АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-900/17 

Екатеринбург

29 сентября 2022 г.

 

Дело № А76-32036/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейникова О.Э.,

судей Новиковой О.Н., Артемьевой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1  на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 по делу № А76-32036/2014 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 15.09.2022), а также конкурсный кредитор ФИО3 лично (паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.01.2015 возбуждено производство по делу о банкротстве открытого акционерного общества «Аргазинское» (далее – общество «Аргазинское», должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.09.2017 общество «Аргазинское» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

Определением суда от 26.09.2019 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

На рассмотрение арбитражного суда 28.07.2021 поступило заявление конкурсного кредитора ФИО5 об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, в обоснование которого заявитель указывал на неисполнение управляющим ФИО1 обязанности по представлению в суд и конкурсным кредиторам отчета по итогам проведения процедуры конкурсного производства, в том числе к дате судебного заседания по рассмотрению итогов конкурсного производства; на проведение собрания кредиторов после судебного заседания, на котором рассматривается вопрос по итогам проведения процедуры конкурсного производства; на наличие заинтересованности между управляющим ФИО1 и конкурсным кредиторов ФИО3 через представителя ФИО6, которая одновременно является представителем как конкурсного управляющего, так и конкурсного кредитора; на подконтрольность процедуры предыдущему конкурсному управляющему ФИО4, которая до настоящего времени является представителем управляющего ФИО1

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены:  финансовый управляющий имуществом ФИО5 ФИО7 Определением суда от 16.12.2021.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.02.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.02.2022 отменено, ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «Аргазинское», вопрос об утверждении конкурсного управляющего должником направлен в суд первой инстанции с применением правила случайной выборки.

Определением от 04.08.2022 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО8.

Не согласившись с принятым судебным актом, арбитражный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 13.07.2022 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неверное применение судом норм права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель приводит доводы о том, что постановление апелляционного суда принято в защиту интересов аффилированного с должником и контролирующего должника лица и вопреки интересам должника и независимых кредиторов. По мнению управляющего, рассматривая апелляционную жалобу ФИО5, суд ограничился формальным подходом, фактически приняв доводы апелляционной жалобы без соотношения их с иными обстоятельствами дела: завершающей стадии процедуры конкурсного производства (фактически не разрешен лишь вопрос о взыскании убытков, привлечении и определения размера субсидиарной ответственности); наличия либо отсутствия ущерба; оценки добросовестности и компетентности представителей конкурсного управляющего; аффилированности заявителя и его прямой заинтересованности в устранении из дела команды конкурсного управляющего. При этом, как считает кассатор, определение суда первой инстанции, также не отражает в полной мере реального отношения сторон в деле о банкротстве, поскольку судом первой инстанции не полно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, что, в свою очередь, сыграло роль в вынесении судом апелляционной инстанции необоснованного постановления. Помимо изложенного, заявитель обращает внимание, что ФИО5 в апелляционной жалобе привел новые доводы, сослался на новые обстоятельства, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, однако были приняты судом апелляционной инстанции и положены в обоснование обжалуемого постановления. Наряду с этим, податель жалобы указывает, что вывод суда о наличии у ФИО6 действующих нотариальных доверенностей от 21.10.2017 и от 21.10.2021 на представление интересов ФИО3 с широким кругом полномочий и длительным сроком действия не подтвержден имеющимися в материалах обособленного спора доказательствами, при этом сам ФИО3 к участию в деле не привлекался, документы у него не истребовались; отмечает, что ФИО3 на основании определения от 15.06.2020 утратил основания для участия в процедуре банкротства общества «Аргазинское» в качестве кредитора. Далее, управляющий указывает, что мнение суда о наличии разумных сомнений по поводу истинного поведения конкурсного управляющего, а также намерения кредитора, не исключающих того, что его действительная воля была направлена на создание по согласованию с должником ситуации, дающей возможность определения саморегулируемой организации арбитражных управляющих, не только не подтверждаются доказательствами, имеющимся в деле, но и противоречат фактическим обстоятельствам дела о банкротстве, поскольку ФИО3 на момент определения саморегулируемой организации кредитором не являлся, участия в собрании кредиторов с соответствующей повесткой не принимал. Наконец, кассатор приводит доводы об отсутствии в материалах дела доказательств уведомления апелляционным судом финансового управляющего имуществом ФИО5– ФИО7.

