134/2024-13674(1) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-119933/2022

29 января 2024 года

г. Санкт-Петербург

/тр.3  Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2024 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2024 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего судьи И.Н. Барминой, судей Д.В. Бурденкова, И.В. Юркова при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии: 

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 28.11.2023,  от ФИО4 посредством онлайн-заседания: ФИО5 по  

доверенности от 23.05.2023, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-34621/2023) ФИО4 на  определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 21.09.2023 по делу № А56-119933/2022/тр.3 (судья Курлышева Н.О.), принятое  

по заявлению ФИО2 

о включении требования в реестр требований кредиторов должника  в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Виктория»,  

установил:

ООО «Частная охранная организация «Агентство комплексной безопасности»  (далее – ООО «ЧОО «АКБ») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Виктория»  несостоятельным (банкротом).  

Решением арбитражного суда от 10.02.2023 ООО «Виктория» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное  производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным  управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации  Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».  

Указанная информация опубликована в газете «Коммерсантъ» № 31 (7476)  от 18.02.2023.  

Определением от 15.06.2023 суд прекратил в отношении ООО «Виктория»  упрощенную процедуру отсутствующего должника и ввел в отношении него  процедуру конкурсного производства по общим основаниям.  

В рамках дела о банкротстве в арбитражный суд от ФИО2 14.06.2023 посредством почтовой связи поступило заявление о  включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования,  с учетом уменьшения размера заявленных требований в порядке статьи 49 АПК РФ,  в размере 46 198 854 руб. 40 коп., из которых 38 629 500 руб. основного долга, 7 569  354 руб. 37 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и 60 000  руб. судебных расходов, в котором считал, что срок на обращение с заявлением о  включении задолженности в третью очередь удовлетворения пропущен по  уважительным причинам.  

Определением от 21.09.2023 суд восстановил срок на подачу заявления о  включении требования в реестр; признал обоснованным и подлежащим включению  в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Виктория» требование в  размере 46 198 854 руб. 40 коп., из которых 38 629 500 руб. основного долга, 7 569  354 руб. 37 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и 60 000  руб. судебных расходов; указав, что сумма процентов за пользование чужими  денежными средствами учитывается в реестре отдельно как подлежащая  удовлетворению после погашения суммы основной задолженности.  

В апелляционной жалобе ФИО4 просит определение отменить, в  удовлетворении заявленных требований отказать, ссылается на осведомлённость  ФИО2 о введении процедуры банкротства в отношении должника,  поскольку конкурсный управляющий обращался к бывшему директору  ФИО7 с запросом о предоставлении документов должника, в то же время  информации об истребовании документации в судебном порядке не имеется, в  связи с чем указанная обязанность исполнена бывшим директором должника  добровольно и кредитор, являющийся участником ООО «Виктория», не мог не знать  о получении такого запроса от управляющего и самом факте передачи документов.  Более того, податель жалобы указал, что конкурсный управляющий обращался с  претензией об оплате задолженности в ООО «Море», где  ФИО2 также является участником, что также подтверждает его  осведомлённость о введенной процедуре, вместе с тем, ФИО2 обратился с  заявлением о включении в реестр задолженности с пропуском установленного срока  в отсутствие уважительных на то оснований. При этом отсутствие у ФИО2  оригинала исполнительного листа к таким основаниям не относится, поскольку  данное обстоятельство не ограничивало его право на обращение с  соответствующим заявлением в рамках дела о банкротстве. В обоснование жалобы  ФИО4 также ссылается на недобросовестность действий кредитора,  считает, что им осуществлялся вывод денежных средств общества, не исполнялись  принятые на себя обязательства, что и привело к неплатежеспособности должника  и его последующему банкротству.  

От ФИО8 в порядке статьи 81 АПК РФ поступили письменные  пояснения, в которых дополнила доводы, приведённые в апелляционной жалобе  тем, что постановлением апелляционного суда от 10.10.2023 определение суда  первой инстанции от 20.07.2023 по настоящему делу, которым суд признал  обоснованным и включил требование апеллянта в третью очередь удовлетворения,  отменено. Суд апелляционной инстанции признал требование ФИО8  подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты, исходя из пропуска срока на включение требования в реестр  и аффилированности. При таких обстоятельствах податель жалобы считает, что  определение по настоящему спору подлежит отмене по аналогичным основаниям.  

