ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А74-10586/2024

г. Красноярск

15 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «09» сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен    «15» сентября 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи: Чубаровой Е.Д.,  

судей:  Радзиховской В.В., Мантурова В.С., 

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи в Арбитражном суде Республики Хакасия:

представителя ООО «Сибирская транспортная компания» - ФИО2 (доверенность от 02.06.2025, диплом, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сибирская транспортная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия  от «23» июня 2025 года по делу № А74-10586/2024,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Сибирская транспортная компания» (далее – ООО «СТК», общество, истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к судебному приставу-исполнителю Абаканского городского отделения судебных приставов №2 Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Хакасия ФИО3, к заместителю старшего судебного пристава Абаканского городского отделения судебных приставов №2 Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Хакасия ФИО4 о взыскании в солидарном порядке 200 000 руб. убытков.

Определением арбитражного суда первой инстанции от 30 октября 2024 года исковое заявление принято к производству, к участию в деле в качестве соответчика привлечена Российская Федерация в лице Федеральной службы судебных приставов (далее – ФССП России, ответчик).

Определением арбитражного суда от 27 января 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы судебных приставов по Республике Хакасия (далее – УФССП России по РХ, управление).

Решением арбитражного суда первой инстанции от 23 июня 2025 года в удовлетворении искового заявления полностью отказано.

Не согласившись с указанным решением суда первой инстанции, 22.07.2025 (согласно штемпелям АО «Почта России» на конверте и отчету об отслеживании отравления № 65501510002456) ООО «СТК» обратилось с жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд (далее – суд апелляционной инстанции), в которой просит указанный судебный акт отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.

Свою жалобу апеллянт мотивирует тем, что в нарушение норм процессуального права суд не привлек к участию в деле Министерство финансов Российской Федерации, ФИО5 - взыскателя по исполнительному производству, по которому истец является должником; судом первой инстанции неправильно применены положения статей Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), касающиеся взыскания убытков, что явилось следствием необоснованного отказа суда в удовлетворении ходатайства истца о назначении экспертизы, при этом суд не стал взыскивать с ответчика «справедливый размер» убытков, при этом действия судебного-пристава исполнителя являлись чрезмерными, поскольку в рамках исполнительного производства было достаточно наложить арест на денежные средства, наложение запрета на распоряжение транспортными средствами было  излишним и неоправданным.

Определением суда апелляционной инстанции от 15 августа 2025 года, после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, суд апелляционной инстанции принял жалобу к производству и назначил ее рассмотрение на 09.09.2025.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 15.08.2025, подписанный судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и рассматривает жалобу в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Представитель ООО «СТК» не возразил относительно рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие представителей иных лиц.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующим объявлено, что в материалы дела 04.09.2025 и 09.09.2025  от   истца поступили дополнения к апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указанные документы приобщены судом к материалам дела.

Представитель общества поддержал доводы апелляционной жалобы.  Не согласен с судебным актом суда первой инстанции. Просит обжалуемый судебный акт отменить и принять по делу новый.

При рассмотрении жалобы судом апелляционной инстанции установлены следующие фактические обстоятельства.

Определением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 05 февраля 2024 года по делу №2-1821/2024 частично удовлетворено заявление ФИО5 о принятии обеспечительных мер по гражданскому делу № 2-454/2019 по исковому заявлению            ФИО5 к ООО «СТК» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, судебных расходов. Наложен арест на имущество, принадлежащее ООО «СТК», в размере 304 423 руб. 78 коп.

Для принудительного исполнения определения суда выдан исполнительный лист серии ФС 044726252 от 05.02.2024.

Исполнительный документ поступил в Абаканский городской отдел судебных приставов УФССП России  по РХ 12.02.2024.

16.02.2024 постановлением заместителя старшего судебного пристава ФИО4 возбужденно исполнительное производство № 27816/24/19034-ИП на сумму 304 423 руб. 78 коп. на основании исполнительного листа серии ФС 044726252.