Дополнительные документы, приложенные к кассационной жалобе, (скриншоты с сайта Единого государственного реестра сведения о банкротстве, копии результатов ПЦР тестов, копии отчетов о направлении заявлений в суд, а также документы, поименованные как «доказательства периодичности из ЕФРСБ), судом кассационной инстанции не принимаются и к материалам дела не приобщаются с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в силу которой суд кассационной инстанции не имеет полномочий принимать и исследовать доказательства по существу спора. Фактическому возврату вышеуказанные документы не подлежат, так как поданы в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

В письменном мнении на кассационную жалобу кредитор ФИО3 доводы управляющего ФИО1 поддерживает, простит обжалуемый судебный акт отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Представленные ФИО3 одновременно с письменным мнением дополнительные документы, поименованные в приложении, возвращены кредитору в судебном заседании, о чем в тексте письменного мнения имеется соответствующая расписка о получении документов.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО5, обращаясь в суд с заявлением об отстранении  ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, указывал на неисполнение управляющим ФИО1 обязанности по созыву собрания и представлению в суд и конкурсным кредиторам отчетов по итогам проведения процедуры конкурсного производства, в том числе к дате судебного заседания по рассмотрению итогов конкурсного производства; на проведение собрания кредиторов после судебного заседания, на котором рассматривается вопрос по итогам проведения процедуры конкурсного производства; на наличие заинтересованности между управляющим ФИО1 и конкурсным кредитором ФИО3 через представителя ФИО6, которая одновременно является представителем как конкурсного управляющего, так и конкурсного кредитора; на подконтрольность процедуры предыдущему конкурсному управляющему ФИО4, которая до настоящего времени является представителем управляющего ФИО1

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО5 суд первой инстанции не установил аффилированности либо заинтересованности между конкурсным управляющим ФИО1 и кредитором ФИО3, указав при том, что сам по себе факт наличия одного и того же представителя в отсутствии доказательств причинения вреда кредиторам, либо доказательств нарушения чьих-либо прав и законных интересов, не является основанием для отстранения конкурсного управляющего. В части нарушения ФИО1 сроков представления отчета в суд и конкурсным кредиторам, а также нарушения сроков проведения собрания кредиторов, суд, констатировав наличие таких нарушений и неоднократное обращение на них внимание управляющего ФИО1 со стороны суда, вместе с тем указал что они образуют состав административных правонарушений, который является формальными и не влекут за собой причинений ущерба и не нарушают права кредиторов, в связи с чем не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных требований.

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, определение от 28.02.2022 отменил, отстранил ФИО1 от исполнения обязанностей конкурного управляющего в процедуре банкротства общества «Аргазинское», исходя из следующего.

Согласно статье 2 и пункту 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В пункте 1 статьи 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путем обжалования действий (бездействия) арбитражного управляющего.

В соответствии с положениями данной нормы в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) подлежат рассмотрению жалобы кредиторов, представителя учредителей (участников) должника, иных лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и законные интересы.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 126 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных статьях перечень не является исчерпывающим.

По смыслу названных норм основанием для удовлетворения такой жалобы является установление арбитражным судом фактов неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего и нарушения этими действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя.

Конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего: в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица конкурсным управляющим, а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица конкурсным управляющим (абзац четвертый пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Судом не должны допускаться случаи утверждения кандидатуры конкурсного управляющего при представлении сведений о наличии в деле конфликта интересов и принадлежности конкурсного управляющего к какой-либо из групп.

