ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

 E-mail: info@21aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-2548/2023

город Севастополь

13 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24.04.2024

Постановление изготовлено в полном объеме  13.05.2024

 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Кравченко В.Е., судей Приваловой А.В., ФИО1 при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Голышкиной Ю.С.,

с участием в судебном заседании представителей: 

от общества с ограниченной ответственностью «Югтранс» – ФИО2, по доверенности от 18.03.2023 б/н; ФИО3, по доверенности от 18.03.2023, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Югтранс» на решение Арбитражного суда Республики Крым от 25 октября 2023 года по делу № А83-2548/2023, принятому по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Югтранс» к Администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Министерства экологии и природных ресурсов Республики Крым, Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Министерства имущественных и земельных отношений Республики Крым, Администрации Белогорского района Республики Крым, Государственного автономного учреждения Республики Крым «Белогорское лесное хозяйство», ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Саната Строй», общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уфанефтемаш», общества с ограниченной ответственностью «Феникс», общества с ограниченной ответственностью «Трейд-Инерт», общества с ограниченной ответственностью «Парма», общества с ограниченной ответственностью «Тех Крым», общества с ограниченной ответственностью «Джигранд», индивидуального предпринимателя ФИО9, индивидуального предпринимателя ФИО10, ФИО11, Государственного унитарного предприятия Республики Крым «Крымэнерго» при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне заявителя: общества с ограниченной ответственностью «Инвест Керчь», индивидуального предпринимателя ФИО12, общества с ограниченной ответственностью «КСК Интерстройинвест», общества с ограниченной ответственностью «Карелприродресурс», общества с ограниченной ответственностью «Лидер Инерт», общества с ограниченной ответственностью «Дивар», общества с ограниченной ответственностью «ПромИндустрия», общества с ограниченной ответственностью «Агростимул», Симферопольской межрайонной природоохранной прокуратуры Республики Крым, ФИО13, о признании незаконным и отмене постановления, от 05.05.2023 № 02.1-21/5;  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Югтранс» (далее – заявитель, Общество, ООО «Югтранс») обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с требованием  о признании незаконным и отмене постановления Администрации Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым (далее – заинтересованное лицо, Администрация) от 24.01.2023 № 8 «О прекращении публичного сервитута для размещения объектов недропользования ООО «Югтранс», настаивая на удовлетворении заявленных требований по основаниям, указанным в заявлении, с учетом их уточнений в порядке статьи 49, и рассмотрения по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд первой инстанции привлек Министерство экологии и природных ресурсов Республики Крым (далее – Минэкологии Крыма), Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Министерство имущественных и земельных отношений Республики Крым (далее – Минимущество), Администрацию Белогорского района Республики Крым, Государственное автономное учреждение Республики Крым «Белогорское лесное хозяйство», ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Саната Строй», общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уфанефтемаш», общество с ограниченной ответственностью «Феникс», общество с ограниченной ответственностью «Трейд-Инерт», общество с ограниченной ответственностью «Парма», общество с ограниченной ответственностью «Тех Крым», общество с ограниченной ответственностью «Джигранд», индивидуального предпринимателя ФИО9, индивидуального предпринимателя ФИО10, ФИО11, Государственное унитарное предприятие Республики Крым «Крымэнерго», общество с ограниченной ответственностью «Инвест Керчь», индивидуального предпринимателя ФИО12, общество с ограниченной ответственностью «КСК Интерстройинвест», общество с ограниченной ответственностью «Карелприродресурс», общество с ограниченной ответственностью «Лидер Инерт», общество с ограниченной ответственностью «Дивар», общество с ограниченной ответственностью «ПромИндустрия», общество с ограниченной ответственностью «Агростимул», Симферопольскую межрайонную природоохранную прокуратуру Республики Крым, ФИО13.

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 25 октября 2023 года  в удовлетворении заявленных требований заявителю отказано.

Решение суда первой инстанции обжаловано ООО «Югтранс» в апелляционном порядке в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд. 

В апелляционной жалобе Общество (далее - также  апеллянт) просит отменить судебный акт, как вынесенный при неправильном применении материального и процессуального закона, перейти к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции и принять новое решение об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Основные доводы апелляционной жалобы сводятся к следующему:

- апеллянт полагает, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, давая оценку постановлению Администрации от 21.06.2019 № 103 «Об установлении публичного сервитута ООО «Югтранс», которое не оспаривалось;

- в нарушение части 2 статьи 10, пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ, суд первой инстанции немотивированно отклонил доводы ООО «Югтранс» относительно того, что у Администрации отсутствовали основания для самостоятельной отмены решения об установлении публичного сервитута после его государственной регистрации и началом инвестиционной и предпринимательской деятельности по организации объекта недропользования ООО «Югтранс» в его границах;

- суд первой инстанции ошибочно исходил из применимости к спорным правоотношений положений главы V.7. Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), поскольку публичный сервитут был установлен на основании специальных норм Закона Республики Крым от 15.09.2014 № 74-ЗРК «О размещении инженерных сооружений» (принят Государственным Советом Республики Крым 03.09.2014, далее – Закон № 74-ЗРК), определяющего особенности регулирования земельных отношений в Республике Крым в соответствии с частью 1.1 статьи 12.1 Федерального конституционного закона от 21.03.2014 № 6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя» (далее – Закон № 6-ФКЗ);