04.03.2024 в рамках исполнительного производства № 27816/24/19034-ИП постановлением заместителя старшего судебного пристава ФИО4 наложен арест на денежные средства общества, находящиеся на счете в банке, открытом в филиале «Новосибирский» АО «Альфа-Банк», на общую сумму 304 423 руб. 78 коп.

04.03.2024 постановлением заместителя старшего судебного пристава ФИО4  наложен арест на транспортные средства общества (всего 39 транспортных средств), а также объявлен запрет на совершение действий по распоряжению, регистрационных действий в отношении транспортных средств общества.

29.07.2024 (вх. № 141500) в адрес Абаканского городского отдела судебных приставов УФССП России с сопроводительным письмом Абаканского городского суда Республики Хакасия от 11.07.2024 № 82748 поступило определение названного суда от 13.06.2024 по делу № 2-1821/2024 (материал № 13-1240/2024) об отмене обеспечительной меры, наложенной на основании определения Абаканского городского суда от 05.02.2024.

Постановлениями судебного пристава-исполнителя ФИО3 от 06.08.2024 снят арест с денежных средств, находящиеся на счетах общества в филиале «Новосибирский» АО «Альфа-Банк», отменены меры в виде  запрета на совершение регистрационных действий, действий по исключению из государственного реестра в отношении транспортных средств общества.

06.08.2024 судебным приставом-исполнителем ФИО3 вынесено постановление о прекращении исполнительного производства № 27816/24/19034-ИП, отменено постановление о взыскании исполнительского сбора.

В заявлении общество указало, что в рамках исполнительного производства №27816/24/19034-ИП 17.07.2024 года поступило определение Абаканского городского суда Республики Хакасия от 13.06.2024 по делу №2-1821/2024 об отмене принятых обеспечительных мер.

По мнению истца, запрет на совершение регистрационных действий в отношении транспортных средств общества был наложен незаконно, поскольку размер требований, который составляет 304 423 руб. 78 коп., несопоставим с суммой арестованного имущества истца.

Кроме того, истец указал на нарушение судебным приставом-исполнителем требований части 4 статьи 45 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве), поскольку исполнительное производство было прекращено с нарушением установленного срока, только 06.08.2024 ограничительные меры отменены.

Истец, полагая, что незаконными действиями судебных приставов ему причинены убытки в размере 200 000 руб.,  направил в адрес ответчиков претензии с требованием возместить убытки.

Поскольку требования истца не были удовлетворены в добровольном порядке, общество обратилось в арбитражный суд с иском.

В последующем суд первой инстанции отказал в иске, сославшись на недоказанность вины ответчиков, недоказанность факта и размера убытков, а также отсутствие причинно-следственной связи между поведением ответчиков и наступившими последствиями (факт наступления которых также не доказан), что и послужило основанием для обращения апеллянта с настоящей жалобой.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы истца, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 330 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вред, причиненный судебным приставом-исполнителем в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей по исполнению исполнительного листа, выданного арбитражным судом, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством. Требование о возмещении вреда рассматривается арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным названным Кодексом.

В силу статьи 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года №50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №50), защита прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий осуществляется по правилам главы 17 Закона об исполнительном производстве, но не исключает применения мер гражданской ответственности за вред, причиненный незаконными постановлениями, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя (статья 1069 ГК РФ).

Из разъяснений, приведенных  в пункте 81 Постановления Пленума ВС РФ №50 следует, что  иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

В соответствии со статьей 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Как следует из пункта 10 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2023)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.07.2023), ответственность по статье 1069 ГК РФ наступает на общих основаниях – в порядке статьи 1064 ГК РФ.

Положениями пункта 3 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 02.07.2020 № 32-П определено, что необходимым условием (conditio sine qua non) возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, включая публично-правовые образования, является причинная связь, которая и определяет сторону причинителя вреда в деликтном правоотношении.

