ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-98760/2021

25 августа 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     27 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 августа 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  М. Л. Згурской

судей  О. В. Горбачевой, Е. И. Трощенко

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания      ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-5261/2022)  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 19 по Санкт-Петербургу на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.02.2022 по делу № А56-98760/2021 (судья Сундеева М.В.), принятое

по заявлению  ООО "Дары Артемиды"

к          Межрайонной ИФНС России № 19 по Санкт-Петербургу

Межрайонной  ИФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 6

УФНС Росси по Санкт-Петербургу

о          признании недействительным решения

при участии:  

от заявителя: ФИО2 (доверенность от 10.09.2021). ФИО3 (доверенность от 25.06.2021)

от ответчика: 1) ФИО4 (доверенность от 10.01.2022), ФИО5 (доверенность от 10.01.2022); 2) ФИО6 (доверенность от 12.01.2022; 3) ФИО7 (доверенность от 29.07.2021)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Дары Артемиды» (ОГРН 

<

***>, адрес:  188640, Ленинградская обл,. Всеволожский р-н., 

<

...>, каб. 2208; далее – общество, заявитель, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №19 по Санкт-Петербургу (далее – инспекция, налоговый орган) от 28.06.2019 № 17-041-11.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечена Межрайонная  инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 6 (далее – МИФНС №6) и Управление Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу (далее – управление).

Решением суда от 09.02.2022 заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе инспекция просит решение суда отменить и вынести по делу новый судебный акт, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела. По мнению подателя жалобы, судом не дана надлежащая правовая оценка представленным инспекцией в материалы дела доказательствам и установленным обстоятельствам в их системной взаимосвязи. Налоговый орган считает, что в ходе проведения выездной налоговой проверки им собраны бесспорные доказательства нереальности хозяйственных операций по сделке заявителя с обществом с ограниченной ответственностью «ТЭК» (экспедиторские услуги). Кроме того, судом не учтено, что заявителем не представлено документального подтверждения расходов по амортизации основных средств, полученных по договору лизинга.

Протокольным определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022 (М. Л. Згурская, Н. О. Третьякова, Е. И. Трощенко) рассмотрение апелляционной жалобы по делу №А56-98760/2021 отложено на 20.07.2022.

В связи с нахождением судьи Н. О. Третьяковой в очередном отпуске и невозможностью ее участия в судебном заседании 20.07.2022 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена судьи Н. О. Третьяковой на судью О. В. Горбачеву.

В судебном заседании представители инспекции поддержали доводы апелляционной жалобы, представители общества против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по основаниям, изложенным в отзыве, представители МИФНС №6 и управления поддержали позицию инспекции.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 20.07.2022 судом апелляционной инстанции объявлялся перерыв до 27.07.2022.

            После перерыва судебное разбирательство в апелляционном суде продолжено в том же составе суда с участием тех же представителей сторон.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по налогам и сборам за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

По результатам проверки инспекцией  составлен акт от 12.10.2018 № 17-04-11 и вынесено решение от 28.06.2019 № 17-04-11 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения. Указанным решением обществу доначислены налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 68 828 492 руб., соответствующие  пени  в сумме 22 987 167 руб.,  штраф по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс) за неполную уплату НДС в сумме 3 799 037 руб.,  налог на прибыль организаций в федеральный бюджет в сумме 4 360 428 руб., соответствующие пени  в сумме 1 159 406 руб.,  штраф по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неполную уплату налога на прибыль организаций в федеральный бюджет в сумме 378 545 руб., налог на прибыль организаций в бюджеты субъектов Российской Федерации в сумме 39 243 846 руб., соответствующие пени в сумме 10 612 452 руб.,  штраф по пункту  1 статьи 122 НК РФ  за неполную уплату налога на прибыль организаций в бюджеты субъектов Российской Федерации в сумме 3 406 908 руб.; всего – 154 776 281 руб.

 Решение инспекции от 28.06.2019 № 17-04-11 обжаловано налогоплательщиком в вышестоящий налоговый орган.

Решением управления от 01.10.2021 № 16-19/58440  решение инспекции от 28.06.2019 № 17-04-11 оставлено без изменения, а жалоба общества – без удовлетворения.

Не согласившись с законностью вступившего в силу решения инспекции от 28.06.2019 № 17-04-11, общество обратилось в суд с настоящим заявлением.

Суд, признав заявленные обществом требования обоснованными, удовлетворил заявление.

Как следует из материалов дела, общество в проверяемом периоде (с 01.01.2014 по 31.12.2016) осуществляло деятельность по поставке в розничные торговые сети охлажденной и замороженной мясной и рыбной продукции. Основными заказчиками общества являлись сетевые магазины: ООО «Агроторг», ООО «ТД «Интерторг», ООО «Призма», ООО «Лента», ООО «О Кей» и другие. 

Для исполнения принятых на себя обязательств перед третьими лицами по поставке товара общество заключило с ООО «ТЭК» договор от 27.02.2014 № 01, к которому впоследствии заключило ряд дополнительных соглашений. По условиям договора от 27.02.2014 № 01 заказчик на основании конкретной заявки поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по организации и перевозке грузов, привлекая при необходимости к исполнению своих обязательств по договору других лиц, оставаясь при этом ответственным перед заказчиком за исполнение своих обязательств.

