ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-87448/2023

Дело № А40-91131/21

г. Москва

28 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А.Назаровой,

судей А.А. Комарова, Ю.Л. Головачевой, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника на определение Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2023 по делу № А40-91131/21, об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки должника недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

при участии лиц, согласно проколу судебного заседания. 

 

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, 26.04.2021 года поступило заявление ПАО «МТС-Банк» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), которое определением от 30.04.2021 принято и возбуждено производство по делу № А40-91131/21.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2021 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Постановлением Девятого Арбитражного Апелляционного суда от 01.10.2021 года и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.12.2021 года, определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.07.2021 года оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2022 финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2022 года гражданин ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО3. 

Сообщение опубликовано в газете "КоммерсантЪ" от 03.11.2022 года.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2023 финансовый управляющий ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в сети Интернет, 19.01.2023 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным договора дарения №77 АГ 2742257 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, площадью 30,2 кв.м., кадастровый номер: 77:08:0003006:1371, расположенную по адресу: 

<

...>, заключенного между ФИО2 и ФИО5, и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2023 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего должника.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий должника обратился с апелляционной жалобой в  Девятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение  отменить, принять по делу новый судебный акт, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Представители ПАО «МТС-Банк» и ПАО ВТБ в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы. 

ФИО6, ФИО5 и представитель ФИО2  в судебном заседании возражали против удовлетворения апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 24.10.2019 ФИО2 по договору №77 АГ 2742257 дарения подарил 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, площадью 30,2 кв.м., кадастровый номер 77:08:0003006:1371, расположенную по адресу: 

<

...> своей дочери ФИО5.

Финансовый управляющий полагает, что оспариваемая сделка является недействительной в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, исходил из не представления им доказательств, подтверждающих наличие оснований для признания сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции соглашается с таким выводом Арбитражного суда города Москвы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

По смыслу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения является безвозмездной сделкой. 

Согласно пункту 2 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "»О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления №63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми -они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО5 приходится дочерью ФИО2, следовательно, признается заинтересованным лицом по отношению к должнику.

В обоснование заявления финансовый управляющий также ссылался на то, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами АО «СМП Банк», ПАО «Банк ВТБ», ПАО «МТС Банк», требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Вместе с тем, как усматривается из материалов дела, брак между должником ФИО2 и ФИО6 был заключен 24.07.1987, и впоследствии расторгнут 01.08.1997.

Спорная квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, была передана ФИО6 09.04.1987 года, до заключения брака с должником, в результате родственного обмена с ее бабушкой, ФИО7, Ветераном Труда СССР, проработавшей на Трехгорной мануфактуре им. Ф. Э. Дзержинского более 50 лет и получившей спорную квартиру за выслугу.

Ввиду отсутствия у должника регистрации в г. Москве, с согласия ФИО6 должник 16.10.1987 был прописан в ее квартире по адресу: 

<

...>, что подтверждается выпиской из домовой книги № 4765621, из которой также следует, что ФИО2 прибыл к жене.

18.05.1992 квартира по адресу: 

<

...> была приватизирована в двух равных долях ФИО6 и ФИО2, что подтверждается договором передачи № 082707000378 от 06.05.1992 года, оформленного РЭУ-7 Северо-Западного административного округа города Москвы и зарегистрированного в Комитете муниципального жилья Правительства Москвы 18.05.1992 года за №2-136130. Доля в спорной квартире ФИО5, дочери должника, не выделялась.

После расторжения брака должник в спорной квартире не проживал, был выписан 26.03.2001 года и выбыл по адресу: г. Москва, пр-т. Ленинский, д. 137-1, кв. 104. При этом, ФИО5 осталась проживать в указанной квартире вместе со своей матерью ФИО6.

Ответчики поясняли, что бремя содержания спорной квартиры по оплате коммунальных платежей, замене выходящего из строя оборудования (газовой плиты, сантехники и т.д.), установки счетчиков, приборов учета, и их поверки, косметического ремонта после затопления соседями и другие расходы после расторжения брака с ФИО2 несла ФИО6, что подтверждается представленным в материалы обособленного спора договором-актом на проверку ИПУ от 18.07.2017 года и 14.09.2023; актом приёма-сдачи работ по монтажу счетчиков ИПУ 23.12.2010 года, квитанцией по оплате услуг газификации и газоснабжения №279465 от 06.03.2018 года, свидетельством об установке от МосГаз 06.03.2018 года, чеком на газовую плиту ГЕФЕСТ и доставку 04.03.2018 года, договор -счетом на кухонную мебель 09.01.2018 года, актом о заливе квартиры 30.08.2017 года.

Согласно объяснениям ответчика, ФИО5 в период с 2002 года по 2020 год проживала в Новой Зеландии. В 2019 году ей было принято решение вернуться в Москву, в связи с чем, она обратилась к своим родителям ФИО6 и ФИО2 с просьбой передачи права собственности на указанное выше жилое помещение.

Так, 24.10.2019 ФИО2 по спорному договору подарил 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, своей дочери ФИО5.

Таким образом, согласно представленным в материалы обособленного спора документам и сведениям, ФИО2 денежные средства на приобретение спорной квартиры не выделял, после заключения брака с ФИО6 по договору передачи № 082707000378 от 06.05.1992 стал собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 30,2 кв.м., кадастровый номер 77:08:0003006:1371, расположенную по адресу: 

<

...>, которая перешла ФИО6 в результате родственного обмена с ее бабушкой, ФИО7; после расторжения брака с ФИО6 01.08.1997 бремя по содержанию указанной квартиры не нес, в ней не проживал.

Кроме того, после возвращения ФИО5 из Новой Зеландии она постоянно проживает в спорной квартире по адресу: 

<

...>, которая для нее является единственным пригодным для проживания жилым помещением.

Однако, в нарушение ст. 65 АПК РФ финансовым управляющим в материалы дела не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств в обоснование заявленных требований, а также доказательств того, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Проанализировав фактические обстоятельства и представленные в материалы обособленного спора документы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оспариваемая сделка не была нацелена на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции также приходит к выводу, что заявителем не доказан факт совершения должником оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в том числе, подтверждающих наличие предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве обстоятельств.

В качестве обоснования недействительности (ничтожности) вышеуказанной сделки финансовый управляющий также ссылался на общегражданские основания статьей 10, 168 ГК РФ.

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно   рассматривался   Президиумом   Высшего   Арбитражного   Суда   Российской   Федерации   и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и др.).

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ.

Применительно к рассматриваемому спору доказательств наличия у оспариваемой сделки дефектов, выходящих за пределы специальных норм, финансовым управляющим в материалы обособленного спора не представлено, соответственно, отсутствуют основания для применения к спорным отношениям норм Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 N 11746/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 N 11-КГ12-3, п. 1 ст. 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Вместе с тем, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления от 23.06.2015 N 25).

Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.04.2011 N 16002/10) и совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий, в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. По смыслу нормы п. 1 ст. 170 ГК РФ, лицо, требующее признания сделки ничтожной в силу ее мнимости, должно доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида; обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; а также доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц (Постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 года № 11746/11).

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункты 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Вместе с тем представленные в материалы дела доказательства позволяют сделать вывод о реальности оспариваемой сделки. 

Также финансовым управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что воля участков оспариваемой сделки была направлена на получение иного правового эффекта, чем был достигнут, а также доказательства порочности воли каждой из сторон сделок.

Принимая во внимание изложенное, суд пришел к законному выводу о необоснованности довода финансового управляющего о мнимости (притворности)  оспариваемой сделки.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

В рассматриваемом случае в материалы дела представлены доказательства того, что спорная сделка представляет собой дарение доли в квартире, поступившей в собственность должника в результате приватизации, а не вывод актива в преддверии банкротства, кроме того, не представлены доказательства того, что должник нес бремя содержания спорной квартиры. 

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, не влияют на законность обжалуемого судебного акта, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установленных судом обстоятельств.

При таких обстоятельствах, апелляционный  суд не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.11.2023 по делу № А40-91131/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                          А.А. Комаров

                                                                                                                      Ю.Л. Головачева