СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2721/2023(1)-АК

Дело № А60-34338/2022

22 мая 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 мая 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                               Даниловой И.П., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» 

при участии:

от истца Акционерного общества «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов»: ФИО2, доверенность  от 05.07.2021, паспорт;

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от ответчика ФИО3: ФИО4, доверенность от 23.09.2022, паспорт; 

от третьего лица Ленинского районного отдела судебных приставов г.Екатеринбурга УФССП по Свердловской области: не явились, извещены надлежащим образом; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО3

на решение  Арбитражного суда Свердловской области 

от 31 января 2023 года 

по делу №А60-34338/2022

по иску Акционерного общества «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов»  (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО3  

третьи лица: Ленинский районный отдел судебных приставов г.Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области 

о взыскании убытков,

установил:

Акционерное общество «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» (далее – АО «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) убытков в размере 6 107 557,87 руб. 

Определение арбитражного суда от 04.10.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Ленинский районный отдел судебных приставов г.Екатеринбурга УФССП по Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 31.01.2023 требования полностью удовлетворены; с ФИО3 в пользу АО «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» взыскано 6 107 557,87 руб. убытков, а также 53 538 руб. расходов по уплате государственной пошлины, понесенных истцом при подаче иска. 

Не согласившись с принятым решением, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, перейти к рассмотрению спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, отказав в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права. 

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что предъявленные к взысканию убытки, выраженные в невозможности взыскания исполнения по делу №А60-13552/2016, возникли не в результате действий ФИО3 и не по его вине, а в результате независящих от него обстоятельств, а именно: отсутствия у контролируемого им лица - общества с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс» (далее – ООО ТК «Рутранс», должник) имущества, достаточного для удовлетворения требований взыскателя, что подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя Ленинского районного отдела судебных приставов г.Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области от 01.10.2020 об окончании исполнительного производства №63090/19/66004-ИП и возвращении  исполнительного документа взыскателю, в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию имущества оказались безрезультатными, которое АО «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» в установленном порядке и сроки оспорено не было, следовательно, обстоятельства, указанные в нем обстоятельства признаны истцом обоснованными. Отмечает, что в материалах дела отсутствуют бесспорные доказательств, подтверждающих, что имущественное положение ООО ТК «Рутранс» изменилось с момента принятия постановления от 01.10.2020 об окончании исполнительного производства №63090/19/66004-ИП и возвращении  исполнительного документа взыскателю, наоборот, представленные в материалы дела бухгалтерский баланс, промежуточный и ликвидационный баланс подтверждают отсутствие у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание. Считает, что формальное предъявление истцом исполнительного листа ко взысканию по истечению шести месяцев с момента окончания исполнительного производства, не может быть признано надлежащим и законным, так как имущественное положение ООО ТК «Рутранс» не изменилось, имущество не приобретено и никакие документы об изменении имущественного положения не представлены истцом ни в службу судебных приставов, ни в суд. Более того, из-за того, что имущественное положение должника не улучшалось, участником общества было принято решение о добровольной ликвидации юридического лица. Полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении заявленного ответчиком ходатайства об истребовании из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области (далее – Управление Росреестра по Свердловской области) и Главного Управления МВД России по Свердловской области сведений о зарегистрированном на ООО ТК «Рутранс» недвижимом имуществе и транспортных средств, что лишило его  возможности подтвердить надлежащими доказательствами имеющиеся у него сведения об отсутствии движимого и недвижимого имущества у ООО ТК «Рутранс» в период с 07.11.2016 (дата вступления в законную силу решения по делу №А60-13552/2016), и подтвердить свой довод о том, что должник не располагал имуществом, на которое могло быть обращено взыскание в целях удовлетворения требования истца по делу №А60-13552/2016, в том числе, в случае проведения процедур в деле о банкротстве. Обращает внимание на то, что ввиду неоднократного неуведомления третьего лица Ленинского районного отдела судебных приставов г.Екатеринбурга УФССП по Свердловской области о судебном разбирательстве и истребовании у него документов представитель ответчика лично  под роспись вручал ему  промежуточные судебные акта по настоящему делу, после чего службой судебных приставов истребуемые у него материалы и сведения были представлены в суд. Таким образом, ФИО3 не затягивал судебный процесс, а, наоборот, содействовал уведомлению сторон и скорейшему рассмотрению настоящего дела. Не соглашается с выводом суда о том, что положения статьи 266 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) могут быть применены только в отношении дебиторской задолженности, отмечая, что бухгалтерская отчетность, равно как промежуточный и ликвидационный балансы формируются с учетом действующего налогового законодательства. По мнению подателя жалобы, с учетом имеющихся сведений о неоднократном окончании исполнительных производств в отношении ООО ТК «Рутранс», в том числе, исполнительного производства от 14.03.2018  №63090/19/66004-ИП ввиду невозможности взыскания, взысканная с указанного лица в рамках дела №А60-13552/2016 задолженность является безнадежным долгом, нереальным ко взысканию, подлежала списанию в бухгалтерской отчетности и не должна была быть отражена в промежуточном ликвидационном и ликвидационном балансах ООО ТК «Рутранс», при этом, факт возбуждения исполнительного производства от 15.06.2021 №81123/21/66004-ИП не может являться основанием для восстановления задолженности в бухгалтерской отчетности, так как ни должник, ни ФИО3 не были уведомлены о возбуждении данного исполнительного производства; кроме того, промежуточный и ликвидационный баланс формировались на основе данных бухгалтерского баланса по состоянию на  31.12.2020, тогда как  исполнительное производство было возбуждено только 15.06.2021. Указывает на то, что в ходе рассмотрения настоящего дела ответчик неоднократно обращал внимание суда на то, что, начиная с 2016 года, то есть, более пяти лет, АО «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» не обращался в арбитражный суд с заявлением о признании ООО ТК «Рутранс» несостоятельным (банкротом), причины истцом пояснены не были. Считает, что инициирование настоящего дела о взыскании убытков с ФИО3 является злоупотреблением правом со стороны истца, не основанным на законе и является попыткой переложить безнадежный ко взысканию долг юридического лица на физическое лицо в отсутствие законных оснований. Утверждает, что  процедура добровольной ликвидации осуществлена с соблюдением законодательства. С учетом изложенного, полагает, что истцом не доказана совокупность оснований, необходимых для взыскания убытков, а именно: наличии вины ответчика и причинно-следственной связи между его действиями и возникшим вредом, отмечая, что после ликвидации ООО ТК «Рутранс» никакого имущества не осталось. ФИО3 как участнику данного юридического лица имущество не передавалось, соответственно, никакой выгоды от ликвидации общества ответчик не извлек.

