ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-77559/2019

04 апреля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.

 

Резолютивная часть постановления объявлена  30 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  04 апреля 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Юркова И.В.

судей  Бурденкова Д.В., Тойвонена И.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

 

при участии:  

конкурсного управляющего ООО «ГУОС» ФИО2;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-4383/2023, 13АП-4386/2023)  ФИО3 и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Городская управляющая организация собственников» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.01.2023 по делу № А56-77559/2019/суб., принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Городская управляющая организация собственников» к ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности, в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая организация собственников»,  

 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве ООО «ГУОС» временный управляющий заявил о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренной статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением суда от 23.04.2021 к участию в споре в качестве соответчика привлечен ФИО7

Определением суда от 23.01.2023 установлено наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; в возмещение  убытков с ФИО5 в пользу ООО «ГУОС» взыскано 8 963 830 руб., с ФИО3 – 45 218 681 руб.; производство по спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении остальной части требований отказано. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение от 23.01.2023 в части и признать установленными основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 и ФИО3 Как полагает податель жалобы, судом первой ошибочно не учтена отрицательная динамика в течение 2017-2018 годов показателей бухгалтерской отчетности в связи с изменением контролирующими должника лицами финансовой политики: денежные средства, собираемые с населения за коммунальные услуги, направлялись в пользу аффилированных лиц, а кредиторы, включая ресурсоснабжающие организации, которые реально оказывали соответствующие услуги, остались без встречного исполнения. 

ФИО3 в апелляционной жалобе выражает несогласие с определением суда в части взыскания с него убытков, настаивая на том, что руководил ООО «ГУОС» номинально, признаки «фирм-однодневок» появились у контрагентов после совершения платежей, размер ответственности должен быть уменьшен ввиду предоставления в распоряжение временного управляющего сведений, позволяющих взыскать дебиторскую задолженность.

Согласно отзыву ФИО3 считает апелляционную жалобу конкурсного управляющего необоснованной. 

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал изложенные в апелляционной жалобе доводы. Дело рассмотрено в отсутствие ФИО3, ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО5, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания. Законность определения суда в обжалуемой части проверена в апелляционном порядке. 

Исследовав имеющиеся в деле документы и выслушав конкурсного управляющего, апелляционный суд считает, что определение от 23.01.2023 в обжалуемой части подлежит отмене с принятием нового решения о признании установленными оснований для привлечения ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГУОС». 

В силу статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017  № 266-ФЗ, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо (пункт 2).

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3). 

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8).

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20).

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (абзац первый пункта 23).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, ООО «ГУОС» осуществляло деятельность по управлению многоквартирными жилыми домами. В период с 01.11.2017 по 26.12.2019 при отсутствии правовых оснований и при наличии неисполненных денежных обязательств перед ресурсоснабжающими организациями должником совершены платежи на сумму 54 182 511 руб., получателями которых явились лица, аффилированные с ООО «ГУОС», а также лица, обладающие признаками «фирм-однодневок» (лиц, в отношении которых регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ, лиц, сведения о которых недостоверны, лиц, операции по банковским счетам которых приостановлены и т.п.). ФИО5 и ФИО3 последовательно исполняли обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ГУОС». В период руководства ФИО5 осуществлены необоснованные платежи на сумму 8 963 830 руб., в период руководства ФИО3 – на сумму       45 218 681 руб. 

При этом довод относительно номинального характера исполнения ФИО3 обязанностей генерального директора ООО «ГУОС», опровергается представленной банками информацией, согласно которой     ФИО3 имел право распоряжаться денежными средствами должника на банковских счетах. 

Указанные платежи порождают презумпцию причинно-следственной связи между поведением ФИО5 и ФИО3 и невозможностью полного погашения требований кредиторов. Доказательства, опровергающие указанную презумпцию, лицами, контролирующими должника, не представлены. Из материалов спора не следует, что несостоятельность должника явилась следствием объективно сложившейся экономической ситуации, обстоятельств непреодолимой силы, разумного предпринимательского риска и тому подобных факторов, при наличии которых субсидиарная ответственность по обязательствам должника исключается.

Помимо фактов, составляющих основание презумпции доведения до банкротства, в материалах спора имеется документ, составленный временным управляющим по итогам анализа финансового состояния должника. Согласно заключению от 24.04.2020 временным управляющим на основе анализа совершенных платежей выявлены признаки преднамеренного банкротства должника.

Апелляционный суд также учитывает, что при отсутствии бухгалтерской документации ООО «ГУОС», не предоставленной в распоряжение конкурсного управляющего, невозможно в полной мере соотнести правовые последствия необоснованных платежей с масштабами деятельности должника и оценить влияние сделок на его финансовое состояние. Вместе с тем общая сумма совершенных платежей вполне сопоставима с размером неисполненных должником обязательств. На дату подачи заявления размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр, а также учитываемых за реестром, составил 48 660 182 руб. 07 коп.

При изложенных обстоятельствах определение суда в обжалуемой части следует отменить и привлечь ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, размер которой подлежит определению по правилам, установленным пунктом 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», после окончания расчетов с кредиторами.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.01.2023 по делу № А56-77559/2019/суб. отменить в части взыскания с ФИО5 и ФИО3 убытков.

Привлечь ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГУОС».

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Юрков

Судьи

 

Д.В. Бурденков

И.Ю. Тойвонен