ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А08-5827/2023

город Воронеж

11 октября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено  11 октября 2024 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                  Ботвинникова В.В., 

судей                                                                                     Мокроусовой Л.М., 

                                                                                           Безбородова Е.А.,

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Болучевской Т.И.,

 

при участии:  

от АО «Россельхозбанк»:  представители не явились, извещены надлежащим образом,         

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу АО «Россельхозбанк» на определение Арбитражного суда Белгородской области от 24.07.2024 по делу № А08-5827/2023 о завершении процедуры реализации имущества должника - ФИО1 (ИНН: 

<

***>),

руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Белгородской области от 19.06.2023 заявление ФИО1 (далее - должник) о признании его несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 20.07.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2 Сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 05.08.2023, в ЕФРСБ - 27.07.2023.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 15.01.2024 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден  ФИО2. Сообщение о введении процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.01.2024, в ЕФРСБ - 17.01.2024.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 24.07.2024 процедура реализации имущества должника завершена. В удовлетворении ходатайства АО «Россельхозбанк» о неприменении в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств отказано. ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов и реализации имущества гражданина.

Не согласившись с данным определением в части освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором - АО «Россельхозбанк», последнее обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда в обжалуемой части отменить. 

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В связи с тем, что возражений от участников процесса не поступило, суд посчитал возможным рассмотреть законность и обоснованность решения суда первой инстанции только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) реализация имущества гражданина представляет собой реабилитационную процедуру, применяемую в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В силу пункта 6 статьи 213.27 Закона о банкротстве  требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

С даты завершения процедуры реализации имущества гражданина наступают последствия, предусмотренные пунктом 3 статьи 213.28, статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Так, согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 НК РФ и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 №310-ЭС17-14013).

Законом о банкротстве установлены случаи, когда суд не вправе освободить должника от требований кредиторов, поскольку это нарушает права и законные интересы кредиторов.

В частности, пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

-вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

-гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

-доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств.

Между тем, в материалы настоящего дела лицами, участвующими в деле, в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что должник действовал незаконно, противоправно; был привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве; злостно уклонялся от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица; намеренно скрывал (передала не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

При этом анализ финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. 

Финансовым управляющим в период проведения процедуры реализации имущества гражданина основания, препятствующие освобождению должника от имеющихся обязательств, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.38 Закона о банкротстве, не были  выявлены.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Белгородской области от 13.10.2023 в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди включено требование АО «Россельхозбанк» в сумме 403 678,44 руб., из которых: основной долг - 380 000 руб., проценты - 22 409,16 руб., неустойка - 1 269,28 руб.

АО «Россельхозбанк» были заявлены возражения относительно применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, в обоснование которых кредитор указал следующее.

Так, ФИО1 является должником АО «Россельхозбанк» по соглашению №2330031/0014 от 07.02.2023, которое было заключено в рамках Правил предоставления физическим лицам потребительских кредитов без обеспечения, являющихся неотъемлемым приложением к Соглашению. По условиям Соглашения и Правил Банк предоставил Заемщику денежные средства в сумме 380 000 руб. Заемщик обязался возвратить полученный кредит, уплатить проценты за пользование кредитом в размере 8% годовых и вернуть не позднее не позднее 07.02.2028. В нарушение принятых на себя обязательств  заемщик не произвел ни одного платежа в погашение сумм основного долга и процентов, согласно установленного графика.

Кредитор указал, что заемщиком в короткий промежуток времени был заключен ряд кредитных договоров с кредитными организациями, а именно: с АО «Тинькофф Банк» кредитный договор 

<

***> от 09.02.2023,  с АО «Почта Банк» кредитный договор №80485431 от 08.02.2023,  с АО «Россельхозбанк» соглашение № 2330031/0014 от 07.02.2023, с  ПАО «Банк ВТБ» кредитный договор № V625/0051-0082967 от 08.02.2023, в связи с чем, усматривается последовательное наращивание должником кредиторской задолженности заведомо неисполнимой к возврату, что тем самым свидетельствует о недобросовестном поведении со стороны заемщика.

Согласно представленному расчету по состоянию на 30.05.2024 кредитор полагал, что  усматривается факт неуплаты принятых на себя обязательств заемщиком по соглашению №2330031/0014 от 07.02.2023, что указывает на намерение должника не исполнять взявшее на себя обязательство перед Банком.  Кроме того, кредитор полагал, что должник  наращивал объем обязательств, заведомо им неисполнимых. Более того, при заполнении анкеты - заявления № 444/3000/930384384529 от 07.02.2023 должник указал недостоверные сведения об отсутствии у него расходов, не указал наличие иных неисполненных обязательств перед кредитными организациями. 