В ходе проведения выездной налоговой проверки заявителя инспекция пришла к выводу о том, что в нарушение пункта 2 статьи 54.1, статей 169, 171, 172 и 252 НК РФ общество приняло к налоговому и бухгалтерскому учету нереальные хозяйственные операции с ООО «ТЭК». Указанное обстоятельство явилось основанием для отказа обществу в применении налоговых вычетов по НДС и доначислении его к уплате в размере 68 828 492 руб., отказа обществу в учете расходов в сумме 211 979 999 руб. на экспедирование груза по финансово-хозяйственным операциям с ООО «ТЭК» и доначислении налога на прибыль к уплате в размере 42 396 000 руб.

Оценив доводы сторон спора и представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности решения инспекции в указанной части.

Апелляционная инстанция не находит оснований для отмены решения суда по данному эпизоду и считает, что признавая недействительным решение инспекции суд обоснованно исходил из следующего.

Порядок формирования налоговых вычетов по НДС и расходов, учитываемых при налогообложении прибыли, регулируется положениями главы 21 НК РФ и главы 25 НК РФ соответственно. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. Вычетам согласно статье 172 НК РФ подлежат суммы НДС, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов. Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании соответствующих требованиям статьи 169 НК РФ счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов. 

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми признаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации», вступившим в силу с 19.08.2017, часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, устанавливающей пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов. Тем же Федеральным законом статья 82 НК РФ дополнена пунктом 5, согласно которому доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V.1, V.2 Кодекса. При этом положения пункта 5 статьи 82 НК РФ применяются к выездным налоговым проверкам, решение о назначении которых вынесены налоговыми органами после дня вступления в силу данного федерального закона. 

Решение о проведении выездной налоговой проверки ООО «Дары Артемиды» вынесено 18.12.2017 в связи с чем, налоговый орган при оценке обоснованности расходов и налоговых вычетов общества был обязан руководствоваться положениями статьи 54.1 НК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика. 

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону. 

По результатам проведения выездной налоговой проверки общества инспекция пришла к выводу о том, что  сделка с ООО «ТЭК» не исполнена и не могла быть исполнена ни заявленным контрагентом, ни контрагентами 2-го звена: ООО «Атлантис», ООО «Экоспед СПб», ООО «РМП Экспедитор», ООО «Лахта Комплект». Как указывает инспекция, обязательства по спорной сделке исполнены лицами, не являющимися плательщиками НДС, в связи с чем, источник для формирования налоговых вычетов в бюджете не создан. 

Таким образом, по мнению налогового органа, имеет место несоблюдение обществом требований подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ.

Как разъяснено в пункте 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, цель противодействия налоговым злоупотреблениям при применении данной нормы реализуется за счет исключения возможности извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием компаний, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» компании), при том что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект. 

Исходя из вышеприведенных норм, с учетом положений статьи 65 АПК РФ, на налоговом органе лежит обязанность доказывания факта неисполнения ООО «ТЭК» своих обязательств по договору от 27.02.2014 № 01. 

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что признаком «технической» компании является отсутствие реальной экономической деятельности и неисполнение налоговых обязательств в связи со сделками, оформляемыми от ее имени. Аналогичного толкования придерживается ФНС России (пункт 4 Письма от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации»). 

Налоговым органом не представлено доказательств неисполнения или ненадлежащего исполнения ООО «ТЭК» своих налоговых обязанностей. 

Заявляя об уплате данной организацией НДС и налога на прибыль в минимальных размерах, налоговый орган не представил доказательств того, что за незначительным налоговым бременем может стоять неполнота уплаты налогов и ООО «ТЭК» должно было исчислить налоги к уплате в большей сумме. 

Указанное обстоятельство является ключевым с учетом правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597. 

Положения статьи 54.1 НК РФ применяются во взаимосвязи и совокупности с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума ВАС РФ «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» от 12.10.2006 № 53 (далее – Постановление № 53). 

Как указано в пункте 6 Постановления № 53, судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. 

Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 названного Постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Согласно пункту 5 Постановления № 53 о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета. 

В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями). 

Оценив представленные в материалы дела доказательства с учетом вышеприведенных положений законодательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии допустимых, относимых доказательств невозможности исполнения ООО «ТЭК» обязательств, принятых на себя по договору от 27.02.2014 № 01. 

Обоснованно отклонена судом первой инстанции ссылка инспекции на недостоверность сведений о месте нахождения ООО «ТЭК», поскольку соответствующая запись о недостоверности в порядке, установленном частью 6 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» не вносилась. 

Как отмечено в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», презюмируется, что лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, не знало и не должно было знать о недостоверности таких данных. 

Отсутствие даты подписания гарантийного письма ФИО8 позволяет сделать вывод о том, что ФИО8 на момент выдачи гарантийного письма являлся собственником указанного помещения и имел право выдать гарантийное письмо. Указанный довод подтверждается налоговым органом, уполномоченным производить соответствующие регистрационные действия при наличии достаточных доказательств достоверности юридического адреса. 

В материалах дела отсутствуют доказательства невозможности установления по указанному адресу арендных отношений с ООО «ТЭК». Довод  налогового органа о том, что большую часть нежилых помещений, расположенных по юридическому адресу ООО «ТЭК», занимают кухня и кафетерий, не опровергает возможности размещения офиса указанной компании в иных помещениях (имелось еще два кабинета 8 и 5,8 кв.м.).