По смыслу статей 20.3 и 20.4 Закона о банкротстве действия арбитражного управляющего по привлечению для обеспечения осуществления возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве на договорной основе иного лица, являются законными, если данные действия не нарушают баланса интересов кредиторов, должника и общества. При доказанности создания действиями по привлечению конкретного лица конфликта интересов, а также угрозы возникновения такого конфликта действия арбитражного управляющего не могут рассматриваться как соответствующие закону.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дел, в своем заявлении кредитором ФИО5 одним из оснований указано на наличие признаков заинтересованности конкурсного управляющего ФИО1 по отношению к кредитору – ФИО3, поскольку представителем как кредитора так и арбитражного управляющего является ФИО6 По мнению ФИО5, фактически процедурой управляет сестра арбитражного управляющего – ФИО4, которая до утверждения в качестве конкурсного управляющего должником ФИО1 (утвержден определение от 26.09.2019), являлась конкурсным управляющим (освобождена этим же определением от 26.09.2019).

По результатам исследования доказательств, апелляционным судом установлено, что ФИО4 и ФИО1 являлись членами саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих», а также приходятся друг другу братом и сестрой, что лицами, участвующими в деле, не оспорено. При этом ФИО1 вступил в члены саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих» 18.04.2019, а ФИО4 с 25.10.2019 на основании личного заявления исключена из состава саморегулируемой организации, однако, является представителем данной саморегулируемой организации в регионах, что в том числе подтверждается определением от 06.10.2020 по настоящему делу, где было установлено, что «отказ от заявления подписан ФИО1 лично; отказ саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих» подписан представителем саморегулируемой организации по доверенности ФИО4 с предоставлением соответствующих полномочий». 

ФИО4 представляет интересы конкурсного управляющего обществом «Аргазинское» ФИО1 в различных судебных заседаниях, в том числе в рамках настоящего обособленного спора.

Проанализировав и оценив материалы дела, апелляционный суд установил, что ФИО6, являющаяся представителем конкурсного управляющего обществом «Аргазинское» ФИО1, также представляла интересы конкурсного кредитора ФИО3, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника на основании определения от 09.07.2018 по настоящему делу в связи с заключенным между ФИО9 и ФИО3 договора уступки права требования от 26.03.2018, который впоследствии в рамках дела о банкротстве ФИО9 был признан недействительным определением суда от 15.06.2020 по делу № А76-16033/2018. 

В данной части, судом принято во внимание, что общество «Аргазинское» в лице конкурсного управляющего ФИО4 (а впоследствии конкурсного управляющего ФИО1), было привлечено к участию в названном обособленном споре в качестве третьего лица. В свою очередь, интересы ФИО3 в рамках указанного обособленного спора также представляла ФИО6, при этом впоследствии ФИО6 в рамках того же дела уже представляла интересы общества «Аргазинское», привлеченного в качестве третьего лица.

Принимая во внимание данные обстоятельства, а также учитывая, что на момент рассмотрения апелляционной жалобы ФИО5 требование ФИО3 из реестра требований кредиторов общества «Аргазинское» не исключено (судебное заседание по рассмотрению заявления о пересмотре определения от 09.07.2018 по делу № А76-32036/2014 по новым обстоятельствам отложено на 27.07.2022), отметив, что общество «Аргазинское» является конкурсным кредитором в деле № А76-16031/2018 о банкротстве ФИО5, а ФИО6 является представителем общества «Аргазинское», при этом одновременно являясь представителем ФИО3, который в свою очередь является кредитором общества «Аргазинское», кроме того, ФИО6 согласно сведениям общедоступного информационного ресурса «Картотека арбитражных дел», размещенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-коммуникационной сети Интернет («kad.arbitr.ru») представляет интересы ФИО3 на основании нотариальной доверенности от 21.02.2017 и от 21.10.2021 (дела № А76-25358/2015, № А76-24720/2016, № А76-3607/2020), при этом в рамках дела № А76-3607/2020 при рассмотрении обоснованности заявления о признании несостоятельным (банкротом) ФИО10, судом установлено, что право требования ФИО3 к ФИО10 возникло в результате заключенного между ФИО4 и ФИО3 договора уступки права требования от 24.12.2019 (решение от 20.01.2021), интересы ФИО3 представляла ФИО6, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют об общности интересов  ФИО4, ФИО1, ФИО3 и ФИО6, что недопустимо с точки зрения положений Закона о банкротстве, которые вменяют конкурсному управляющему обязанность по недопущению конфликта интересов между интересами должника и кредиторами (группами кредиторов) и свидетельствует о потенциальном возникновении конфликта интересов между должником, конкурсным управляющим и конкурсными кредиторами.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признал, что в рассматриваемом случае, поручая представление интересов лицу, которые одновременно является представителем конкурсного кредитора и должника, при наличии «группировок кредиторов» в деле о банкротстве общества «Аргазинское», конкурсный управляющий ФИО1 нарушает права конкурсных кредиторов, равно как и должника, тем самым создает конфликт интересов в деле о банкротстве, что не может быть признано разумным и обоснованным.

