АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

30 июля 2024 года

Дело №

А56-3149/2019

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Александровой Е.Н., судей Богаткиной Н.Ю., Яковлева А.Э.,

при участии ФИО1 (паспорт) ,

рассмотрев 16.07.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.12.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024 по делу № А56-3149/2019, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.03.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Снабстрой», адрес: 195027, Санкт-Петербург, ул. Якорная, д. 5, лит. А, пом. 301, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 27.12.2019 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.09.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2 

Финансовый управляющий 20.06.2023 обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества и не освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Определением суда первой инстанции от 25.12.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024,  процедура реализации имущества ФИО1 завершена, правила об освобождении от исполнения обязательств в отношении ФИО1 не применены.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит изменить указанные определение и постановление в части отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Как указал податель жалобы, за счет кредитных денежных средств должник погашал образовавшуюся задолженность перед работниками организации, в которой ФИО1 ранее был участником и генеральным директором; суды не приняли во внимание эти пояснения должника, данные им как на собрании кредиторов 09.06.2023, так и в ходе рассмотрения данного дела. 

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в ходе процедуры банкротства в реестр требований кредиторов включены требования пяти кредиторов, общий размер требований составляет 28 116 687,97 руб.

Финансовым управляющим выявлено имущество должника, а именно: доля в размере 1/3 в праве на квартиру с кадастровым номером 78:15:0008436:2663, площадью 45 кв.м., по адресу: Санкт-Петербург, б-р Новаторов, д.116, лит. А, кв.191; доля в размере 1/3 в праве собственности на данную квартиру исключена из конкурсной массы как единственное жилье должника.

Также финансовым управляющим выявлено, оценено и реализовано имущество должника, общая стоимость которого составила 30 000 руб., на счетах ФИО1 на момент открытия процедуры несостоятельности имелись денежные средства в общем размере 19 287,34 руб.

Таким образом, конкурсная масса сформирована на сумму 49 287,34 руб., указанные денежные средства направлены на частичное погашение требований по текущим обязательствам.

Требования кредиторов в ходе процедуры банкротства не удовлетворены.

При этом ФИО1 на всем протяжении процедуры несостоятельности, находясь в трудоспособном возрасте, не предпринимал попыток трудоустройства, не имел дохода, то есть должник, как указывает управляющий, не предпринимал попыток рассчитаться с кредиторами и восстановить платежеспособность.

Финансовый управляющий также установил, что уже после возбуждения 04.03.2019 дела о несостоятельности (банкротстве) и в отсутствие официального дохода ФИО1 заключил новые кредитные договоры: 

с АО «Тинькофф Банк» - договор от 26.08.2019 на 495 000 руб., 

с ПАО «Банк ВТБ» - договор от 14.08.2019 на сумму 3 000 000 руб. и договор от 04.09.2019 обслуживания кредитной карты с лимитом 240 000 руб., с которой наличными сняты денежные средства на 99 500 руб. 

В связи с изложенным в ходе проведения анализа финансового состояния должника финансовый управляющий пришел к выводу о наличии признаков преднамеренного банкротства в связи с привлечением ФИО1 денежных средств в кредитных организациях и выводом их в наличную форму при наличии возбужденного дела о банкротстве и без намерения исполнять принятые на себя обязательства, в связи с чем просил суд не применять в отношении должника правила об освобождении его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Конкурсный кредитор ООО «Снабстрой» поддержал ходатайство финансового управляющего о неприменении в отношении должника правила об освобождении его от исполнения обязательств перед кредиторами, ссылаясь на недобросовестное поведение ФИО1.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, не усмотрел оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств). 

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 данной  статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Как следует из пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: 

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Как следует из разъяснений, приведенных в  пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Суды установили, материалами дела подтверждается и должником не оспаривается, что ФИО1, уже обладая в полной мере признаками неплатежеспособности и после возбуждения в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве), привлек кредитные средства и вывел в наличной форме более 3,5 млн. руб. 

При принятии на себя выше указанных кредитных обязательств ФИО1 указывал в анкетах банков заведомо недостоверную информацию о своем доходе и финансовом положении. Как верно отметили суды, наличие у кредитной организации возможности проверки сообщаемой заемщиком информации не означает, что должник вправе предоставлять заведомо ложные сведения при вступлении в кредитные отношения.

В то же время из привлеченных по новым кредитам денежных средств задолженность перед кредиторами ООО «Снабстрой», ПАО «Банк ВТБ», ФНС России, ООО «Кровля и Изоляция», АО «СТН-П», требования которых в общем размере 28 116 687, 97 руб. включены в реестр требований кредиторов, должником погашена не была. 

Доводы должника о том, что новые кредиты получены им для целей погашения задолженности по заработной плате перед работниками подконтрольных должнику ООО «Реконструкция» и ООО «Реконструкция и Отделка», проверены судами двух инстанций и мотивированно отклонены в связи со следующим.

