РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-153223/22-82-1009

г. Москва

09 февраля 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 03 февраля 2023года

Полный текст решения изготовлен 09 февраля 2023 года

Арбитражный суд в составе: судьи Абызовой Е.Р. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Поповым А.В., рассмотрев в судебном заседании дело № А40-153223/22-82-1009 по иску ООО "ДНТ - МСК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к ответчикам: ООО "ПСК" СТРОЙВЕК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ПАО Сбербанк (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), третьи лица: судебный пристав-исполнитель Чертановского отдела судебных приставов ГУФССП России по г. Москве ФИО1, ООО «БМВ Лизинг», Конкурсный управляющий ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 о снятии ареста № 77#SP475276137 от 07.03.2022 на предмет лизинга по исполнительному производству № 41217/22/77024-ИП от 05.03.2022., при участии: согласно протоколу судебного заседания

УСТАНОВИЛ:

ООО «ДНТ – МСК» (истец, сублизингополучатель) обратился в суд с иском к ответчикам ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» (ответчик 1, лизингополучатель, сублизингодатель) и ПАО СБЕРБАНК (ответчик 2) о/об:

 - отмене запрета на совершение регистрационных действий № 77#SP475276137 от 07.03.2022 по исполнительному производству № 41217/22/77024-ИП от 05.03.2022 в отношении автомобиля BMW 530d xDrive, VIN 

<

***>, 2020 г.в (далее – транспортное средство); 

- обязании Чертановского отдела судебных приставов ГУФССП России по г. Москве отменить запрет № 77#SP475276137 от 07.03.2022 по исполнительному производству № 41217/22/77024-ИП от 05.03.2022 на совершение регистрационных действий в отношении автомобиля BMW 530d xDrive, VIN 

<

***>, 2020 г.в.

Исковые требования мотивированы тем, что на момент наложения ограничения собственником спорного транспортного средства являлось общество «БМВ Лизинг», в свою очередь, общество «ПСК «СТРОЙВЕК», будучи лизингополучателем по договору лизинга, не являлось собственником транспортного средства (предмета лизинга), а также не обладало им в фактическом владении ввиду передачи предмета лизинга в сублизинг, следовательно, наложение ограничения на регистрационные действия на имущество лизингодателя по долгам лизингополучателя нарушает требования ст. 68, 69, 80 , 94 ФЗ «Об исполнительном производстве» и является незаконным. 

Истец заявленные исковые требования поддержал.

Ответчики просили в удовлетворении исковых требований отказать.

От ПАО СБЕРБАНК поступило ходатайство о привлечении к участию в деле ООО «БМВ Лизинг» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Определением от 16.09.2022 суд удовлетворил ходатайство и привлек к участию в деле ООО «БМВ Лизинг» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 АПК РФ.

От ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» поступило ходатайство о привлечении к участию в деле временного управляющего ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Определением от 16.09.2022 суд удовлетворил ходатайство и привлек к участию в деле временного управляющего ООО «ПСК» СТРОЙВЕК» ФИО2 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 АПК РФ.

От ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» поступило ходатайство об исключении из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, временного управляющего ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 и о привлечении к участию в деле конкурсного управляющего ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Определением от 07.12.2022 суд удовлетворил ходатайство и исключил из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, временного управляющего ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 и привлек к участию в деле конкурсного управляющего ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 АПК РФ.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника. 

Согласно части 4 статьи 80 Закона № 229-ФЗ арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости – ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества).

В силу части 3 статьи 80 Закона № 229-ФЗ арест на имущество должника применяется: для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации (пункт 1); при исполнении судебного акта о конфискации имущества (пункт 2); при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или у третьих лиц (пункт 3). 

Статьей 68 названного закона установлено, что мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу (часть 1). Одной из мер принудительного исполнения является наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества (пункт 5 части 3 данной статьи). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – постановление № 50), арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64, часть 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ).

В качестве меры принудительного исполнения арест налагается при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика, находящееся у него или у третьих лиц (часть 1, пункт 5 части 3 статьи 68 названного Закона). Во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика судебный пристав-исполнитель производит арест и устанавливает только те ограничения и только в отношении того имущества, которые указаны судом. 

Таким образом, арест может быть наложен судебным приставом-исполнителем как в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, так и как самостоятельная мера принудительного исполнения в случае, если исполнительное производство возбуждено во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика, находящееся у него или у третьих лиц. 

Данные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.10.2010 № 7300/10, в пункте 41 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, пункте 1 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016.

Кроме того, как разъяснено в пункте 42 постановления № 50 перечень исполнительных действий, приведенный в части 1 статьи 64 Закона № 229-ФЗ, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (пункт 17 части 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (статьи 2 и 4 Закона № 229-ФЗ), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц. К числу таких действий относится установление запрета на распоряжение принадлежащим должнику имуществом (в том числе запрета на совершение в отношении него регистрационных действий). 

Запрет на распоряжение имуществом налагается в целях обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, из владения должника в случаях, когда судебный пристав-исполнитель обладает достоверными сведениями о наличии у должника индивидуально определенного имущества, но при этом обнаружить и/или произвести опись такого имущества по тем или иным причинам затруднительно (например, когда принадлежащее должнику транспортное средство скрывается им от взыскания).

В пункте 50 постановления № 10/22 разъяснено, что по смыслу статьи 119 Закона № 229-ФЗ при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности не владеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста. 

Вместе с тем заинтересованные лица не имеют права на удовлетворение заявления об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя об аресте (описи) этого имущества, поскольку при рассмотрении таких заявлений должник и те лица, в интересах которых наложен арест на имущество, будучи привлеченными к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ограничены в заявлении возражений и представлении доказательств.

Споры об освобождении имущества от ареста рассматриваются в соответствии с подведомственностью дел по правилам искового производства независимо от того, наложен арест в порядке обеспечения иска или в порядке обращения взыскания на имущество должника во исполнение исполнительных документов. Ответчиками по таким искам являются: должник, у которого произведен арест имущества, и те лица, в интересах которых наложен арест на имущество. Судебный пристав-исполнитель привлекается к участию в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (пункт 51 постановления № 10/22).

Из смысла приведенных положений следует, что наложение ограничения на регистрационные действия принадлежащим должнику имуществом является одной из мер обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества.

Собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности, не владеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста в том числе с иском об отмене наложенного ограничения на регистрационные действия.

Таким образом, из прямого указания части 1 статьи 119 Закона № 229-ФЗ, разъяснений постановления № 10/22 следует, что иск об освобождении имущества от ареста предъявляется в случае наличия вещно-правового спора, связанного с правопритязаниями на имущество.

Правопритязания истца на спорное имущество складываются из следующих обстоятельств.

30.03.2021 между ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» (лизингополучатель) и ООО «БМВ Лизинг» (лизингодатель) был заключен договор лизинга № 11701/2021/LC/015155 от 30.03.2021 на приобретение и дальнейшую передачу в собственность лизингополучателю спорного транспортного средства. 

31.03.2021 между ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» (лизингополучатель) и ООО «БМВ Лизинг» (лизингодатель) подписан акт приема-передачи, предмет лизинга передан лизингополучателю.

В соответствии с условиями договора лизинга лизингополучатель оплатил первый взнос (авансовый платеж) и в дальнейшем производил оплату ежемесячных лизинговых платежей согласно графику платежей. 

Как пояснил истец 10.08.2021 в связи с отсутствием денежных средств для дальнейшего исполнения обязательств по договору лизинга лизингополучатель заключил договор сублизинга с ООО «ДНТ-МСК».

10.08.2021 между ООО «ДНТ-МСК» (сублизингополучатель) и ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» (сублизингодатель) заключен договор сублизинга № 11701/2021/LC/015155-СУБ предметом которого является спорное транспортное средство.

29.09.2021 между ООО «ДНТ-МСК» (сублизингополучатель) и ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» (сублизингодатель) подписан акт приема-передачи, транспортное средство передано сублизингополучателю.

ООО «ДНТ-МСК» (сублизингополучатель) в соответствии с п. 6.2 договора сублизинга осуществляло оплату лизинговых платежей на счет ООО «БМВ Лизинг» (лизингодатель), что подтверждается платежными поручениями № 347 от 26.11.2021; № 93 от 04.02.2022; № 118 от 11.02.2022; № 129 от 14.02.2022; № 149 от 21.02.2022; № 177 от 04.03.2022) их размер составил 1 011 295,00 руб.

В связи с просрочкой уплаты лизинговых платежей 14.01.2022 лизингодатель предложил досрочно выкупить предмет лизинга, уплатив сумму закрытия сделки.

После получения уведомления от 14.01.2022 о расторжении договора лизинга сублизингополучатель воспользовался своим правом на досрочный выкуп предмета лизинга. 

Итоговый платеж (сумма закрытия сделки) произведен сублизингополучателем 17.03.2022 в размере 2 035 798,00 руб. (платежное поручение № 207 от 17.03.2022).

В связи с перечислением данной суммы денежных средств 17.03.2022 на счет лизингодателя обязательства лизингополучателя и сублизингополучателя по договору лизинга и договору сублизинга исполнены в полном объеме. 

19.05.2019 между сторонами договора лизинга обществами «ПСК «Стройвек» и «БМВ Лизинг» составлен акт сверки, согласно которому платежом от 17.03.2022 имущественный интерес последнего по договору лизинга удовлетворен в полном объеме.

Оспаривая правопритязания истца, ответчики указывают, что у истца не возникло право собственности на спорное транспортное средство, поскольку последним не выполнены требования п. 11.2 договора сублизинга, согласно которому сублизингодатель обязуется в течение 10 (десяти) дней после оплаты выкупной цены оформить акт приема-передачи и Дополнительное соглашение о переходе права собственности на транспортное средство к сублизингополучателю.

Однако согласно п. 4 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021) (далее – Обзор по лизингу) особенностью договора выкупного лизинга является то, что право собственности на предмет лизинга, сохраняется за лизингодателем временно как способ обеспечения того, что лизингополучатель исполнит свое обязательство по возврату (возмещению) предоставленного лизингодателем финансирования и выплате соответствующего вознаграждения (платы за финансирование).

В связи с этим по смыслу статьи 309 ГК РФ и пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге уплата лизингополучателем всех лизинговых платежей в согласованные сторонами сделки сроки полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств. С названного момента в силу пункта 4 статьи 329 ГК РФ право собственности на предмет лизинга переходит от лизингодателя к лизингополучателю автоматически, если иной момент не установлен законом.

Как следует из указанных разъяснений иной порядок перехода права собственности иначе чем как его автоматическое приобретение Лизингополучателем, уплатившим все лизинговые платежи, может быть предусмотрен только законом.

В отношении обстоятельств спора по настоящему делу законом не предусмотрен особый порядок перехода права собственности предмета лизинга Лизингополучателю. 

Соответственно переход права собственности на предмет лизинга не может быть связан дополнительными условиями кроме как уплата лизингополучателем лизинговых платежей.

При этом положения договора сублизинга никак не могут препятствовать такому переходу права собственности.

Согласно абз. 9 п. 4 Обзора практики по лизингу с учетом пункта 1 статьи 422 ГК РФ для перехода права собственности на предмет лизинга заключение отдельного договора купли-продажи не требуется, в том числе в случае, если договор лизинга содержит противоположные положения, обусловливающие переход права собственности соблюдением иных условий, не связанных с надлежащим исполнением обязательств лизингополучателем.

Дополнительно ответчики указывают на признаки недействительности договора сублизинга между ООО «ПСК» СТРОЙВЕК» и ООО «ДНТ».

В качестве обоснования ответчики указывают на отсутствие согласия изначального лизингодателя на последующую передачу лизингополучателем предмета лизинга в сублизинг.

Однако согласно ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. 

Из положений приведенной нормы следует, что само по себе отсутствие согласия лизингодателя не влечет недействительность договора, требующего такое согласие. Ввиду оспоримого характера указанный договор считается действительным до момента оспаривания его лицом, конкретно определенным в законе, в судебном порядке. Таковым является лицо, согласие которого требуется для заключения договора. Ответчики по настоящему делу не относятся к указанному лицу.

Ответчик 1 также указывает на недействительность договора сублизинга в силу ст. 61.2 Закона о банкротстве, дополнительно ответчик 2 указывает на мнимый характер договора сублизинга, который заключен лишь для вида.

В качестве обоснования ответчики указывают, что договор сублизинга направлен на вывод активов сублизингодателя, ответчик 2 указывает, что истец не предпринимал никаких действий по регистрации автоомоблиля на свое имя в установленный срок, а заключение только договора сублизинга без перерегистрации автомобиля не свидетельствует о прекрашении права собственности у сублизингодателя.

Однако, согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. 

В связи с этим ссылка ответчика 1 на недействительность договора сублизинга не может быть принята во внимание без надлежащего признания его таковым по результатам рассмотрения отдельного иска.

Оценивая доводы ответчика 2 о мнимости договора сублизинга суд считает необходимым отметить следующее.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

Согласно п. 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25 следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2019 N 46-КГ19-17).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411)

Таким образом, условием для признания сделки мнимой является отсутствие как реального исполнения сделки, так и намерение сторон создать реальные правовые последствия.

Из характера отношений между сублизингодателем и сублизингополучателем не усматриваются признаки отсутствия у сторон намерений по реальному исполнению сделки либо по созданию правовых последствий.

Так, во исполнение договора сублизинга 29.09.2021 транспортное средство передано сублизингодателем сублизингополучателю, с 26.11.2021 последний осуществлял выплату лизинговых платежей за сублизингодателя, а также выплатил выкупную стоимость предмета лизинга чем обеспечил его выкуп у лизингодателя. В общем размере сублизингополучателем выплачено 3 047 093 руб. в счет исполнения договора сублизинга.

При этом при заключении договора сублизинга транспортное средство не находилось в собственности у сублизингодателя. 

Доводы ответчика о том, что истец не предпринимал никаких действий по регистрации автомобиля на свое имя в установленный срок не учитывают существо имущественных отношений, складывающихся между лизингодателем и лизингополучателем.

Так, право собственности у лизингополучателя возникают с момента выплаты им лизинговых платежей лизингодателю. Однако лизингополучатель, несмотря на факт возникновения у него право собственности, лишен возможности осуществить перерегистрацию на свое имя без содействия лизингодателя, которое выражается в составлении отдельного договора купли-продажи либо акта приема-передачи.

17.03.2022 сублизингополучатель внес выкупную стоимость предмета лизинга. Однако из представленного в материалы дела акта сверки следует, что указанный выкуп был надлежащим образом оформлен лишь 19.05.2022. 

Общество «ДНТ-МСК» обратилось в органы ГИБДД в целях перерегистрации 02.06.2022, что является разумным сроком для осуществления собственником соответствующей регистрации.

Ссылка ответчика 2 на то, что в отсутствии перерегистрации в ГИБДД право собственности не переходит сублизингополучателю не может быть принято во внимание.

Согласно позиции Верховного суда РФ, выраженной в определении от 05.03.2022 № 305-ЭС21-17689 регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности. 

В силу пункта 2 статьи 218, пункта 1 статьи 223, пункта 2 статьи 130, пункта 1 статьи 454 ГК РФ при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя движимой вещи – момент передачи транспортного средства. 

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

Вопреки доводам конкурсного управляющего ООО «ПСК «СТРОЙВЕК» ФИО2 определение арбитражного суда города Москвы от 17.01.2023 по делу № А40-285359/21-160-527 не имеет преюдициального значения по настоящему делу, поскольку принято без участия ООО «ДНТ – МСК», критерии преюдициальности, предусмотренные ст. 69 АПК РФ, отсутствуют.

Таким образом, правопритязания сублизингополучателя на транспортное средство, обеспечивающие возможность оспаривать наложенный приставом-исполнителем ограничения на регистрационные действия транспортного средства являются обоснованными.

Доводы истца о незаконности наложенного приставом-исполнителя ограничения на регистрационные действия по существу не оспариваются сторонами и третьими лицами.

При разрешении дела по существу заявленных требований суд приходит к следующему.

Оспариваемое ограничение на транспортное средство было наложено 07.03.2022, то есть позже, чем между ООО «ДНТ-МСК» и ООО «ПСК» СТРОЙВЕК» был заключен Договор сублизинга (10.08.2021) и подписан акт приема-передачи (29.09.2021) и ранее, чем прекратилось право собственности ООО «БМВ Лизинг» (Лизингодатель) (17.03.2022).

07.03.2022 собственником спорного транспортного средства являлось общества «БМВ ЛИЗИНГ» (лизингодатель).

Согласно ч 3.1. ст. 80 Закона 229-ФЗ арест заложенного имущества в целях обеспечения иска взыскателя, не имеющего преимущества перед залогодержателем в удовлетворении требований, не допускается.

При этом, в силу ч. 1 ст. 23 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», на предмет лизинга не может быть обращено взыскание третьего лица по обязательствам лизингополучателя, в том числе в случаях, если предмет лизинга зарегистрирован на имя лизингополучателя. 

ООО «ПСК «СТРОЙВЕК», по обязательствам которого наложено ограничение, в рассматриваемый период не являлось собственником указанного транспортного средства, в связи с чем действия судебных приставов-исполнителей противоречат статьям 68, 69, 80, 94 ФЗ «Об исполнительном производстве» и являются незаконными.

У судебного пристава-исполнителя отсутствовали правовые основания для совершения исполнительных действий по обращению взыскания на имущество, не принадлежащего должнику.

Подобные действия пристава-исполнителя не могут создавать преимущества у участников гражданского оборота.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются в соответствии со статьями 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.8, 12, 130, 131, 218, 223, 309, 329, 665 ГК РФ, ст.ст.4, 51, 65, 75, 106, 110, 112, 137, 167, 170, 171, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отменить запрет на совершение регистрационных действий № 77#SP475276137 от 07.03.2022 по исполнительному производству № 41217/22/77024-ИП от 05.03.2022 в отношении автомобиля BMW 530d xDrive, VIN 

<

***>, 2020 г.в.

Обязать Чертановский отдел судебных приставов ГУФССП России по г. Москве отменить запрет № 77#SP475276137 от 07.03.2022 по исполнительному производству № 41217/22/77024-ИП от 05.03.2022 на совершение регистрационных действий в отношении автомобиля BMW 530d xDrive, VIN 

<

***>, 2020 г.в.

Взыскать солидарно с ООО "ПСК" СТРОЙВЕК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ПАО Сбербанк (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу ООО "ДНТ - МСК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) расходы по оплате госпошлины в сумме 6 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

Е.Р. Абызова