Конкурсным управляющим ООО «Виктория» представлен отзыв, в котором  указал на обстоятельства, приведённые ФИО8 в письменных  

пояснениях, обращая внимание на то, что требования данных кредиторов вытекают  их договоров займа и имеют одну правовую природу. В этой связи управляющий  оставил вопрос об обоснованности апелляционной жалобы на усмотрение суда, а  также просил провести судебное разбирательство в его отсутствие.  

ФИО2 также представлен отзыв, в котором указал на  обоснованность требования ввиду того, что оно основано на вступившем в законную  силу судебном акте, пояснил, что при указании даты заключения одного из  договоров судом общей юрисдикции допущена описка, что не свидетельствует о  незаконности принятого судебного акта, притом, что в рамках настоящего спора  кредитором также представлены первичные документы, подтверждающие  перечисления денежных средств. Кредитор полагает, что пропуск срока на  включение в реестр обусловлен уважительными причинами, а именно  несвоевременной выдачей исполнительного листа, для получения которого  заявитель предпринимал все необходимые меры, однако был лишён возможности  своевременно обратиться службу судебных приставов за взысканием  задолженности и получить удовлетворение требования в принудительном порядке.  

До судебного заседания от ФИО2 поступили ходатайства об  отложении судебного разбирательства, мотивированные тем, что в суде  кассационной инстанции рассматривается жалоба ФИО8 и отложение  дела до её рассмотрения будет способствовать принятию законного и  обоснованного судебного акта.  

В судебном заседании 28.11.2023 апелляционный суд ходатайство ФИО2 удовлетворил, отложил рассмотрение апелляционной жалобы на 16.01.2024.  

До судебного заседания от конкурсного управляющего ООО «Виктория»  поступили дополнения к отзыву, в которых указал на рассмотрение кассационной  жалобы ФИО8 и оставление её без удовлетворения, также просил  рассмотреть настоящую жалобы в его отсутствие.  

В судебном заседании представитель ФИО8 доводы, изложенные  в апелляционной жалобе, поддержал.  

Представитель ФИО2 против её удовлетворения возражал. 

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в  апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие  иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного  заседания.  

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции  иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по  обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке  арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о  банкротстве, апелляционный суд усматривает основания для отмены принятого  судебного акта в части очередности удовлетворения требования кредитора.  

Как следует из материалов обособленного спора, требование  ФИО2 основано на вступившем в законную силу решении Октябрьского  районного суда города Санкт-Петербурга от 21.06.2022 по делу № 2-3071/2022,  которым с ООО «Виктория» в пользу ФИО2 взыскана задолженность по  договорам займа № 1.2-2017 от 18.08.2017, № 2-2018 от 04.07.2018, № 3-2020 от  20.01.2020.  

Данное решение вступило в законную силу 12.08.2022. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 18.10.2022 по делу № А56-15169/2022 договор займа от 18.08.2017   № 1.2.-2017, заключенный между ООО «Виктория» и ФИО2 признан  недействительным.  

Обращаясь с настоящим заявлением, ФИО2 не просил включить в  реестр требований кредиторов задолженность по договору займа от 18.08.2017   № 1.2.-2017, сумма его требований складывается из задолженности по договору  займа № 2-2018 от 04.07.2018 в размере 35 439 700 руб., процентов за пользование  чужими денежными средствами в размере 7 235 474 руб. 06 коп. и задолженности по  договору займа № 3-2020 от 20.01.2020 в размере 3189800 руб., процентов за  пользование чужими денежными средствами в размере 333 880 руб. 31 коп., 60 000  руб. расходов по уплате государственной пошлины.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве  установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства  осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Закона.  

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных  с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71  и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера  требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий  относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право  заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим  требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что  установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых  представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

Вместе с тем, по смыслу абзаца 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве  разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов,  подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и  размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, споры могут  рассматриваться арбитражным судом по вопросам исполнения судебных актов или  их пересмотра. Таким образом, оспорить требования, основанные на судебных  актах, можно только по мотиву их исполнения или пересмотра.  

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение  суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно  для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах,  установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам,  участвующим в деле.  

