АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5750/2023

18 декабря 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кушнаревой И.Ф.

судей Кучеренко С.О., Чумакова Е.С.

при участии:

финансовый управляющий ФИО1, лично

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Росбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 107078, 

<

...>), ФИО2, ФИО5 Николаевны

на определение Арбитражного суда Приморского края от 21.06.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023

по делу № А51-6303/2020 

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО4 - Янова Тимофея Павловича

к ФИО2, Глечиковой Ольге Николаевне

о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности 

в рамках дела о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Приморского края от 22.04.2020 по заявлению кредитного потребительского кооператива «Вариант» возбуждено производство по делу о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 29.06.2020 в отношении должника введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1. 

Решением суда от 22.10.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий).

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий 18.12.2020 обратился в суд с заявлением, впоследствии уточненным, о признании недействительными заключенных 23.04.2019 от 25.04.2019 между должником и ФИО2 договоров купли-продажи недвижимого имущества, заключенных между ФИО2 и ФИО5 договора купли-продажи данного имущества от 31.07.2019 и договора дарения от 20.08.2019 в отношении этого же недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу объектов недвижимости: 

- земельного участка площадью 1519 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5072; Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: ул. Ленинградская, 13 Л;

- земельного участка площадью 209 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5071, расположенный по адресу: Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: ул. Ленинградская, 13 Л; 

- земельного участка площадью 408 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5070, расположенный по адресу: Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: ул. Ленинградская, 13 Л;

- нежилого здания - продовольственный магазин мелкооптовой торговли, назначение -  торговое, общая площадь 357,3 кв.м., инвертарный номер 05:414:001:010449330, лит. 1, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый (условный номер): 25-25-18/056/2010-204. 

Определением суда от 21.06.2023, оставленным без изменения Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023, заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены, оспариваемые сделки признаны недействительными, на ФИО5 возложена обязанность возвратить указанное имущество в конкурсную массу должника.

ФИО6 и ФИО5 обратились в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

ФИО6 приводит доводы о том, что  факт знакомства ФИО4, ФИО7 и ФИО5, при недоказанности контроля и вовлеченности ответчиков в процесс предпринимательской деятельности должника, не свидетельствует о фактической аффилированности и осведомленности о финансовом положении ФИО8 Настаивает, что оплата за недвижимое имущество произведена путем зачета взаимных требований по заключенным с должником договорам займа, факт заключения которых подтвержден расписками в получении денежных средств; финансовая возможность ФИО9 предоставить займы подтверждена возвратом денежных средств другими заемщиками – ФИО10 и ФИО11, свидетельскими показаниями указанных лиц. Считает недоказанным наличия совокупности условий для признания сделок недействительными.

ФИО5 в кассационной жалобе приводит аналогичные доводы, дополнительно указав, что самостоятельно вела предпринимательскую деятельность и приняла на себя бремя содержания недвижимого имущества, начиная с даты государственной регистрации права собственности, что подтверждается представленными в дело доказательствами. 

Публичное акционерное общество «Росбанк» (далее – ПАО «Росбанк», банк) также подало кассационную жалобу, в которой просит принятые по делу судебные акты изменить с учетом позиции банка о сохранении в отношении возвращаемого в конкурсную массу недвижимого имущества обременения в виде ипотеки.

В обоснование своей позиции банк указывает, что в обеспечение надлежащего исполнения заключенного между банком и ФИО5 30.06.2020 кредитного договора № 

<

***> о предоставлении не возобновляемой кредитной линии между указанными сторонами заключен договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 30.06.2020 № 

<

***>/Z01, по которому в залог банку передано недвижимое имущество, являющееся предметом оспариваемых сделок; решением Находкинского городского суда от 15.05.2023 по делу № 2-300/2023 на указанное имущество обращено взыскание. Приводит доводы о том, что до заключения указанных договоров банком осуществлена проверка полномочий ФИО5, установлено, что право собственности зарегистрировано, обременения отсутствуют; ПАО «Росбанк» является добросовестным залогодержателем, права которого должны быть защищены. Полагает, что при применении последствий недействительности сделки должна быть определена юридическая судьба залога, однако суды первой и апелляционной инстанций не включили в предмет исследования вопрос о сохранении за банком права залога. 