До начала судебного заседания от истца поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит обжалуемое решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2023 судебное разбирательство отложено на 1505.2023; судом истребованы: у Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области  сведения о наличии/отсутствии зарегистрированного за обществом с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) недвижимого имущества за период с 2015 по 2021 г.г.;  Главного Управления МВД России по Свердловской области  сведения о наличии зарегистрированных за обществом с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) транспортных средствах за период с 2015 по 2021 г.г.; у Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области  и Инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга (620014, 

<

...>) материалы регистрационного дела в отношении общества с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и документы о его ликвидации (решение о ликвидации юридического лица, промежуточные и ликвидационные балансы и др.), а также бухгалтерские балансы общества с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), начиная с 2015 года до момента ликвидации юридического лица, сведения о руководителях и учредителях общества с момента его создания, сведения о закрытых счетах, выписки по счетам общества (при их наличии); обязав ответчика ФИО3 представить в суд представленные в налоговый орган промежуточные и ликвидационные балансы общества с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс», список включенных в указанные балансы дебиторов и кредиторов общества с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс»; сведения об отраженных в балансе имущества должника; пояснения относительно того, каким образом происходило распределение имеющегося у общества с ограниченной ответственностью Торговая компания «Рутранс» имущества и денежных средств,  случае его наличия; письменные пояснения по непогашению должником требований кредитора.

В судебном заседании от 15.05.2023, в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Зарифуллиной Л.М., на основании пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена ее замена на судью Данилову И.П., о чем вынесено соответствующее определение от 12.05.2023. После замены судьи рассмотрение обособленного спора начато апелляционным судом с самого начала в составе председательствующего Саликовой Л.В., судей Даниловой И.П., Макарова Т.В. 

До начала судебного заседания от истца и ответчика поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе и возражения на апелляционную жалобу с приложением запрашиваемых документов.