Суд первой инстанции по ходатайству должника произвел допрос свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7, которые показали, что в 2019 году они получали от должника наличные денежные средства в счет оплаты задолженности по заработной плате в упомянутых организациях. В подтверждение передачи денежных средств должник также представил расписки свидетелей, которые, по его мнению, обосновывают факт расходования денежных средств, полученных по кредитным договорам.

Вместе с тем суды приняли во внимание, что представленные должником расписки составлены только в 2023 году и при этом содержат информацию о выплатах денежных средств в августе - декабре 2019 года. При этом никто из свидетелей не смог сообщить, в какие периоды они получали денежные средства и в каком размере. Также свидетели (за исключением ФИО7) сообщили, что готовые расписки им привез сам ФИО1 в 2023 году и указанная в них сумма свидетелей устроила. 

Общая сумма денежных средств, указанная во всех представленных расписках, не покрывает сумму полученных ФИО1 в 2019 году кредитных денежных средств.

Суды учли также, что должник, ссылаясь на погашение задолженности по заработной плате перед работниками ООО «Реконструкция» и ООО «Реконструкция и Отделка», тем не менее не представил относимых и допустимых доказательств трудовых взаимоотношений обществ в 2019 году с названными выше лицами, которые уволены еще в 2018 году.

Отклонил суд первой инстанции как неподтвержденные и ссылки должника на то, что упомянутые работники были привлечены для выполнения работ перед ООО «Главстрой-СПб» для целей возврата в адрес ООО «Реконструкция» гарантийных удержаний, поскольку согласно акту инвентаризации расчетов ООО «Реконструкция» от 18.05.2020 размер дебиторской задолженности перед ООО «Главстрой-СПб» составлял 30 794,27 руб.

Кроме того, суды выяснили, что в отношении ООО «Реконструкция Отделка» ФИО1 перестал был единоличным исполнительным органом задолго до того как им были взяты кредитные средства на сумму более 3,5 млн руб., что исключало наличие у должника обязательства перед работниками данного общества.

В отношении ООО «Реконструкция» суды установили, что штат сотрудников общества составлял 1 (один) человек (непосредственно ФИО1), общество с заявлением о банкротстве, ввиду неспособности рассчитаться по обязательствам не обращалось, денежные средства получены и израсходованы должником за пять месяцев до введения в отношении ООО «Реконструкция» процедуры конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. В связи с этим суды заключили, что в отношении данного общества, у которого отсутствовал персонал, перед которым была бы задолженность по заработной плате, ФИО1 не имел намерений рассчитываться с кредиторами, поскольку приступил к процедуре ликвидации компании (17.10.2019 регистрирующим органом внесена запись в ЕГРЮЛ о том, что юридическим лицом принято решение о ликвидации ООО «Реконструкция»), соответственно, задолженности по заработной плате перед работниками названной организации не было. 

Отчетами конкурсного управляющего ООО «Реконструкция» также подтверждено отсутствие задолженности первой и второй очередей. 

Суды отметили, что доводы о получении кредитных средств для целей погашения заработной платы приведены должником после принятия кредиторами решения об обращении в суд с ходатайством о неприменении правила об освобождении от долгов. При этом доказательства в подтверждение таких доводов последовательно представлялись должником только по мере поступления от кредиторов возражений и аргументов.

Принимая во внимание изложенное, суды двух инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, раскрытый сторонами объем доказательств, пришли к выводу о недобросовестном поведении ФИО1 ввиду выявленных фактов привлечения после возбуждения дела о банкротстве новых кредитных средств и вывода в наличной форме более 3,5 млн. руб., а доводы должника о целях расходования данных денежных средств признали не подтвержденными достаточными и достоверными доказательствами. 

Указанные обстоятельства в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве признаны судами первой и апелляционной инстанций основанием для неприменения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств.

Оснований не согласиться с данным выводом суд кассационной инстанции не установил.

Суды также учли непредставление должником сведений об имуществе и источниках доходов, неоказание содействия финансовому управляющему в проведении процедуры  банкротства и реализации мер по достижению результата – погашению требований кредиторов, ответив, что ФИО1 на протяжении всего периода банкротства (с 2019 по 2023 годы) предоставлял информацию или совершал иные действия только после предъявления ФИО2 в суд соответствующих требований к должнику (в том числе, в отношении обеспечения доступа в жилое помещение для проведения управляющим описи имущества и т.д.). Пояснений относительно источника денежных средств на удовлетворение личных потребностей и оплату адвокатских услуг ФИО1 в течение процедуры банкротства также не представил. 

Вопреки доводам подателя жалобы, институт банкротства граждан представляет собой крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

В данном случае установленные судами обстоятельства правильно квалифицированы в качестве недобросовестного поведения.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, сводятся к несогласию с данной судами оценкой фактических обстоятельств по делу, что основанием для отмены обжалуемых судебных актов не является. 

Нормы материального права применены судами правильно. Нарушений судами норм процессуального права суд кассационной инстанции не установил.

При таких обстоятельствах кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.12.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024 по делу № А56-3149/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

 

Председательствующий

Е.Н. Александрова

 

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

 

А.Э. Яковлев