ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.09.2020

Дело № А40-113935/18

Резолютивная часть постановления объявлена 08.09.2020

Полный текст постановления изготовлен  11.09.2020

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.

судей: Закутской С.А., Кручининой Н.А.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 22.01.2020

в судебном заседании 08.09.2020 по рассмотрению кассационных жалоб ФИО1 и ФИО3 

на определение от 26.02.2020

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 02.07.2020 

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Профметмонтаж» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Профметмонтаж»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 04.02.2019 общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Профметмонтаж» (далее – ООО «ПК «Профметмонтаж», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 18.03.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1) и ФИО3 (ФИО3) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2020, ФИО1 и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с указанных лиц в пользу конкурсной массы должника солидарно взыскано 65 749 437 руб. 72 коп.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 и ФИО3 ссылается на нарушение норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что вывод судов о том, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла в 2014 году не мотивирован.

По утверждению заявителей кассационных жалоб, вплоть до 13.04.2016, у ООО «ПК «Профметмонтаж» не имелось каких-либо неисполненных обязательств с наступившим сроком исполнения. Общество вело нормальную хозяйственную деятельность.

Кроме того, ФИО3 полагает, что судами неверно применены положения статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, утверждая, что требование о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом конкурсным управляющим не заявлялось.

ФИО1 полагает необоснованным вывод судов о наличии причинно-следственной связи между несвоевременной передачей/искажением документации должника и невозможностью пополнения конкурсной массы и удовлетворением требований кредиторов. Более того, ФИО1 считает, что вывод судов об искажении документации не основан на доказательствах.

ФИО1 и ФИО3 также указывает на то, что судами неверно установлен размер субсидиарной ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

ФИО1 обращает внимание, что  у должника имелись и иные контролирующие лица, а именно ФИО5, на имя которого была выдана доверенность с правом совершения от имени общества любых сделок, и ФИО6, которая, не состоя в штате сотрудников, вела бухгалтерию.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, а также настаивал на удовлетворении кассационной жалобы ФИО3

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителя ФИО1, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Судами установлено, что ФИО1 являлся генеральным директором ООО «ПК «Профметмонтаж» начиная с 16.08.2011, а ФИО3 – единственным участником общества с 13.04.2016.

Вместе с тем, ФИО1, являясь генеральным директором общества, не исполнил надлежащим образом обязанность по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, направив 16.07.2019, то есть после подачи конкурсным управляющим заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, передал пакет документов, в котором отсутствовали первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерская отчетность.

Более того, суды обеих инстанций, проанализировав бухгалтерский баланс за 2018 год и оборотно-сальдовые ведомости, пришли к выводу о наличии признаков искажения информации, отраженной в бухгалтерском балансе.

Установив изложенные обстоятельства, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что в результате несвоевременной и неполной передачи документов и имущества должника, а также искажения сведений, отраженных в бухгалтерском балансе, конкурсный управляющий объективно был лишен возможности реализовать необходимые в рамках дела о банкротстве мероприятия в целях пополнения конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и, установив, что бывшим генеральным директором должника ФИО1 не была надлежащим образом исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы, пришли к обоснованному и правомерному выводу об удовлетворении требований конкурсного управляющего по указанному основанию.

Доводы ФИО1 со ссылкой на разъяснения пункта 24 Постановления № 53 о том, что к нему не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку после возбуждения производства по заявлению им были направлены все имеющиеся у него документы, отклоняются арбитражным судом округа, поскольку судами установлено, что ФИО1 не были переданы первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерская отчетность.

При этом, по смыслу разъяснений пункта 24 Постановления № 53, само по себе отсутствие у руководителя необходимой документации не освобождает его от ответственности, поскольку добросовестный руководитель обязан совершить действия по ее истребованию либо восстановлению документации иным образом. 

Доводы кассационной жалобы ФИО1 о неправомерности выводов судов об искажении бухгалтерской отчетности свидетельствуют о его несогласии с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Указанные выводы судами сделаны в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании полного и всестороннего исследования представленных в материалы дела доказательств и изложенных сторонами обстоятельств.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того суд округа учитывает, что непередача документов должника является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, как и искажение бухгалтерской отчетности.

Вместе с тем, арбитражный суд округа, с учетом доводов кассационных жалоб, считает что судами, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом не учтено следующее.

Как усматривается из обжалуемых судебных актов, суды обеих инстанций пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательства должника на основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, указав, что обязанность по подаче в суд заявления о признании ООО «ПК «Профметмонтаж» банкротом возникла у них в 2014 году.

 В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

При этом, по смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку конкурсный управляющий ссылается на обстоятельства, имевшие место до 01.07.2017, к спорным правоотношениям Закон о банкротстве применяется в редакции введенной Федеральным законом 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Суды обеих инстанций, привлекая ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательства должника на основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, указали, что конкурсным кредиторами в материалы дела представлены доказательства, дающие достаточное основание полагать, что должник стал отвечать признаку несостоятельности (банкротства) уже в 2014 году.

При этом, судом первой инстанции указано, что просрочки в исполнении обязательств допускались должником с 2016 года.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (часть 7 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, арбитражный суд округа не может признать обоснованным вывод судов о том, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла в 2014 году, поскольку данный вывод не обоснован ссылками на конкретные обстоятельства и доказательства, учитывая, что судами установлена просрочка должника по исполнению обязательств только с 2016 года. Из обжалуемых судебных актов не представляется возможным определить перед какими кредиторами, в каком размере и в какой период времени у должника возникла задолженность и как следствие, обязанность по подаче заявления в суд.

Кроме того, судами не учтено, что исходя из того, что положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона 28.06.2013 № 134-ФЗ) определяют объем ответственности контролирующего должника лица только обязательствами, возникшими после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона, при рассмотрении требования о привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию надлежит установить точную дату возникновения обязанности по подаче в суд заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, нарушение норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, несоответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам в силу статьи 288, пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности с направлением обособленного спора в указанной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Указанные нарушения не влекут отмену судебных актов в отношении ФИО1, поскольку судом округа признаны законными и обоснованными выводы судов о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер ответственности по которому определяется совокупным размером включенных в реестр требований кредиторов (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, в том числе точную дату возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, размер субсидиарной ответственности, лицо, которое обязано было обратиться в суд с заявлением или инициировать эту процедуру (с учетом подлежащей применению редакции Закона о банкротстве), для чего исследовать и дать оценку всем доводам участвующих в деле лиц, и представленным ими доказательствам, и исходя из установленного, применить подлежащие применению нормы материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, правильно распределив бремя доказывания. 

Кроме того, суду надлежит выяснить какие основания привлечения к субсидиарной ответственности были заявлены конкурсным управляющим, с учетом заявленного им в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения, а также наличия в судебных актах немотивированных выводов об одобрении участником должника сделок.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2020  по делу № А40-113935/18 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2020  по делу № А40-113935/18 оставить без изменения, кассационную жалобу  ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЛ.В. Михайлова

 

Судьи:С.А. Закутская 

Н.А. Кручинина