Осмотр помещений, в которых располагалось ООО «ТЭК», не проводился. Собственники нежилого помещения (ФИО8 и ФИО9) на допрос не вызывались. Направление требований в адрес указанных лиц не подтверждается ссылками на номера почтовых идентификаторов, что свидетельствует о недоказанности их направления надлежащим образом. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о непринятии налоговым органом достаточных мер для выяснения юридического адреса ООО «ТЭК».

То обстоятельство, что у ООО «ТЭК» отсутствует имущество, транспортные средства, трудовые и материальные ресурсы само по себе не позволяет сделать вывод о том, что указанная компания не могла оказывать спорные услуги.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Пунктом 3 указанной статьи установлено, что стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 801 ГК РФ по договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза. Договором транспортной экспедиции могут быть предусмотрены обязанности экспедитора организовать перевозку груза транспортом и по маршруту, избранными экспедитором или клиентом, обязанность экспедитора заключить от имени клиента или от своего имени договор (договоры) перевозки груза, обеспечить отправку и получение груза, а также другие обязанности, связанные с перевозкой. В качестве дополнительных услуг договором транспортной экспедиции может быть предусмотрено осуществление таких необходимых для доставки груза операций, как получение требующихся для экспорта или импорта документов, выполнение таможенных и иных формальностей, проверка количества и состояния груза, его погрузка и выгрузка, уплата пошлин, сборов и других расходов, возлагаемых на клиента, хранение груза, его получение в пункте назначения, а также выполнение иных операций и услуг, предусмотренных договором. 

Как разъяснено в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции», в зависимости от условий договора содержание обязательства экспедитора может значительно отличаться: заключение договоров перевозки от имени клиента, оформление провозных документов, обеспечение отправки или получения груза и т.п. 

Согласно пункту 26 указанного Постановления при квалификации правоотношения участников спора необходимо исходить из признаков договора, предусмотренных главами 40, 41 ГК РФ, независимо от наименования договора, названия его сторон и т.п. 

Договор между обществом и ООО «ТЭК» соответствует законодательству, никем не оспорен, носит реальный характер. 

Из предмета спорного договора, содержания прав и обязанностей сторон, а также из их действий не усматривается, что исполнитель ограничен непосредственно обязательством по доставке вверенного груза и выдаче его получателю. Перечень полномочий экспедитора определен, в том числе статьей 801 ГК РФ. 

Фактически ООО «ТЭК» оказывало обществу услуги по организации перевозок. Указанный вид деятельности заключается в закупке транспортно-экспедиционных услуг у мелких компаний и перепродаже этих услуг одному крупному заказчику. Для подобного рода деятельности не требуются собственные транспортные средства, а также трудовые и материальные ресурсы. 

Услуга по организации перевозки грузов общества с привлечением третьих лиц в решении налогового органа необоснованно квалифицирована как транспортные услуги по непосредственной перевозке грузов. Указанное обстоятельство не позволило инспекции установить действительные договорные обязательства контрагента, связанные с организацией перевозки, посредством поиска непосредственных перевозчиков транспортом, необходимым для оказания транспортных услуг. 

Материалами дела подтверждено, что перевозчиками грузов общества были иные организации и индивидуальные предприниматели, обладающие автотранспортными средствами и привлеченные для перевозки посредническими компаниями. ООО «ТЭК» как посредническая компания с целью исполнения своих договорных обязательств устанавливала договорные отношения с необходимым количеством посредников (компаний, индивидуальных предпринимателей и иных лиц), способных обеспечить исполнение договорных обязательств специально оборудованными транспортными средствами.

Инспекция не оспаривает, что в проверяемом периоде ООО «ТЭК» в установленном законом порядке сдавало необходимую налоговую отчетность, претензий к ООО «ТЭК» налоговым органом относительно правильности исчисления налогов не предъявлялось.

Гражданское законодательство позволяет вести коммерческую деятельность силами одного физического лица, например, посредством заключения посреднических договоров гражданско-правового характера. Указанный подход минимизирует накладные расходы, связанные с хозяйственной деятельностью, что позволяет устанавливать конкурентные цены. Отсутствие у ООО «ТЭК» транспортных средств и небольшая численность работников не являются препятствием для исполнения обязательств в рамках договорных отношений с обществом. Необходимость помещений, транспортных средств, а также определенной штатной численности определяется исходя из усмотрения самого хозяйствующего субъекта, а не налогового органа.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 13.10.2016 № 305-КГ16-10399 указал, что отсутствие работников у контрагента не является признаком получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды (недобросовестности), поскольку деятельность организаций не может ставиться в зависимость от наличия или отсутствия достаточного количества сотрудников.

То обстоятельство, что 05.04.2017 ООО «ТЭК» ликвидировалось, также не может быть принято во внимание, так как прекращение деятельности экспедитора  произошло за рамками проверяемого периода и не может быть истолковано как недобросовестное поведение контрагента, а также самого общества.

Ссылка инспекции на совпадение IP-адресов ООО «Дары Артемиды» и ООО «ТЭК» обоснованно отклонена судом первой инстанции в связи со следующим. 

