АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-32761/2023

г. Краснодар

14 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2025 года.

 Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Твердого А.А., судей Артамкиной Е.В. и Афониной Е.И., при участии в судебном заседании от ответчика ? ФИО1: ФИО2 (доверенность от 27.09.2023), ФИО3 (доверенность от 11.07.2023), в отсутствии истца – ФИО4, третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Радикал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО4 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.03.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2024 по делу № А32-32761/2023, установил следующее. 

ФИО4 обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании 1 562 500 рублей убытков в пользу общества с ограниченной ответственностью «Радикал» (далее – общество). 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу, Управление Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю. 

Решением суда от 03.03.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.10.2024, в удовлетворении иска отказано. 

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить обжалуемые судебные акты и отправить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителя, судебные акты вынесены без оценки доводов и доказательств, предоставленных истцом, в том числе относительно мнимости договора. Ответчиком не представлены суду документы о приобретении, транспортировки кран-балок, оборудования и его использования в деятельности общества. Суды не учли недобросовестное поведение бывшего директора общества ФИО5, его аффилированную связь с ФИО1 Ответчик не представил документы, свидетельствующие об экономической целесообразности заключенных сделок. Цена полугодовой аренды оборудования не может превышать его стоимость. Спорные кран-балки являются составной частью ангара, с которым образуют единый объект и увеличивают его стоимость, поэтому не могут быть предметом отдельного договора аренды помимо договора аренды ангара. Кран-балки установлены в ангаре, арендуемом обществом еще до окончания строительства в 2015 году, приобретены на совместные средства ФИО6 и ФИО1, изготовлены ООО «Стройбезопасность», где ФИО1 и ФИО7 на тот момент являлись участниками. Действительные заводские номера кран-балок – 0029 и 0030. Договор аренды оборудования от 01.06.2020 подписан индивидуальным предпринимателем ФИО1 и обществом, где ответчик является директором и участником, определяется как мнимая сделка, совершенная с заинтересованностью, без одобрения ее другим участником общества – ФИО4 

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 указал на ее несостоятельность, а также законность и обоснованность оспариваемых судебных актов, просило в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам. 

Из материалов дела видно и судами установлено, что ФИО4 является участником общества с долей в уставном капитале 49%. ФИО1 является директором и участником общества с размером доли 51%.

По мнению истца, ФИО1 причинил обществу ущерб на сумму 1 562 500 рублей, поскольку перечислил с расчетного счета общества денежные средства в указанной сумме на свои расчетные счета в банках, а именно: 04.09.2020 ? 72 500 рублей (за аренду оборудования за сентябрь 2020 г. по договору аренды от 09.01.2020, согласно счету от 04.09.2020 № 113); 21.10.2020 ? 72 500 рублей (за аренду оборудования за октябрь 2020 г. по договору аренды от 09.01.2020, согласно счету от 16.10.2020 № 128); 12.11.2020 ? 200 000 рублей (за кран мостовой электрический однобалочный за ноябрь 2020 г., согласно счету от 09.11.2020 № 142); 14.08.2020 ? 145 000 рублей (за аренду оборудования за июль август 2020 г. по договору аренды от 09.01.2020, согласно счету от 01.07.2020 № 97); 12.11.2020 ? 72 500 рублей (за аренду оборудования за ноябрь 2020 г. по договору аренды от 09.01.2020, согласно счету от 09.11.2020 № 143); 21.10.2020 ? 200 000 рублей (за кран мостовой электрический однобалочный за ноябрь 2020 г., согласно счету от 16.10.2020 № 129); 04.09.2020 ? 200 000 рублей (за аренду оборудования за сентябрь 2020 г., согласно счету от 04.09.2020 № 112); 04.09.2020 ? 600 000 рублей (за аренду оборудования с 01.06.2020 по 31.08.2020, согласно счету от 04.09.2020 № 111). 

Как указывает ФИО4, ею 15.04.2022 получены документы общества во исполнение решения Арбитражного суда Краснодарского края от 27.10.2021 по делу № А32-10840/2021, в которых не содержались сведения в обоснование указанных перечислений. 

Таким образом, истец пришел к выводу о том, что указанные выше операции являются безвозмездными, а общество понесло убытки на сумму этих перечислений. 

По мнению истца, указанные выше операции являются безвозмездными, а общество понесло убытки на сумму этих перечислений, данные перечисления являются сделками, совершенными с заинтересованностью без одобрения участников общества. 

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО4 в арбитражный суд с иском.

На основании пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ? Гражданский кодекс) и статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее ? Закон № 14-ФЗ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные юридическому лицу его виновным действиями (бездействием).

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ).

Ответственность контролирующих общество лиц является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода; пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков истцу, размер убытков, противоправность поведения причинителя ущерба, юридически значимую связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее ? постановление № 62), в силу части 5 статьи 10 Гражданского кодекса истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В пункте 2 постановления № 62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

 Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

Согласно пункту 3 постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее ? Кодекс) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (статья 71 Кодекса).

Суды установили, что по договору аренды от 09.01.2020 индивидуальный предприниматель ФИО1 передал во временное владение и пользование общества стенд «СТИГ-10» для испытания гидроцилиндров машин, а также станок универсальный фрезерный вместе со всеми его принадлежностями и необходимой для использования документацией – технический паспорт, инструкция по эксплуатации, сертификат и т.д. (пункт 1.1). Договор заключен на неопределенный срок (пункт 2.1). Арендная плата за передаваемое оборудование, вносится не позднее последнего дня текущего месяца и составляет 75 500 рублей в месяц (пункты 5.1, 5.2 договора). 

