АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-10081/2019

г. Краснодар

09 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 3 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 9 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Соловьева Е.Г., судей Андреевой Е.В. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего акционерного общества «Краснодарский завод металлоконструкций» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 21.06.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Чатар энтерпрайзис лимитед» (Chatar Enterprises Limited) – ФИО3 (доверенность от 25.05.2022), от индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 21.06.2020), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2022 по делу № А32-10081/2019 (Ф08-6812/2022), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Краснодарский завод металлоконструкций» (далее – завод) ООО «СБК-Ритейл» (далее – общество) обратилось с заявлением о признании недействительными следующих сделок должника и ЗАО «Русская горно-металлургическая компания – Кубань» (далее – компания):

– поставки металлопродукции на 50 940 382 рубля 96 копеек по договору поставки от 10.01.2012 № 1092302001956/12;

– поставки металлопродукции на 75 840 786 рублей 03 копейки по договору поставки от 09.01.2014 № RGMK-KN/OP/1092302001956/2014;

– договора от 31.03.2015 перевода долга (новации) в заем с дополнительными соглашениями к нему (уточненные требования).

Определением от 18.03.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.05.2022, произведена процессуальная замена компании на индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – предприниматель), заявленные требования удовлетворены; распределены расходы по уплате государственной пошлины. Суды исходили из того, что правоотношения сторон, являющихся аффилированными, в рамках названных соглашений прикрывали внутрикорпоративное финансирование, поэтому квалифицировали соответствующие соглашения в качестве недействительных применительно к положениям пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты и отказать в удовлетворении требований. По мнению заявителя, вывод судов о том, что компенсационное финансирование в рассматриваемой ситуации влечет квалификацию оспариваемых соглашений в качестве ничтожных (притворных), сделан при неправильном применении судами норм материального права. Общество не обосновало материально-правовой интерес в оспаривании сделок.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника и ООО «СБК-Ритейл» указали на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

В судебном заседании представители сторон повторили свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение.

Как следует из материалов дела, общество обратилось в суд с заявлением о признании завода несостоятельным (банкротом). Определением от 14.03.2019 заявление принято к производству. Определением от 19.06.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6 Решением от 20.12.2019 завод признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Из заявления общества следует, что 10.01.2012 должник и компания заключили договор поставки № 1092302001956/12, в рамках которого должнику передана металлопродукция на 50 940 382 рубля 96 копеек. Также стороны заключили договор поставки от 09.01.2014 № RGMKKN/OP/1092302001956/2014, в рамках которого должнику передана металлопродукция на 75 840 786 рублей 03 копейки.

31 марта 2015 года стороны заключили договор, по условиям которого договорились о замене заемным обязательством первоначальных обязательств по уплате задолженности по договорам поставки. По условиям договора и дополнительных соглашений к нему должник принял на себя обязательство возвратить денежные средства с начисленными процентами не позднее 31.12.2018.

Определением от 10.12.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены 150 574 347 рублей 33 копейки долга в пользу компании и 1 889 039 рублей 42 копейки финансовых санкций. Определением от 23.06.2020 в порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора с компании на предпринимателя.

Считая данные сделки недействительными, общество оспорило их судебном порядке.

Законность судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Кодекса и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон № 127-ФЗ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона № 127-ФЗ сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом № 127-ФЗ, так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом или законодательством о юридических лицах).

Суды, исходя из анализа сложившихся правоотношений компании и завода, выявили наличие фактической и юридической аффилированности данных лиц. Принимая во внимание данное обстоятельства, а также установив, что правоотношения сторон прикрывали внутрикорпоративное финансирование, суды квалифицировали оспариваемые сделки в качестве недействительных (ничтожных) применительно к положениям пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

Между тем суды не учли следующее.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"»; далее – постановление № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса.

Диспозиция абзаца 2 пункта 2 статьи 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве содержит признаки сделки, совершенной должником банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов: если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Поскольку указанная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Дело о банкротстве должника возбуждено определением от 14.03.2019, металлопродукция передавалась должнику с 2013 по 2014 годы, оспариваемое соглашение подписано 31.03.2015, то есть за пределами периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки приведенному правовому подходу, представляющему собой сложившееся направление судебной практики по вопросу квалификации оспариваемых сделок в условиях конкуренции составов правонарушения (общегражданских и специальных, закрепленных в главе III.1 Закона о банкротстве), суды положили в обоснование применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса полностью охватываемые Законом о банкротстве обстоятельства (внутрикорпоративное финансирование).

Какие-либо иные обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, в обжалуемых судебных актах не приведены.

Кроме того, предоставление займов между аффилированными лицами само по себе не свидетельствует об их ничтожности, а может являться основанием для применения к таким сделкам специальных оснований для оспаривания, предусмотренных законодательством о банкротстве, либо положений о компенсационном финансировании (при наличии реального характера правоотношений), при котором подлежит понижению очередность требования контролирующего лица, заявленного к должнику, но не влияет на действительность заключенного договора займа.

С учетом изложенного выводы судов о недействительности оспариваемых сделок по ничтожным основаниям и, как следствие, о предъявлении рассматриваемых требований в пределах срока исковой давности, являются преждевременными.

Поскольку для принятия законного и обоснованного судебного акта требуются дополнительное исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств, установление имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, определение и постановление апелляционного суда подлежат отмене, а обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса – направлению на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить допущенные нарушения, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку доводам участвующих в деле лиц и на основе всесторонней оценки представленных доказательств по правилам статьи 71 Кодекса принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2022 по делу № А32-10081/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Е.Г. Соловьев

Судьи                                                                                                                  Е.В. Андреева 

                                                                                                                             С.М. Илюшников