IP-адрес представляет собой уникальный сетевой адрес узла в компьютерной сети и не позволяет идентифицировать конкретный персональный компьютер либо пользователя. Узел сети – это устройство, соединенное с другими устройствами как часть компьютерной сети. Узлами могут быть компьютеры, мобильные телефоны, карманные компьютеры, а также специальные сетевые устройства, такие как маршрутизатор, коммутатор или концентратор. Уникальным физическим адресом конкретного узла сети является его МАСадрес. Такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания и представления деклараций может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении территории (адреса), причиной совпадения IP-адресов может являться использование организациями доступа к сети интернет посредством одного и того же интернет-шлюза, используя одинаковые точки Wi-Fi. Доказательства совпадения МАС-адресов ООО «Дары Артемиды» и ООО «ТЭК» налоговым органом не представлены. Из содержания представленной налоговым органом таблицы, в которой сопоставлены 15 сеансов связи с использованных данными организациями IP-адресов, следует, что указанные сеансы связи происходили не одновременно, а в примерно похожий период времени в первой половине дня, что типично для времени осуществления платежей любой компании. 

Налоговый орган не опроверг доводы общества о том, что данные IP-адреса относятся к адресу, в котором располагалось ООО «Дары Артемиды» и обеспечивалась возможность выхода в интернет для неограниченного круга лиц. Отмеченные инспекцией транзакции с IP-адреса, использовавшегося ООО «Дары Артемиды», имели место в случаях, когда представитель ООО «ТЭК» приезжал в офис общества с собственным оборудованием (ноутбук, планшетный компьютер, сотовый телефон) и через сеть Wi-Fi подключался к своей системе Банк-Клиент. 

Судом установлено, что ФИО10 работал в ООО «Дары Артемиды» с 01.07.2015 на 0,5 ставки по внешнему совместительству в должности менеджера по логистике. Таким образом, договорные отношения между обществом и ООО «ТЭК» (договор от 27.02.2014 № 01) были установлены значительно раньше, чем он устроился на работу в ООО «Дары Артемиды»,  что инспекцией не оспаривается. ФИО10 был принят на работу в ООО «Дары Артемиды» после того, как организовал свой бизнес. Указанное обстоятельство свидетельствует о необоснованности выводов налогового органа о том, что перевозки были организованы сотрудником ООО «Дары Артемиды» ФИО10 и были ему подконтрольны.

Судом первой инстанции учтены пояснения заявителя о том, что привлечение Паля А.А. в качестве сотрудника объясняется открытием филиалов в городах Петрозаводск и Екатеринбург. Поскольку основной задачей при открытии филиалов была организация транспортной и складской логистики, ФИО10 был принят на работу в ООО «Дары Артемиды» по совместительству. 

Таким образом, привлечение Паля А.А. в качестве сотрудника ООО «Дары Артемиды» было обусловлено экономическими интересами общества по вопросу организации работы транспорта в городах Петрозаводск и Екатеринбург. При этом устройство Паля А.А. на работу в ООО «Дары Артемиды» произошло позднее заключенной с ООО «ТЭК» сделки.  

Кроме того, наличие у налогоплательщика трудовых отношений с руководителем другой организации не отнесено к признакам взаимозависимости по смыслу пункта 2 статьи 105.1 НК РФ. Инспекцией не только не доказано, но и не заявлено, что предполагаемая взаимозависимость участников сделки позволила ООО «Дары Артемиды» учесть расходы и налоговые вычеты в существенно большем размере, нежели это было бы при заключении сделки с лицом, не являющимся взаимозависимым.

По результатам анализа выписок по банковскому счету ООО «ТЭК» можно сделать вывод о том, что оно вело активную финансово-хозяйственную деятельность. Структура расходов контрагента абсолютно типична для деятельности обычной коммерческой организации.  Из решения налогового органа следует, что согласно банковским выпискам за проверяемый период ООО «ТЭК» производило взаиморасчеты не только с обществом, но и с другими организациями, в том числе с ООО «Балтика». То обстоятельство, что ООО «Дары Артемиды» являлось ключевым заказчиком в деятельности ООО «ТЭК», не свидетельствует о финансовой подконтрольности контрагента. Учитывая незначительный штат сотрудников ООО «ТЭК», а также посреднический характер его деятельности, установление договорных отношений с обществом, с ее значительными и системными объемами заказов, являлось достаточным для ведения ООО «ТЭК» своей хозяйственной деятельности. 

То обстоятельство, что денежные средства, перечисленные ООО «Дары Артемиды» в адрес ООО «ТЭК», по цепочке перечислялись на счета ООО «Атлантис», ООО «Экоспед СПб», ООО «РМП Экспедитор», ООО «Лахта комплект» с назначением платежа «транспортные услуги» не свидетельствует о создании формального документооборота.

Из оспариваемого решения инспекции следует, что компании посредники перечисляли денежные средства за транспортные услуги. 

Организации посредники оказывали услуги по организации перевозок, направленные на привлечение непосредственных перевозчиков для оказания обществу транспортных услуг, что подтверждено банковскими выписками, имеющимися в материалах дела. Направление ООО «ТЭК» денежных средств организациям, не осуществляющим непосредственно перевозку для ООО «Дары Артемиды», не подтверждает получение налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Привлечение соисполнителей к организации грузоперевозок обусловлено их значительным объемом.

Возможность привлечения третьих лиц к исполнению своих обязательств предусмотрена пунктом 1.3 договора от 27.02.2014 № 01, заключенного между ООО «Дары Артемиды» и ООО «ТЭК», и не противоречит нормам гражданского законодательства. В налоговом законодательстве также отсутствует запрет в части возможности привлечения соисполнителей при выполнении контрагентом своих договорных обязательств.