КПК «Вариант», финансовый управляющий направили в дело отзывы с возражениями на кассационные жалобы. Считают, что материалами дела подтвержден мнимый характер сделок. Поддерживают вывод апелляционного суда о том, что банк не лишен права обратиться в суд с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов должника, при рассмотрении которого будет решен вопрос о сохранении залога на спорное имущество.

В судебном заседании суда округа финансовый управляющий поддержал приведенную в отзыве позицию.

 Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», явку представителей не обеспечили, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции по правилам статей 284, 286 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между должником (продавец) и ФИО2 (покупатель) 23.04.2019 заключен договор купли-продажи недвижимости, в соответствии с условиями которого покупателю передан в собственность земельный участок площадью 1 519 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5072, расположенный по адресу: Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира:                          ул. Ленинградская, 13Л.

В пункте 3 договора указано на уплату покупателем цены объекта в размере 4 500 000 руб. в момент заключения договора путем зачета встречных однородных требований, что подтверждается соглашением от 23.04.2019, заключенным между продавцом и покупателем.

Также между этими сторонами 25.04.2019 заключен договор купли-продажи недвижимости, предметом которого является передача покупателю в собственность следующих объектов недвижимости: 

- нежилое здание - продовольственный магазин мелкооптовой торговли, назначение торговое, общая площадь 357,3 кв.м., инвентарный номер 05:414:001:010449330, лит.1, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый (условный номер):                     25-25-18/056/2010-204; 

- земельный участок площадью 209 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5071, расположенный по адресу: Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: ул. Ленинградская, 13Л; 

- земельный участок площадью 408 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5070, расположенный по адресу: Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: ул. Ленинградская, 13Л. 

Пунктом 3 договора установлена общая стоимость объектов недвижимости в размере 6 000 000 руб., а также указано, что покупатель произвел оплату в момент заключения договора путем зачета встречных однородных требований, что подтверждается соглашением от 25.04.2019, заключенным между продавцом и покупателем.

Право собственности покупателя зарегистрировано на основании указанных договоров 08.05.2019 и 14.05.2019 соответственно.

В дальнейшем земельный участок площадью 1 519 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5072 отчужден ФИО2 в пользу ФИО5 по договору купли-продажи от 31.07.2019 по цене 700 000 руб. 

По договору дарения от 20.08.2019 в собственность ФИО5 переданы земельный участок площадью 209 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5071; земельный участок площадью 408 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5070; нежилое здание - продовольственный магазин мелкооптовой торговли, ей площадью 357,3 кв.м., инвентарный номер 05:414:001:010449330, кадастровый номер 25:31:0103306:802.

На основании данных договоров Управлением Росрееста по Приморскому  краю 26.09.2019 и 08.10.2019 произведена государственная регистрация права собственности ФИО5 на объекты недвижимости.

Финансовый управляющий, сославшись на то, что договоры заключены с целью вывода активов должника в отсутствие встречного предоставления в пользу заинтересованного лица для предотвращения обращения взыскания на имущество, чем нарушены права и законные интересы кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также с применением положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). 

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

 В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

Как указано в пункте 4 постановления Пленума № 63,  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 7 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В пункте 8 постановления Пленума № 25 указано, что при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Исходя из даты возбуждения дела о банкротстве ФИО8 (22.04.2020), с учетом даты регистрации перехода права собственности, договоры купли-продажи с ФИО12 и впоследствии с ФИО5 подпадают под период подозрительности, определенный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и могут быть оспорены по данным основаниям.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 308-ЭС18-14832 (3, 4) изложена позиция, согласно которой, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности  на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества. Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 Судами установлено, что на дату совершения сделки у должника имелся значительный объем неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов в процедуре банкротства, что является достаточным для квалификации сделки в качестве подозрительной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4)).

Условия договоров купли-продажи от 23.04.2019 и от 25.04.2019 предусматривают прекращение обязательства по оплате приобретаемого имущества путем зачета встречных однородных требований. В подтверждение встречных требований покупателя к должнику представлены, подписанные ФИО2 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) договоры займа от 25.08.2018 на сумму 6 000 000 руб. и 4 500 000 руб., акты приема-передачи денежных средств в указанных суммах.

Исследовав доказательства, представленные ответчиком в подтверждение финансовой возможности предоставления должнику займа в общей сумме 10 500 000 руб., учитывая, что должник не подтвердил получение денежных средств, из материалов дела не усматривается необходимость у должника получения займа в крупном размере и расходование им данных денежных средств, суды первой и апелляционной инстанций констатировали неподтвержденность реальности заемных отношений (статьи 807, 812 ГК РФ). 