Согласно представленным в материалы дела справкам по форме 2-НДФЛ за 2022 год, среднемесячный доход должника от трудовой деятельности в период оформления кредитов составлял всего 40 222, 94 руб., без учета обязательств по коммунальным платежам, по содержанию находящегося у него на иждивении двоих несовершеннолетних детей, необходимого прожиточного минимума, что свидетельствует об отсутствии возможности должника своевременно рассчитываться по кредитным обязательствам. Указанные обстоятельства, по мнению Банка, свидетельствуют о предоставлении ФИО1 заведомо недостоверных сведений при оформлении кредитного договора в Банке. 

Принятие должником неисполнимого кредитного обязательства, отсутствие платежей по кредитному соглашению №2330031/0014 от 07.02.2023 и скоротечное обращение с заявлением о собственном банкротстве - 13.07.2023 свидетельствует, по мнению Банка, о недобросовестном поведении при котором должник, заведомо был не намерен исполнять взятые на себя кредитные обязательства.

Финансовый управляющий возражал относительно доводов АО «Россельхозбанк», указал, что  в материалах дела отсутствуют доказательства наличия незаконных действий со стороны ФИО1, более того в силу того, что перечисленные в абзаце 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, деяния имеют уголовный состав, виновность должника может быт установлена только в рамках уголовного дела. Доказательств наличия уголовных дел в отношении должника в материалах дела нет, в связи с чем, финансовый управляющий полагает, что  ходатайство АО «Россельхозбанк» не подлежит  удовлетворению.

Суд первой инстанции, отклоняя указанные доводы АО «Россельхозбанк», исходил из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45, с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512, само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

Таких нарушений в поведении должника не установлено.

При этом, как правильно указал арбитражный суд первой инстанции, банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки представленного им необходимого для получения кредита пакета документов.

Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 №218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро.

По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей отказа в освобождении гражданина от долгов в рамках процедуры банкротства.

Кроме того, вопреки доводам АО «Россельхозбанк», последовательное наращивание должником кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019).

Само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применение к гражданину такое последствие признания его несостоятельным, как освобождение от долгов.

Кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику, поскольку не обязана предоставлять денежные средства каждому лицу, которое обратилось в целях получения кредита. Проводимая кредитором комплексная проверка заемщика должна быть всесторонней, чтобы минимизировать риски выдачи кредитных средств неблагонадежным лицам. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, кредитор должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств.

Суду не представлено доказательств наличия противозаконных действий должника, подтверждающих намерение должника причинить вред кредиторам, принятия действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Задолженность ФИО1  возникла из кредитных договоров, заключенных им в период времени, когда он имел постоянный доход.

При этом доказательств того, что должник при получении кредита действовал незаконно, вводил банк в заблуждение относительно своего финансового положения либо предоставил заведомо ложные сведения при получении кредита, в материалах дела не имеется.

На момент заключения договора с АО «Россельхозбанк» у ФИО1 действительно имелся среднемесячный доход в размере 40 222, 94 руб. и отсутствовали иные кредиторы, в связи с чем, АО «Россельхозбанк» была предоставлена достоверная информация о финансовом положении должника. Обязательства перед иными кредиторами возникли у ФИО1 после 08.02.2023. В связи с чем, убедительных оснований для неосвобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором - АО «Россельхозбанк» не имеется.

Любой кредитор по делу о банкротстве гражданина несет риск прекращения обязательства должника перед ним в случае отсутствия имущества у гражданина и недоказанности наличия оснований для сохранения обязательства после завершения реализации имущества

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений также не установлено.

Должник к административной или уголовной ответственности не привлекался, также из материалов дела не следует, что должником представлялись недостоверные сведения финансовому управляющему или суду. Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, в материалы дела не представлено.

Так, в определении Верховного Суда РФ от 03.06.2019 №305-ЭС18-26429 сформулирована правовая позиция, согласно которой последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Как указано выше, применительно к обстоятельствам настоящего дела фактов недобросовестного поведения должника судом не установлено.

Таким образом, действия должника  не могут быть квалифицированы в данном случае ни как злоупотребление правом, ни как обстоятельства, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. При этом в отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512).

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что АО «Россельхозбанк» в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств свидетельствующих о наличии предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед иными кредиторами, в том числе о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб иным кредиторам, в удовлетворении ходатайства АО «Россельхозбанк» о неприменении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов в части требований данного кредитора, следует отказать.

Иных, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, оснований для отказа в освобождении должника от имеющихся обязательств в период проведения процедуры реализации его имущества не установлено.

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание социально-ориентированные цели банкротства граждан и отсутствие надлежащих доказательств того, что должник в ходе ведения процедуры реализации имущества вел себя недобросовестно, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, правомерно освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

При этом требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В то же время, суд апелляционной инстанции обращает внимание заявителя на то, что если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ (пункт 46 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45).

При вынесении обжалуемого определения арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу пункта 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда в обжалуемой части не имеется.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Белгородской области от 24.07.2024 по делу № А08-5827/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.    

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       В.В. Ботвинников

 

Судьи                                                                                Л.М. Мокроусова 

 

Е.А. Безбородов