С учетом заявленных истцом оснований иска в предмет доказывания по делу входят: факт причинения убытков; размер убытков; противоправность действий (бездействия) ответчиков; наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и наступившими неблагоприятными последствиями для истца. Данные обстоятельства подлежат доказыванию истцом.

В свою очередь, на ответчика возлагается бремя доказывания следующих обстоятельств: отсутствие вины; наличие обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта, решения, совершения действий (бездействия). В случае оспаривания размера убытков ответчик должен привести соответствующие доводы и представить необходимые доказательства. При недоказанности одного из элементов требование о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

Недоказанность любого из указанных обстоятельств влечет отказ в иске.

Поскольку первичным элементом выступает факт противоправного поведения, суд апелляционной инстанции полагает необходимым проверить правомерность поведения судебного пристава-исполнителя.

В силу пункта 2 статьей 119 Закона об исполнительном производстве задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение, в том числе судебных актов.

По смыслу части 1 статьи 4, частей 1-2 статьи 5, пункта 1 статьи 12, пункта 1 статьи 30 Закона об исполнительном производстве, принудительное исполнение судебных актов осуществляется на основе ряда принципов, среди которых законность и своевременность, при этом должностные лица службы судебных приставов вправе в пределах своей компетенции по своему усмотрению принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов, производство исполнительных действий по которым, по общему правилу, осуществляется на основе поступившего заявления взыскателя, с приложением таких документов в соответствии с принятым постановлением компетентного должностного лица службы судебных приставов.

Закон об исполнительном производстве фактически устанавливает (части 1-2 статьи 68, пункт 7 части 1 статьи 64, части 1 статьи 80), что мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащих взысканию по исполнительному документу, при этом такие меры принимаются после возбуждения исполнительного производства в установленном порядке, при этом к числу таких мер относится также и арест, который принимается (устанавливается) судебным приставом-исполнителем в рамках его дискреционных полномочий для обеспечения исполнения исполнительного документа, в соответствии с определенным в нем условиями, при этом арест имущества должен быть соразмерен размеру требований.

Если исполнительный документ содержит предписания о наложении ареста в рамках определенной суммы денежных средств, то состав имущества, подлежащего аресту, определяется судебным приставом-исполнителем самостоятельно, в рамках предоставленных ему законом и исполнительным документом дискреционных полномочий.

Материалами дела подтверждается, что исполнительное производство возбуждено судебным приставом-исполнителем правомерно, на основании поступившего заявления взыскателя и исполнительного документа, при этом постановлениями заместителем старшего судебного пристава-исполнителя от 04.03.2024:

- наложен арест на денежные средства должника ООО «СТК» в общем размере 304 423 руб. 78 коп. на расчетном счете, открытом в филиале «Новосибирский» АО «Альфа-Банк»;

- объявлен запрет на совершение действий по распоряжению, регистрационных действий в отношении транспортных средств должника (всего 39 транспортных средств).

Согласно статье 2 Закона об исполнительном производстве задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение, в том числе судебных актов.

По части 1 статьи 4 Закона об исполнительном производстве исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

Частями 1 и 2 статьи 5 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что принудительное исполнение судебных актов возлагается на Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы; непосредственное осуществление функций по их принудительному исполнению возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

Пунктом 1 статьи 30 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что судебный пристав-исполнитель возбуждает исполнительное производство на основании исполнительного документа по заявлению взыскателя.

Исполнительное производство № 27816/24/19034-ИП возбуждено на основании поступившего 12 февраля 2024 года из Абаканского городского суда Республики Хакасия исполнительного листа серии ФС № 044726252, выданного названным судом 05 февраля 2024 года по делу № 2-1821/2024 в отношении должника ООО «СТК» с предметом исполнения: наложить арест на имущество, принадлежащее ООО «СТК» в размере 304 423 руб. 78 коп.