- Общество полагает, что вывод суда первой инстанции о том, что Крымрозовское месторождение полезных ископаемых не относится к объектам местного значения и не подпадает под сферу регулирования Закона № 74-ЗРК не основан на фактических обстоятельствах дела и положениях Закона № 74-ЗРК, статьей 1 которого, по мнению ООО «Югтранс», объекты недропользования отнесены к инженерным сооружением местного или государственного значения, кроме того, карьер по добыче общеполезных ископаемых является инженерным объектом местного значения, исходя из положений Статье 2.3 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон № 2395-1), статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 337 Налогового кодекса Российской Федерации, пункта 20 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ), ГОСТ Р ИСО 6707-1-2020;

- судом первой инстанции не дана надлежащая оценка тому, что ООО «Югтранс» соответствует пункту 4 статьи 1 Закона № 74-ЗРК, а именно обеспечивает услугой неограниченный круг лиц на основании публичного договора, которые обратились к нему и права которых при поставке строительных материалов заявитель пне умаляет и не дискриминирует по отношение к правам иных лиц, которым заявитель предоставляет свои услуги по поставке материалов;

- судом ошибочно не учтено, что заявитель обеспечивает выполнение задач в области обороны Российской Федерации, согласно государственному оборонному заказу  и соответственно подпадает под действие пункта 5 статьи 1 Закона № 74-ЗРК;

- апеллянт полагает ошибочной отсылку суда первой инстанции к делам № А83-13031/2021 и № А83-23782/2021, поскольку они приняты при иных фактических обстоятельствах;

-  по мнению заявителя, письмо Минимущества от 30.11.2022 №01-08/9446 не могло быть основанием для отмены решения об установлении публичного сервитута;

- внесение изменений в генеральный план и правила землепользования и застройки муниципального образования не является необходимым условием для разработки карьера и служить условием установления публичного сервитута, тем более, что внесение таких изменений зависит от самого муниципального образования, соответственно, невнесение таких изменений не могло быть положено в основу отмены публичного сервитута.

Апелляционная жалоба Двадцать первого арбитражного апелляционного суда принята к производству, все участники  судебного разбирательства о начавшемся процессе в суде апелляционной инстанции уведомлены своевременно и в соответствии с законом.

В ходе разбирательства в суде апелляционной инстанции от Администрации поступил отзыв, в котором заинтересованное лицо просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Возражая против отмены состоявшегося судебного акта, Администрация указывает на необоснованность доводов апелляционной жалобы ООО «Югтранс», настаивая на том, что принимая оспариваемое постановление от 24.01.2023 № 8 в рамках самоконтроля Администрация руководствовалась ЗК РФ, Федеральным законом от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее – Закон № 131-ФЗ), Законом Республики Крым от 21.08.2014 № 54-ЗРК «Об основах местного самоуправления в Республике Крым (далее – Закон № 54-ЗРК), Законом №74-ЗРК, Уставом муниципального образования Зуйского сельского поселения Республики Крым, письмом Минимущества от 30.11.2022 № 01-08/9446.

Против доводов апелляционной жалобы возражала также Симферопольская межрайонная природоохранная прокуратура, которая в своем отзыве подчеркивала, что публичный сервитут противоречил требованиям статьи 23 и главы V.7 ЗК РФ, так как не соответствовал целям, для которых устанавливается публичный сервитут (пункты 1-5 статьи 39.37 ЗК РФ), кроме того, установлен в отсутствие акта о переводе земель сельскохозяйственного назначения в другую категорию, что прямо противоречило части 8 статьи 3 Федерального закона от 21.12.2004 № 172-ФЗ «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую» (далее – Закон № 172-ФЗ).

Заявитель воспользовался правом заявить свои возражения на вышеуказанные отзывы, полагая их необоснованными и приводя свои доводы, в том числе, с учетом своих ранее предоставленных письменных пояснений. Также заявителем предоставлены в суд апелляционной инстанции письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ, в которых он настаивает на своей позиции, подчеркивая, что приобрел право пользования участком недр местного значения по результатам аукциона, условия которого не предусматривали обязанность заявителя до момента начала разработки объекта недропользования обеспечить внесение изменений в правила землепользования и застройки муниципального образования с целью отображения такого объекта в карте градостроительного зонирования, отмечая, что оформление публичного сервитута соответствовало сложившейся на тот момент правоприменительной практике и на недобросовестность организатора аукциона – Минэкологии Крыма в случае, если допустить невозможность оформления последнего.

