СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13920/2023(1)-АК

Дело № А60-8162/2023

05 февраля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 февраля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего    Чепурченко О.Н.,

судей                                     Чухманцева М.А., Шаркевич М.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

ФИО2, паспорт,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 07 ноября 2023 года об отказе в удовлетворении требований ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов

вынесенное в рамках дела № А60-8162/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4,

третьи лица:  ФИО5, ФИО6, ФИО7, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.03.2023 принято к производству заявление ООО «Железная Логика» о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 20.04.2023 заявление ООО «Железная логика» о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным; в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина-должника; финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО8, член Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

19 июля 2023 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 30 672 249,89 руб.

ООО «Железная логика», ФИО9, финансовый управляющий в представленных отзывах против удовлетворения заявленного требования возражали.

К участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07 ноября 2023 года суд отказал в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО4 в размере 30 672 249,89 руб. 

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить. 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на необоснованность применения судом повышенного стандарта доказывания в отсутствие доказательств аффилированности заявителя требования к должнику; отмечает, что ФИО3 и ФИО4 не состоят в родственных отношениях, не ведут общего бизнеса, не имеют общих экономических интересов, в связи с чем полагает выводы суда о фактической аффилированности указанных лиц голословными; достоверность расписок о получении должником сумм займов не опровергнута, размер требования указан  с учетом суммы основного долга, процентов за пользование суммой займа и процентов за просрочку возврата суммы займа; предъявление требования в пределах срока исковой давности. Ссылается на то, что неоднократно заявлял требования о возврате сумм займа в устной форме, в письменной форме предъявил соответствующее требование 03.04.2023, участвовал в согласовании с должником новых сроков возврата займа – до декабря 2023 года; указывает на несогласие с выводом суда об отсутствии финансовой возможности выдачи займов, а также подтвержденность данного обстоятельства представленными в материалы дела доказательствами подтверждающими получение дохода от предпринимательской и трудовой деятельности, денежных средств от продажи собственного движимого и недвижимого имущества, аккумулирования денежных средств; поясняет, что ФИО5 является супругой ФИО3, в связи с чем необходимость фиксирования факта передачи денежных средств отсутствовала, ФИО6 и ФИО7 денежные средства переданы по распискам (часть заемных средств возвращена).     

Финансовый управляющий ФИО8, ООО «Железная логика» в представленных письменных отзывах против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта; ООО «Железная логика» также просило рассмотреть апелляционную жалобу в его отсутствие.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующий в судебном заседании ФИО3 на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил обжалуемое определение отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для ее рассмотрения в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым требованием явилось наличие у ФИО4 неисполненных заемных денежных обязательств перед ФИО3, оформленных расписками:

- от 08.06.2021 на сумму 4 540 000 руб. до 21.12.2021;

- от 08.07.2022 на сумму 18 000 000 руб. до 29.07.2022;

- от 08.11.2022 на сумму 4 500 000 руб. до 25.02.2023.

Согласно расчету заявителя задолженность ФИО4 перед ФИО3 по указанным договорам займа в общем размере составляет 30 672 249,89 руб., из них:

- по договору от 08.06.2021 – 5 891 489, 61 руб., в том числе: 4 540 000 руб. основной долг, 756 252,07 руб. проценты за пользование суммой займа, 595 237,54 руб. проценты за просрочку возврата суммы займа;

- по договору займа от 08.07.2022 – 20 080 109,59 руб., в том числе: 18 000 000 руб. основной долг, 1 087 397,26 руб. проценты за пользование суммой займа, 992 712, 33 руб. проценты за просрочку возврата суммы займа;

- по договору займа от 08.11.2023 – 4 700 650,69 руб., в том числе: 4 500 000 руб. основной долг, 150 719, 18 руб. проценты за пользование суммой займа, 49 931,51 руб. проценты за просрочку возврата суммы займа.

Конкурсный кредитор и финансовый управляющий, возражая против удовлетворения заявленных требований, указывали на отсутствие безусловных доказательств реальности заемных правоотношений, в том числе ссылаясь на отсутствие доказательств подтверждающих финансовую возможность заявителя предоставить должнику займы в указанных размерах, а также отсутствует экономическая целесообразность в выдаче займов.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств достоверно свидетельствующих о наличии между ФИО3 и должником реальных заемных отношений. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.    

В силу положений пунктов 3-5 ст. 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В обоснование своего требования ФИО3 указывает на наличие у должника перед ним задолженности по возврату полученных в займ денежных средств.

В соответствии с ч. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с правовой позицией, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, для рассмотрения вопроса о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В данном случае кредитором должны быть представлены доказательства, явно и убедительно подтверждающие реальность займа, факт передачи денежных средств.

При наличии сомнений в реальности договора займа суд может потребовать представления документов, свидетельствующих об операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе, об их расходовании.