Суд первой инстанции, признавая требование кредитора обоснованным,  исходил из того, что имеется вступивший в законную силу судебный акт,  подтверждающий наличие задолженности перед кредитором, в то же время  доказательств его исполнения или пересмотра не представлено.  

Апелляционный суд, повторно исследовав представленные в материалы дела  доказательства, приходит к выводу, что в данном случае на требование ФИО2 распространяется правовой режим, установленный абзацем вторым пункта 10  статьи 16 Закона о банкротстве, поскольку имеется судебный акт суда общей  юрисдикции о взыскании заявленной задолженности.  

Таким образом, в данном случае основания возникновения задолженности  установлены вступившим в законную силу решением суда, заявленная кредитором  сумма требования признана судом первой инстанции обоснованной правомерно,  выводы суда в указанной части соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

При этом суд первой инстанции, восстанавливая срок на включение спорной  задолженности в третью очередь реестра, указал на то, что ФИО2  неоднократно предпринимал попытки получить исполнительный лист на  принудительное исполнение решения суда (22.07.2022, 04.08.2022, 19.10.2022 и  24.04.2023), однако по независящим от него причинам исполнительный лист был  получен только 06.06.2023. Суд констатировал, что поведение кредитора  свидетельствует о том, что он рассчитывал на принудительное исполнение  принятого судебного акта и не знал о введении в отношении должника процедуры  банкротства. Также судом приняты во внимание пояснения ФИО2,  согласно которым о возбуждении дела о банкротстве он узнал из единого  государственного реестра юридических лиц, к которому обратился с целью  определения отдела службы судебных приставов, в который необходимо  предъявлять исполнительный лист. При таких обстоятельствах судом сделан вывод  о том, что кредитор обратился с настоящим требованием (14.06.2023) в разумный  срок после получения исполнительного листа и срок на предъявление требования  подлежит восстановлению.  

Согласно пункту 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований  кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования  сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного  производства.  

Требования конкурсных кредиторов, заявленные после закрытия реестра  требований кредиторов, в силу пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве  удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.  

Сведения о признании ООО «Виктория» несостоятельным (банкротом)  опубликованы в газете «Коммерсантъ» 18.02.2023, с заявлением о включении  требования в реестр ФИО2 обратился 14.06.2023, то есть по истечении  указанного двухмесячного срока и закрытии реестра.  

Доводы заявителя о том, что в рассматриваемом случае конкурсным  управляющим не была исполнена обязанность, предусмотренная пунктом 2 статьи  228 Закона о банкротстве, предполагающая извещение в письменной форме всех  известных кредиторов отсутствующего должника, являются несостоятельными.  

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 3  информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 26.07.2005 № 93 «О некоторых вопросах, связанных с исчислением  отдельных сроков по делам о банкротстве», последствия пропуска срока для  предъявления требований о включении в реестр требований кредиторов  специально урегулированы в пунктах 4, 5 статьи 142 Закона о банкротстве.  

Возможность восстановления указанного срока, как и возможность перерыва  его течения, Законом о банкротстве не предусмотрена.  

Верховным Судом Российской Федерации выработан ряд правовых позиций,  согласно которым в исключительных случаях лицо может претендовать на  включение задолженности в реестр требований кредиторов юридического лица,  даже несмотря на то, что требование заявлено после закрытия реестра.  

Такие исключения применяются в случаях, когда возможность предъявления  требований в двухмесячный срок объективно отсутствовала (требование по каким-либо причинам не существовало) и кредитор не должен нести негативные  

последствия за несовершение тех действий, совершить которые он был не в  состоянии, а также в случае, указанном в пункте 15 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59, когда  кредитор, поручивший исполнение судебного решения государственной службы,  специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет  проинформирован путем индивидуального извещения об объективной  невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в  связи с банкротством должника.  

В данном случае таких обстоятельств не установлено.  

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве, с даты утверждения  конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о  банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного  управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов  управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного  предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим  Федеральным законом.  

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве,  руководитель должника в течение трех дней со дня утверждения конкурсного  управляющего обязан обеспечить передачу ему бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.  