Ходатайства представителей истца и ответчика о приобщении документов  рассмотрено апелляционным судом в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, представленные документы приобщены к материалам дела.

Представителем ответчика заявлено ходатайство об истребовании от истца (потерпевшего по уголовному делу) либо непосредственно в СО ОП №24 СО ММО МВД России «г.Каменск-Уральский» материалов уголовного дела №150755126 от 14.08.2015 (по материалам КУСП №4457 от 27.03.2015), от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №22 по Свердловской области (адрес 623400, 

<

...>), сведения о том, производило ли АО «КУЗОЦМ» списание безнадежного долга ООО ТК «Рутранс» по делу №4А60-13552/2016 путем уменьшения своей облагаемой базы по налогу на прибыль на сумму дебиторской задолженности в период с 2016 по 2023г.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

По смыслу приведенной правовой нормы при рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств и при отсутствии соответствующей необходимости вправе отказать в его удовлетворении.

Рассмотрев доводы представителя ответчика об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств на основании статей 66, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме с учетом представленных письменных пояснений, на отмене определения суда настаивал. 

Представитель истца против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в отзывах и дополнениях на апелляционную жалобу. 

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «ТК «Рутранс» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 14.06.2013, ликвидировано 01.02.2022 (ГРН 2226600102420). 

Единственным участником общества, а также ликвидатором выступал ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.08.2016г. по делу №А60-13552/2016, с общества с ограниченной ответственностью «ТК «Рутранс» в пользу открытого акционерного общества «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» взыскано 6054426 рублей 58 коп. в возмещение ущерба, а также 53272 рубля в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

При этом удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия у ответчика в соответствии с условиями договора и требованиями закона обязанности по возмещению реального ущерба в связи с утратой груза после принятия его экспедитором и до выдачи груза получателю; доказанности факта принятия спорного груза обществом ТК «Рутранс» к перевозке; ненадлежащего исполнения ответчиком принятых на себя обязательств по спорному договору; возникновения у истца убытков в размере стоимости перевозимого груза; наличия причинной связи между ненадлежащим исполнением ответчиком договорного обязательствами и убытками; вины ответчика и отсутствия доказательств возмещения убытков в размере 6 054 426 руб. 58 коп.

На основании указанного решения 29.11.2016 Арбитражным судом Свердловской области был выдан исполнительный лист серии: ФС № 013780803 Ленинским РОСП г. Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области было возбуждено исполнительное производство 63090/19/66004-ИП. 

Единственным участником (учредителем) ООО «ТК «Рутранс» было принято решение № 01/21 от 23.09.2021 о добровольной ликвидации ООО «ТК «Рутранс». 

В Вестнике государственной регистрации 13.10.2021 было опубликовано сообщение о ликвидации ООО «ТК «Рутранс», ликвидатором назначен ФИО3, являвшийся руководителем ООО «ТК «Рутранс». 

В ЕГРЮЛ 30.09.2021 внесена запись ГРН 2216601143680 о принятии юридическим лицом решения о ликвидации, формировании ликвидационной комиссии и составлении промежуточного ликвидационного баланса юридического лица. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, в отношении должника ООО «ТК «Рутранс» 01.02.2022 регистрирующим органом была внесена запись ГРН 2226600102420 о прекращении деятельности юридического лица посредством ликвидации (на основании заявления о ликвидации ЮЛ Р15016, подписанного ФИО3, решения участника о ликвидации и ликвидационного баланса).

 Ссылаясь на то, что на момент исключения общества с ограниченной ответственностью «ТК «Рутранс» из ЕГРЮЛ у него имелась подтвержденная судебным актом задолженность перед истцом, ликвидатор общества с ограниченной ответственностью «ТК «Рутранс» ФИО3 на момент предоставления ликвидационного баланса и ликвидации юридического лица знал о наличии имеющейся задолженности общества, ответчик должен был совершить действия, направленные на разрешение надлежащим образом вопросов, касающихся расчетов с кредиторами, истец обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с ликвидатора общества «ТК «Рутранс» ФИО3 в размере 6 107 557 руб. 87 коп. 

Истец полагает, что недобросовестность ликвидатора ООО «ТК «Рутранс» выразилась в не уведомлении истца о ликвидации общества (что является нарушением процедуры ликвидации), при составлении промежуточного и ликвидационного баланса задолженность перед истцом не была включена, зная о долге, ликвидатор обязан был инициировать процедуру банкротства, чего сделано не было.