При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессу ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Следовательно, утверждение апеллянта о необоснованном применении судом первой инстанции при рассмотрении настоящего спора повышенного стандарта доказывания, являются несостоятельными.

Исходя из вышеизложенного, наличие расписки и признание долга должником в силу специфики дел о банкротстве не могут являться безусловным основанием для включения основанного на них требования в реестр, кредитор должен был представить доказательства его финансового положения, позволявшего предоставить денежные средства, а должнику – доказательства расходования полученных денег.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору, иному лицу достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Приведенная правовая позиция сформулирована в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018 № 305-ЭС18-6622 и ранее неоднократно излагалась в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 05-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18- 3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309- ЭС17-344(2) и другие). Аналогичная позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № А41-36402/2012.

Таким образом, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны кредитора и должника судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

Возражая против удовлетворения заявленного требования, финансовый управляющий и конкурсные кредиторы указывали на отсутствие безусловных доказательств реальности заемных правоотношений, отсутствие доказательств подтверждающих финансовую возможность заявителя предоставить должнику займы в указанных размерах, а также отсутствует экономическая целесообразность в выдаче займов.

При проверке обоснованности заявленного требования с учетом позиции финансового управляющего и конкурсных кредиторов о наличии сомнений в реальности заемных правоотношений, судом установлено, что передача денежных средств в общем размере 27 040 000 руб. оформлена расписками, датированными 08.06.2021 на сумму 4 540 000 руб. со сроком возврата до 21.12.2021, 08.07.2022 на сумму 18 000 000 руб. – до 29.07.2022, 08.11.2022 на сумму 4 500 000 руб. – до 25.02.2023.

Условий о выплате за пользование суммами займов платы (процентов) представленные в дело копии расписок не содержат.

Претензия о возврате полученных денежных средств и уплаты процентов за пользование суммой займа, а также за нарушение сроков исполнения обязательства вручена должнику 03.04.2023, то есть после возбуждения настоящего дела о банкротстве. Как утверждает кредитор, после длительных переговоров срок возврата заемных средств был продлен до декабря 2023 года. 

Исходя из приведенных выше обстоятельств, суд первой инстанции верно отметил, что участник гражданских правоотношений, предоставивший займ, в случае его невозврата в установленный срок действуя разумно с своих интересах предъявил бы к должнику требование о возмещении соответствующей суммы. Вместе с тем кредитор к должнику после наступления сроков возврата денежных средств с требованием об их возврате не обращался, в судебном порядке не взыскивал; соответствующие требования о возврате заемных средств было предъявлено к должнику в претензии от 03.04.2023 одновременно по всем трем распискам, то есть по истечении 1 года 4 месяцев и 8 месяцев после наступления срока возврата денежных средств по распискам выданным 08.06.2021 и 08.07.2022.

Как верно указано судом первой инстанции, предоставление займов в столь значительных размерах на длительное время, без согласования условий предусматривающих плату за пользование суммами займов и предоставления должником обеспечения исполнения принятых обязательств, последующая выдача займов в ситуации их невозврата, а также непринятие мер к истребованию денежных средств при неисполнении должником обязательств, не может являться экономически нецелесообразным для кредитора и доступным участникам в обычном гражданском обороте, что свидетельствует о наличии между ФИО3 и должником фактической заинтересованности.

Сведения о том, что ФИО3 находился с должником в дружеских отношениях, были подтверждены последним в суде первой инстанции. 

Сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Банкротство должника и отсутствие в распоряжении финансового управляющего и независимых кредиторов документов, достоверно свидетельствующих о сохранении задолженности перед кредитором или прекращении соответствующих обязательств, не должно служить поводом для злоупотреблений со стороны кредиторов.

Как указывалось ранее, договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При недоказанности действительного перечисления или передачи денежных средств нельзя признать подтвержденным возникновение у должника обязательства, равно как невозможно проверить его исполнение, а, следовательно, сделать вывод о наличии или отсутствии задолженности.

В подтверждение наличия возможности выдачи займа в период с 08.06.2021 по 08.11.2022 на общую сумму 27 040 000 руб. заявитель представил в материалы дела:

- кредитный договор № 

<

***> от 05.03.2021 на сумму 7 051 090 руб. под залог недвижимости, заключенный между АО «Тинькофф Банк» и ФИО5;

- кредитный договор от 26.10.2022 на сумму 1 990 000 руб., заключенный между ПАО «Сбербанк России» и ФИО5;

- расписка ФИО3 от 01.07.2022 о получении займа в размере 4 500 000 руб. сроком до 31.12.2022 от ФИО7;

- расписка ФИО3 от 05.07.2022 о получении займа в размере 4 500 000 руб. сроком до 31.12.2022 от ФИО6;

- расписка ФИО3 от 08.11.2022 о получении займа в размере 2 500 000 руб. сроком до 31.12.2022 от ФИО7;

- расписка ФИО3 от 01.07.2023 о получении займа в размере 10 000 000 руб. сроком до 31.12.2022 от ФИО6

Оценив представленные документы в их совокупности, суд апелляционной инстанции согласен с выводом арбитражного суда о недоказанности наличия у ФИО3 реальной финансовой возможности передачи должнику денежных средств в пределах 1,5 лет в столь значительном размере.