Как следует из материалов дела и не опровергнуто участвующими в деле  лицами, в частности ФИО2, конкурсный управляющий 10.03.2023  обращался с запросом о предоставлении документов должника к бывшему  директору ООО «Виктория» ФИО7 При этом из информации, размещенной  в картотеке арбитражных дел, не усматривается, что конкурсный управляющий  должником обращался в арбитражный суд с ходатайством об истребовании  документации должника, соответственно, обязанность по её передаче исполнена  ФИО7 в добровольном порядке.  

Таким образом, участник ООО «Виктория» ФИО2. не мог не знать о  полученном ФИО7 запросе конкурсного управляющего и о факте  передачи документов от директора конкурсному управляющему.  

Кроме того, конкурсный управляющий по итогам собрания кредиторов  18.03.2023 обратился с претензией об оплате задолженности в ООО «МОРЕ» (ИНН  

<

***>). Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ФИО2 с  23.10.2017 является участником данного общества, которому принадлежит 50%  доли, что также указывает на его осведомлённость о введении в отношении ООО  «Виктория» процедуры банкротства многим ранее обращения с заявлением о  включении спорного требования в реестр.  

Апелляционный суд также считает обоснованными доводы подателя жалобы  о том, что причины пропуска срока на предъявление требования не могут быть  признаны уважительными лишь на том основании, что у ФИО2.  отсутствовал оригинал исполнительного листа, поскольку данный факт не  ограничивал право кредитора на обращение в арбитражный суд с  соответствующими заявлением в рамках дела о банкротстве.  

 При этом апелляционная коллегия отмечает, что процедура банкротства  должника является публичной, сведения о введении любой процедуры банкротства  публикуются в электронной и бумажной версиях издания «Коммерсантъ»,  размещаются в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а судебные  акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на общедоступном  официальном федеральном информационно-справочном ресурсе «Картотека  арбитражных дел». В то же время материалами дела подтверждается, что в  

интересах ФИО2 совершались все необходимые юридически значимые  действия (подавались процессуальные документы и обеспечивалась защита  интересов в судебных заседаниях) представителем ФИО9, полномочия  на совершение которых предоставлены на основании доверенности от 23.09.2021, в  частности, в рамках производства по делу о взыскании спорной задолженности в  рамках искового производства и признания арбитражным судом недействительным  договора займа от 18.08.2017 № 1.2-2017. При таких обстоятельствах  апелляционная коллегия приходит к выводу о возможности своевременного  обращения ФИО2 с заявлением (требованием) в рамках настоящего дела  о банкротстве должника.  

Вопреки позиции суда первой инстанции, получение ФИО2  исполнительного листа 06.06.2023, не препятствовало ему своевременно  обратиться с заявлением о включении спорной задолженности в реестр, в том числе  – с момента публикации сведений об открытии в отношении должника процедуры  конкурсного производства (18.02.2023), поскольку право на предъявление  требований к должнику возникло у ФИО2 с момента неисполнения  должником обязательства по возвращению суммы займа.  

Кроме того, судом первой инстанции отклонены доводы конкурсного  кредитора ООО «ЧОО «АКБ» и ФИО4 о необходимости субординации  требования ФИО2, в связи с отсутствием доказательств того, что на  момент выдачи займов (04.07.2018-20.01.2020) ООО «Виктория» находилось в  ситуации имущественного кризиса.  

Апелляционный суд не может согласиться с указанным выводом. 

В ходе рассмотрения дела установлено, что кредитор на момент  предоставления займа являлся участником должника с долей в уставном капитале в  размере 50 % (номинальной стоимостью 5000 руб.). Соответствующие сведения  были внесены в ЕГРЮЛ 25.10.2018.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является  самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований  кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения  требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским  обязательствам, не являющимся корпоративными.  

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые  проанализированы в Обзоре от 29.01.2020, обобщившем правовые подходы,  позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения  очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.  

Так, согласно пункту 2 названного Обзора очередность удовлетворения  требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он  относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его  контролирующих.  

Как разъяснено в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, внутреннее  финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и  законные интересы иных лиц. Предоставление аффилированным лицом должнику,  пребывающему в состоянии имущественного кризиса, финансирования,  направленного на возвращение должника к нормальной предпринимательской  деятельности (компенсационное финансирование), в частности с использованием  конструкции договора займа, т.е. с избранием модели поведения, отличной от  предписанной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, означает, что  соответствующий займодавец принимает на себя все связанные с этим риски, в том  числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного  

банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1  статьи 2 ГК РФ).  