Установив неправомерное поведения ответчика как ликвидатора ООО «ТК «Рутранс», которое, в свою очередь, не позволило удовлетворить требования истца к данному юридическому лицу в установленном порядке, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, изучив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации в качестве одной из основ конституционного строя провозглашает свободу экономической деятельности (статья 8, часть 1) и закрепляет право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1).

В силу данных конституционных предписаний граждане могут самостоятельно определять сферу своей экономической деятельности и осуществлять ее как непосредственно, в индивидуальном порядке, так и опосредованно, в том числе путем создания коммерческого юридического лица либо участия в нем единолично или совместно с другими гражданами и организациями.

В то же время осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). Исходя из этого, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловливаются установленным федеральным законодателем - исходя из существа и целевой направленности соответствующего вида общественно полезной деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом субъектов этой деятельности, включая права и обязанности, а также меры ответственности.

Одной из организационно-правовых форм коммерческих организаций, которые создаются в целях осуществления предпринимательской деятельности и наиболее востребованы рынком, являются хозяйственные общества, в частности их разновидность - общество с ограниченной ответственностью (пункт 4 статьи 66 ГК РФ).

Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью, корпоративные права и обязанности их участников, регулируются федеральными законами, в частности гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью». Федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему статьями 71 (пункт «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечивать их участникам справедливое, соответствующее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации в стране, не ущемляющее свободу экономической деятельности и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а также предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей, в том числе обязательств перед потребителями, меры и условия привлечения к ответственности на основе конституционно значимых принципов гражданского законодательства.

Конституционный Суд Российской Федерации ранее обращал внимание на то, что наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (определение от 3 июля 2014 года №1564-О).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК Российской Федерации).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК Российской Федерации). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26.10.2022 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно статье 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Аналогичный порядок, как указано выше, предусмотрен и в случае недостоверности сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Как указано выше, единственным участником (учредителем) ООО «ТК «Рутранс» было принято решение № 01/21 от 23.09.2021 о добровольной ликвидации ООО «ТК «Рутранс». 

Судом первой инстанции установлено, что в Вестнике государственной регистрации 13.10.2021 было опубликовано сообщение о ликвидации ООО «ТК «Рутранс», ликвидатором назначен ФИО3, являвшийся руководителем ООО «ТК «Рутранс». 

В ЕГРЮЛ 30.09.2021 внесена запись ГРН 2216601143680 о принятии юридическим лицом решения о ликвидации, формировании ликвидационной комиссии и составлении промежуточного ликвидационного баланса юридического лица. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, в отношении должника ООО «ТК «Рутранс» 01.02.2022 регистрирующим органом была внесена запись ГРН 2226600102420 о прекращении деятельности юридического лица посредством ликвидации.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (пункт 3.1 введен Федеральным законом от 28.12.2016 №488-ФЗ) исключение общества с ограниченной ответственностью) (далее также - общество) из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки Г.В. Карпук» указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 №580-О, №581-О и №582-О, от 29.09.2020 №2128-О и др.).

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений  или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Из материалов дела следует, что в обоснование требований истец ссылается, что ответчик знал об имеющейся задолженности, которая не была оплачена в ходе исполнительного производства, при этом принял решение о добровольной ликвидации Общества; нарушил порядок ликвидации юридического лица, предусмотренный законом: обратился в регистрирующий орган с заявлением о государственной регистрации прекращения деятельности Общества в связи с его ликвидацией, представив недостоверные сведения в отношении кредиторской задолженности ликвидируемого общества; не уведомил кредитора о предстоящей ликвидации; умышленно не включил сведения о кредиторской задолженности АО «КУЗОЦМ» в промежуточный (ликвидационный) баланс; не обратился в суд как руководитель с заявлением о признании ООО «ТК Рутранс» несостоятельным (банкротом) при наличии у организации признаков объективного банкротства.

