ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-26598/2025

09 февраля 2026 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 09 февраля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Ю.М.Корсаковой, С.М.Кротова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Б.П.Бадминовым,

при участии:

от истца: ФИО1 (генеральный директор), ФИО2 (по доверенности от 15.01.2025);

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-25875/2025) публичного акционерного общества Банк ВТБ на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2025 по делу № А56-26598/2025 (судья Хайруллина М.А.), принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Цзяшэнь»

к публичному акционерному обществу Банк ВТБ,

об обязании,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Цзяшэнь» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к публичному акционерному обществу Банк ВТБ (далее – ответчик) об обязании восстановить обществу с ограниченной ответственностью «Цзяшэнь» доступ к системе дистанционного банковского обслуживания по расчетному счету № 

<

***>; взыскании судебной неустойки в размере 1 000 руб. в день за каждый день просрочки, начиная с даты вступления решения в законную силу, по день фактического исполнения судебного акта.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2025 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Банк обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование жалобы заявитель указывает на неверно определенный судом первой инстанции предмет доказывания, поскольку

само по себе представление документов и сведений по запросу банка для идентификации клиента, представителей, выгодоприобретателей, документальному фиксированию сведений по операциям и предоставлению, не является основанием для отмены блокировки доступа к системе дистанционного банковского обслуживания, поскольку представленные документы не раскрывают экономического смысла операций общества и не устраняют обоснованных подозрений Банка. Ответчик настаивает на том, что его действия по ограничению доступа общества к системе дистанционного банковского обслуживания соответствуют требованиям Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее - Закон № 115-ФЗ) и правилам внутреннего контроля, в связи с чем решение Банка об ограничении доступа общества к системе дистанционного банковского обслуживания является законным и основано на выявленных признаках сомнительных операций. Также заявитель отмечает, что ограничение дистанционного банковского обслуживания – самостоятельная мера, предусмотренная законодательством и договором, для применения которой не требуется решения уполномоченных органов, данная мера не препятствует клиенту распоряжаться средствами, а лишь меняет формат обслуживания.

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

Представитель истца против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке

Как следует из материалов дела, между истцом (клиент) и ответчиком (банк) заключен договор по предоставления услуг по открытию и обслуживанию банковского счета, согласно которому обществу с ограниченной ответственностью «Цзяшэнь» открыт расчетный счет № 

<

***> в Банке в валюте Российской Федерации для проведения и учета операций, подключена услуга «дистанционное банковское обслуживание».

В ходе обслуживания истца были выявлены факты совершения по счету истца транзитных операций по зачислению денежных средств от юридических лиц за транспортные услуги в последующим в течение короткого времени перечислением в пользу компании MANZHOULI JIASHENG CARGO TRANSPORTATION AGENCY CO. LTD (КНР) также за транспортные услуги.

В связи в вышеуказанным, проводимые по счетам истца операции квалифицированы банком как соответствующие признакам подозрительных операций, приведенных в Приложении к Положению Банка России от 02.03.2012 № 375-П.

В целях предотвращения вовлечения банка в совершение сомнительных клиентских операций, в соответствии с пунктом 6.2.11 «Условий дистанционного банковского обслуживания (система «ВТБ Бизнес»)» клиенту ограничен дистанционный доступ к счетам, в т.ч. посредством банковских карт (далее – блокировка ДБО) и запрошены сведения, раскрывающие экономический смысл и законную цель проводимых по счету операций, а также документы, подтверждающие источники происхождения и направление расходования денежных средств.

Обществу направлено письмо с предложением предоставить сведения, подтверждающие экономический смысл и цель проводимых по счетам операций.

В результате изучения предоставленных обществом документов и пояснений Банк по системе ДБО направил обществу решение о том, что, что предоставленные документы не позволяют прояснить характер проведённых операций и исполнить требования Закона № 115-ФЗ.

Отказ Банка в восстановлении доступа на проведение операций в рамках ДБО явился основанием для обращения Общества в арбитражный суд с настоящим иском.

Разрешая спор и удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовались положениями главы 45 (Банковский счет) Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), положениями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее – Закон № 115-ФЗ), Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон № 395-1), пришел к выводу о незаконности действий Банка.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта принимая во внимание следующее.

По договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету. Банк может использовать имеющиеся на счете денежные средства, гарантируя право клиента беспрепятственно распоряжаться этими средствами. Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (пункты 1 - 3 статьи 845 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 848 ГК РФ банк обязан совершить для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами, и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Если иное не предусмотрено законом или договором, ограничение распоряжения денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету, в том числе блокирования (замораживания) денежных средств в случаях, предусмотренных законом (пункт 1 статьи 858 ГК РФ).

Отношения граждан, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, а также государственных органов, осуществляющих контроль на территории Российской Федерации за проведением таких операций в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма регулируются Законом № 115-ФЗ.

Общие основания отнесения операций к числу подозрительных установлены пунктом 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ, к ним относятся: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных Законом; иные обстоятельства, дающие

основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

В случае, если у работников кредитной организации на основании реализации правил внутреннего контроля возникают подозрения, что какие-либо операции осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, эта организация не позднее трех рабочих дней, следующих за днем выявления таких операций, обязана направлять в уполномоченный орган сведения о таких операциях (пункт 3 статьи 7 Закона № 115-ФЗ).

Организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, незамедлительно представляют информацию о приостановленных операциях в уполномоченный орган.

В соответствии с пунктом 11 статьи 7 Закона № 115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами, вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями данного Закона. Организации, осуществляющие операции с денежными средствами также вправе отказать в выполнении распоряжения в случае, если в результате реализации правил внутреннего контроля у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

В то же время использование установленных Законом № 115-ФЗ прав не может иметь произвольный характер и вступать в противоречие с нормой статьи 845 ГК РФ, согласно которой банк не вправе произвольно определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета, ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Перечень признаков, указывающих на необычность сделки, предусмотрен приложением к Положению Банка России от 02.03.2012 № 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (в редакции, действующей в спорный период, далее – Положение № 375-П; новые положения вступили 18.06.2025 - Положение Банка России от 18.06.2025 № 860-П). Согласно пункту 5.2 главы 5 указанного положения кредитная организация вправе дополнять перечень признаков, указывающих на необычный характер сделки, по своему усмотрению.

По смыслу подпункта 1.1 пункта 1, пункта 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ, раздела 4 Положения № 375-П любая кредитная организация самостоятельно делает вывод о сомнительном характере операций, осуществляемых по счету клиента, их возможном совершении в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма на основе анализа совокупности факторов, самостоятельно определяемых кредитной организацией.

Пунктом 4.10 Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) / пункте 6.2.8 «Условий дистанционного банковского обслуживания (система «ВТБ Бизнес»)» закреплено право банка запрашивать информацию и документы, необходимые в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

В пункте 4.12 Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) / пункта 6.2.11 «Условий дистанционного банковского обслуживания (система «ВТБ Бизнес»)» закреплено право банка приостанавливать проведение операций по счетам клиента и предоставление других услуг посредством технологий дистанционного доступа к счету в случае непредставления клиентом запрошенных банком документов и информации, а также в качестве меры в соответствии с нормативными требованиями и рекомендациями Банка России в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

В силу пункта 14 статьи 7 Закона № 115-ФЗ клиенты обязаны предоставлять организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом, информацию, необходимую для исполнения указанными организациями требований данного закона, включая информацию о своих выгодоприобретателях и бенефициарных владельцах.

Методические рекомендации о подходах к учету кредитными организациями информации о случаях отказа от проведения операций, от заключения договора банковского счета (вклада), о случаях расторжения договора банковского счета (вклада) с клиентом, доведенной Банком России до их сведения, при определении степени (уровня) риска клиента (утв. Банком России 10.11.2017 № 29-МР) предписывают Банку обеспечить такое взаимодействие.

В рекомендациях Банком России акцентировано внимание на необходимость обеспечения взаимодействия с клиентами в целях своевременного предоставления ими надлежащим образом оформленных документов, необходимых для фиксирования информации в соответствии с положениями Закона № 115-ФЗ, в частности, путем оперативного доведения до их сведения информации о видах необходимых документов и сроках их действия.

Для того, чтобы установить, был ли совершен сомнительный платеж либо ряд таких платежей (необычная сделка), банк должен запросить у клиента документы, являющиеся основаниями для платежа (договоры, счета-фактуры и т.д.), поскольку содержание и исполнение необычной сделки в силу положений Закона № 115-ФЗ может быть установлено, только если проведенный платеж никак не связан с конкретной хозяйственной операцией и проанализировать эти документы.