Доводы представителей управляющего ФИО1 о том, что представление интересов конкурсного управляющего никаким образом не нарушает права и законные интересы кредиторов, уполномоченного органа и общества в целом, судом апелляционной инстанции изучены и отклонены как несостоятельные, поскольку, деятельность конкурсного управляющего в интересах должника, равно как его представителя, действующего на основании доверенности, должна осуществляться на основе соблюдения баланса интересов всех кредиторов должника.

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что действительно применительно к статье 19 Закона о банкротстве ФИО6 не является заинтересованным лицом, однако само по себе это обстоятельство не исключает необходимости для конкурсного управляющего следовать в своей деятельности требованиям разумности и добросовестности, обеспечивая при этом баланс интересов различных конкурсных кредиторов и должника; в случае наделения конкурсным управляющим представителя конкурсного кредитора полномочиями по представлению конкурсного управляющего в том же деле о банкротстве в силу вероятного конфликта интересов могут быть нарушены права других конкурсных кредиторов, равно как и должника; при этом, арбитражный управляющий обязан исключить такого рода конфликт интересов в своей деятельности, не должен ставить под сомнение законность и обоснованность своих действий.

Кроме того, суд особо отметил, что ФИО1, будучи конкурсным управляющим обществом «Аргазинское» в судебные заседания не является, интересы конкурсного управляющего представляют его представители, действующие на основании выданных им доверенностей, в том числе ФИО4, ФИО6

Помимо этого, оценивая доводы жалобы относительно  неправомерный действий (бездействия) управляющего, выразившихся в непроведении собраний кредиторов и не представлению в суд и конкурсным кредиторам отчетов, суд апелляционной инстанции по результатам исследования и оценки доказательств пришел к выводу о том, что поведение управляющего ФИО1, выражающееся в неоднократном непредставлении отчетов суду и кредиторам, проведении собраний кредиторов за пределами сроков, установленных судом, неявка конкурсного управляющего в судебные заседания, участие в судебных заседаниях исключительно через представителей (ФИО4, ФИО6) свидетельствует о намеренном затягивании процедуры банкротства и увода ведения процедуры от контроля суда и кредиторов, не отвечает требованиям Закона о банкротстве и целям конкурсного производства, в связи с чем требования кредитора ФИО5 в данной части также признал обоснованными. Каких-либо доводов в данной части кассационная жалоба не содержит.

При таких обстоятельств, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельству, установив факт наличие конфликта интересов, условий, ставящих под сомнение разумность и добросовестность действий управляющего при осуществлении мероприятий конкурсного производства, возможность осуществлять мероприятия процедуры банкротства, соблюдая баланс интересов как должника, так и его кредиторов, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отстранения арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, в связи с чем удовлетворил заявленные требования.

Указанный вывод суда апелляционной инстанции соответствует доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основан на правильном применении норм права.

