ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

21.03.2023                                                                                      Дело № А41-42394/21

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 марта 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Перуновой В.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего гражданина-должника ФИО1 – ФИО2, явился лично, предъявил паспорт;

от акционерного общества «Нальчинский завод высоковольтной аппаратуры» - ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 28.02.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Реал эстейт девелопмент»

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022

по заявлению о признании недействительной сделкой инвестиционного договора 

от 09.10.2018 № 09/10/18, заключенного между акционерным обществом «Нальчинский завод высоковольтной аппаратуры» и обществом с ограниченной ответственностью «Елена»

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 02.09.2019 по делу № А20-3306/18 индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - должник) был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5

Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 23.08.2018 дело № А20-3306/2018 было передано по подсудности в Арбитражный суд Московской области.

При поступлении дела в Арбитражный суд Московской области ему был присвоен номер № А41-42394/21.

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительной сделки, совершенной, по его мнению,  за счет должника – инвестиционного договора на строительство имущественного комплекса от 09.10.2018 № 09/10/18, подписанного между акционерным обществом «Нальчинский завод высоковольтной аппаратуры» (инвестором) (далее – заводом) и обществом с ограниченной ответственностью «Елена» (заказчиком) (далее – обществом), которое определением Арбитражного суда Московской области от 15.07.2022 было удовлетворено, оспариваемое соглашение признано недействительной (ничтожной) сделкой, применены последствия недействительности сделки и признана отсутствующей задолженность общества перед заводом по договору на строительство имущественного комплекса № 09/10/18 от 09.10.2018 года

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 15.07.2022 было отменено, заявление финансового управляющего должника было оставлено без рассмотрения.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Реал эстейт девелопмент» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы своими процессуальными правами распорядился самостоятельно, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, доводы кассационной жалобы не поддержал.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника доводы кассационной жалобы заявителя поддержал, а представители завода просили суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, изучив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, финансовый управляющий должника указывал, что основным ликвидным активом, включенным в конкурсную массу должника, является доля в уставном капитале общества, основной хозяйственной целью которого является оформление структуры владения дорогостоящим имущественным гостиничным комплексом на берегу Черного моря в районе города Судак.

Финансовый управляющий также указывал, что указанное имущество было скрыто должником с целью недопущения его включения в конкурсную массу, но, впоследствии, 17.02.2020 доля в уставном капитале общества была включена в конкурсную массу должника.

Спорный договор, по мнению финансового управляющего должника, является мнимой сделкой, направленной на вывод ликвидного актива должника в пользу аффилированного с ним лица с целью воспрепятствования  обращения взыскания на указанное имущество.

Согласно тексту спорного соглашения завод (инвестор) обязуется осуществлять вложение денежных средств для реализации инвестиционного проекта, при этом, в договоре содержание, характер и цель инвестиционного проекта сторонами не согласованы, а в качестве конечной цели сторонами согласовано распределение имущественных прав сторон на построенный имущественный комплекс расположенный по адресу Республика Крым, г. Судак, с Веселое, ул. Приморская, д 1, кадастровый номер 90:23:030119:1 (далее - объект), при этом, общество обязуется в срок не позднее 30 дней с даты последнего транша в соответствии с графиком: оформить право собственности завода на долю в своем уставном капитале в размере 60 %, передать право собственности на 60 % от общей построенной площади объекта, имущественные права на 60 % от общей площади земельного участка (с кадастровым номером 90:23:000000:9), имущественные права на 60 % от общей площади земельного участка, указанного в пункте 1.1 приложения № 2 к договору - дополнительного соглашения к договору от 31.01.2019.

Разрешая обособленный спор по существу, суд первой инстанции руководствовался тем, что оспариваемая сделка была совершена после вынесения Арбитражным судом Кабардино-Балкарской республики определенияот 23.08.2018 по делуА20-3306/2018 о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина в период  его неплатежеспособности.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте   18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской 04.07.2018, сделки дочернего общества подлежат проверке в рамках дела о банкротстве единственного участника общества по правилам гл. III.1 Закона о банкротстве.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться коспариванию действий, направленных на исполнение обязательств иобязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым,семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах,таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальнымзаконодательством Российской Федерации и другими отраслямизаконодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона обанкротстве).

