Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6 http://www.spb.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-28233/2024

01 августа 2025 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2025 года. Полный текст решения изготовлен 01 августа 2025 года. 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:  

судьи Корушова И.М., при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1 

истец: ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» (125284, Москва, Хорошевское  

ш., д. 40А ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) Ответчик 1: ФИО2; Ответчик 2: ФИО3; Ответчик 3: ФИО4; Ответчик 4: ФИО5; Ответчик 5: ООО «Солнце»; о привлечении к субсидиарной ответственности при участии: от истца: ФИО6 (доверенность от 17.12.2024) от ответчика 1. ФИО7 (доверенность от 07.07.2025) 2. ФИО8 (доверенность от 14.07.2025) 3. не явился (извещен) 4. ФИО7 (доверенность от 15.04.2025) 5. ФИО7 (доверенность от 15.04.2025) 

УСТАНОВИЛ:

Определение арбитражного суда от 29.03.2024 заявление ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» принято к рассмотрению.  

В судебном заседании 25.06.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5.  

Определением суда от 25.03.2025 к участию в деле участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО "Солнце".  

Из материалов дела следует, что в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Строительно-торговая база Агалатово» несостоятельным (банкротом).   

Определением суда от 27.12.2022 по делу № А56-122143/2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.  

Определением арбитражного суда от 29.09.2023 указанное дело о банкротстве было прекращено в связи с отсутствием у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, и отсутствие согласия лиц, участвующих в деле о банкротстве должника на финансирование процедуры банкротства должника.  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца к контролирующему должника лицу в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по мотивам совершения им противоправных действий (допущение противоправного бездействия), повлекших невозможность исполнения обязательств.  

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.  

Истец являлся кредитором-заявителем в деле о банкротстве ООО «Строительно-торговая база Агалатово», то есть относится к числу лиц, поименованных в пункте 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, имеющих право на подачу настоящего искового заявления.  

 Требование кредитора в размере 54154,19 руб. задолженности по арендной плате по договору аренды от 03.06.2003 № 141/3/2/АИ за период с марта по май 2021 год, убытки в размере 1262000 руб. вследствие пожара 22.03.2019, расходы на изготовление отчета об оценке 22000,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины 26382 руб., подтверждено решением суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-77675/2021 от 22.12.2021.  

Решение вступило в законную силу 25.01.2022. Исполнительный лист выдан 27.01.2022. Сведений о возбуждении исполнительно производства в базе СПИ не имеется.  

В соответствии с положениями статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ответчики: ФИО2 являлся генеральным директором с 02.04.2012 по 28.02.2019 и участником с долей участия 50% в период с 03.04.2003 по 05.05.2019.  

ФИО3 - генеральным директором с 26.04.2019 по 24.06.2021 и участником в период с 11.01.2017 по 24.06.2021, ФИО4 – генеральным директором и участником с 24.06.2021, ФИО5:-  

генеральный директор с 28.02.2019 по 25.04.2019, и участник с долей участия 50% в период с 03.04.2003 по 10.01.2017.  

28.03.2019 зарегистрировано ООО «Солнце» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) участниками, которого являлись ФИО9 (25%), ФИО10 (25%), ФИО11, ФИО12.  

Обращаясь с настоящим заявлением, истец ссылается на то, что ФИО3 и ФИО4 должны быть привлечены к субсидиарной ответственности по правилам ст. 61.12 Закона о банкротстве, так как они не исполнили обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В своих пояснениях истец указал, что ФИО3 обязан был подать заявление о признании ООО «Строительно-торговая база Агалатово» банкротом - 11.01.2021, ФИО4 – 27.07.2021.  

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац тридцать седьмой статьи 2 Закона о банкротстве). По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника. Условия об обязательном наличии задолженности перед кредитором подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами, Законом о банкротстве не предусмотрены.  

Письмом от 12.03.2019 истец обратился к обществу с требованием восстановить объект аренды нежилое помещение общей площадью 50.6 кв.м, расположенное по адресу Ленинградская область, Всеволожский район, в/г Агалатово, здание КПП дом 110, лит.А. после пожара.  

Письмом от 01.12.2020 ООО «Строительно-торговая база Агалатово» сообщило ФГУП о выполнении работ ко второму кварталу 2021 года.  

Требования о возмещении вреда в размере 1262000,00 руб. к ООО «Строительно-торговая база Агалатово» истец заявил 16.07.2021, направив в адрес должника претензию о возмещении вреда. Почтовые отправления не были получены должником. Однако, на почту по адресам ООО «Строительно-торговая база Агалатово» они поступили 22-26 июля 2021года. Следовательно, денежное обязательство по оплате долга в размере 1262000,00 руб. возникло у должника не ранее 22.07.2021.  

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заявителем неверно определены даты возникновения у должника признаков неплатежеспособности, относительно которой у контролирующих должника лиц возникла обязанность по обращению либо инициированию указанного обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).  

Следовательно, на 11.01.2021 и 27.07.2021 у ФИО3 и ФИО4 не имелось обязанности по предъявлению в суд заявления о признании ООО «Строительно-торговая база Агалатово» банкротом.  

Кроме того, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).  

Если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).  