Рассмотрев доводы сторон и представленные доказательства, суд первой инстанции посчитал доводы АО «КУЗОЦМ» обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем, данное обстоятельство, вопреки выводам суда первой инстанции, не является достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

         При этом, сами по себе не выплата задолженности истцу обществом денежных средств и последующее исключение указанного общества из ЕГРЮЛ, имеющего при этом задолженность перед кредиторами юридического лица, не презюмируют вину руководителя общества в неисполнении обязательств обществом и не являются достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Как следует из материалов дела, что между обществом ТК «Рутранс» (экспедитор) и обществом «КУЗОЦМ» (клиент) заключен договор транспортно-экспедиционного обслуживания от 09.07.2013 № 05-297-13 (далее – договор), по условиям которого экспедитор обязуется выполнять или организовывать выполнение для клиента определенные договором транспортно-экспедиционные услуги, обеспечивающие безопасную транспортировку (доставку) и передачу грузов надлежащим грузополучателям по заявкам клиента, а клиент обязуется оплатить оказанные услуги на условиях договора (п. 1.1 договора). Во исполнение условий договора сторонами подписана заявка от 24.03.2015 на перевозку груза (прокат цветных металлов) по маршруту: г. Каменск-Уральский – пос. Воровского – г. Рыбинск – г. Бологое, водитель - ФИО5, транспортное средство: Вольво, г.н. Т820СУ133, прицеп АЕ 5210/33. 

Согласно представленным в материалы дела накладным от 24.03.2015 № 2973, № 2974, № 2978, № 2979, № 2980, № 2981, № 2982, № 2983, № 2984, от 24.01.2015 № 180/1, от 24.03.2015 № 180/1, от 24.03.2015 № 2985, от 24.03.2015 № 180/2, от 24.03.2015 № 180/2, от 24.03.2015 № 2986, от 24.03.2015 № 180/3, от 24.03.2016 № 180/3, в которых имеется подпись водителя ФИО5, обществом ТК «Рутранс» груз принят к перевозке. 

При согласовании заявки от 24.03.2015 сторонами установлена необходимость прибытия в пункт разгрузки 27-31 марта 2015 года. 

Поскольку в установленный в заявке срок груз в места разгрузки не был доставлен, общество «КУЗОЦМ» направило в адрес общества ТК «Рутранс» претензию от 03.04.2015 № 05-07-07/497 с требованием о возмещении причиненного ущерба в размере 6 063 276 руб. 58 коп. 

Неисполнение обществом ТК «Рутранс» требований общества «КУЗОЦМ», изложенных в претензии, послужило основанием для обращения последнего в арбитражный суд с иском о возмещении ущерба в размере действительной стоимости груза.

Как следует из пояснений ответчика, в отношении обстоятельств хищения металлопроката на сумму 6 095 411,79 руб. (которое в виде ущерба взыскано с ООО ТК «Рутранс» по делу №А60-13552/2016) было возбуждено уголовное дело 14.08.2015 следователем СО ОП №24 СО ММО МВД России «г.Каменск-Уральский» за №150755126 (по материалам КУСП №4457 от 27.03.2015). Потерпевшим по уголовному делу признано ОАО «КУЗОЦМ» постановлением от 14.08.2015г.

В подтверждении данных обстоятельств ответчиком представлены на стадии рассмотрения апелляционной жалобы копии протокола допроса потерпевшего от 24.08.2015, объяснение водителя ФИО5 от 30.03.2015 и 31.03.2015, постановления о возбуждении уголовного дела от 14.08.2015 постановления о признании потерпевшим от 14.08.2015, постановление от 14.12.2015 о переквалификации преступления постановления от 03.03.2016 об отмене постановления от 14.12.2015, постановления от 15.03.2016 о переквалификации преступления, постановления от 29.03.2016 о приостановлении следствия, постановления от 27.04.2016 о возобновлении следствия.

Сведения по результатам проверки по материалам КУСП №4457 от 27.03.2015 суду апелляционной инстанции участниками процесса не представлены.

С учетом данных обстоятельств, ответчик  пояснил, что общество  ТК «Рутранс» с 2017 перестало осуществлять хозяйственную деятельность. Полученные доходы в основном расходовались на оплату налогов и заработной платы сотрудников, аренды офиса.

Материалами дела установлено,  что ООО ТК «Рутранс» с момента своего создания занималась посреднической деятельностью между грузоотправителями и перевозчиками. Собственного недвижимого имущества, а также собственных и арендованных транспортных средств. С конечными перевозчиками ООО ТК «Рутранс» заключало разовые договоры-заявки на перевозку (поиск перевозчиков и грузов с использованием информационной системы АТИ). 