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения  относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование  компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора  от 29.01.2020).  

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и подходов, выработанных  Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров,  основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические  интересы с должником, является понижение очередности удовлетворения  требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в  предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними  (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.  

Решением арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 18.10.2022 по делу № А56-15169/2022 установлено, что  ФИО4 и ФИО2. являются участниками должника, которым  принадлежит по 50% долей в уставном капитале должника. Между  ФИО4 и ФИО10, с одной стороны (сторона-I) и ФИО2. (сторона-2) 16.10.2018 заключено соглашение о сотрудничестве, по условиям  которого стороны договорились лично или через назначенных и совместно  согласованных представителей и аффилированных лиц (без отчуждения  долей/части долей ООО «Виктория» и без обременения долей/части долей ООО  «Виктория») осуществлять финансирование (в безналичной форме) проекта-Рестораны в размере 100% от общего объема инвестиций равного 106 000 000 руб.  соразмерно своим долям по графику...».  

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим  в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу,  не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в  котором участвуют те же лица.  

В материалы настоящего спора представлены договоры займа № 2-2018 от  04.07.2018 и № 3-2020 от 20.01.2020, исходя из даты их заключения апелляционная  коллегия, с учетом вышеуказанных обстоятельств, полагает, что предоставление  денежных средств состоялось в начальный период осуществления должником  предпринимательской деятельности, до открытия ресторанов, которые начали  приносить выручку.  

Согласно бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2018  убыток ООО «Виктория» составлял более 25 млн.руб., капитал и резервы должника  имели отрицательное значение - 26 млн.руб., что объективно свидетельствует о  том, что на момент заключения вышепоименованных договоров займа должник  находился в ситуации имущественного кризиса (в трудном экономическом  положении).  

Фактически предпринимательскую деятельность ООО «Виктория» начало  вести в 2019 году, однако за этот период полученная выручка также объективно не  позволяла покрыть все текущие расходы (убыток в 2019 году составил более 7 млн.  руб., капитал и резервы имели отрицательное значение - более 33 млн.), что  указывает на расходование денежных средств, предоставленных по договорам  займа от участника Общества, на текущую деятельность.  

При этом суммы займов (42 000 000 руб. и 5 000 000 руб.) и их беспроцентный  характер являются нетипичными для условий гражданского оборота.  

Таким образом, совокупность установленных по делу обстоятельств  позволяет прийти к выводу о том, что ФИО2 и ООО «Виктория»  

преследовалась цель перераспределения рисков на случай банкротства, при этом  кредитору, как участнику должника, не могло быть не известно, что должник не  имеет возможности вести предпринимательскую деятельность ввиду очевидного  несоответствия имущественных возможностей объему планируемых мероприятий  (открытие ресторанов). Предоставленные участником займы были направлены на  осуществление текущей деятельности Общества на начальном этапе его развития.  

Приведённые обстоятельства об отсутствии у должника собственных  денежных средств в юридически значимый период являлись предметом  исследования в рамках обособленного спора А56-119933/2022/тр.2 и нашли своё  подтверждение в ходе рассмотрения апелляционной жалобы ООО «ЧОО «АКБ»,  правовых оснований для переоценки установленных обстоятельств в рамках  настоящего спора не имеется.  

Учитывая изложенное и принимая во внимание положения Обзора от  29.01.2020, наличие аффилированности между кредитором и должником, а также то,  что обязательства последнего, возникшие на основании договоров займа, носили  капиталозамещающий характер, поскольку собственное имущество у должника  фактически отсутствовало, апелляционный суд приходит к выводу о наличии  оснований для понижения очередности удовлетворения требования кредитора.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269, 270 ч. 1 п. 4, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 21.09.2023 в части  установления очередности удовлетворения требования кредитора отменить.  

Признать требование ФИО2 подлежащим  удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142  Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты.  

В остальной части определение арбитражного суда первой инстанции от  281.09.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Н. Бармина  

Судьи Д.В. Бурденков  

 И.В. Юрков