Приведенные в кассационной жалобе доводы о том, что факт выдачи им доверенности ФИО6 на представление интересов должника недостаточен для вывода о заинтересованности конкурсного управляющего и наличия сомнений в его беспристрастности, предусмотренные статьей 19 Закона о банкротстве основания для отнесения ФИО1 к заинтересованным по отношению к должнику или конкурсным кредиторам отсутствуют, а права заявителя не нарушены, судом округа изучены и отклонены.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции исходил не из юридической аффилированности со стороны ФИО1 к должнику и (или) кредиторам по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, а из наличия фактической заинтересованности, исходя из конкретных обстоятельств, установленных при рассмотрении спора. Заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к одному из кредиторов является самостоятельным основанием для его отстранения от исполнения обязанностей в деле о банкротстве должника. Применение данного основания не поставлено в зависимость от наличия наступивших негативных последствий деятельности арбитражного управляющего. Руководствуясь разъяснениями, содержащимися в пункте 56 Постановления Пленума ВАС РФ № 35, установив конфликт интересов, суд апелляционной инстанции выразил обоснованное сомнение в независимости арбитражного управляющего ФИО1 по отношению к кредиторам должника. Отстраняя арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств, а также из отсутствия в материалах дела доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы кассационной жалобы управляющего ФИО1 о том, что ФИО5 является аффилированным с должником лицом, а также о том, что на момент рассмотрения его требований процедура конкурсного производства должника находилась на завершающей стадии, судом округа отклоняются как не имеющие в данном случае правового значения и не опровергающие факта наличия обоснованных и не опровергнутых сомнений в должной независимости конкурсного управляющего и вывода суда о недобросовестности ФИО1; суд округа также отмечает наличие в производстве суда первой инстанции значительного количества нерассмотренных обособленный споров.

Вопреки мнению кассатора, ФИО5 изначально ссылался на создание ситуации конфликта интересов и фактической заинтересованности между конкурсным управляющим и конкурсным кредитором ФИО3,  в том числе через институт представительства, соответствующие мотивы приводились ФИО5 и в судебных заседаниях суда первой инстанции, что следует из аудиопротоколов судебных заседания, в связи с чем суд апелляционной инстанции правомерно рассмотрел данные требования и дал им оценку с учетом  открытых и общедоступных сведений о публикации судебных актов арбитражных судов, содержащихся в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на сайте «КАД Арбитр». 

Указание на то, что ФИО3 не был привлечен к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, судом округа отклоняется, поскольку ФИО3 является конкурсным кредитором должника, в связи с чем имеет процессуальный статус – лицо, участвующее в арбитражном процессе по делу о банкротстве (статья 35 Закона о банкротстве). Таким образом, не был лишен права представлять возражения относительно обоснованности заявленных требований, дополнительное привлечение данного лица к участию в деле в качестве третьего лица не требуется.

Довод подателя жалобы об отсутствии доказательств ненадлежащего уведомления судом апелляционной инстанции финансового управляющего имуществом ФИО5 – ФИО7 о дате судебного заседания, не принимается во внимание. В силу части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления к производству самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.  В данном случае, в материалах дела имеется уведомление о вручении ФИО7 определения от 16.12.2021, следовательно, финансовый управляющий был осведомлен о начавшемся судебном разбирательстве по настоящему спору. Последующие судебные акты, в том числе определение апелляционного суда от 28.03.2022 о принятии апелляционной жалобы к производству и назначении даты и времени судебного заседания, своевременно размещены в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru/) согласно требованиям абзаца 2 части 1 статьи 121 АПК РФ, находятся в свободном доступе, вследствие чего финансовой управляющий  ФИО7 надлежащим образом был извещен о судебном разбирательстве по обособленному спору. При этом сам финансовый управляющий ФИО7 факт уведомления не оспорил, с кассационной жалобой не обращался, о нарушении своих прав не заявил.

Довод о нарушении судом апелляционной инстанции положений статьи 21 АПК РФ не может быть признан обоснованным.