В отсутствии иных доказательств исполнения покупателем обязательств по оплате стоимости приобретенного имущества, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о совершении оспариваемых договоров купли-продажи с ФИО2 в отсутствие встречного исполнения. 

При этом ФИО2 не приведено разумных объяснений относительно мотивов совершения сделок по безвозмездному отчуждению имущества в пользу ФИО5

Проанализировав взаимоотношения принимавших участие в совершении оспариваемых сделок лиц, суды пришли к выводу о их фактической заинтересованности по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве.

Так судами установлено и участвующими в деле лицами не опровергнуто, что ФИО8 с покупателем ФИО2 был хорошо знаком еще до совершения спорных сделок, так как последний является другом сына должника, а ФИО5 работала продавцом в ООО «Ирал», учредителем которого является ФИО4

Доводы ответчиков о том, что они не является заинтересованными лицами по отношению к должнику, судом округа отклоняются. 

Согласно сложившемуся в судебной практике правовому подходу для установления презумпций при признании сделок недействительными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) значение имеет не только юридическая аффилированность, прямо предусмотренная в статье 19 Закона о банкротстве, но и фактическая.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Таким образом, согласованность действий сторон спорных взаимоотношений, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, предполагается вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство) при наличии доказательств иной заинтересованности (дружеские отношения, совместный бизнес, частое взаимодействие и прочее).

Наличие заинтересованности составляет презумпцию осведомленности стороны сделки о цели причинения вреда, вместе с тем данное обстоятельство может быть доказано на общих основаниях иными обстоятельствами и доказательствами. В рассматриваемом случае суды исходили, в том числе из того, что сами обстоятельства совершения оспариваемых сделок свидетельствуют об отклонении ее сторон от стандартов поведения добросовестных участников обычного оборота, неопровержения ответчиками обоснованных сомнений в реальности и экономической целесообразности таких отношений, что дало судам основания полагать об их осведомленности о совершении сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что оспариваемые договоры купли-продажи от 23.04.2019, от 25.04.2019, от 31.07.2019 и договор дарения от 20.08.2019 являются цепочкой взаимосвязанных сделок, совершенных заинтересованными лицами в период неплатежеспособности                    ФИО8 с целью причинения вреда кредиторам путем вывода имущества посредством его формального отчуждения в пользу заинтересованного лица во избежание обращения на него взыскания, в результате которых причинен вред правам и законным интересам кредиторов, лишенных возможности получить удовлетворение требований за счет реализации спорного имущества, суды обоснованно заключили, что прикрывающие сделки являются недействительными (ничтожными) в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка - на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд округа считает данные выводы судов обоснованными, соответствующими установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, постановленными с правильным применением норм материального права.

Доводы кассационных жалоб ФИО2 и ФИО5 повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами нижестоящих инстанций, сводятся к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что не относится к компетенции суда кассационной инстанции(статья 286 АПК РФ).

Установив, что все рассматриваемые сделки (договоры купли-продажи) являются цепочкой сделок, направленных на вывод активов должника, совершенных между заинтересованными лицами, руководствуясь правовым подходом, выработанным судебной практикой, согласно которому, если цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, то надлежащим способом защиты является использование правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ, а не виндикационный иск, суды первой и апелляционной инстанций применили механизм реституции недействительности оспариваемых сделок, обязав последнего приобретателя – ФИО5 возвратить в конкурсную массу спорные объекты недвижимости.

Вместе с тем, применяя последствия недействительности сделок, суды не приняли во внимание следующее.

Определением от 26.10.2021 суд первой инстанции привлек к участию в деле ПАО «Росбанк», заявивший, что обладает правами залогодержателя в отношении спорного имущества, не установив процессуальный статус банка.

 Согласно выписке из ЕГРН, после передачи спорных объектов недвижимости в собственность ФИО5, расположенные в нежилом здании помещения поставлены на кадастровый учет (помещение 1 площадью 205,5 кв.м, кадастровый номер 25:31:010306:6880 и помещение 1-20 площадью 151,8 кв.м, кадастровый номер 25:31:010306:6879).

