номинальной стоимости указанного в договоре права требования.

Право требования ОАО «МЗКТ» к ЗАО «ЗАЛ» возникло на основании неисполнения ЗАО «ЗАЛ» обязательств по договору № 70/11 поставки продукции от 02.12.2011.

Право требования переходит к цессионарию в момент заключения договора (пункт 1.2.). 

Оспаривая договоры цессии, конкурсный управляющий ООО «Профит-С» указал, что в качестве негативных последствий в связи с совершением оспариваемых сделок усматривает приобретение по номиналу задолженности предприятия, находящегося в процедуре конкурсного производства, тогда как рыночная стоимость долга данного лица, согласно отчету № 082-08.18, составляет 43 816 рублей.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не представлено доказательств наличия совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом учтено, что заключение спорных сделок было обусловлено необходимостью для ООО «Профит-С» сохранить собственную хозяйственную деятельность, связанную как с ОАО «МЗКТ», так и с ЗАО «ЗАЛ», и своих контрагентов путем погашения задолженности ЗАО «ЗАЛ» в пользу ОАО «МЗКТ».

Судом также отклонены ссылки конкурсного управляющего на часть 2 статьи 174 ГК РФ. 

При рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции отклонено ходатайство о назначении судебной экспертизы по установлению рыночной стоимости прав требования к ЗАО «ЗАЛ». 

Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд исходил из того, что вопрос выяснения конкретного размера рыночной стоимости прав требования, являющихся предметом оспариваемых договоров уступки, не имеет правового значения для разрешения настоящего обособленного спора, поскольку доводы конкурсного управляющего о несоответствии стоимости прав требования размеру оплаты по договорам уступки не оспариваются участвующими в споре лицами.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В силу положений статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Оспариваемый сделки заключены в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом рекомендаций, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63) для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется наличие совокупности следующих обстоятельств: 

сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; 

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 Постановления № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом первой инстанции установлено и сторонами обособленного спора не оспаривается, что договоры цессии заключены в трехлетний период до возбуждения в отношении ООО «Профит-С» дела о банкротстве (06.02.2017) и после введения в отношении ЗАЛ «ЗАЛ» процедуры конкурсного производства (21.04.2015).

Судом первой инстанции установлено, что заключение договоров цессии было вызвано необходимость ООО «Профит-С» сохранить хозяйственную деятельность, связанную как с ОАО «МЗКТ», так и с ЗАО «ЗАЛ». 

При этом, разрыв договорных отношений с ОАО «МЗКТ» привел бы к причинению убытков всем предприятиям.  

Материалами дела подтверждается, что ответчик при заключении договор цессии руководствовался письмом конкурсного управляющего ЗАО «ЗАЛ» от 20.05.2015 и отчетом об оценке от 23.08.2013, согласно которому рыночная стоимость активов ЗАЛ «ЗАЛ» составляла 1,54 млр рублей. 

Ссылка конкурсного управляющего ООО «Профит-С» и апеллянта на судебные акты о введении в отношении ЗАО «ЗАЛ» процедур банкротства (наблюдение и конкурсное производство), в которых отражена балансовая стоимость активов ЗАО «ЗАЛ» в 62,8 млн рублей и 174,1 млн рублей, при предъявленных требованиях в 427,3 млн рублей, арбитражным апелляционным судом отклоняется, поскольку согласно отчетам конкурсного управляющего рыночная стоимость только основных средств ЗАО «ЗАЛ», балансовой стоимостью 114,4 млн рублей, составляет 503,9 млн рублей, что было достаточно для расчетов с кредиторами. При этом, помимо основных средств в конкурсную массу еще включены: запасы, сырье и материалы, дебиторская задолженность, незавершенное строительство активы, превышающие и пр.

Ответчик не отрицает, что был осведомлен о введении в отношении ЗАО «ЗАЛ» процедуры конкурсного производства. Однако указывает, что представленными в адрес предприятия документами, подтверждалась возможность ЗАО «ЗАЛ» погасить предъявленные требования кредиторов. 

Осведомленность ответчика о неплатежеспособности ООО «Профит-С» материалами дела не подтверждается. 

При этом, предложенная ООО «Профит-С» схема взаимоотношений между ООО «Профит-С», ЗАО «ЗАЛ» и ОАО «МЗКТ» позволила сохранить объемы поставок продукции, изготовленной ЗАО «ЗАЛ» в адрес ОАО «МЗКТ» и привела к положительному экономическому эффекту для всех заинтересованных сторон.

Так, в результате совершения оспариваемых сделок были продолжены хозяйственные связи между предприятиями Российской Федерации и Республики Беларусь, обеспечивающие военно-техническое сотрудничество. В свою очередь, ООО «Профит-С» производил оплату приобретенных прав требования частично, в пределах 9 %, а остальные денежные средства направлялись ООО «Профит-С» на ведение хозяйственной деятельности и расчеты с кредиторами.