По договору аренды от 01.06.2020 индивидуальный предприниматель ФИО1 передал во временное владение и пользование общества кран мостовой электрический однобалочный 5 т. в количестве 2 штук (пункт 1.1). Договор заключен на неопределенный срок (пункт 2.1 договора). Арендная плата за передаваемое оборудование, вносится не позднее последнего дня текущего месяца и составляет 200 тыс. рублей в месяц (пункты 5.1, 5.2 договора).

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Кодекса представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу об отсутствии совокупности условий, являющихся основанием для применения к ответчику меры ответственности в виде взыскания убытков. Проанализировав обстоятельства заключения спорных договоров, установив наличие взаимных предоставлений сторон, факт использования в спорный период обществом арендованного имущества, реальное существование двух кран-балок и оборудования, принадлежащих ответчику, учитывая необходимость переданного в аренду оборудования для ведения обычной хозяйственной жизни общества, суды сделали вывод о том, что мнимый характер сделок не доказан.

Между тем суды не учли следующего.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Суды исходили из того, что спорные сделки не являются мнимыми в силу их фактического исполнения, что подтверждается пописанными актами об оказании услуг и доказательствами их оплаты.

Вместе с тем истец последовательно в судах первой и апелляционной инстанций заявлял доводы относительно мнимости спорной сделки, указывая, что кран-балки приобретены обществом в 2015 году, смонтированы при строительстве ангара и по настоящее время находятся по адресу: 

<

...>, не демонтировались; доказательств транспортировки и монтажа ответчиком иных кран-балок и оборудования по спорным договорам не представлено. Суды не оценили указанные доводы.

Суды установили, что кран-балки приобретены ФИО1 по договору от 03.04.2015 № 269, заключенному с ООО «Стройбезопасность», и счета на оплату по доставке оборудования. Из представленных паспортов следует, что спорные кран-балки в 2015 году находились в г. Краснодаре. Как указывает ответчик и следует из пояснений ФИО5 и работников общества, спорные кран-балки монтировались своими силами в 2020 году по адресу: 

<

...>. Вместе с тем в материалах дела доказательств их транспортировки не имеется. Кроме того, ответчик отметил, что ранее общество арендовало кран-балки у индивидуального предпринимателя ФИО7 по договору аренды от 01.08.2017. Однако суды не учли, что указанный договор является предметом рассмотрения в рамках дела № А32-35675/2023, где ФИО4 также приводила доводы о том, что ФИО1 и ФИО7 являются соучредителями в ООО «Стройбезопасность» и ООО «ЭМР». 

Относительно заключения договора аренды оборудования от 09.01.2020 (стенд «СТИГ-10» для испытания гидроцилиндров машин и станок универсальный фрезерный) суд апелляционной инстанции указал, что факт наличия данного имущества в собственности ответчика следует из договора аренды имущества от 29.12.2018 (приложены к пояснениям в электронном виде от 05.08.2024) с актом приема-передачи от 01.01.2019.

Судами не учтено, что исходя из представленного договора купли-продажи от 02.11.2011 и договора аренды имущества от 29.12.2018, который заключен ФИО1 и ООО «РемМонтажЮг» (участником которого также являлся ФИО1), спорное оборудование находилось в г. Краснодаре. Таким образом, судами не исследовалась надлежащим образом реальность сделки от 09.01.2020 по передачи в аренду оборудования (стенд «СТИГ-10» для испытания гидроцилиндров машин и станок универсальный фрезерный), факт передачи (транспортировки) его обществу в г. Славянск-на-Кубани.

Экономическая обоснованность спорных сделок судами также не оценивалась. При исследовании реальности арендных отношений суды не выяснили, с какой периодичностью и в каких суммах фактически осуществлялось перечисление арендной платы по спорному договору. 

Апелляционный суд, отклоняя доводы истца о совершении сделки с заинтересованностью указал, что квалификация сделки как сделки с заинтересованностью, либо заключение сделки аффилированными (заинтересованными) лицами, само по себе не влечет возникновение у общества убытков в результате их заключения и не образует состава убытков. 

Между тем ФИО4 приводила доводы о том, что договоры аренды являются сделкой, совершенной с заинтересованностью; ФИО4 не давала согласие на их заключение; согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО5 является директором ООО «Радикал» ОГРН 

<

***> (прежнее наименование ООО «РемМонтажЮг»), в котором у ФИО1 100 % доли в уставном капитале, а также о том, что ФИО1 скрывал от ФИО4 сведения о заключенной сделке. Данным доводам оценка не дана.

Согласно подпунктам 1 и 2 пункта 2 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки.

 В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что в соответствии пунктом 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ лица, указанные в данном положении Закона, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они являются выгодоприобретателем в сделке либо контролирующими лицами юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица. Применяя указанные нормы, необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения каким-либо образом извлекает имущественную выгоду.

С учетом изложенного, выводы судов о том, что спорные договоры исполнялись, две кран-балки и оборудование имелось в наличии и передавалось в пользование обществу, являются преждевременными, сделанными при неполном выяснении фактических обстоятельств дела, исследовании и оценке доказательств. При таких обстоятельствах, принятые по делу судебные акты нельзя признать законными.

 В силу части 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в суде первой инстанции либо были отвергнуты судом первой инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. 

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам. 

Поскольку выводы судов основаны на неполном выяснении фактических обстоятельств дела, а у суда кассационной инстанции отсутствуют полномочия по установлению новых обстоятельств, то в силу статьи 288 Кодекса решение и постановление подлежат отмене, а дело ? направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, оценить доводы участвующих в деле лиц, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.03.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2024 по делу № А32-32761/2023 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

                                           А.А. Твердой

Судьи

                                               Е.В. Артамкина

                                            Е.И. Афонина