Между ПАО «Росбанк» и ФИО5 (заемщик) 30.06.2020 заключен кредитный договор № 

<

***> на сумму 5 600 000 руб. со сроком возврата до 29.06.2022.

В обеспечение исполнения обязательств по возврату кредита, между ПАО «Росбанк» и ФИО5 30.06.2020 заключен договор об ипотеке № 

<

***> /Z01, по которому в залог банку передано недвижимое имущество: земельный участка площадью 1519 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5072; земельный участок площадью 209 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5071; земельный участок площадью 408 кв.м., кадастровый номер: 25:31:010206:5070, расположенный по адресу: Приморский край, г. Находка, установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: ул. Ленинградская, 13 Л; нежилое помещение площадью 205,5 кв.м, кадастровый номер 25:31:010306:6880 и нежилое помещение площадью 151,8 кв.м, кадастровый номер 25:31:010306:6879.

В связи с нарушением заемщиком обязательств по возврату кредита, решением Находкинского городского суда Приморского края от 04.05.2023 по делу № 2-300/2023 кредитный договор был расторгнут, с ФИО5 взыскана задолженность в сумме 3 285 865,60 руб., обращено взыскание путем продажи с публичных торгов на заложенное имущество.

В судах первой и апелляционной инстанций ПАО «Росбанк» заявлял, что при применении последствий недействительности сделки подлежит рассмотрению вопрос о сохранении обременения в виде ипотеки в отношении  возвращаемого в конкурсную массу имущества.

Суд первой инстанции доводы банка проигнорировал, вопрос о сохранении ипотеки в предмет судебного исследования не включил.

Апелляционный суд, отклонил довод ПАО «Росбанк», как не имеющий правового значения при рассмотрении настоящего спора, указав, что банк не лишен права обратиться в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника и установлении их статуса как залоговых, где и будет решен вопрос о сохранении залога на спорное имущество. 

Данное суждение суда апелляционной инстанции нельзя признать обоснованным.

Вопрос о сохранении залога должен быть разрешен в случае признания сделки недействительной и применении недействительности ничтожной сделки, поскольку возврат в конкурсную массу имущества, обремененного залогом, при том, что по сделке имущество изначально передавалось свободным от прав третьих лиц, будет свидетельствовать о неполноценности реституции и приведет к необходимости рассмотрения вопроса о возможности взыскания с покупателя в пользу продавца денежного возмещения по правилам статьи 1103 ГК РФ (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2011                     № 2763/11).

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 353 ГК РФ, в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу залог сохраняется.

Однако из указанного принципа следования имеются исключения, касающиеся отказа залогодержателю, в защите формально принадлежащего ему права. 

Так, по смыслу статьи 10 и абзаца 2 пункта 2 статьи 335 ГК РФ недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать.

Кроме того, в силу статьи 42 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в случаях, когда имущество, являющееся предметом ипотеки, изымается у залогодателя в установленном федеральным законом порядке на том основании, что в действительности собственником этого имущества является другое лицо (виндикация), ипотека в отношении этого имущества прекращается.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Как установлено пунктом 1 статьи 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если  имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях (пункт 2 статьи 302 ГК РФ).

По смыслу приведенных правовых норм одним из оснований прекращения залога недвижимого имущества является истребование этого имущества из незаконного владения залогодателя.

В данном случае при наличии действующего договора ипотеки и вступившего в законную силу решения суда об обращении взыскания на предмет залога, суды не включили в предмет доказывания и не исследовали вопрос о юридической судьбе залога, при том, что указанные обстоятельства являются существенными при рассмотрении вопроса о применении последствий недействительности сделки.

Учитывая изложенное, определение от 21.06.2023, постановление апелляционного суда от 04.10.2023 в части применения последствий недействительности сделки подлежат отмене (части 1, 3 статьи 288 АПК РФ), обособленный  спор в отмененной части – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 АПК РФ).

При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные недостатки, определить процессуальный статус привлеченного к участию в деле ПАО «Росбанк», исследовать доводы и возражения лиц, участвующих в деле относительно сохранения обременения спорного имущества, разрешить спор в части применения последствий недействительности сделок, правильно применив действующее законодательство, с учетом разъяснений практики применения его норм.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 21.06.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 по делу № А51-6303/2020 в части применения последствий недействительности сделок отменить. В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края.

В остальной части указанные судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                                И.Ф. Кушнарева     

Судьи                                                                                        С.О. Кучеренко     

                                                                                                   Е.С. Чумаков