 

В силу положений пункта 1 части 1 статьи 21, части 1 статьи 22 АПК РФ судья не может участвовать в рассмотрении дела и подлежит отводу, если при предыдущем рассмотрении данного дела он участвовал в нем в качестве судьи и его повторное участие в рассмотрении дела в соответствии с требованиями АПК РФ является недопустимым. Судья, принимавший участие в рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции, не может участвовать в рассмотрении этого дела в судах апелляционной и кассационной инстанций, а также в порядке надзора.

С позиции теории процессуальных отношений при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) возможно существование правоотношений, которые развиваются не только при переходе от одной стадии к другой, но и путем возникновения множества относительно самостоятельных правоотношений; иными словами, наряду с существованием основного правоотношения, которое реализуется в форме основного производства по делу о банкротстве, в разные промежутки времени могут возникать и дополнительные сложно развивающиеся процессуальные отношения в рамках существования обособленных споров.

В силу пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» рассмотрение дела о банкротстве (в судах всех инстанций) включает в том числе разрешение отдельных относительно обособленных споров, в каждом из которых непосредственно участвуют только отдельные участвующие в деле о банкротстве или в арбитражном процессе по делу о банкротстве лица.

Одной из характерных особенностей обособленных споров, существующих в рамках дела о банкротстве, как самостоятельной категории, является то, что они представляют собой отдельное «дело», требующее разрешения спора о субъективном праве, которое рассматривается судом в порядке искового производства, по результатам которого выносится самостоятельный итоговый судебный акт. Безусловно, обособленные споры имеют юридическую связь и оказывают влияние на существование всего дела о банкротства, однако особый субъектный состав обособленного спора, не совпадающий с составом основного правоотношения, отдельный предмет доказывания, являются отличительными признаками, позволяющими отделить основное производство от производства по обособленному производству.

Как усматривается из постановления суда апелляционной инстанции от 13.07.2022, апелляционная жалоба ФИО5 на определение суда первой инстанции от 28.02.2022 рассмотрена составом судей под председательством судьи Поздняковой Е.А., которая также принимала участие в рассмотрении дела о банкротстве общества «Аргазинское» в суде первой инстанции.

Между тем, из материалов электронного дела, размещенных в картотеке арбитражных дел, следует, что определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.04.2019 по настоящему делу о банкротстве должника произведена замена судьи Поздняковой Е.А. на судью Яшину Е.С. в связи с Указом Президента Российской Федерации от 15.04.2019 № 171 о назначении судьи Поздняковой Е.А. судьей Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В свою очередь, как указано ранее, ФИО1 утвержден конкурсным управляющим должником определением Челябинской области от 26.09.2019, то есть после замены судьи по делу о банкротстве на судью Яшину Е.С.

В данном случае, принимая во внимание природу обособленных споров, представляющих собой рассмотрение самостоятельных материально-правовых требований, отличных от спорных отношений в рамках основного производства по делу и иных обособленных споров, с учетом существования самостоятельного предмета и основания требований, различающегося субъектного состава, учитывая, что ФИО1 утвержден конкурсным управляющим должником 26.09.2019, заявление ФИО5 об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «Аргазинское» первоначально оставлено без движения (определение от 02.08.2021), а в последующем принято Арбитражным судом Челябинской области к своему производству (определение от 10.08.2021) судьей Яшиной Е.С., судья Позднякова Е.А. при рассмотрении данного обособленного спора участие в суде первой инстанции не принимала, каких-либо судебных актов по первой инстанции после 15.04.2019 по делу о банкротстве должника – не принимала, оснований полагать, что у нее сформировалось внутреннее убеждение относительно обстоятельств обособленного спора, обоснованности позиций сторон, способные подорвать доверие сторон, у суда округа не имеется, а иного управляющий не обосновал.  

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права, и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. 

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 АПК РФ суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 по делу № А76-32036/2014 Арбитражного суда Челябинской области оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Н.А. Артемьева