В том случае, если такие документы имеются, то совершенные платежи не могут быть признаны необычными сделками. Такие платежи являются действиями, направленными на исполнение конкретных обязательств по оплате товаров, работ, услуг, либо действиями, связанными с принятием оплаты за товары, работы, услуги и т.д.

В данной связи на Банк возложена обязанность по доказыванию того, что совершаемые клиентом перечисления (как сделки) противоречат закону, то есть имеют запутанный или необычный характер, не имеют очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, не соответствуют целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации (статья 65 АПК РФ).

Указывая на подозрительные операции по счету и транзитный характер перечисления денежных средства, Банк сослался на, ссылаясь на следующие факты: Обществу на расчетный счет от юридических лиц поступали денежные средства за транспортные услуги, в последующим в течение короткого времени перечислением в пользу компании MANZHOULI JIASHENG CARGO TRANSPORTATION AGENCY CO. LTD (КНР) также за транспортные услуги.

Банком указывается, что расходных операций, связанных с приобретением ГСМ, ремонтом транспортных средств, произведено не было, при этом уставный

капитал истца составляет 10 000 руб., счет открыл в течение нескольких недель после регистрации юридического лица, одно и тоже лицо является генеральным директором, участником и бухгалтером Общества.

В судебной практике сложился устойчивый подход, согласно которому при реализации правил внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в пункте 2 статьи 7 Закона № 115-ФЗ, и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента представления не только документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций, в том числе, документов, подтверждающих источники поступления денежных средств на счет клиента.

Исход из изложенного, действия Банка по истребованию у истца документов, подтверждающих экономический смысл осуществляемых операций, согласуется с целями противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, и не выходит за пределы полномочий, предоставленных в этой части кредитным организациям.

В случае, если на основании анализа имеющихся документов и информации операция по сделке вызывает у кредитной организации подозрения, что она осуществляется в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма ввиду того, что кредитная организация не может подтвердить однозначность вывода об очевидном экономическом смысле или очевидной законной цели такой операции по сделке, кредитная организация реализует право на отказ в выполнении распоряжения клиента-резидента о совершении операции по переводу денежных средств на основании пункта 11 статьи 7 Закона № 115-ФЗ (пункт 6.4. Положения № 375-П).

При этом решение о квалификации операции в качестве подозрительной может быть принято лишь при наличии достаточных оснований, с учетом всестороннего анализа всей имеющейся у Банка информации, представленных документов, с учетом пояснений клиента, его поведения и поведения его представителей.

Суд первой инстанций, проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе представленные истцом по требованию Банка, установил, что получение истцом денежных средств от одного контрагента и дальнейшее их перечисление другому контрагенту в рассматриваемом случае связано с характером деятельности истца, которое фактически осуществляет агентские функции по поиску грузополучателей и грузоотправителей для перевозчиков.

При рассмотрении дела истец пояснил, что у него не имеется собственного автопарка для осуществления грузоперевозок, в связи с чем он привлекает к их осуществлению иных контрагентов, при этом в материалы дела представлена первичная документация, подтверждающая факт осуществления грузоперевозок контрагентами истца.

Судом также принято во внимание предоставление истцом документов свидетельствующих об уплате налогов и страховых взносов, а также иных операций, связанных с ведением хозяйственной деятельности (платежные поручения, согласно которым Общество несло расходы на приобретение канцелярских товаров, а также услуг по ремонту компьютеров и коммуникационного оборудования).

На основании оценки имеющихся доказательств и установленных обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно признал предоставление истцом Банку исчерпывающего перечня документов в подтверждение правоверности получения денежных средств и их использования, тогда как действия банка по отказу в восстановлении проведения операций в рамках ДБО являлись незаконными, принятыми с превышением полномочий, выходящих за рамки Правил внутреннего контроля кредитной организации.

В данной связи суд первой и инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца о признании незаконным приостановление Банком ВТБ ДБО и обязании возобновить проведение операций.

Модель ведения обществом бизнеса не противоречит положениям действующего законодательства, регламентирующим правоотношения, возникающие из договоров перевозки и транспортной экспедиции.