Суд обоснованно отклонил довод инспекции о представлении интересов ООО «Дары Артемиды», ООО «ТЭК» и ряда других организаций одними и теми же лицами: ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 – представители ООО «Дары Артемиды» и ООО «ТЭК»; ФИО15 – представитель ООО «ТЭК», ООО «РМП Экспедитор», ООО «Атлантис» и ООО «Лахта Комплект»; ФИО16 – представитель ООО «Атлантис» и ООО «РМП Экспедитор», указав, что эти обстоятельства не являются доказательствами согласованности действий заявителя с ООО «ТЭК» и другими упомянутыми выше юридическими лицами. Фактор согласованности тех или иных действий определяется не наделением тех или иных лиц представительскими функциями, а наличием у них общей цели. Из материалов дела не усматривается, что налоговым органом выяснялось, какие именно полномочия передавались представителям их доверителями. 

В Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 № 305-ЭС19-16064, от 25.01.2021 № 309-ЭС20-17277 и от 09.03.2021 № 301-ЭС20-19679 сформулирована правовая позиция, согласно которой отказ в праве на вычет «входящего» налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. 

Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий. Дифференциация вызванных указанными нарушениями последствий для налогоплательщиков-покупателей с учетом того, знали и должны ли последние были знать о допущенных контрагентом и третьими лицами нарушениях при исполнении обязанности по уплате НДС, необходима, поскольку позволяет обеспечить нейтральность налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте, и имеет превентивный характер для обеспечения стабильности налоговой системы, стимулируя участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги. 

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2021 № 309-ЭС20-17277 отмечено что, при рассмотрении вопроса о том, могут ли негативные последствия неуплаты НДС «техническими» компаниями быть возложены на налогоплательщика - покупателя в соответствии с пунктами 4 и 9 Постановления № 53, в частности, имеет значение установление факта причастности налогоплательщика к нарушениям, допущенным в процессе обращения товаров (работ, услуг), то есть направленность действий налогоплательщика на получение экономического эффекта за счет непосредственного участия в уклонении от уплаты НДС совместно с лицами, не осуществлявшими реальной экономической деятельности, а равно информированность налогоплательщика о допущенных этими лицами нарушениях. 

На необходимость следования приведенным выше правовым позициям указала ФНС России в письме от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» (пункт 21). При этом, негативные последствия неисполнения контрагентом, ведущим экономическую деятельность, обязанности по уплате налога на добавленную стоимость в должном размере могут быть возложены на налогоплательщика в виде отказа ему в праве на применение вычетов сумм данного налога при условии, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик знал о налоговых правонарушениях, допущенных контрагентом (в том числе в результате невыполнения контрагентом требований подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 Кодекса в отношении привлекаемых им поставщиков (субподрядчиков, соисполнителей), и извлекал выгоду из противоправного поведения контрагента за счет причинения ущерба бюджету Российской Федерации. 

Из материалов дела следует, что общество представило налоговому органу документы, подтверждающие фактическое оказание транспортно-экспедиторских услуг по договору от 27.02.2014 № 01, что подтверждается актом приема-передачи документов финансово-хозяйственной деятельности ООО «Дары Артемиды» от 20.02.2018 за 2014 – 2016 годы, а также описям документов за указанный период. В процессе передачи документов налоговым органом было изъято 814 коробок, в которых, в том числе находилась и документация, подтверждающая фактическое оказание транспортно-экспедиторских услуг по договору от 27.02.2014 № 01. Из содержания указанных документов следует, что представители налогового органа присутствовали при передаче документации общества и составлении описей и акта приема-передачи документов. Заместитель начальника инспекции ФИО17 подписал акт приема передачи документов, а инспекторы налогового органа (ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21) подписали составленные при передаче документов описи. 

В постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2022 № 317-ПЭК21 по делу № А40-269134/2019 установлен принцип ответственности органа, осуществляющего публичные полномочия, за несвоевременную реализацию им таких полномочий. 

Из материалов дела следует, что после получения первичной документации налоговый орган в разумные сроки не предъявил претензий относительно неполноты доказательного материала.

При этом факт доставки товара покупателям общества инспекция не оспаривает. 

Обоснованно отклонен судом первой инстанции довод налогового органа о том, что в представленных обществом транспортных накладных указаны фиктивные транспортные средства (легковые автомобили).

Из материалов дела следует, что общество предоставило необходимые пояснения о том, какие именно автомобили, взамен ошибочно указанных, осуществляли грузоперевозки. Из содержания пояснений следует, что государственные номера автотранспортных средств содержат неправильное указание отдельных букв по причине технической ошибки. Правильно указанные обществом грузовые автотранспортные средства с достоверными государственными номерами действительно перевозили груз и были подготовлены для перевозки грузов (имелось специальное холодильное оборудование), что подтверждено водителями, указанными в транспортных накладных, которые непосредственно перевозили груз ООО «Дары Артемиды».

В материалах дела имеются пояснения водителей автотранспортных средств, осуществляющих перевозку товаров ООО «Дары Артемиды». Из содержания этих пояснений следует, что указанные лица подтвердили перевозку грузов и пояснили обстоятельства установления с ними договорных отношений по перевозке. То обстоятельство, что эти водители не явились на допрос налогового органа, не влияет на достоверность представленных доказательств. Доказательств их надлежащего вызова на допрос (ссылок на номера почтовых идентификаторов) налоговым органом не представлено.