В итоговом судебном заседании 24.04.2024 принимали участие только  представители заявителя, которые свои доводы и возражения поддержали, настаивая на том, что его доводы не опровергнуты в установленном порядке, Общество приобрело лицензию на открытом аукционе до утверждения правил землепользования и застройки, выполнило, со своей стороны, все обязательства по лицензии и аукционной документации, Администрация нарушила принцип правовой определенности, принцип поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, принцип разумной стабильности правового регулирования, нарушила Конституцию Российской Федерации, Конституцию Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», Закон № 74-ЗРК. Подчеркивали, что Минимущество и суд неверное толкуют нормы Закона № 74-ФЗ, а решение об установлении сервитута могло быть отменено только в судебном порядке.

Иные лица явку уполномоченных представителей в судебное заседание апелляционной инстанции не обеспечили, о причинах неявки суд не уведомили, отдельных возражений в порядке статей 262, 268 АПК РФ на решения суда первой инстанции не представили.

В связи с наличием доказательств надлежащего извещения указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ в их отсутствие.

Дело рассматривается судом апелляционной инстанции в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, поскольку судебной коллегией не усматриваются предусмотренные частью 6.1 статьи 268, частью 4 статьи 270 АПК РФ основания для перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции.

Законность и обоснованность судебного акта первой инстанции проверены судом апелляционной инстанции в порядке главы 34 АПК РФ, установлены следующие обстоятельства, имеющее значение для дела.

На основании выданной 27.10.2016 Минэкологии Крыма на возмездной основе лицензии на пользование недрами серии СИМ 50561 ТР сроком до 30.09.2036 ООО «Югтранс» осуществляет геологическое изучение, разведку и добычу песков на участке Западный Крымрозовского месторождения.

Постановлением Администрации от 21.06.2019 № 103 «Об установлении публичного сервитута» ООО «Югтранс» установлен публичный сервитут - общей площадью 1 321 799 кв.м, на земельных участках с кадастровыми номерами: 90:02:021001:2307, 90:02:021001:2309, 90:02:021001:2308, 90:02:021001:2319, 90:02:021001:2318, 90:02:021001:2088, 90:02:021001:2290, 90:02:021001:2291, 90:02:021001:2299, 90:02:021001:1354, 90:02:021001:1331, 90:02:021001:1147, 90:02:021001:2300, 90:02:021001:2313, 90:02:021001:1912, 90:02:021001:2314, 90:02:021001:2316, 90:02:021001:2330, 90:02:021001:2344, 90:02:021001:2342, 90:02:021001:2334, 90:02:021001:2323, 90:02:021001:2326, 90:02:021001:193, 90:02:021001:2329, 9002:021001:1366, 90:02:021001:2312, 90:02:021001:2292, 90:02:021001:420, 90:02:021001:2317, 90:02:021001:2341, 90:02:021001:320, 90:02:021001:2297, 90:02:021001:2320, 90:02:021001:2333, 90:02:021001:2327, 90:02:021001:537, 90:02:021001:605, 90:02:021001:2311, 90:02:021001:2293, 90:02:021001:1976, 90:02:021001:934, 90:02:021001:2294, 90:02:021001:2343, 90:02:021001:2296, 90:02:021001:2324, 90:02:021001:2322, 90:02:021001:2332, 90:02:021001:539, 90:02:021001:699, 90:02:021001:2310, 90:02:021001:2315, 90:02:021001:2065, 90:02:021001:1534, 90:02:021001:2295, 90:02:021001:2298, 90:02:021001:2331, 90:02:021001:2328, 90:02:021001:2325, 90:02:021001:1486, 90:02:021001:606, 90:02:021001:705, 90:02:021001:1951, 90:02:021001:1370, 90:02:021001:1920, 90:02:021001:2098, 90:02:021001:1352, 90:02:021001:2321, 90:02:021001:2282, 90:00:000000:1185 (22, 28, 5, 54), 90:02:021001:2569, 90:02:021001:1356, 90:02:021001:1376, 90:02:021001:1378, 90:02:021001:1437, 90:02:021001:1950, 90:02:021001:634, 90:02:021001:712.

Сведения об установлении публичного сервитута для размещения объектов недропользования и их неотъемлемых принадлежностей на Западном Крымрозовском месторождении внесены Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым 12.12.2019 в Единый государственный реестр недвижимости с присвоением идентификационного реестрового номера 90.02.2.100.

24.01.2023 Администрацией постановлением № 8 отменила ранее вынесенное постановление от 21.06.2019 № 103 и прекратила публичный сервитут для размещения объектов недропользования, промышленной площадки и отдельных инженерных сооружений, необходимых для осуществления процесса производства при ведении деятельности по недропользованию на участке Западный Крымрозовского месторождения песка.

Полагая, что указанное постановление является незаконным и нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, Общество обратилось в арбитражный суд в порядке главы 24 АПК РФ с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном главой 7 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, проверив доводы апелляционной жалобы, отзывов и возражений на них Общества, заслушав пояснения участников судебного процесса, арбитражный суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены состоявшегося судебного акта.

Принимая решение об удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 АПК РФ следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 21), осуществляя проверку решений, действий (бездействия), судам необходимо исходить из того, что при реализации государственных или иных публичных полномочий наделенные ими органы и лица связаны законом, при этом следует иметь в виду, что законность оспариваемых решений, действий (бездействия) нельзя рассматривать лишь как формальное соответствие требованиям правовых норм.

В связи с этим необходимо проверять, исполнена ли органом или лицом, наделенным публичными полномочиями, при принятии оспариваемого решения, совершении действия (бездействии) в т.ч. обязанность по полной и всесторонней оценке фактических обстоятельств. 

В данном случае предметом обжалования является постановление Администрации - как муниципальный акт, которым отменен ранее принятый муниципальный акт, предоставлявший Обществу права на ограниченное использование земельных участков.

В целях решения вопросов местного значения органы местного самоуправления поселений, муниципальных районов, муниципальных округов, городских округов, городских округов с внутригородским делением и внутригородских районов обладают полномочием по изданию муниципальных правовых актов (пункт 1 части 1 статьи 17 Закона № 131-ФЗ). В систему таких актов в соответствии со статьей 43 данного Закона входят: устав муниципального образования, правовые акты, принятые на местном референдуме (сходе граждан); нормативные и иные правовые акты представительного органа муниципального образования; правовые акты главы муниципального образования, местной администрации и иных органов и должностных лиц местного самоуправления, предусмотренных уставом муниципального образования (часть 1).

Согласно части 4 статьи 7 Закона № 131-ФЗ муниципальные правовые акты не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным конституционным законам, настоящему Федеральному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам Российской Федерации, а также конституциям (уставам), законам, иным нормативным правовым актам субъектов Российской Федерации.

С целью реализации принципа законности абзацем 1 части 1 статьи 48 Закона № 131-ФЗ предусмотрено, что муниципальные правовые акты могут быть отменены или их действие может быть приостановлено органами или должностными лицами местного самоуправления, принявшими (издавшими) соответствующий акт, в случае упразднения таких органов или должностей либо изменения перечня полномочий таких органов или должностных лиц - органами или должностными лицами местного самоуправления, к полномочиям которых на момент отмены или приостановления действия муниципального правового акта отнесено принятие (издание) соответствующего акта, и судом, а в части осуществления органами местного самоуправления отдельных государственных полномочий, переданных им федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, - уполномоченным органом государственной власти Российской Федерации или субъекта Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно учитывал, что исходя из статей 7, 48 Закона № 131-ФЗ, а также правовой позиции, изложенной в пункте 25 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 739-О-О, от 22.03.2012 № 486-О-О, от 29.01.2015 № 140-О следует, что орган местного самоуправления вправе в порядке самоконтроля отменить ранее принятый им правовой акт в случае выявления его противоречия закону.

Относительно ссылки представителей апеллянта на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 09.11.2022 № 48-П, которым абзац 1 части 1 статьи 48 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» признан не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку – по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования – он не предполагает возможности самостоятельной отмены органами местного самоуправления разрешения на ввод объекта индивидуального жилищного строительства в эксплуатацию после регистрации права собственности на этот объект в Едином государственном реестре недвижимости, судебная коллегия отмечает, что правовой вывод Конституционного Суда Российской Федерации сделан небезотносительно к тому, что конкретно для решений о сносе самовольной постройки или о ее приведении в соответствие с установленными требованиями, в отношении объекта недвижимого имущества, право собственности на который зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости обращение в суд прямо предусмотрено законом (пункт 4 статьи 222 ГК РФ), с учетом чего данная правовая позиция не применима в данном случае.

Также апеллянт полагал, что судом первой инстанции не учтено, что отмена органом местного самоуправления в порядке самоконтроля ранее им муниципальный изданного исполняемого правового акта не может быть произвольной.

Судебная коллегия исходит из того, что в пункте 37 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.06.2022, решение органа местного самоуправления об отмене ранее изданного муниципального правового акта должно быть обоснованным и не нарушать законных прав граждан.

В пункте 22 Постановления № 21 на случай оспаривания решения, которым пересмотрено (отменено, изменено) ранее принятое в отношении гражданина или организации решение, в том числе при осуществлении пересмотра его вышестоящим органом или должностным лицом (статья Закона № 131-ФЗ, пункт 3 статьи 31 и пункт 1.1 статьи 139 НК РФ, пункт 2 части 4 статьи 23 и статья 51.2 Закона № 135-ФЗ), разъяснено, что судам необходимо учитывать следующее.

Пересмотр решений органов публичной власти, их должностных лиц, подтверждающих права, предоставляющих гражданам, организациям новые права либо отменяющих возложенные на них обязанности, а также иным образом улучшающих их положение, должен быть законным, обоснованным, исключающим произвольность их изменения, отмены или приостановления их действия. Судам следует исходить из того, что недопустимость произвольного изменения, отмены или приостановления действия таких решений означает обязанность наделенных публичными полномочиями органа или лица обосновать необходимость изменения, отмены или приостановления действия решения, указав на несоответствие ранее принятого решения нормам права, законной цели, фактическим обстоятельствам (пункт 1 части 9 статьи 226 КАС РФ, часть 4 статьи 200 АПК РФ). 

Отсюда, суд первой инстанции обоснованно исходил из необходимости проверки законности отмененного решения. Судебная коллегия не усматривает оснований с ним не согласиться, отклоняя таким образом, ссылки апеллянта на то, что в результате суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, как необоснованные.

Так, в рассматриваемом случае отмененным постановлением Администрации был установлен публичный сервитут.

Как верно указал суд первой инстанции  правоотношениям, возникающим в связи с установлением, осуществлением и прекращением действия публичного сервитута, ГК РФ о сервитуте и положения главы V.3 этого кодекса не применяются (статьи 23 и 39.37 ЗК РФ).

В силу пункта 2 статьи 23 ЗК РФ сервитут может быть установлен решением исполнительного органа государственной власти или органа местного самоуправления в целях обеспечения государственных или муниципальных нужд, а также нужд местного населения без изъятия земельных участков (публичный сервитут).

Применительно к публичным сервитутам случаи, в которых они устанавливаются определены в пункте 4 статьи 23 ЗК РФ и статье 39.37 ЗК РФ.

В данном случае сервитут был установлен со ссылкой на Закон № 74-ЗРК, который определяет порядок размещения инженерных сооружений, имеющих государственное или местное значение, а также порядок ограниченного пользования земельными участками для иных общественно полезных целей.

В силу части 1 статьи 4 Закона № 74-ЗРК публичный сервитут устанавливается на основании решения соответствующего органа местного самоуправления поселения (городского округа), а в случаях размещения объектов государственного значения, предусмотренных целевыми государственными программами, объединенной укрупненной схемой размещения объектов федерального и регионального значения на территории Республики Крым, градостроительной документацией, действующей до вступления в силу Федерального конституционного закона от 21.03.2014 № 6-ФКЗ, и документами территориального планирования Республики Крым, утвержденными в соответствии с законодательством Российской Федерации, - исполнительного органа государственной власти Республики Крым, уполномоченного Советом министров Республики Крым.

Под инженерными сооружениями, имеющими государственное или местное значение (далее – инженерные сооружения) согласно статье 1 данного Закона понимаются водопроводы и водозаборы, нефтепроводы, газопроводы и иные трубопроводы, линии электропередач, сооружения связи, линии теплоснабжения, канализация, объекты недропользования и им подобные сооружения, а также все прочие сооружения, неотрывно связанные с ними, которые:

1) указаны в документах территориального планирования в качестве объектов государственного или местного значения;

2) предусмотрены правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, градостроительной документацией, утвержденными до 21 марта 2014 года;

3) предусмотрены целевыми государственными или региональными программами;

4) необходимы для обеспечения услуг неопределенному кругу лиц на условиях публичного договора;

5) необходимы для обеспечения выполнения задач в области обороны Российской Федерации.

Таким образом, в пунктах 1-5 статьи 1 содержатся квалифицирующие признаки, наличие хотя бы одного из которых является обязательным отнесения объекта к инженерным сооружениям, имеющим государственное или местное значение, на которые распространятся действие Закона № 74-ЗРК.

Для определения государственного или местного значения объектов Закон № 74-ЗРК отсылает к актам градостроительного планирования, государственным или региональным программам, публичному договору или связывает с выполнением особых задач (задач в области обороны Российской Федерации).

Легитимное определение объектов местного значения содержится в пункте 20 статьи 1 ГрК РФ, согласно которому под последними понимаются объекты капитального строительства, иные объекты, территории, которые необходимы для осуществления органами местного самоуправления полномочий по вопросам местного значения и в пределах переданных государственных полномочий в соответствии с федеральными законами, законом субъекта Российской Федерации, уставами муниципальных образований и оказывают существенное влияние на социально-экономическое развитие муниципальных районов, поселений, городских округов.

Виды объектов местного значения муниципального района, поселения, городского округа в указанных в пункте 1 части 3 статьи 19 и пункте 1 части 5 статьи 23 настоящего Кодекса областях, подлежащих отображению на схеме территориального планирования муниципального района, генеральном плане поселения, генеральном плане городского округа, определяются законом субъекта Российской Федерации, уставами муниципальных образований и оказывают существенное влияние на развитие муниципальных районов, поселений, городских округов.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что из Пояснительной записки к проекту Закона Республики Крым «О размещении инженерных сооружений» также усматривается, что необходимость его принятия связана с тем, что вхождение Республики Крым в состав Российской Федерации обусловило необходимость срочного строительства новых инженерных сетей и связанных с ними объектов, в том числе линий электропередачи, водовода питьевого водоснабжения и других объектов, необходимых для обеспечения жизнедеятельности населения республики, что требовало оперативного решения вопросов оформления прав на земельные участки.

Виды объектов регионального значения, подлежащих отображению на схеме территориального планирования Республики Крым, и виды объектов местного значения муниципального района, поселения, городского округа, подлежащих отображению на схеме территориального планирования муниципального района, генеральном плане поселения, генеральном плане городского округа в соответствии с пунктами 19 и 20 статьи 1 ГрК РФ определены Законом Республики Крым от 16.01.2015 № 68-ЗРК/2015 «О видах объектов регионального и местного значения, подлежащих отображению на схеме территориального планирования Республики Крым и в документах территориального планирования муниципальных образований Республики Крым» (принят Государственным Советом Республики Крым 24.12.2014, далее – Закон № 68-ЗРК/2015).

Однако объекты недропользования данным Законом не упоминаются.

Закон № 74-ЗРК также относит к объектам местного и объекты, которые были предусмотрены правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, градостроительной документацией, утвержденными до 21.03.2014, однако таковые в данном случае также отсутствовали.

Как установлено судом первой инстанции, Правила землепользования и застройки Зуйского сельского поселения Белогорского района Республики Крым, утверждены решением 85-й сессии Белогорского районного совета первого созыва от 18.07.2019 № 950, то есть уже после установления отмененного публичного сервитута (21.06.201), и не относят Крымрозовское месторождение полезных ископаемых к объектам местного либо государственного значения. 

Согласно карте градостроительного зонирования месторождение расположено за границами населенного пункта и находится в ведении Минимущества Крыма.

Применительно к этому суд первой инстанции верно отклонил ссылки апеллянта на то, что любой объект недропользования является объектом местного значения, поскольку Закон № 74-ЗРК относит к таковым только объекты, указанные в таком качестве в документах территориального планирования и спорный объект по соответствующим градостроительным документам не был отнесен на момент установления и не отнесен в настоящее время к объектам местного значения.

Отсюда, вопреки доводам Общества, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что месторождение полезных ископаемых не является объектом местного значения в понимании Закона № 74-ЗРК, а возражения заявителя об обратном основаны на неверном толковании статьи 1 данного закона.

Судебная коллегия полагает ошибочными в этом контексте ссылки апеллянта на нормы Закона № 2395-1, тем более, что статьями 2, 2.1, 2.2, 2.3 Закона №74-ЗРК, хотя и осуществляется разграничение участков недр на федеральные, резервные и местного значения, однако для реализации совместного владения, пользования и распоряжения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации недрами, а также разграничения полномочий органов федеральной власти и субъектов Российской Федерации в сфере использования и охраны недр. Какие-либо признаки, указывающие на то, что данная территория (участок недр) местного значения является объектом местного значения в том смысле, что она необходима для осуществления органами местного самоуправления полномочий по вопросам местного значения и/или оказывает существенное влияние на социально-экономическое развитие муниципального районов, поселений, городских округов, отсутствуют.

Доказательства того, что Общество в результате эксплуатации месторождения привлечено к осуществлению органами местного самоуправления таких функций, в нарушение статьи 65 АПК РФ суду не предоставлены.

Также коллегия судей признает верным вывод суда о том, что объекты недропользования заявителя не служат для обеспечения услуг неопределенному кругу лиц на условиях публичного договора.

При этом судебная коллегия исходит из того, что публичным договором в силу статьи 426 ГК РФ признается договор, заключенный коммерческой организацией и устанавливающий ее обязанности по продаже товаров, выполнению работ и оказанию услуг, которые такая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общественного пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.). 

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» публичным признается договор, который заключается лицом, обязанным по характеру деятельности продавать товары, выполнять работы, оказывать услуги в отношении каждого, кто к нему обратится, например договоры в сфере розничной торговли, перевозки транспортом общего пользования, оказания услуг связи, энергоснабжения, медицинского, гостиничного обслуживания (пункт 1 статьи 426 ГК РФ).

К публичным договорам относятся также иные договоры, прямо названные в законе в качестве таковых, например договор бытового подряда (пункт 2 статьи 730 ГК РФ), договор водоснабжения (часть 3 статьи 13 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении»), договор обязательного страхования ответственности владельцев транспортных средств (абзац 8 статьи 1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

К публичным договорам не относятся, в частности, кредитный договор (пункт 1 статьи 819 ГК РФ) и договор добровольного имущественного страхования (пункт 1 статьи 927 ГК РФ).

В пункте 16 там же отмечается, что к лицам, обязанным заключить публичный договор, исходя из положений пункта 1 статьи 426 ГК РФ относятся коммерческая организация, некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, а равно индивидуальный предприниматель, которые по характеру своей деятельности обязаны продавать товары, выполнять работы и/или оказывать услуги в отношении каждого, кто к ним обратится (потребителя).

Для целей применения статьи 426 ГК РФ потребителями признаются физические лица, на которых распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, а также индивидуальные предприниматели, юридические лица различных организационно-правовых форм, например, потребителями по договору оказания услуг универсальной связи являются как физические, так и юридические лица (подпункт 30 статьи 2, статья 44 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи»).

В данном случае по характеру деятельности заявителя и добываемым полезным ископаемым (общераспространенным – песок) обязательность заключения для него договоров отсутствует.

Предложения заявителя, адресованные неопределенному кругу лиц, рассматриваются законом (пункт 1 статьи 437 ГК РФ) как приглашение делать оферты, если иное прямо не указано в предложении, а не свидетельствуют о работе Общества по публичному договору. 

Отклоняя ссылки заявителя на обеспечение выполнения задач в области обороны Российской Федерации (пункт 5 статьи 1 Закона № 74-ФЗ), суд первой инстанции исходил из того, что само по себе наличие договора поставки (реквизиты указаны в материалах дела), заключенного между ООО «Инвест Керчь» (покупатель) и ООО «Югтранс» (поставщик) в целях выполнения государственного оборонного заказа (реквизиты объекта строительства указаны в материалах дела) касаются выполнения полного комплекса проектно-изыскательных работ 1 очереди и строительство 1-го этапа объекта «Создание образовательного центра для молодых деятелей культуры и искусства «Арт-резиденция «Таврида»), отсюда не свидетельствует о выполнении ООО «Югтранс» задач в области обороны Российской Федерации. 

Доводы Общества об обратном суд апелляционной инстанции, отклоняет.  

При этом суд в обжалованном решении указал, что Обществом не доказано наличие причинно-следственной связи между предпринимательской деятельностью ООО «Югтранс», целью которой является извлечение прибыли, публичными интересами и безопасностью государства в целом.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом, отмечая также, что указанный контракт был заключен уже позже принятия постановления от 21.06.2019, не лежал в основе установления публичного сервитута, с учетом чего при любых обстоятельствах не свидетельствует о том, что объект недропользования создании и эксплуатируется именно для обеспечения выполнения задач в области обороны Российской Федерации.

Таким образом, учитывая, что рассматриваемое месторождение не относится к объектам местного значения, заявитель не обеспечивает услуги неопределенному кругу лиц на условиях публичного договора, сервитут не испрашивался для обеспечения выполнения задач в области обороны Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что цели установления публичного сервитута ООО «Югтранс» не соответствовали целям, предусмотренным Законом № 74-ЗРК, что в силу прямого указания пункта 2 статьи 7 данного Закона является основанием для отказа в установлении публичного сервитута.

Также суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что публичный сервитут распространяется на земельные участки, относящегося к категории земель сельскохозяйственного назначения, для которых в целях недропользования действующим законодательством предусмотрен обязательный перевод земли в иную категорию. 

Согласно пункту 11 статьи 23 ЗК РФ деятельность, для обеспечения которой устанавливаются сервитут, публичный сервитут, может осуществляться на земельном участке независимо от его целевого назначения и разрешенного использования, за исключением случаев, если осуществление данной деятельности не допускается в границах определенных зон, земель и территорий в соответствии с их режимом. 

В силу пункта 4 статьи 78 ЗК РФ земельные участки из земель сельскохозяйственного назначения, расположенные на расстоянии не более тридцати километров от границ сельских населенных пунктов, не могут использоваться для целей, не связанных с нуждами сельского хозяйства и сельскохозяйственным производством, за исключением строительства, реконструкции и эксплуатации линейных объектов в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи и осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства. 

В этих исключительных случаях использование земель сельскохозяйственного назначения или земельных участков в составе таких земель на основании публичного сервитута осуществляется при наличии утвержденного проекта рекультивации таких земель для нужд сельского хозяйства без перевода земель сельскохозяйственного назначения в земли иных категорий. 

Частью 2 статьи 5 Закона Республики Крым № 74-ЗРК также установлено, что изменения категории земель и обслуживающего земельного участка и (или) его разрешенного использования для осуществления деятельности, для обеспечения которой установлен публичный сервитут, не требуется.

Между тем в силу пунктов 1, 3 статьи 7 Закона Республики Крым № 74-ЗРК публичный сервитут не устанавливается, если деятельность, осуществляемая в соответствии с публичным сервитутом, запрещена в отношении обслуживающего земельного участка; если деятельность, осуществляемая в соответствии с публичным сервитутом, повлечет долговременную невозможность использования всего обслуживающего земельного участка (три месяца - для земельных участков, предназначенных для жилищного, в том числе индивидуального жилищного строительства, личного подсобного хозяйства, садоводства, огородничества, дачного строительства, один год - для иных земельных участков). 

Аналогичное правило предусмотрено подпунктом 4 пункта 1 статьи 39.44 ЗК РФ, согласно которому в установлении публичного сервитута должно быть отказано, если осуществление деятельности, для обеспечения которой испрашивается публичный сервитут, а также вызванные указанной деятельностью ограничения прав на землю повлекут невозможность использования или существенное затруднение в использовании земельного участка и (или) расположенного на нем объекта недвижимого имущества в соответствии с их разрешенным использованием в течение более чем трех месяцев в отношении земельных участков, предназначенных для жилищного строительства, (в том числе индивидуального жилищного строительства), ведения личного подсобного хозяйства, садоводства, огородничества, или одного года в отношении иных земельных участков. 

Согласно пункту 9 статьи 23 ЗК РФ установление сервитута, публичного сервитута применительно к землям и земельным участкам из состава земель сельскохозяйственного назначения осуществляется с учетом требований об обеспечении рационального использования земель. 

Пунктом 1 статьи 78 ЗК РФ установлено, что земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей. 

При этом, как указано в статье 6 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», собственники земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения обязаны использовать указанные участки в соответствии с целевым назначением данной категории земель и разрешенным использованием.

Такое использование должно осуществляться способами, которые не должны причинить вред земле как природному объекту, в том числе приводить к деградации, загрязнению, захламлению земель, отравлению, порче, уничтожению плодородного слоя почвы и иным негативным (вредным) воздействиям хозяйственной деятельности. 

Согласно пункту 1 статьи 79 ЗК РФ сельскохозяйственные угодья – пашни, сенокосы, пастбища, залежи, земли, занятые многолетними насаждениями (садами, виноградниками и другими), - в составе земель сельскохозяйственного назначения имеют приоритет в использование и подлежат особой охране. 

Осуществление недропользования на землях сельскохозяйственного назначения вопреки целевому назначению земельного участка без перевода их в иную категорию прямо противоречит части 8 статьи 3 Закона № 172-ФЗ.

Также суд первой инстанции обоснованно указал на то, что общая специфика публичных сервитутов заключается в том, что их установление обусловлено не интересами конкретного собственника земельного участка, а общественными интересами (социальными потребностями) и не связано непосредственно и исключительно с нуждами соседнего земельного участка.

В рассматриваемом случае материалы дела свидетельствуют об отсутствии таких целей. Установление публичного сервитута связано исключительно с интересами конкретного недропользователя, на что, вопреки позиции заявителя  опять-таки указывает то, что размещение объектов недропользования предусмотрено в документах территориального планирования в качестве объектов государственного или местного значения, или предусмотрено правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, а также государственными или региональными программами, при этом услуги неопределенному кругу лиц на условиях публичного договора ООО «Югтранс» не оказывает.

Отсюда, суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу о том, что при таких обстоятельствах публичный сервитут установлен для осуществления Обществом хозяйственной деятельности для разработки недр и добычи песка, допустимые доказательства обратного в  нарушение статей 9,65АПКРФ не предоставлены.

Учитывая вышеизложенное, апелляционной суд пришел к тождественному с первой инстанцией выводу о том, что в рассматриваемом случае правовые основания для установления публичного сервитута отсутствовали изначально, публичный сервитут не может быть установлен для целей недропользования конкретного хозяйствующего субъекта, в связи с чем последующая отмена такого постановления не может нарушать права и законные интересы заявителя.

Указание на недобросовестность Минэкологии Крыма при проведении аукциона на право пользование недрами не принимаются во внимание, как ссылка не отвечающая критерию относимости в рамках рассматриваемого публичного спора.

Права и интересы ООО «Югтранс» не могут быть противопоставлены публичным интересам и интересам пользователей соответствующих земельных участков, в отношении которых был незаконно установлен публичный сервитут.

С учетом изложенных обстоятельств, судебная коллегия не усматривает наличия правовых оснований для отмены состоявшегося судебного акта.

Отклонению как ошибочные подлежат доводы апеллянта о том, что у Минимущества отсутствовали основания требовать отмены постановления об установлении публичного сервитута, судебная коллегия отклоняет их за ошибочностью, поскольку письмо Минимущества не исключает того, что отмена постановления Администрацией состоялась в порядке самоконтроля.

Также судебная коллегия соглашается с судом первой инстанции, сославшимся на судебную практику при рассмотрении подобных дел (по делам № А83-13031/2021, № А83-23782/2021), судом объективно  приняты во внимание правовые позиции по сходным правоотношениям безотносительно к имевшимся различиям. Такой подход служит единообразию правоприменительной практики и обеспечению законности.

Довод представителей заявителя о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонены его доводы и возражения при апелляционном пересмотре своего подтверждения не нашел, фактически он сводится к несогласию апеллянта с мотивами их отклонения и выводами суда первой инстанции. 

При этом судебная коллегия отмечает, что даже если в судебном акте не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, это не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки. Аналогичный вывод сделан в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2016 № 306-КГ16-7326, от 06.10.2017 № 305-КГ17-13953.

Согласно пункту 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

При рассмотрении настоящего дела заинтересованным лицом представлены достаточные доказательства законности действий по отмене постановления об установлении публичного сервитута. Администрация действовала в рамках обеспечения законности, в данном случае путем отмены ранее принятого незаконного акта.

Совокупности условий, предусмотренной в части 2 статьи 201 АПК РФ, для признания недействительным постановления Администрации от 24.01.2023 № 8 «О прекращении публичного сервитута для размещения объектов недропользования ООО «Югтранс», апелляционным арбитражным судом не установлено, заявителем не доказана. 

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта. 

При установленных обстоятельствах спора, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, принято в соответствии с нормами материального и процессуального права, основания для его отмены (изменения) в соответствии со статьей 270 АПК РФ, в том числе и безусловные, судом апелляционной инстанции не установлены.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Решение Арбитражного суда Республики Крым от 25 октября 2023 года по делу № А83-2548/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ЮгТранс» – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                            В.Е. Кравченко

 

Судьи                                                                                                              А.В. Привалова 

 

                                                                                                                            ФИО1