Вопреки доводам истца, представленные документы в материалы дела по хозяйственной деятельности общества ТК «Рутранс» показывают, что должником деятельность с начала 2018 года уже не велась. Представленные в материалы дела регистрирующими органами документы и бухгалтерская отчетность подтверждают отсутствие имущества должника.

Согласно бухгалтерскому балансу активы общества ТК «Рутранс» за 2016 год составили 7 465 тыс.руб., в том числе запасы – 13 тыс.руб., финансовые и другие 7 452 тыс.руб. Кредиторская задолженность – 5 296 тыс.руб. Налог на прибыль составил – 128 тыс.руб.

За 2017 год следует, что активы должника  составили в размере 2 609 тыс.руб., в том числе  денежные средства – 26  тыс.руб., финансовые и другие оборотные активы – 2 583 тыс.руб. Кредиторская задолженность – 436 тыс.руб., налоги – 11 тыс.руб. Выручка составила в размере 182 тыс.руб.

За 2018 год активы должника составили в размере 1 944 тыс.руб., в том числе финансовые и другие оборотные активы – 1 924 тыс.руб. Пассив должник составил 1 944 тыс.руб., в том числе кредиторская задолженность – 134 тыс.руб., капитал и резервы – 1 802 тыс.руб. Выручка отсутствует. Убыток составил- 370 тыс.руб.

За 2019 год актив должника составил 1 397 тыс.руб., в том числе финансовые и другие оборотные активы -1 397 тыс.руб. Пассив должника составил 1 397 тыс.руб., в том числе капитал и резервы – 1 383 тыс.руб., кредиторская задолженность – 14 тыс.руб. Убыток составил – 370 тыс.руб.

За 2020 год  актив должника составил 1 397 тыс.руб., в том числе финансовые и другие оборотные активы -1 397 тыс.руб. Пассив должника составил 1 397 тыс.руб., в том числе капитал и резервы – 1 383 тыс.руб., кредиторская задолженность – 14 тыс.руб. Убыток составил – 419 тыс.руб.

Таким образом, с начала 2018 года общество ТК «Рутранс» хозяйственную деятельность не осуществляло, между тем за 2017 год выручка общества составила  в размере 182 тыс.руб., у должника отсутствует движимое и недвижимое имущество.

При этом, исполнительный лист истцом направлен  в Ленинский РОСП г.Екатеринбурга  только в марте  2018 года.

Как следует из представленных документов по исполнительному производству, в отношении должника были возбуждены исполнительные производства №14592/18/66004-ИП от 14.03.2018 и №81123/21/660004-Ип от 15.06.2021. 

Постановлением судебного пристава-исполнителя Ленинского РОСП г.Екатеринбурга от 14.03.2018 возбуждено исполнительное производства №14592/18/660004-ИП в отношении  общества  ТК «Рутранс» в пользу взыскателя общества «КУЗОЦМ» на сумму 6 107 698,58 руб., взысканной судебным актом от 04.08.2016 по делу №А60-13352/2016.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Ленинского РОСП г.Екатеринбурга от 08.06.2018 исполнительное производства №66004/18/122018 прекращено.

Из пояснений истца следует, что обществом «КУЗОЦМ»  были направлены жалобы на постановление о прекращении исполнительного производства №14592/18/660004-ИП.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Ленинского РОСП г.Екатеринбурга от 01.10.2020 исполнительное производство  №63090/19/66004-ИП окончено и исполнительный  лист №ФС 013780803 возвращен взыскателю ОАО «КУЗОЦМ», в связи с тем, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, все принятые допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными. По состоянию на 01.10.2020 задолженность по исполнительному производству составляла 6 107 557,87 руб. Сумма, взысканная по исполнительному листу, составила 140,741 руб.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Ленинского РОСП г.Екатеринбурга от 15.06.2021 на основании исполнительного листа от №ФС 013780803 возбуждено исполнительное производство №81123/21/66004-ИП.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 08.11.2021 исполнительное производство №81123/21/66004-ИП окончено.

Кроме того, согласно картотеки дела №А60-13552/2016 следует, что 10.04.2019 и 15.04.2019 общество «КУЗОЦМ» поданы ходатайства о прекращении исполнительного производства.