В материалах налоговой проверки содержится ответ ГИБДД от 14.05.2019 № 12/4-12074 на запросы налогового органа относительно автотранспортных средств, указанных обществом в качестве реальных перевозчиков (взамен ошибочно указанных легковых автомобилей). На данное обстоятельство налогоплательщиком обращено внимание налогового органа в дополнениях от 14.06.2019 входящий № 059219 на возражения к акту. Указанное обстоятельство также подтверждается протоколом ознакомления с материалами проверки от 28.05.2021. 

К дополнениям к возражениям на акт налоговой проверки от 15.05.2019 обществом приложены ПТС и свидетельства о государственной регистрации таких автомобилей.

Представленные ГИБДД документы свидетельствуют о том, что при перевозках использовался специализированный грузовой транспорт, отвечающий необходимым требованиям для перевозки охлажденной и замороженной продукции. 

Довод налогового органа о том, что транспортные услуги, транспортно-экспедиторские услуги ООО «Дары Артемиды» оказаны напрямую ООО «Трансавто-СПб», опровергается следующими обстоятельствами.

Из содержания решения налогового органа следует, что договорные отношения общества с ООО «Трансавто-СПб» отсутствуют. Пояснения генерального директора ООО «Трансавто-СПб» ФИО22, генерального директора ООО «ТЭК» Паля А.А., генерального директора ООО «Дары Артемиды ФИО23, а также водителей, непосредственно выполняющих в проверяемый период спорные перевозки, подтверждают указанное обстоятельство. 

В целях получения налоговым органом достоверной информации относительно въезда автотранспортных средств, привлеченных ООО «ТЭК»,  ООО «Дары Артемиды» представило письмо от собственника базы ООО «Балхаш» (приложение № 2 к дополнениям на возражения от 22.05.2019 входящий № 050164). В письме ООО «Балхаш» содержится перечень государственных номеров транспортных средств, которые перевозили груз ООО «Дары Артемиды». Указанная информация подтверждает, что груз ООО «Дары Артемиды» перевозили не легковые автомобили, а специализированный грузовой транспорт. В письме ООО «Балхаш» содержится информация о номерах автомашин, выезжающих в территории складского комплекса с грузами ООО «Дары Артемиды». Информация, опровергающая указанные сведения, налоговым органом в материалы дела не представлена.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что реализация спорных услуг не включена ООО «ТЭК» в налоговую базу. Не представив доказательств неисполнения своих налоговых обязанностей ООО «ТЭК», инспекция указывает на отсутствие в бюджете экономического источника для налоговых вычетов, примененных заявителем, со ссылкой на действия контрагентов второго и третьего звена. 

Оценивая указанные доводы, арбитражный суд первой инстанции обоснованно руководствовался правовой позицией, изложенной в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020. 

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога означает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (пункт 1 статьи 168 НК РФ) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (пункт 1 статьи 173 НК РФ). Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 4 ноября 2004 № 324-О. В то же время, как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц. 

Таким образом, отказ в праве на вычет «входящего» налога обусловливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога. Один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу, означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе и при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Следовательно, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях. 

В тех случаях, когда налоговым органом не ставится вопрос об участии налогоплательщика в уклонении от уплаты НДС в результате согласованных действий с поставщиками (пункт 9 Постановления № 53), но приводятся доводы о том, что налогоплательщик знал или должен был знать об уклонении его поставщика, поставщиков предыдущих звеньев от уплаты НДС (пункт 10 Постановления № 53), при оценке данных доводов судебная практика исходит из стандарта осмотрительного поведения в гражданском (хозяйственном) обороте, ожидаемого от его разумного участника в сравнимых обстоятельствах. При выборе контрагента субъекты предпринимательской деятельности, как правило, оценивают не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта; а при совершении значимых сделок, например по поводу дорогостоящих объектов недвижимости, изучают историю взаимоотношений предшествующих собственников и принимают тому подобные меры. Поэтому значение имеют не только доказанные налоговым органом обстоятельства, порочащие исполнение поставщиками их налоговых обязанностей, но и то, должны ли данные обстоятельства быть ясны налогоплательщику-покупателю в конкретной ситуации совершения сделки с поставщиком с учетом характера и объемов деятельности покупателя (крупная ли сделка и какова регулярность совершения аналогичных сделок), специфики приобретаемых товаров, работ и услуг (наличие специальных требований к исполнителю, в том числе лицензий и допусков к выполнению определенных операций), особенностей коммерческих условий сделки (наличие значимого отклонения цены от рыночного уровня, наличие у поставщика предшествующего опыта исполнения аналогичных сделок) и т.п. 

Соответственно, критерии проявления должной осмотрительности не могут быть одинаковыми для случаев ординарного пополнения материально-производственных запасов и в ситуациях, когда налогоплательщиком приобретается дорогостоящий актив либо привлекается подрядчик для выполнения существенного объема работ. 