Представленные обществом в материалы дела доказательства подтверждают реальный характер сделок и хозяйственной деятельности истца (включая расходы на закупку техники и на выплату заработной платы) и наряду с пояснениями общества устраняют основания для отнесения его операций к числу обладающих необходимой совокупностью признаков, указывающих на их необычный характер, в соответствии с Положениями № 375-П.

Предположение Банка относительно недействительности сделок не может подменять предусмотренный законом собой порядок признания сделок недействительными.

Выводы Банка о роли общества как «транзитного звена в цепочке расчётов с целью завышения стоимости транспортных услуг, формирования необоснованной наценки с последующим выводом прибыли в интересах аффилированного лица, положенные в основу решения об ограничении операций истца по системе ДБО, судом первой инстанции проверены и признаны бездоказательными.

Таким образом, апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о наличии в материалах настоящего дела документов и пояснений, исключающих дальнейшее отнесение операций общества к числу обладающих необходимой совокупностью признаков, указывающих на их необычный характер, что влечет необоснованность сохранения в отношении общества ограничительных мер в виде ограничение доступа к системе ДБО и о наличии оснований для снятия наложенных Банком ограничений.

Пунктом 1 статьи 308.3 ГК РФ установлено, что в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено данным Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства; суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330 ГК РФ) на случай неисполнения указанного судебного акта.

По смыслу данной нормы и разъяснений, приведенных в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), суд может присудить денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (судебную неустойку) в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре.

Судебная неустойка является дополнительной мерой воздействия на должника, мерой стимулирования и косвенного принуждения.

Как разъяснено в пунктах 31 и 32 Постановления № 7, суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к

исполнению обязательства в натуре; судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства; удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Если требование о взыскании судебной неустойки заявлено истцом и удовлетворяется судом одновременно с требованием о понуждении к исполнению обязательства в натуре, началом для начисления судебной неустойки является первый день, следующий за последним днем установленным решением суда для исполнения обязательства в натуре.

Согласно пункту 1 статьи 308.3 ГК РФ размер судебной неустойки подлежит определению судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

При определении размера присуждаемой денежной суммы суду следует исходить из того, что исполнение судебного акта должно для ответчика оказаться более выгодным, чем его неисполнение.

В то же время, определяя размер присуждения денежных средств на случай неисполнения судебного акта, суд должен принимать во внимание степень затруднительности исполнения судебного акта, возможность ответчика по его добровольному исполнению, имущественное положение ответчика и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Учитывая принципы справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения, суд первой инстанции обосновано признал заявление о присуждении судебной неустойки подлежащим удовлетворению в размере 1 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта по настоящему делу

Разрешая вопрос о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В материалы дела представлен договор № 04-01/2025 от 15.01.2025, по которому заказчик (ООО «Цзяшэнь») поручает и оплачивает, а исполнитель (ООО ЮК «Правовой совет») принимает на себя обязательство сопроводить процесс разблокировки банковских счетов, операции по которым приставлены на основании Закона о противодействии легализации преступных доходов, которые включает в себя составление и подачу жалобы в МВК при ЦБ РФ в течение 10 дней с момента заключения договора; при необходимости составление и подача заявления в суд на предмет нарушения восстановления нарушенных прав заказчика; сопровождение судебного процесса до момента получения решения, при этом стоимость услуг составляет 70 000 руб. (пункты 1.1 и 7.1 договора).

Поскольку факт оказания услуг подтверждается материалами дела (участием представителя в судебных заседаниях, предоставления материалов дела,

письменных позиций), учитывая удовлетворение иска в полном объеме и отсутствие возражений банка относительно размера расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции обосновано удовлетворил и взыскал с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 руб.

Выводы суда первой инстанции основаны на полном, всестороннем и объективном исследовании фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не противоречат им и не подлежат переоценке судом апелляционной инстанции.

Доводы заявителя жалобы не опровергают выводы суда и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены принятого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем решение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

С учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы, государственная пошлина по ней относится на ответчика (статья 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 176, 110, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение арбитражного суда первой инстанции от 08.09.2025 оставить без

изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий	 И.Н. Бармина

Судьи	 Ю.М. Корсакова

С.М. Кротов