По смыслу статьи 61.12 Закона о банкротстве предполагается наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, предоставивших финансирование лицу, являющемуся в действительности неплатежеспособным.  

Обязанность по уплате судебных расходов наступила у должника с даты вступления в силу решения суда делу № А56-77675/2021 от 22.12.2021, она является производной от взыскания задолженности с должника и не связана с введением контрагента в заблуждения связанного с несообщением контрагенту о наличии признаков неплатежеспособности у должника.  

В связи с изложенным выше, отсутствуют основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии со статьями 9, 61.12 Закона 127-ФЗ о банкротстве.  

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

 Истец вменяет в вину ФИО2 не сдачу налоговой отчетности в период с 2012 по 27.02.2019. Однако, при условии возбуждения дела о банкротстве должника 27.12.2022 трехлетний срок подозрительности, который исследуется в процедурах банкротства, истек.  

Кроме того, сведения о налоговой отчетности и балансах должника имеется в других общедоступных базах, например, в audit-it.ru.  

Позиция истца о том, что ФИО2 как генеральный директор не установил систему АПС и не обратился в установленном порядке в страховую организацию за выплатой возмещения не является основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

 Перевод бизнеса должника на ООО «Солнце» материалами дела не подтвержден, так как состав участников ответчика не совпадает с составом участника должника, продажа сайта ресторана «Белое солнце», не свидетельствует о «зеркальности» должника и ответчика. Следует обратить внимание, что у должника в аренде находилось помещение 50 кв.м., что несопоставимо с деятельностью ООО «Солнце» на площади 448,4 кв. м.  

Согласно пункту 16 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

В соответствии с пунктом 7 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Довод истца об самом факте управления Обществом ФИО5 не образует состав субсидиарной ответственности установленной статьей 61.11 Закона о банкротстве.  

Истец полагал, что ФИО3 продав доли в уставном капитале ООО «Строительно-торговая база Агалатово» ФИО4 передал общество на массового участника и руководителя, тем самым совершил действия направленные на приобретение должником статуса "брошенного бизнеса".  

 ФИО4 одновременно выступала руководителем и учредителем в 8 юридических лицах, занимающихся различными видами деятельности (ООО "Автопрофи", ООО «РИОН», ОО «Агротехмаш»» ООО «Кабаре Плюс» и др.) которые либо уже исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юр. лица, либо в отношении которых налоговыми органами были внесены сведения о недостоверности юридических адресов. Таким образом, ФИО4 является "массовым руководителем" фактически не осуществляющим руководство и финансово-хозяйственную деятельность от имени обществ (номинальный руководитель).  

Следует отметить, что в отчуждение долей и передача массовому директору само по себе не свидетельствует о том, такие действия участника привели к банкротству должника.  

 Привлечение к субсидиарной ответственности предусматривает учет вины контролирующего лица в признании должника банкротом, предполагает проверку наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) этого лица и фактически наступившим банкротством.  

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, по общему правилу, не обладает информацией о хозяйственной деятельности должника, в отличие от контролирующих должника лиц, которые могут ограничить доступ к документам по своему усмотрению. При установлении статуса контролирующего должника лица у ответчика, суд, реализуя принцип состязательности арбитражного процесса, обязан предоставить ему возможность опровергнуть позицию истца своими объяснениями и прочими доказательствами.  

Таким образом, на КДЛ возложена обязанность опровергать доводы, предположения кредитора об основаниях доведения до банкротства. Суд, в свою очередь, обязан оценить доводы и предположения кредитора, помогая кредитору, как слабой стороне суд может истребовать дополнительные доказательства у третьих лиц, которые могут подтвердить доводы заявителя. В обязанность суда не входит самостоятельное, в отсутствии воли кредитора, определение способа при помощи которого произведено само уклонение ответчиком от расчета с кредитором. Требуется, чтобы кредитор указал, какие неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами.  

В данном случае, кредитор лишь указал на формальную часть совершенных действий КДЛ, в то же время не определил и не выразил даже предположение, как данные действия привели к невозможности погашения требований кредитора.  

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.).  

Общество с конца 2018 года не ведет хозяйственную деятельность, имуществом и денежными средствами не располагало.  

Таким образом, продажа доли ФИО3 ФИО4 не образует состав субсидиарной ответственности установленной статьей 61.11. Закона о банкротстве.  

Согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый Федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства.  

В данном случае, наличие в ЕГРЮЛ в отношении должника недостоверных сведений об адресе юридического лица не привело к негативным последствиям, в том числе непосредственно для кредитора. Истец не обосновала свою позицию о том, что отсутствие актуальных сведений об юридическом адресе затруднило поиск имущества должника, так как сведений о наличии имущества у должника на 2021 год и в настоящее время не имеется. Аналогичным образом, в материалах дела не имеется сведений о том, что материальные ценности и прочие активы должника могут находиться во владении и пользовании третьих лиц, к которым мог быть предъявлено виндикационное требование.  

Согласно Определению ВС РФ от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.  

Таким образом, исковые требования ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строительно-торговая база Агалатово» удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

решил:

В удовлетворении требования отказать. 

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.  

Судья И.М. Корушова