Распределение бремени доказывания названных обстоятельств между налоговым органом и налогоплательщиком также не является одинаковым. Если налоговый орган установит, что экономический источник вычета (возмещения) НДС не создан, а поставщик (исполнитель) в период взаимодействия с налогоплательщиком-покупателем не имел экономических ресурсов (материальных, финансовых, трудовых и т.п.), необходимых для исполнения заключенного с покупателем договора, в связи с чем сделка в действительности исполнена иными лицами, которым обязательство по ее исполнению поставщик не мог передать в силу своей номинальности, данные обстоятельства могут указывать на то, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, пока иное не будет доказано налогоплательщиком. Напротив, вступление в отношения с хозяйствующим субъектом, обладающим экономическими ресурсами, достаточными для исполнения сделки самостоятельно либо с привлечением третьих лиц, представление таким субъектом бухгалтерской и налоговой отчетности, отражающей наличие указанных ресурсов, дает разумно действующему налогоплательщику-покупателю основания ожидать, что сделка этим контрагентом будет исполнена надлежащим образом, а налоги при ее совершении - уплачены в бюджет. В подобной ситуации предполагается, что выбор контрагента отвечал условиям делового оборота, пока иное не будет доказано налоговым органом. 

В главе 25 Налогового кодекса Российской Федерации, регулирующей налогообложение прибыли организаций, установлена соотносимость доходов и расходов и связь последних именно с деятельностью налогоплательщика по извлечению прибыли. Объектом налогообложения при этом выступает полученный налогоплательщиком результат его хозяйственной деятельности в виде прибыли. При этом в соответствии с положениями статей 313 и 252 НК РФ при решении вопроса о возможности принятия расходов в целях исчисления налога на прибыль необходимо исходить из реальности этих расходов, произведенных для приобретения товаров (работ, услуг), а также их документального подтверждения. Наряду с указанными положениями главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации подпунктом 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговым органам предоставлено право определять суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками, расчетным путем, на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках, в том числе в случаях непредставления в течение более двух месяцев налоговому органу необходимых для расчета налогов документов, отсутствия учета доходов и расходов, учета объектов налогообложения или ведения учета с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налоги. 

Исходя из позиции, изложенной в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», применяя названную норму, судам необходимо учитывать, что при определении налоговым органом на ее основании сумм налогов расчетным путем должны быть определены не только доходы налогоплательщика, но и его расходы. Изложенным подходом необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими. В случае отсутствия или признания ненадлежащими документов по отдельным совершенным налогоплательщиком операциям доходы (расходы) по этим операциям определяются налоговым органом по правилам указанного подпункта с учетом данных об аналогичных операциях самого налогоплательщика. В Постановлении Президиума ВАС РФ от 03.07.2012 № 2341/12 указано, что если в ходе проведения проверки налоговым органом не будет доказана нереальность совершенных хозяйственных операций по приобретению и дальнейшему использованию товаров (работ, услуг), реальный размер предполагаемой налоговой выгоды и понесенных налогоплательщиком затрат при исчислении налога на прибыль подлежит определению исходя из рыночных цен, применяемых по аналогичным сделкам, и в случае несоответствия размера задекларированных затрат уровню рыночных цен, налоговый орган уменьшает сумму расходов по спорным операциям, учтенную для целей определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций, в размере, превышающем установленный в ходе проверки уровень рыночных цен, применяемых по аналогичным сделкам. 

Из положений статьи 247, пункта 1 статьи 252 НК РФ, пунктов 3 и 7 Постановления № 53 следует, что при наличии сомнений в обоснованности налоговой выгоды определение размера налоговых обязательств должно производиться с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла. 

Формулируя вывод о том, что налоговый орган по итогам проверки не определил действительную налоговую обязанность общества по налогу на прибыль, суд учел, что совокупность установленных обстоятельств дает основание полагать, что услуги, отраженные в документах с ООО «ТЭК», в действительности выполнены (оказаны), налогоплательщику и использованы в производственной деятельности. Доказательств обратного налоговым органом не представлено. При этом в отношении транспортных услуг сам налоговый орган указывает на то, что услуги по перевозке груза осуществляли индивидуальные предприниматели и иные лица, не состоящие в договорных отношениях ни с заявителем, ни с ООО «ТЭК». Обстоятельств, свидетельствующих о том, что товары перевозились от поставщиков собственными силами общества, инспекция в решении не отразила. Более того, в ходе проверки инспекцией фактически не опровергнуто, что транспортные услуги, отраженные в бухгалтерском учете, в действительности получены обществом и использованы в деятельности, направленной на получение дохода. 

Из содержания дополнительного соглашения договору от 27.02.2014 № 01 следует, что стоимость услуг по перевозке формируется из трех составляющих: погрузочно-разгрузочные работы, экспедирование груза и пробег транспорта.

Без оказания экспедиторских услуг было бы невозможно обеспечить надлежащее оказание услуг по перевозке груза, обеспечивать и контролировать температурный режим перевозимого скоропортящегося товара. Экспедиторские услуги обеспечивали приемку-передачу груза, работу с сопроводительными документами на груз, в том числе и с ветеринарными свидетельствами, необходимыми при перевозке скоропортящегося товара. Кроме того, без экспедиторских услуг было бы невозможно разрешение  спорных вопросов при сдаче груза в точку весового товара, а также проведение мероприятий при отказе от товара, а также действий по возврату товара.

В оспариваемом решении налоговый орган не опровергает соответствие установленной обществом и ООО «ТЭК» стоимости экспедиторских услуг рыночным ценам, принципы определения которой установлены в статье 40 НК РФ. То есть, налоговый орган признает, что стоимость экспедиторских услуг ООО «ТЭК» соответствует обычно взимаемой стоимости при оказании подобного рода услуг.

Таким образом, исключение налоговым органом из состава затрат стоимости экспедиторских услуг является необоснованным и противоречит сути хозяйственной операции.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что налоговые обязательства заявителя по налогу на прибыль подлежали установлению налоговым органом с учетом понесенных затрат по экспедированию грузов. 

Расчет расходов на экспедирование грузов по рыночным ценам в рамках требования налогового законодательства (на основании положений подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ) налоговым органом не производился. Из приложения № 6 к решению инспекции следует, что налоговый орган полностью исключил указанные расходы без какого-либо расчета аналогичных расходов. 

Указанный подход не позволил налоговому органу определить действительный размер налоговых обязательств общества.

Таким образом, инспекцией, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не доказан факт занижения обществом налоговой базы по налогу на прибыль и неправомерное предъявление к вычету НДС по контрагенту ООО «ТЭК».

Учитывая изложенное, оснований для отмены решения суда по данному эпизоду не имеется.

В ходе проведения выездной налоговой проверки заявителя инспекция пришла к выводу о том, что ООО «Дары Артемиды» в нарушение пункта 1 статьи 252 НК РФ в 2016 году неправомерно включило в налоговую декларацию по налогу на прибыль организаций документально неподтвержденные затраты в сумме 6 041 369 руб. 

Оценив доводы сторон спора и представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о незаконности решения инспекции в указанной части.

В учетной политике общества за 2016 год (пункт 3.8) указано, что по лизинговым основным средствам, учитываемым на балансе общества, в течение действия договора лизинга, к норме амортизации применяется коэффициент ускоренной амортизации - 3, если меньший коэффициент не установлен условиями договора лизинга. 

Таким образом, амортизацию по группе основных средств, являющихся предметом лизинга, общество начисляет способом уменьшаемого остатка с применением ускоренного коэффициента. Соответственно, при использовании ускоренного коэффициента возникает временная разница в бухгалтерском и налоговом учете, отражаемая на счетах 09 и 77. В оборотно-сальдовой ведомости по счету 44 указанная разница отображена по статье затрат «Амортизация». 

В апелляционной жалобе налоговый орган ссылается на непредставление заявителем договора лизинга основного средства, акта прима-передачи основного средства, инвентарной карточки основного средства, графика погашения лизинговых платежей. 

Указанный довод отклонен судом апелляционной инстанции. Как правильно указано в обжалуемом решении, из статьи 313 НК РФ следует, что налогоплательщики исчисляют налоговую базу по налогу на прибыль на основании данных налогового учета - системы обобщения информации для определения налоговой базы на основе сведений, содержащихся в первичных документах, сгруппированных в соответствии с порядком, предусмотренным Кодексом; порядок ведения налогового учета устанавливается налогоплательщиком в учетной политике, утверждаемой приказом (распоряжением) руководителя; налоговые и иные органы не вправе устанавливать для налогоплательщиков обязательные формы налогового учета; подтверждением данных налогового учета являются, в частности, аналитические регистры налогового учета, первичные учетные документы. Таким образом, учетные регистры являются документальным подтверждением понесенных затрат наряду с первичными учетными документами. 

Судом установлено что, в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля инспекция направила обществу требование от 26.03.2019 № 04-17-11/1 о предоставлении как первичных учетных документов, так и учетных регистров. На необходимости подтверждения спорных затрат исключительно первичными учетными документами налоговый орган не настаивал. В ответ на требование инспекции ООО «Дары Артемиды» представило регистры налогового учета и оборотно-сальдовые ведомости. Регистры налогового учета согласно положениям статей 313 – 314 НК РФ предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, аналитических данных налогового учета для отражения в расчете налоговой базы, и, следовательно, являются доказательством, позволяющим определить размер понесенных расходов. Таким образом, представив необходимые документы, заявитель в полном объеме исполнил требования налогового органа. 

Более того, судом учтено, что все первичные документы были изъяты налоговым органом в период проведения выездной налоговой проверки, что подтверждается актом приема-передачи документов от 20.02.2018 с приложенными к ним описями, в которых указаны коробки с документами по основным средствам. При этом налоговый орган в рамках проведения контрольных мероприятий имел возможность получения указанной документации у контрагента общества по лизинговому договору, однако таким правом не воспользовался.

Таким образом, инспекцией, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не доказан факт занижения обществом налоговой базы по налогу на прибыль на сумму 6 041 369 руб. 

Оставшаяся сумма разницы (474 руб.) возникла по причине того, что в акте налоговой проверки указаны суммы с округлением.

В суд апелляционной инстанции управлением представлено решение от 20.07.2022 № 15-08/37963 об отмене оспариваемого обществом решения инспекции в части доначисления налога на прибыль за 2016 год в сумме 95 руб., привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ на 10 руб., в части пени на 20 руб. 77 коп. (по соответствующим бюджетам).

Учитывая, что налоговый орган согласился доводом общества об арифметической ошибке при определении налоговой базы по налогу на прибыль на сумму 474 руб., а законность решения инспекции проверяется на дату вступления его в законную силу, вынесение управлением решения от 20.07.2022 № 15-08/37963 не имеет правового значения для рассмотрения апелляционной жалобы.

Доводы налогового органа, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При вынесении решения судом в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценены все представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи. Выводы, изложенные в решении суда, соответствуют материалам дела. Нарушений или неправильного применения норм процессуального права при вынесении решения судом не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 09.02.2022 по делу №  А56-98760/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Л. Згурская

Судьи

 

О.В. Горбачева

 Е.И. Трощенко