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том численаличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору,передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иныедействия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете,соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковскиеоперации, в том числе списание банком денежных средств со счета клиентабанка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другимилицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с пунктом 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, спорная сделка совершена должником в целях причинения вредаимущественным правам кредиторов и может быть признана арбитражнымсудом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трехлет до принятия заявления о признании должника банкротом или послепринятия указанного заявления и в результате ее совершения был причиненвред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки зналаоб указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительнаясделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если онапризнана заинтересованным лицом либо если она знала или должна былазнать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признакахнеплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторовпредполагается, если на момент совершения сделки должник отвечалпризнаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделкабыла совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица,либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должникаучредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей(участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующихусловий:стоимость переданного в результате совершения сделки илинескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятыхобязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентовбалансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации -десять и более процентов балансовой стоимости активов должника,определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнююотчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;должник изменил свое место жительства или место нахождения безуведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки илипосле ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил илиисказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерскойотчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотренозаконодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащегоисполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерскойотчетности были уничтожены или искажены указанные документы;-после совершения сделки по передаче имущества должник продолжалосуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо даватьуказания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 5 постановления от 23.12.2010 № 63  для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличиесовокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественнымправам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественнымправам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указаннойцели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторовследует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона обанкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размераимущества должника и (или) увеличение размера имущественныхтребований к должнику, а также иные последствия совершенных должникомсделок или юридически значимых действий, приведшие или могущиепривести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получитьудовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет егоимущества.

В силу пункта 6 постановления от 23.12.2010 № 63, согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротствецель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,если налицо одновременно два следующих условия:а) на момент совершения сделки должник отвечал признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества;б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренныхабзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признаназаинтересованным лицом (статья 19 этого Закона).

Исходя из наличия совокупности вышеуказанных обстоятельств судприходит к выводу, что оспариваемая сделка подлежит признаниюнедействительной по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 61.2 Закона обанкротстве как совершенная с целью причинения вреда имущественнымправам кредиторов, поскольку совершена в отношении заинтересованных поотношению к должнику и аффилированных между собою лиц, при этомстороны сделки знали о цели причинения вреда имущественным правакредиторов должника к моменту совершения сделки.

В настоящем случае, констатировал суд первой инстанции, материалами обособленного спора объективно подтверждается, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку она совершена после введения в отношении должника процедуры реструктуризации; сделка была совершена безвозмездно по отношению к конкурсной массе и направлена на установление фиктивной кредиторской задолженности; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно передсовершением сделки или после ее совершения, а также скрыл своеимущество, а именно скрыл информацию о владении долями в обществев целях недопущения включения указанного имущества в конкурсную массуи в преддверии банкротства изменил место жительства целях изменениятерриториальной подсудности рассмотрения дела о банкротстве.

Суд также пришел к выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку ее совершение повлекло уменьшение размера имущества должника –уменьшение действительной стоимости доли в результате формированиямнимой кредиторской задолженности на сумму оспариваемой сделки.

Судом также учтено, что в силу положений пункта 2 статьи 10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд,арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствийдопущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащегоему права полностью или частично, а также применяет иные меры,предусмотренные законом.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановлениеот 23.06.2015 № 25), поведение одной из сторон может бытьпризнано недобросовестным не только при наличии обоснованногозаявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматриваетсяочевидное отклонение действий участников гражданского оборота отдобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требованиязакона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона неследует, что должны применяться другие последствия нарушения, несвязанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона неследует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правовогоакта и при этом посягающая на публичные интересы либо права иохраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет,установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признаетсянедействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 7 постановления от 23.06.2015 № 25, еслисовершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, то такая сделка подлежит признанию судом недействительной (пункты 1или 2 статьи 168 ГК РФ).

Приведенное обоснование совпадает с позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015.

Согласно статье 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ейправовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нетцели достижения заявленных результатов. 

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. 

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

При этом обязательным условием признания сделки мнимойявляется порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождаетникаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны неимеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Судом также отмечено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:лицо, которое в соответствии с положениями Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В настоящем случае, судом первой инстанции учтено, что документы, представленные в суд в качестве доказательств возникновения обязательств общества перед заводом, были оформлены между фактически аффилированными между собой и аффилированными с должником лицами, поскольку завод и общество имеют признаки формально-юридической и фактической аффилированности с должником, состоящим в штате завода в должности руководителя одного из подразделений.

Поскольку должник, общество и завод являются аффилированными, на них возлагается обязанность раскрыть все существенные сомнения в транзитном характере перечислений (пункт 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

В настоящем случае, отметил суд первой инстанции, представлены достаточные косвенные доказательства транзитного движения денежных средств, полученных обществом от завода, поставившие под сомнение факт существования инвестиционного договора и задолженности по нему.

В частности, суд находит обоснованными выраженные заявителемсущественные сомнения в реальности финансовых операций, произведенныхобществом за счет денежных средств, полученных от завода, но оплаченных в пользу юридических лиц, обладающих признаками признаки «однодневок», имеющих в штате от одного до двух человек, не подтвердивших относимыми и допустимыми доказательствами предоставления равноценного встречного представления.

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановленииПрезидиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10 транзитное движение денежных средств, оформленноедоговорами займа, может представлять собой сделку, совершенную лишь длявида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создатьсоответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждениеокружающих относительно характера возникших между сторонамиправоотношений. 

Таким образом, оформленное инвестиционным договоромтранзитное перечисление денежных, может свидетельствовать о формальномхарактере перечислений, имеющих своей исключительной цельюустановление доминирующего контроля над имуществом должника инедопущения обращения взыскания не него в процедуре несостоятельности(банкротства).

При этом, по мнению суда первой инстанции, транзитным перечислением денежных средств является перевод денежных средств с расчетного счета завода на расчетный счет общества в отсутствие какого-либо экономического либо правового обоснования с целью последующего обналичивания или вывода денежных средств на расчетные счета иного лица, в связи с чем кратковременноенахождение денежных средств на расчетном счете общества не создаетправовых последствий для последнего  в виде обязанности повозвращению денежных средств.

Вопреки доводам завода об обратном, представленные в арбитражный суддокументы и пояснения сторон не подтверждают наличие действительныхоснований у всех платежей, совершенных обществом за счет денежныхсредств, полученных от завода, а также экономической целесообразности заключения договора для сторон и воли сторон, направленной для его исполнения.

Учитывая характер внутригрупповых отношений между всемиперечисленными выше лицами, суд первой инстанции сделал вывод о том, что общество получило 72 900 000 руб. не как оплату по инвестиционному договору от 09.10.2018 № 09/10/18, а как денежные средства, которые были направлены обществом на счет фирм-«однодневок» в интересах неустановленных лиц.

Кроме того, учитывая тот факт, что объект был завершен строительством и введен в эксплуатацию в 2014 году, договор был заведомо неисполним со стороны общества, о чем завод не мог не знать об этом, как не мог не знать онеплатежеспособности и недостаточности имущества должника на датузаключения инвестиционного договора и на дату перечисления денежныхсредств.

Таким образом, в результате заключения оспариваемого инвестиционного договора с заводом у общества образовалась кредиторская задолженностьперед аффилированным кредитором, при этом экономическая выгода,полученная обществом от заключения данной сделки не сопоставима собъемом принятых на себя обязательств.

Причинение вреда кредиторам в подобной ситуации выражено в видевозникновения необоснованной кредиторской задолженности и уменьшенииконкурсной массы должника.

Судом первой инстанции также отмечено, что Федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции, в числе прочих, по противодействию легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма (Росфинмониторинг) в представленном суду в рамках рассмотрения дела № А83-10998/20 по требованию завода к обществу о взыскании неосновательного обогащения и процентов указывал на отсутствие хозяйственной деятельности общества в целях исполненияусловий спорного договора.

Являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие отобычных участников гражданского оборота, вступающих вобязательственные отношения с должником) имеют гораздо большевозможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишьдля вида (пункт 86 постановления от 23.06.2015 № 25 ).

Соответственно, само по себе указание правдоподобных основанийплатежей, отражение данных операций в налоговом и бухгалтерском учетахне подтверждает того, что эти операции соотносятся с реальнымихозяйственными отношениями внутри компаний группы, а выдачаперечисление денежных средств и последующие операции обусловленыразумными экономическими причинами.

Между тем, судом первой инстанции установлено, что относимых и допустимых доказательств тому, что имело фактическое строительство и/или реконструкция объекта в период действия оспариваемого договора, какое-либо фактическое исполнение договоров на  строительство/реконструкцию спорного объекта,  перемещение товаров от получателей денежных средств в адрес общества, направление в командировки сотрудников подрядчиков в Крым, встречное представление по договорам подряда (в т.ч. на авторский надзор), в материалы обособленного спора не представлено, не подтверждено.

При этом существенные характеристики объекта не изменились (площадь, этажность, конфигурация), что свидетельствует об отсутствии факта новогостроительства либо реконструкции, также в материалы дела не представленоразрешение на реконструкцию или строительство. 

В судебном заседании общество и завод не обосновали выбор подрядчиков и поставщиков из удаленных регионов, при этом организации, указанные в качестве подрядчиков, не обладают штатом позволявшей выполнять заявленные работы, не состоят в Саморегулируемых организациях, не имеют допусков для выполнения строительных, проектных и изыскательских работ.

Кроме того, из содержания оспариваемого договора не усматриваетсяналичие экономической целесообразности в его заключении, а именно:отсутствуют согласованные и исполнимые условия о предмете договора, непредусмотрено обеспечение исполнения обязательств получателем денежныхсредств, отсутствуют промежуточные формы контроля завода заисполнением договора со стороны общества на протяжении всегосрока договора, отсутствует корпоративное одобрение сделки со стороныобщества, отсутствие у завода соответствующего кода ОКВЭД надату составления оспариваемого договора.

Указанные обстоятельства позволили суду первой инстанции сделать вывод о существенном отклонении условий оспариваемого договора от обычаевделового оборота в сфере инвестиций в коммерческую недвижимость.

Также судом установлено, что подлинные экземпляры оспариваемогодоговора отсутствуют у его сторон, при этом содержание инвестиционногодоговора, представленного заводом в качестве основания взысканиязадолженности в рамках дела № А83-10998/20 и оспариваемого заявителем, атакже содержание одноименного договора, представленного его сторонами вбанки, отличается друг от друга.

Указанные обстоятельства в их совокупности и взаимосвязи позволили суду сделать вывод о недействительности оспариваемого договора на основании статей 10 и 168, а также пункта 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку оспариваемый  инвестиционный договор является недействительной сделкой, направленной на причинение имущественного вреда кредиторам, а также в силу ее ничтожности, совершенной со злоупотреблением правом и направленной на вывод активов общества, доля в уставном капитале которого включена в конкурсную массу должника.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что  оспариваемый  инвестиционный договор не может являться предметом рассмотрения в рамках настоящего дела, поскольку должник не является стороной данной сделки и договор заключен не за счет конкурсной массы должника.

По мнению суда апелляционной инстанции, поскольку оспариваемый договор заключен не должником, а иными лицами, то обозначенная сделка не может оспариваться в деле о банкротстве должника, но может быть оспорена именно в рамках искового производства.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции оставил заявление финансового управляющего должника без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, судом апелляционной инстанции не было учтено следующее.

В рамках рассмотрения дела № А83-18570/2020 по иску финансового управляющего должника к заводу о признании недействительным инвестиционного договора на строительство имущественного комплекса от 09.10.2018 № 09/10/18, постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 12.04.2022,  с выводами которого также согласился Верховный Суд Российской Федерации, определением от 15.08.2022 № 310-Эс22-13074 отказавший в передаче кассационной жалобы завода для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, указанное исковое заявление было оставлено без рассмотрения, как подлежащее рассмотрению именно в настоящем деле о банкротстве ФИО1

Таким образом, судами как в рамках искового производства, так и в рамках дела о банкротстве были оставлены без рассмотрения требования финансового управляющего должника к заводу.

При этом в настоящем деле о банкротстве должника заявление его финансового управляющего о признании недействительной оспариваемой сделки, как совершенной за счет должника –  инвестиционного договора на строительство имущественного комплекса N 09/10/18 от 09.10.2018, было принято к производству суда определением Арбитражного суда Московской области 05.03.2022, то есть  после того, как его иск был оставлен без рассмотрения Двадцать первым арбитражным апелляционным судом (05.10.2021).

Однако вопреки установленному законом порядку рассмотрения денежных требований к лицу, в отношении которого открыта процедура реализации имущества, Девятый арбитражный апелляционный суд, неверно применив нормы процессуального права, ошибочно счел, что возможно дальнейшее разрешение иска финансового управляющего должника к заводу в общеисковом порядке, создав тем самым препятствия для рассмотрения по существу тождественного требования в рамках дела о банкротстве.

Таким образом, в настоящем случае вывод суда апелляционной инстанции об оставлении заявления без рассмотрения является ошибочным, направленным на преодоление вступивших в законную силу судебных актов.

При этом, доводы апелляционной жалобы завода по существу не рассмотрены, цель правосудия не достигнута.

Допущенные нарушения могут быть устранены только при новом рассмотрении спора.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции и направлении обособленного спора на новое рассмотрение в Десятый арбитражный апелляционный суд.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об отмене определения суда апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022 по делу № А41-42394/21 – отменить.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Десятый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                             В.Л. Перунова

 

                                                                                                          В.З. Уддина