В частности, из представленных в дело кредитных договоров усматривается, что супругой должника ФИО5 были получены кредитные денежные средства в мае 2021 года в размере 7 051 090 руб. под 17% годовых на 10 лет, согласно графику погашения со второго месяца ежемесячные платежи составляют 150 150 руб. Также данный кредит обеспечен залогом имущества заемщика – квартиры в г. Екатеринбург.

Также ФИО5 в октябре 2022 года были получены кредитные средства в размере 1 990 000 руб. под 17,9% годовых на срок 5 лет и уплатой ежемесячного платежа со второго месяца в размере 50 212,84 руб.

Принимая во внимание условия кредитных договоров с уплатой процентов 17-17,9% годовых, срок возврата кредитов, а также предоставление в обеспечение обязательства по кредитному договору от 05.03.2021 в залог квартиры, учитывая, что должником расписки составлены 08.06.2021, 08.07.2022, 08.11.2022, то есть существенно после получения первого кредита, без согласования условий об оплате за пользование суммой займа, суд апелляционной инстанции полагает очень сомнительным выдачу ФИО3 должнику займов за счет ранее полученных кредитных денежных средств.      

По мнению апелляционного суда, выдача займов не предусматривающих уплату процентов за счет ранее полученных под процент кредитных средств с ежемесячной уплатой платежей в размере 150 000 – 200 000 руб. является неразумным и просто нелогичным.

При этом, наличие у ФИО7 возможности выдачи ФИО3 займов на общую сумму 7 000 000 руб. документально не подтверждена.

Из представленных в материалы дела трудовой книжки и справки 2-НДФЛ усматривается, что ФИО7 осуществляет свою трудовую деятельность в ООО «Строй-комплект» в должности специалиста по снабжению 2 категории со средним ежемесячным доходом в 2020 году – не более 48 000 руб., 2021 году – 55 000 руб., в 2022 году – 58 800 руб. За счет получаемого дохода (за три указанных года получил доход на сумму не выше 1 850 000 руб.) ФИО7 не смог бы аккумулировать столь значительную сумму (7 000 000 руб.) исходя из необходимости несения затрат на личные потребности.  

Из представленных договоров денежного займа от 25.09.2020, 29.09.2020, 18.12.2020 на сумму 1 050 000 руб., 420 000 руб. и 2 625 000 руб. соответственно (л.д. 66-71) усматривается, что ФИО7 были получены в качестве возвратов займов денежные средства на общую сумму не более 4 000 000 руб., что также исключает возможность выдачи ФИО3 займов на 7 000 000 руб.; при этом доказательства аккумулирования возвращенных денежных средств и их сохранение в материалы дела не представлены. Более того, как следует из расписки, имеющейся на договоре датированном декабрем 2020 года, деньги возвращены ФИО7 01.03.2022 в сумме 2 625 000 руб., то есть в недостаточном размере выдачи должнику займов по распискам от 08.07.2022 и 08.11.2022, а следовательно, не могли быть переданы ФИО3 с последующей их передачей должнику. 

Платежные документы о получении из кассы банка ФИО10 денежных средств на общую сумму 2 850 722,83 руб. не могут быть приняты в подтверждение наличия у ФИО7 возможности передачи ФИО3 денежных средств. Более того, снятая со счетов сумма примерно в 2,5 раза меньше суммы займов, выданных ФИО3

В подтверждение возможности передачи ФИО3 денежных средств ФИО6 по распискам от 05.07.2022 в сумме 4 500 000 руб. и 01.07.2023 в сумме 10 000 000 руб. в материалы дела представлены выписка из ЕГРИП, свидетельства о государственной регистрации прав на недвижимое имущество, датированные 1999, 2014, 2015 годами, собственниками которого являются ФИО6, ООО «Урал-авто-подшипник-сервис», договоры купли-продажи транспортных средств от 29.08.2018, 18.09.2018 по цене 1 700 000 руб. каждое, а также документы в отношении сына ФИО6, ФИО11 – выписки из ЕГРИП, налоговые декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2020, 2021, 2022, 2023 годы, выписка по банковскому счету.  

Из выписки из ЕГРИП, представленной в отношении ФИО6 усматривается, что последний утратил статус предпринимателя в 2015 году.

Наличие у ФИО6 в собственности недвижимого имущества не может подтверждать факт передачи денежных средств. Кроме того, свидетельство от 2014 года не является надлежащим доказательством обладания соответствующей недвижимостью по состоянию на 2021-2022 годы.