Таким образом, из материалов исполнительного производства следует, что у общества ТК «Рутранс» отсутствует движимое и недвижимое имущество, общество открытых расчетных счетов не имеет, что явилось основанием для окончания исполнительного производства ввиду невозможности взыскания долга.

В силу пункта 1 статьи 63 ГК РФ у ликвидационной комиссии (ликвидатора) есть обязанность принимать меры по выявлению кредиторов, а также уведомлению в письменной форме кредиторов о ликвидации юридического лица. Следовательно, ликвидатор обязан выявлять и письменно уведомлять именно кредиторов - лиц, перед которыми имеется очевидная или спорная, то есть заявленная к взысканию задолженность.

В соответствии со статьей 224 Закона о банкротстве в случае, если стоимость имущества должника - юридического лица, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, такое юридическое лицо ликвидируется в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве. При обнаружении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, ликвидационная комиссия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Как указано выше, в обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что в результате несоблюдения ликвидатором (ответчиком) положений действующего законодательства о порядке ликвидации юридического лица, свидетельствующим о противоправности его поведения, истец лишился возможности своевременно предъявить должнику имущественные требования, утратив возможность удовлетворения своего требования за счет имущества ликвидированного юридического лица, однако доказательства, свидетельствующие о получения истцом удовлетворения своих требований от общества ТК «Рутранс» в случае отражения кредиторской задолженности в ликвидационном балансе общества, в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

Согласно пояснениям ответчика и представленных документов на стадии апелляционной инстанции следует, что до начала ликвидации были произведены все платежи по оплате задолженности по заработной плате, налогов, обязательных взносов в фонды и иных платежей первой очереди, задолженность отсутствовала. В ликвидационном и в промежуточном балансах отражены сведения об отсутствии имущества и денежных средств должника, дебиторская задолженность отсутствует, список дебиторов и кредиторов не составлялся, на стадии ликвидации расчеты не производились.

Таким образом, не указание  ответчиком в ликвидационных балансах сведений в отношении кредиторской задолженности на сумму 6 107 698,58 руб.  перед ООО «КУЗОЦМ», не нарушило права истца, поскольку в рамках проведения процедуры ликвидации общества, ликвидатором имущество ООО ТК «Рутранс» не установлено.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО3 и наличием убытков у общества «КУЗОЦМ» в заявленном размере, что исключает возложение на ФИО3 субсидиарной ответственности по обязательствам общества  ТК «Рутранс» перед обществом «КУЗОЦМ».

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции исходит из того, что каких-либо доказательств противоправного поведения ответчика, недобросовестности либо неразумности в его действиях (бездействия), которые явились причиной неисполнения обществом ТК «Рутранс» обязательств перед обществом «КУЗОЦМ», не представлено; наличие у общества ТК «Рутранс» непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, и исключение общества ТК «Рутранс» из ЕГРЮЛ не являются достаточными обстоятельствами для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ТК «Рутранс». 

Вопреки доводам истца не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Вместе с тем, соответствующих обстоятельств судом апелляционной инстанции не установлено, а истцом не доказано.

Вопреки доводам истца, судом апелляционной инстанции также не установлено совершение каких-либо противоправных действий, направленных на вывод активов общества с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредитором общества со стороны ответчика.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств, приняв во внимание, что само по себе наличие кредиторской задолженности, в том числе перед обществом «КУЗОЦМ», в определенный момент само по себе не подтверждает наличия у руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве"), а никаких доказательств, позволяющих установить период возникновения обстоятельств, с которым Закон о банкротстве связывает обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в связи с наличием у общества признаков объективного банкротства, не представлено и никаких ходатайств об истребовании соответствующих доказательств в судебном порядке не заявлено, иные кредиторы требований соответствующих к должнику не предъявили, и, учитывая, что материалы дела также не содержат оснований для вывода о том, что именно принятие ФИО3 мер к ликвидации должника через процедуру банкротства могло бы привести к погашению задолженности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности материалами дела наличия в данном случае оснований для привлечения ФИО3 как лица, контролировавшего общество ТК «Рутранс», к субсидиарной ответственности за неподачу в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что сам кредитор с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд не обращался, не принял меры к уведомлению регистрирующего органа о наличии судебного акта о взыскании с кредитора соответствующей задолженности и отсутствии его исполнения в период после опубликования решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ до истечения срока возможного предъявления данных требований, и не заявил возражения против исключения должника из ЕГРЮЛ.