При этом, конкурсным управляющим ООО «Профит-С» не опровергнуты доводы третьих лиц и ответчика о том, что продолжение хозяйственной деятельности ООО «Профит-С», включая расчеты с контрагентами, было возможно только благодаря  сотрудничеству с ОАО «МЗКТ» путем поставок продукции ЗАО «ЗАЛ» в рамках договоров поставки №70/11 от 02.12.2011 и № 06/11-2015 от 06.11.2015. 

Благодаря выбранной схеме взаимоотношений и сохранению производственной цепочки, между ОАО «МЗКТ», ЗАО «ЗАЛ», ООО «Профит-С», ЗАО «ЗАЛ» смогло погасить задолженность по заработной плате в размере 14 012 441,29 рублей. 

В данном случае, судом первой инстанции верно установлено, что заявителем не доказано, что сделка совершалась с целью причинения имущественного вреда кредиторам ООО «Профит-С», что в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов и, что ОАО «МЗКТ» знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Наличие заинтересованности ОАО «МЗКТ» при совершении оспариваемых сделок, материалами дела не подтверждено.

Арбитражный суд апелляционной инстанции также поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания сделки недействительной по части 2 статьи 174 ГК РФ.

Как верно отражено судом первой инстанции, сделка не может быть признана недействительной, при наличии обстоятельств, позволяющих считать ее экономически оправданной. Такие обстоятельства имеют место, в следующих случаях: совершение сделки явилось способом предотвращения еще больших убытков; сделка, будучи сама по себе убыточной, была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду; невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам. 

Также правомерно отклонены судом первой инстанции ссылки конкурсного управляющего на статью 575 ГК РФ.

Участники обособленного спора не отрицали факт частичной оплаты по договорам цессии, со стороны ООО «Профит-С» и наличие задолженности ЗАО «ЗАЛ» по договору № 70/11 поставки продукции от 02.12.2011.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария.

Аналогичные разъяснения ранее были приведены в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Из содержания оспариваемых договоров уступки намерение цедента одарить цессионария не усматривается.

Отсутствие (недоказанность) полной оплаты за приобретенное право само по себе не может быть признано достаточным основанием для квалификации договора уступки в качестве договора дарения.

Арбитражный апелляционный суд также считает, что судом первой инстанции обоснованно было отклонено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

При этом, судом первой инстанции не были нарушены положения статьи 82 АПК РФ с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 12, 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно которым заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами; заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Кроме того, судом первой инстанции верно учтено, что сторонами обособленного спора доводы конкурсного управляющего о несоответствии стоимости прав требования размеру оплаты по договорам уступки не оспаривалось, однако стороны указывали на наличие иных обстоятельств, послуживших основанием для заключения договоров цессии, в частности сохранения существующей производственной цепочки.

Возможность дать оценку существенным по делу обстоятельствам по материалам обособленного спора и дела о банкротстве ООО «Профит-С» без проведения по делу судебной экспертизы об определении рыночной стоимости прав требований у суда первой инстанции имелась. 

Из материалов банкротного дела следует, что в течении всего 2015 года ООО «Профит-С» активно выкупало права требования к ЗАО «ЗАЛ», заключая аналогичные оспариваемым договоры цессии.

Данные сделки оспаривались конкурсным управляющим ООО «Профит-С» по аналогичным с настоящим заявлением основаниям, однако определениями суда от 11.05.2018 (сделка с ООО «БОН-Е»), от 08.06.2018 (сделка с ООО «Профит-С» (ИНН 

<

***>); от 17.08.2018 (сделка с ООО «Армада»), от 30.08.2018 (сделка с ОАО «АМЗ».), в удовлетворении заявлений было отказано.

Совершение в 2015 году сделок по приобретению прав требования к ЗАО «ЗАЛ» подтверждает факт платежеспособности ООО «Профит-С» и достаточность имущества для расчетов с контрагентами. 

Действительно, в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При этом согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 Постановления N 63, следует, что такие обстоятельства, как противоправность цели совершения сделки и осведомленность контрагента об этой цели, охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 ГК РФ.

В данном случае, выход пороков сделок за пределы дефектов подозрительных сделок, не доказан.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно и правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании статьи 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на ее подателя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

определение от 16.10.2018 (резолютивная часть объявлена 15.10.2018) Арбитражного суда Алтайского края по делу №А03-1501/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

 

Председательствующий                                                                 А.В. Назаров

 

Судьи                                                                                               О.О. Зайцева 

 

ФИО1