Свидетельства о регистрации за ООО «Урал-авто-подшипник-сервис» недвижимого имущества в 1999, 2014, 2015 года, также не могут быть приняты во внимание по указанным выше обстоятельствам. 

Договоры купли-продажи транспортных средств заключенные в августе и сентябре 2018 года, в отсутствие иных документов не являются надлежащими доказательствами аккумулирования и сохранности полученной от продажи автомобилей денежных средств на протяжении более 3,5 лет.

Документы, представленные в отношении сына ФИО6, ФИО11, в отсутствие доказательств передачи денежных средств отцу в соответствующие периоды и суммах, не могут являться доказательствами по настоящему спору.

Более того, расписка о выдаче ФИО3 денежных средств в сумме 10 000 000 руб. составлена 01.07.2023, то есть после выдачи должнику спорных займов. К утверждению ФИО3, что в расписке допущена описка в указании года составления расписки вместо 01.07.2022 ошибочно указано – 01.07.2023, апелляционный суд относиться критически, поскольку в середине года маловероятно ошибочное указание не наступившего года, учитывая, что расписка написана собственноручно.    

Также следует отметить, что согласно выпискам по расчетным счетам ФИО6 денежные средства в пользу ФИО3 не переводились, наличных денежных средств снятых со счетов недостаточно для выдачи займа в указанной сумме. Снятие денежных средств со своего счета осуществлялось ФИО6 частями, разными по суммам, в том числе и в течение одного дня. Согласно выпискам, совершались операции по снятию наличных на различные суммы, в том числе небольшие, относительно выданных ФИО3 по договорам займа сумм.

Таким образом, следует признать, что ФИО3, вопреки доводам апелляционной жалобы, не представлено достаточных и убедительных доказательств финансовой состоятельности и фактической финансовой возможности передачи ФИО4 денежных средств на общую сумму 27 040 000 руб. по договорам займа

Кроме этого, каких-либо объяснений о характере взаимоотношений с ФИО3 и причин подобного поведения ФИО4 не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Также как верно отмечено судом, в материалах дела отсутствует информация, каким образом переданные денежные средства были израсходованы ФИО4

Из совокупности установленных выше обстоятельств, учитывая предоставление должнику займов, оформленных расписками на столь крупные суммы, обычно не совершаемые участниками гражданского оборота в такой форме, в отсутствие доказательств достоверно свидетельствующих о наличии у ФИО3 финансовой возможности выдачи должнику займов в течении 1,5 лет на общую сумму 27 040 000 руб., а также разумных объяснений относительно экономической целесообразности выдачи займов на столь значительную сумму без согласования платы за пользование заемными денежными средствами, а также нелогичных действий по передаче в займ кредитных и заемных средств, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о наличии больших сомнений в действительности спорных заемных отношениях.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, такое поведение не соответствует разумному поведению добросовестного субъекта гражданских правоотношений, интерес которого состоит в получении дохода от свободных денежных средств или по крайней мере минимизации инфляционного воздействия на капитал путем получения процентов от вкладов в банке. Тем более такое поведение не характерно лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, получающим от ведения бизнеса доход. 

Действительная цель перечисления должнику денежных средств ни кредитором, ни должником не раскрыта. Разумные пояснения относительно характера сложившихся между сторонами правоотношений сторонами – не представлены.

Интерес, заключающийся в получении контроля за ходом процедуры банкротства (в том числе за реализацией активов должника), необоснованном увеличении кредиторской задолженности должника и уменьшении, тем самым, возможных поступлений денежных средств из конкурсной массы на погашение требований реальных кредиторов, не подлежит защите судом. 

Включение в реестр требований кредитора при установленных судом обстоятельствах недопустимо.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая возникшие сомнения в действительности спорных заемных отношений, в отсутствие доказательств экономической целесообразности заключения спорных договоров, разумной деловой цели их заключения, непринятие заявителем требования мер по взысканию образовавшейся задолженности в связи с длительным неисполнением должником обязательств со стороны должника, суд первой инстанции, установив формальное составление документов, представленных в обоснование заявленных требований, правомерно отказал в удовлетворении заявленного требования ФИО3 о включении в реестр. 

Ссылка апеллянта на то, что требования ФИО12 обоснованы аналогичным образом, подлежит отклонению как несостоятельная, поскольку требование ФИО12 подтверждено вступившим в законную силу судебным актом обязательным для исполнения (ст. 69 АПК РФ).     

Приведенные в апелляционной жалобе обстоятельства являлись предметом исследования суда первой инстанции и установленных судом по делу обстоятельств не опровергают.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 07 ноября 2023 года по делу № А60-8162/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

М.А. Чухманцев 

 

 

М.С. Шаркевич