С учетом вышеизложенных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств, по результатам исследования и оценки доказательств по делу, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, приняв во внимание, что исключение должника из ЕГРЮЛ и неисполнение его руководителем обязанности по отражению кредиторской задолженности перед обществом «КУЗОЦМ» не находятся в причинно-следственной связи с неисполнением гражданско-правового обязательства должника перед кредитором и не являются бесспорным доказательством вины ФИО3 в неуплате данного долга, а также не являются достаточным основанием для квалификации поведения лица, имеющего возможность определять действия юридического лица, как неразумного или недобросовестного применительно к исполнению обязательств перед третьими лицами, установив, что никаких доказательств того, что ФИО3 действовал недобросовестно и неразумно, скрывал имущество должника, выводил активы либо предпринимал иные меры по уклонению от погашения долга и исполнения вступившего в законную силу судебного акта не представлено, доказательства наличия в действиях ФИО3 умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекших невозможность исполнения обязательств перед кредитором также отсутствуют, и никаких ходатайств по данному поводу в ходе рассмотрения настоящего дела суду кредитором не заявлено, а невключение сведений в ликвидационный баланс требований кредитора при проведении мероприятий по ликвидации общества ответчиком не нарушило права общества «КУЗОЦМ» ввиду отсутствия имущества должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, которые могли бы свидетельствовать о наличии в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных условий для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах, в связи с чем суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении иска.

Доводы истца о том, что суд апелляционной инстанции неверно распределил бремя доказывания, обязав доказать недобросовестность и неразумность действий ФИО3 кредитора, лишенного возможности представить доказательства по деятельности должника, и освободив ФИО3 от доказывания отсутствия его вины, а также не учел, что ввиду непредъявления возражений против иска, приведенные кредитором обстоятельства противоправности действий ФИО3 считаются признанными последним, по результатам исследования и оценки доказательств не приняты судом апелляционной инстанции во внимание как основанные на ошибочном толковании норм права, и, не соответствующие материалам дела, в том числе, с учетом того, что поскольку субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, ввиду чего по соответствующей категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах, и кредитор, предъявив требование о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, должен был представить достаточную совокупность доказательств и обстоятельств, указывающих на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, однако соответствующие доказательства кредитором не представлены, при этом кредитор фактически ссылался только на факт несоблюдения ликвидатором положений действующего законодательства о порядке ликвидации юридического лица и  на наличие у должника непогашенной кредиторской задолженности, что само по себе не создает достаточную для выполнения обязанности по доказыванию презумпцию недобросовестного и неразумного поведения, в то время как никаких иных оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности кредитор не заявлял, а, ссылаясь на неподачу ФИО3 заявления о банкротстве должника в связи с возникновением у должника задолженности перед кредитором, последний никаких доказательств, подтверждающих данный довод не представил и не указал, как названное обстоятельство может повлиять на возможность взыскания с ФИО3 в пользу кредитора спорных денежных средств, исходя из положений Закона о банкротстве о порядке определения размера субсидиарной ответственности за неподачу заявления банкротстве, при этом со стороны ответчика представлены все имеющиеся документы  и истребованы в судебном порядке необходимые доказательства, а само по себе отсутствие со стороны ФИО3 дополнительных доказательств по хозяйственной деятельности должника в данном случае, с учетом всех вышеназванных обстоятельств дела не может свидетельствовать о признании ФИО3 заявленных требований в порядке части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не является самостоятельным основанием для освобождения кредитора от обязанности представить доказательства в соответствии с частью 1 статьи 65 того же Кодекса и для удовлетворения иска.

Принимая во внимание вышеизложенное, обжалованный судебный акт подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела и недоказанностью имеющих для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными (пункты 1, 2 части 1 статьи 270 АПК РФ).

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относится на истца.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от  31 января 2023 года  по делу № А60-34338/2022 отменить.

В удовлетворении  иска АО «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» о взыскании убытков  с ФИО3 отказать.

Взыскать с АО «Каменск-Уральский завод по обработке цветных металлов» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  в пользу ФИО3 (ИНН 

<

***>) государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров