И М Е Н Е М   Р О С С И Й С К О Й   Ф Е Д Е Р А Ц И И

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-43042/21-151-304

г. Москва

29 июня 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 20.05.2021 года 

Решение в полном объеме изготовлено 29.06.2021 года

Арбитражный суд города Москвы в составе

Судьи Вольской К.В. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по исковому заявлению ООО «АНКЕР» (ОГРН: 

<

***>)

к ответчику ООО «СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «АРСЕНАЛЪ» (ОГРН: 

<

***>)

о взыскании 2 681 277, 57 руб.

при участии

от истца: ФИО2 по доверенности от 10.10.2020

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 11.03.2021

У С Т А Н О В И Л:

Иск заявлен о взыскании страхового возмещения в размере 2 681 277, 57 руб. 

В настоящем судебном заседании дело подлежало рассмотрению по существу. 

Представитель истца поддержал требования, указанные в исковом заявлении.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска по основаниям, аналогичным изложенным в отзыве.

Выслушав доводы истца и ответчика, исследовав письменные доказательства, суд пришел к следующим выводам. 

Определением Арбитражного суда Тульской области от 16 августа 2016 года по делу № А68-7166/2015 в отношении ООО «Анкер» введена процедура внешнего управления. Внешним управляющим утвержден ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) - член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 121170, 

<

...>, офис. 205).

Решением суда от 23.11.2017 ООО «Анкер» признано несостоятельным (банкротом). Внешнее управление прекращено. Открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим ООО «Анкер» утвержден ФИО5.

Кредитор АО «Перспектива» 22.05.2018 г. обратилось в арбитражный суд Тульской области с заявлением о признании привлечения лиц для обеспечения деятельности арбитражного управляющего ФИО4 и размера оплаты их услуг необоснованными.

Определением Арбитражного суда Тульской области от 07.08.2020 по делу № А68-7166/2015 (судья Девонина И.В.), оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2020 г. и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 15.02.2021 г. заявление кредитора АО «Перспектива» о признании привлечения лиц для обеспечения деятельности арбитражного управляющего ФИО4 и размере оплаты их услуг необоснованными удовлетворено частично. Указанное определение вступило в законную силу.

Суд обязал арбитражного управляющего ФИО4 возвратить в конкурсную массу ООО «Анкер» 4 228 992 руб. 18 коп.

Арбитражный управляющий ФИО4 оплату до настоящего момента не осуществил.

В связи с неоплатой, арбитражным управляющим ФИО4, указанной суммы, денежные средства подлежат взысканию со страховой компании, с которым у ФИО4 были заключены договоры страхования.

Ответственность арбитражного управляющего ФИО4 была застрахована в ООО «СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «АРСЕНАЛЪ». 

В период действия договоров страхования, заключенных с ООО СК "Арсеналъ", арбитражным управляющим были необоснованно израсходованы денежные средства в сумме 2 681 277, 57 рублей, в связи с чем, указанная сумма подлежит взысканию с ответчика.

24 декабря 2020 г. ООО «Анкер» направило в ООО СК "Арсеналъ" заявление с требованием произвести страховую выплату. Указанное заявление было получено ответчиком 28 декабря 2020 г. 11 января 2021 года, ООО «Анкер» получило от ответчика извещение об отказе в выплате по делу 1369/20.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с заявленными требованиями. 

Отказывая в удовлетворении требований, суд учитывает положения ст. 8, 10, 12, 15, 309, 310, 314, 398, 942, 943, 963 Гражданского кодекса, Закона РФ от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, а также принимает во внимание следующее.

Ответчик против исковых требований возражал ссылаясь на следующие доводы.

Между ООО «СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «АРСЕНАЛЪ» и арбитражным управляющим ФИО4 (далее – третье лицо, Страхователь) заключены договоры (полисы) страхования:

1.№ 61-16/TPL16/003422 от 19.12.2016 г. (сроком действия с 26.12.2016 г. по 25.12.2017 г., страховая сумма 3 000 000,00 руб.);

2.дополнительный договор страхования № 77-17/TPL20/001620 от 26.07.2017 г. (сроком действия с 26.07.2017 г. по 10.02.2018 г., страховая сумма 23 292 370,00 руб.).

Неотъемлемой частью договоров страхования являются Правила страхования ответственности арбитражных управляющих ООО «СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «АРСЕНАЛЪ» от 12.04.2013 г. (далее – Правила страхования).

Исковые требования, со ссылкой на заключенные между ответчиком и ФИО4 договоры (полисы) страхования ответственности арбитражного управляющего, основаны на вступившем в законную силу Определении Арбитражного суда Тульской области от 07.08.2020 г. по делу № А68-7166/2015, оставленном без изменений Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2020 г., Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 15.02.2021 г., которым суд обязал арбитражного управляющего ФИО4 вернуть в конкурсную массу должника денежные средства в размере 4 228 992,18 руб.

В силу п. 4 ст. 20.4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Целью обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является возмещение вреда (убытков), причиненных незаконными действиями страхователя.

Согласно договорам страхования № 61-16/TPL16/003422 от 19.12.2016 г., № 77-17/TPL20/001620 от 26.07.2017 г. объектом страхования являются имущественные интересы арбитражного управляющего ФИО4, связанные с риском наступления обязанности возместить убытки лицам, участвующим в деле о банкротстве и иным лицам, в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим обязанностей в деле о банкротстве.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправный характер действий ответчика, наличие и размер убытков, причинно-следственную связь, между противоправными действиями и понесенными убытками, вину причинителя вреда. 

Однако, в Определении Арбитражного суда Тульской области от 07.08.2020 г., Постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2020 г., Постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 15.02.2021 г., суды руководствовались положениями ст. 20.7 Закона о банкротстве, регулирующими особенности оплаты вознаграждения привлеченным специалистам, но положения гражданского законодательства (ст. 15, 1064 ГК РФ) не были применены, не был установлен обязательный для споров о взыскании убытков с арбитражных управляющих состав гражданского правонарушения, в том числе вина ФИО4

Изложенная правовая позиция соотносится с системной судебной практикой, в том числе Решение Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2020 г. по делу № А40-50263/2018, Решение Арбитражного суда г. Москвы от 29.09.2020 г. и Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2020 г. по делу № А40-87354/2020.

Статья 24.1 Закона о банкротстве предусматривает обязательное страхование ответственности арбитражного управляющего. Страховой случай по договору страхования ответственности определяется как гражданско-правовая ответственность арбитражного управляющего по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда третьим лицам в результате совершения действий в деле о банкротстве.

Объектом страхования являются имущественные интересы арбитражного управляющего, связанные с риском наступления его материальной ответственности в виде обязанности возместить убытки лицам, участвующим в деле о банкротстве, или иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

По смыслу п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», п. 5 ст. 24.1 Закона о банкротстве страховым случаем является установленный вступившим в законную силу судебным актом факт неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекшего убытки у должника, кредиторов и иных участвующих в деле о банкротстве лиц.

В силу п. 2 ст. 6 ГК РФ при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

По аналогии права с рассматриваемыми правоотношениями в силу п. 11 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017 г.) страхователь (выгодоприобретатель), предъявивший к страховщику иск о взыскании страхового возмещения, обязан доказать наличие договора добровольного страхования с ответчиком, а также факт наступления предусмотренного указанным договором страхового случая.

При этом, страховым событием в страховании ответственности арбитражного управляющего является совершение или несовершение определенных действий Страхователем (арбитражным управляющим), повлекшее причинение убытка в период действия договора страхования ответственности арбитражного управляющего.

Таким образом, бремя доказывания наступления страхового случая в период действия Договора страхования лежит на выгодоприобретателе, страховщик не обязан доказывать отсутствие наступления страхового случая в период действия Договора страхования, иное толкование нарушает принцип «отрицательный факт не доказывается», так как на участвующее в деле лицо не может быть возложено бремя доказывания отрицательных фактов, поскольку такое недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения (Определение Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-19572 от 28.04.2017 г., Постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.02.2020 г. по делу А41-46993/2019).

Аналогичная правовая позиция о том, что именно выгодоприобретатель обязан доказать факт наступления страхового случая по договору страхования ответственности арбитражного управляющего соотносится и с правовой позицией, изложенной:  в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 17.09.2020 г. по делу А40-289039/2019; в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2020 г. по делу № А40-108131/2019.

При этом в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.02.2020 г. № 305-ЭС19-21664 разъяснено, что страховщикам при квалификации события в качестве страхового случая, а судам при разрешении спора о том, наступил ли страховой случай, необходимо сопоставить период действия полиса с периодами пребывания арбитражного управляющего в должности, совершения им незаконных действий и возникновения от этих действий убытков. 

При этом, необходимо отметить, что истец основывает исковые требования на договорах страхования № 10675 от 01.03.2017 г. и № 61-16/TPL16/004712. Между тем, Общество не заключало договор страхования ответственности арбитражного управляющего № 10675 от 01.03.2017 г., а договор (полис) № 61-16/TPL16/004712 заключен между ответчиком и третьим лицом 07.12.2017 г. (сроком действия с 26.12.2017 г. по 25.12.2018 г.) уже после прекращения полномочий ФИО4, освобождения его от исполнения обязанностей внешнего управляющего ООО «АНКЕР» и утверждения судом конкурсным управляющим ФИО5 Решением Арбитражного суда Тульской области от 23.11.2017 г., в связи с чем ссылка истца на указанные договоры является необоснованной.

В соответствии с п. 4 ст. 24.1 Закона о банкротстве объектами обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего являются имущественные интересы арбитражного управляющего, не противоречащие законодательству Российской Федерации, связанные с его обязанностью возместить убытки лицам, участвующим в деле о банкротстве, или иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

В соответствии с п. 5 ст. 24.1 Закона о банкротстве страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 6 ст. 24.1 Закона о банкротстве, к чему относится наступление ответственности в результате действий или бездействия арбитражного управляющего, не связанных с осуществлением им полномочий в деле о банкротстве.

В соответствии с приведенными нормами права сформулированы условия страхования ответственности арбитражного управляющего в Правилах страхования:

Согласно п. 3.1 Правил страхования страховым риском по договору страхования является риск наступления ответственности арбитражного управляющего по обязательствам, указанным в п. 3.2 настоящих Правил, за исключением случаев наступления ответственности в результате:

а) причинения убытков вследствие непреодолимой силы, негативных последствий деятельности, связанной с использованием ядерного топлива, в том числе загрязнения атмосферного воздуха, почвы, водного объекта, радиоактивного загрязнения окружающей среды, облучения граждан, а также военных действий, вооруженного мятежа, народного волнения, действий незаконного вооруженного формирования, террористической деятельности, введения военного или чрезвычайного положения;

б) причинения морального вреда;

в) противоправных действий или бездействия лица иного, чем арбитражный управляющий;

г) действий или бездействия арбитражного управляющего, не связанных с осуществлением им полномочий в деле о банкротстве.

Согласно п. 3.2. Правил страхования страховым случаем по договору страхования является подтвержденное вступившим в законную силу решением суда наступление ответственности арбитражного управляющего перед участвующими в деле о банкротстве лицами или иными лицами в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве за исключением случаев, предусмотренных пп. «а»-«г» п. 3.1 настоящих Правил.

Из изложенного следует, что вышеназванные договоры аренды заключены арбитражным управляющим не для целей процедуры банкротства ООО «АНКЕР», а значит их заключение не связано с исполнением арбитражным управляющим обязанностей в деле о банкротстве должника, что является основанием для исключения рассматриваемых событий из страхового риска. Вышеуказанные траты относятся к тратам на деятельность самого ФИО4, связаны не с обеспечением деятельности ООО «АНКЕР», а с личностью самого арбитражного управляющего.

Обязательства из неосновательного обогащения являются самостоятельным видом обязательств, сфера применения которых определяется как особенностями оснований их возникновения, так и спецификой их содержания. В соответствии со ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение)

В соответствии с п. 2 ст. 20.7 Закона о банкротстве за счет средств должника в размере фактических затрат осуществляется оплата расходов, предусмотренных Федеральным законом, в том числе почтовых расходов, расходов, связанных с государственной регистрацией прав должника на недвижимое имущество и сделок с ним, расходов в связи с выполнением работ (услуг) для должника, необходимых для государственной регистрации таких прав, расходов на оплату услуг оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки, если привлечение оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки в соответствии с Федеральным законом является обязательным, расходов на включение сведений, предусмотренных Федеральным законом, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений, а также оплата судебных расходов, в том числе государственной пошлины.

Правовая природа происхождения необоснованных расходов, понесенных арбитражным управляющим ФИО4 не связана с исполнением им возложенных на него обязанностей в качестве внешнего управляющего и/или осуществлением процедур, применяемых в деле о банкротстве, предусмотренных Законом о банкротстве, а является следствием неосновательного обогащения ФИО4 за счет средств ООО «АНКЕР» (гл. 60 ГК РФ).

Требование из причинения вреда имеет иную правовую природу, чем требования, вытекающие из неосновательного обогащения. Возмещение причиненного вреда является мерой ответственности за неправомерное причинение ущерба и основано на обязанности причинителя возместить убытки. Иски о возмещении вреда направлены на взыскание с ответчика принадлежащего ему имущества для возмещения ущерба, понесенного истцом. Деликтные обязательства обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том состоянии, в каком она находилась до правонарушения по принципу полного возмещения. Объем требований о возмещении вреда определяется размером понесенного истцом ущерба.

В противовес этому – взыскание неосновательного приобретенного или сбереженного имущества санкцией не является, не относится к мерам ответственности, оно основано на недопущении сохранения за субъектом не принадлежащего и не причитающегося ему.

Изложенное подтверждается правовой позицией ВАС РФ, отраженной в п. 1 Информационного письма ВАС РФ № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», (утв. Постановлением Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 г.) , согласно которому неосновательное обогащение имеет отличную природу от природы убытков, в связи с чем, не является признаком страхового события, предусмотренного договором страхования, и не влечет возникновения обязанности страховщика по выплате страхового возмещения.

В соответствии с п. 1 ст. 59 Закона о банкротстве, в случае, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом или соглашением с кредиторами, все судебные расходы, в том числе расходы на уплату государственной пошлины, которая была отсрочена или рассрочена, расходы на включение сведений, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений в порядке, установленном статьей 28 настоящего Федерального закона, и расходы на выплату вознаграждения арбитражным управляющим в деле о банкротстве и оплату услуг лиц, привлекаемых арбитражными управляющими для обеспечения исполнения своей деятельности, относятся на имущество должника и возмещаются за счет этого имущества вне очереди.

Положениями статей 20.3, 20.7, 59 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, данных в Постановлении Пленума ВАС РФ № 91 от 17.12.2009 г., не предусмотрена оплата спорных расходов за счет конкурсной массы должника, а должны были быть понесены арбитражным управляющим.

Отказывая в удовлетворении требований, суд учитывает положения ст. 8, 10, 12, 15, 309, 310, 314, 398, 942, 943, 963 Гражданского кодекса, Закона РФ от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, и соглашается с доводами ответчика, поскольку судебным актом, на который ссылается истец как на основание исковых требований, не установлен факт наступления страхового события – обязанность возместить убытки лицам, участвующим в деле о банкротстве.

Изучив материалы дела,  учитывая в том числе предмет и основание заявленного иска, действуя в строгом соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, оценив представленные в материалы дела доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, оценив также относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, находит требования истца не обоснованными, не подлежащими удовлетворению. 

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине относятся на истца.

На основании статей  8, 10, 12, 15, 309, 310, 314, 398, 942, 943, 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона РФ от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ,  руководствуясь ст. ст. 65, 71, 110, 167, 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «АНКЕР» (ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета РФ госпошлину в размере 36 406 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья             К.В. Вольская