Согласно части 1 статьи 68 Закона об исполнительном производстве мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащих взысканию по исполнительному документу.

Частью 2 статьи 68 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что меры принудительного исполнения применяются судебным приставом-исполнителем после возбуждения исполнительного производства. Если в соответствии с настоящим Федеральным законом устанавливается срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, то меры принудительного исполнения применяются после истечения такого срока.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 40 Постановления Пленума ВС РФ №50, арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64, часть 1 статьи 80 Закона об исполнительном производстве).

В качестве меры принудительного исполнения арест налагается при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика, административного ответчика, находящееся у него или у третьих лиц (часть 1, пункт 5 части 3 статьи 68 названного Закона).

Во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика судебный пристав-исполнитель производит арест и устанавливает только те ограничения и только в отношении того имущества, которые указаны судом.

Если суд принял обеспечительную меру в виде ареста имущества ответчика, установив только его общую стоимость, то конкретный состав имущества, подлежащего аресту, и виды ограничений в отношении его определяются судебным приставом-исполнителем по правилам статьи 80 Закона об исполнительном производстве.

В рассматриваемой ситуации суд общей юрисдикции в определении о принятии обеспечительных мер установил только общую стоимость имущества ООО «СТК», подлежащего аресту.

В этой связи согласно приведенным разъяснениям конкретный состав имущества, подлежащего аресту, и виды ограничений в отношении имущества должника определяются судебным приставом-исполнителем, исходя из чего, обоснованно исходил суд первой инстанции.

В пункте 41 Постановления Пленума ВС РФ № 50 также разъяснено, что при наложении ареста на имущество в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, судебный пристав исполнитель вправе в силу части 1 статьи 80 Закона об исполнительном производстве не применять правила очередности обращения взыскания на имущество должника, что само по себе не освобождает судебного пристава-исполнителя от обязанности в дальнейшем осуществить действия по выявлению иного имущества должника, на которое может быть обращено взыскание в предыдущую очередь. При этом судебный пристав-исполнитель обязан руководствоваться частью 2 статьи 69 названного Закона, допускающей обращение взыскания на имущество в размере задолженности, то есть арест имущества должника по общему правилу должен быть соразмерен объему требований взыскателя.

Арест несоразмерен в случае, когда стоимость арестованного имущества значительно превышает размер задолженности по исполнительному документу при наличии другого имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание. В то же время такой арест допустим, если должник не предоставил судебному приставу- исполнителю сведений о наличии другого имущества, на которое можно обратить взыскание, или при отсутствии у должника иного имущества, его неликвидности либо малой ликвидности.

Арест имущества должника регулируется положениями статей 80 и 81 Закона об исполнительном производстве, и является мерой, обеспечивающей исполнение исполнительного документа, принятой в целях исключения выбытия имущества должника, на которое может быть обращено взыскание в будущем; такой запрет не прекращает права собственности на имущество, а лишь временно запрещает должнику самостоятельно определять юридическую судьбу принадлежащей ему вещи.

В рассматриваемом случае арест имущества должника является мерой, обеспечивающей исполнение исполнительного документа, принятой в целях исключения выбытия имущества должника, на которое может быть обращено взыскание в будущем.

В данном случае арест на счет должника наложен был только в части суммы взыскиваемой  задолженности. Судебным приставом приняты меры принудительного исполнения исполнительного листа суда общей юрисдикции, предусмотренные Законом об исполнительном производстве в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и в рамках предоставленных ему полномочий.

Необходимо также отметить, что из представленных ответчиком и третьим лицом документов (ответ Федеральной налоговой службы от 16 февраля 2024 года № 1428359807 на запрос заместителя старшего судебного пристава-исполнителя ФИО4 о наличии у ООО «СТК» счетов в банках (4 счета), ответ Коммерческого банка «Хакасский муниципальный банк» (общества с ограниченной ответственностью) от 31 января 2025 года № 02-001/21 с приложением выписки по счету, принадлежащему ООО «СТК», ответ «Газпромбанк» (акционерного общества) от 10 февраля 2025 года № 314.14.1-3/826/25 с приложением выписки по счету, принадлежащему ООО «СТК»), свидетельствующих о наличии у ООО «СТК», помимо расчетного счета в АО «Альфа-Банк» иных счетов, по которым обществом в спорный период производились расчетные операции.

Согласно представленным выпискам о движении денежных средств за период с февраля по сентябрь 2024 года по счетам в банке осуществлялось движение денежных средств в значительных суммах, что свидетельствует о состоятельной деятельности общества и не свидетельствует о том, что арест счета нарушил права заявителя и мог привести к убыткам.

Верными являются суждения суда о том, что наличие либо отсутствие достаточности финансовых ресурсов общества для исполнения своих обязательств не свидетельствует о незаконности действий судебного пристава-исполнителя по наложению ареста на денежные средства в пределах суммы, установленной судом общей юрисдикции в определении от 05 февраля 2024 года.

Само по себе отличие ареста как исполнительного действия от взыскания как меры принудительного исполнения главным образом сводится к тому, что в случае ареста собственник имущества не утрачивает право собственности на данное имущество, а лишь ограничивается в распоряжении, использовании последнего.

Арест имущества должника является мерой, обеспечивающей исполнение исполнительного документа, принятой в целях исключения выбытия имущества должника, на которое может быть обращено взыскание в будущем; такой запрет не прекращает права собственности на имущество, а лишь временно запрещает должнику самостоятельно определять юридическую судьбу принадлежащей ему вещи.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что арест на денежные средства, наложенный судебным приставом-исполнителем не выходил за пределы дискреционных полномочий данного должностного лица, принят в соответствии с целями исполнительного производства и обеспечивал их достижение, ввиду чего действия ответчиков   нельзя признать неправомерными в данном случае.

Указанное является достаточным основанием для отказа в иске, что верно установил суд первой инстанции.

Из материалов дела также не усматривается, что действия судебного пристава-исполнителя в виде запретов: на распоряжение транспортными средствами, совершения  регистрационных действий в отношении транспортных средств повлекли нарушение прав и законных интересов истца, причинили ему убытки либо ограничили права истца в распоряжении данным имуществом.

Общество, ссылаясь на то, что  действия судебного пристава-исполнителя являлись чрезмерными (в рамках исполнительного производства кроме  наложения ареста на денежные средства был установлен запрет на совершение действий по распоряжению, совершению регистрационных действий в отношении транспортных средств), указывает на то, что у него возникли убытки в форме упущенной выгоды, поскольку оно не могло продать транспортные средства, сдать их в аренду.

При этом каких-либо документов, подтверждающих данные обстоятельства (в том числе: переписка с покупателем, арендатором; ход согласования с покупателем, арендатором условий договоров купли-продажи, аренды; объявления о продаже, сдаче в аренду и т.д.), в материалы дела не представлены ни в суд первой,  ни в суд апелляционной инстанций.

Доказательств невозможности использования транспортных средств для осуществления обычной хозяйственной деятельности   в период с марта по август 2024 года в материалы дела не представлено. О сделках по отчуждению транспортных средств, передачи в аренду, которые могли бы быть заключены, в случае отсутствия ограничений по распоряжению ими истцом, из материалов дела не следует.

Доказательств изъятия у должника транспортных средств  в материалы дела не представлено.

В отзыве на исковое заявление ответчик указал, что запрет на регистрационные действия в отношении транспортных средств не являлся мерой принудительного исполнения, а был направлен на обеспечение сохранности движимого имущества должника в порядке статьи 80 Закона об исполнительном производстве. Обращение взыскания на спорное имущество не осуществлялось. Запрет на регистрационные действия произведен судебным приставом-исполнителем законно во исполнение принятой судом обеспечительной меры в виде наложения ареста, право пользования имуществом по прямому назначению не ограничивалось, имущество у должника не изымалось, истцом не представлены документальные доказательства, свидетельствующие о действительном нарушении его прав и законных интересов в результате примененного ограничения. По мнению ответчика, поскольку запрет был направлен на обеспечение сохранности имущества, нарушение принципа соотносимости мер принудительного исполнения к объему требований по исполнительному документу не применимо.

Суд апелляционной инстанции обращает также внимание на следующее.

Убытки по своему характеру (по смыслу статьи 15 ГК РФ) подразделяются на реальный ущерб и упущенную выгоду, основным отличием которых является характер имущественных потерь и способ уменьшения имущественной массы пострадавшей стороны, при этом заявитель ссылался на несение убытков в форме упущенной выгоды, то есть уменьшение имущественной массы ввиду неполучения имущества, которое без действий третьего лица могло и должно было бы получить, улучшив тем самым свое имущественное положение.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» даны разъяснения, согласно которым  упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 19 января 2016 года № 18-КГ15-237, от 29 января 2015 года № 302-ЭС14-735). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Лицо, требующее возмещение причиненных ему убытков, должно доказать не только нарушение судебными приставами-исполнителями возложенных на них обязанностей, наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, размер убытков, оно также должно доказать, что принимало все зависящие от него меры для предотвращения (уменьшения) убытков.

В предмет доказывания по требованиям о взыскании убытков в форме упущенной выгоды входит: доказывание факта совершения действий, направленных на приращение имущественной массы; возникновение (наличие) возможности приращения имущественной массы в результате совершенных приготовлений; доказывание факта невозможности приращения имущественной массы, возникшего в результате противоправного поведения третьего лица; наличие причинно-следственной связи между невозможностью приращения имущественной массы и противоправными действиями третьего лица.

В рассматриваемом случае истец с самостоятельными требованиями об оспаривании постановлений судебного пристава-исполнителя от 04.03.2024 не обращался.

В соответствии с частью 1 статьи 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановления главного судебного пристава Российской Федерации, главного судебного пристава субъекта (главного судебного пристава субъектов) Российской Федерации, старшего судебного пристава, их заместителей, судебного пристава-исполнителя, их действия (бездействие) могут быть оспорены в арбитражном суде в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами, по правилам, установленным главой 24 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов государственных органов входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, проверка факта нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя.

Из материалов дела не следует, что заявителем жалобы были совершены какие-либо приготовления, которые с неизбежностью порождают возможность увеличения имущественной массы, при этом, как верно установил суд первой инстанции, сами по себе запреты не препятствуют использованию имущества (транспортных средств) для ведения обычной хозяйственной деятельности, а поскольку на такое имущество не были наложены аресты,  обращено взыскание, то и отсутствует факт несения убытков в виде упущенной выгоды от ведения обычной хозяйственной деятельности при помощи данного имущества.

Доказательств того, что обществом были совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с указанными действиями  судебного пристава–исполнителя, ставшими единственным препятствием для получения дохода, истцом не представлено. В этой связи в отсутствие каких-либо доказательств, доводы общества о том, что в спорный период истец мог бы продать, сдать в аренду транспортные средства, однако вследствие наложения ограничений (а не по иным причинам: отсутствия соглашения по цене предмета продажи, аренды, неудовлетворительное состояние транспортных средств, неприемлемые для покупателя (арендатора) условия договора, изменение обстоятельств у контрагента общества, неликвидность транспортных средств, в связи с которым тот утратил интерес в заключении сделки и т.д.) такие сделки не состоялись, являются предположительными. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Само по себе превышение стоимости имущества, в отношении которого совершены обеспечительные действия, сумме задолженности по исполнительному производству при отсутствии доказательств нарушения прав и законных интересов должника, о незаконности постановления не свидетельствует.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 23.06.2016 № 1392-О указал, что в качестве одного из исполнительных действий, совершаемых судебным приставом-исполнителем в ходе исполнительного производства и направленных в том числе на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе, установлено наложение ареста на имущество должника, элементом которого является запрет на совершение регистрационных действий в отношении этого имущества. Такого рода запрет налагается в целях обеспечения исполнения исполнительного документа и предотвращения выбытия имущества, на которое впоследствии может быть обращено взыскание, из владения должника.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 11.01.2016 № 78-КГ15-42 также выразил позицию, что исполнительные действия по запрету регистрационных действий в отношении имущества, зарегистрированного на имя должника, не являются мерами принудительного исполнения, а выступают своего рода обеспечительной мерой.

Принимая во внимание изложенное и позиции вышестоящих судов, учитывая, что запрет на проведение регистрационных действий, а также арест на счет  должника являются исполнительными действиями, также выполняющими функции обеспечительной меры для сохранения возможности исполнения требований взыскателя, принимая во внимание, что запрет регистрационных действий, арест на счет направлены на обеспечение исполнения должником исполнительного документа и обеспечение сохранности имущества должника в порядке статей 64 и 80 Закона об исполнительном производстве, то в рассматриваемом случае запрет, арест  являются гарантией обеспечения прав и законных интересов взыскателя и не могут рассматриваться как нарушающие права и законные интересы должника.

Таким образом, одновременное наложение судебным приставом-исполнителем ареста на счета должника и запрет распоряжения транспортными средствами должника, объявление запрета на регистрационные действия в отношении имущества должника не свидетельствует о чрезмерности (несоразмерности) принятых мер.

Применительно к рассматриваемому эпизоду истцом также не доказаны факт причинения вреда, вина судебного пристава-исполнителя и причинно-следственная связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда, из чего обоснованно исходил суд первой инстанции.

Из разъяснений, данных в пункте 15 Постановления Пленума ВС РФ № 50, следует, что  неисполнение требований исполнительного документа в срок, предусмотренный Законом об исполнительном производстве, само по себе не может служить основанием для вывода о допущенном судебным приставом-исполнителем незаконном бездействии. Бездействие судебного пристава-исполнителя может быть признано незаконным, если он имел возможность совершить необходимые исполнительные действия и применить необходимые меры принудительного исполнения, направленные на полное, правильное и своевременное исполнение требований исполнительного документа в установленный законом срок, однако не сделал этого, чем нарушил права и законные интересы стороны исполнительного производства.

Частью 4 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что об отмене мер по обеспечению иска судья или суд незамедлительно сообщает в соответствующие государственные органы или органы местного самоуправления, регистрирующие имущество или права на него, их ограничения (обременения), переход и прекращение.

На основании пункта 1 части 2 статьи 43 Закона об исполнительном производстве исполнительное производство прекращается судебным приставом-исполнителем в случае принятия судом акта о прекращении исполнения выданного им исполнительного документа.

Из материалов исполнительного производства следует, что 29 июля 2024 года (вх №141500) в Абаканский городской отдел судебных приставов УФССП России по РХ с сопроводительным письмом Абаканского городского суда Республики Хакасия поступило определение от 13 июня 2024 года по делу № 2-1821/2024 об отмене обеспечительных мер, наложенных на основании определения Абаканского городского суда Республики Хакасия от 05 февраля 2024 года.

С учетом положений части 4 статьи 45 Закона об исполнительном производстве, постановление о прекращении исполнительного производства должно было быть вынесено судебным приставом не позднее 02 августа 2024 года.

Как следует из материалов дела, постановлением судебного пристава от 06 августа 2024 года снят арест с денежных средств, находящихся на счетах общества в Филиале «Новосибирский» АО «Альфа-Банк», отменены меры о запрете на совершение регистрационных действий, действий по исключению из государственного реестра в отношении транспортных средств общества, а также вынесено постановление о прекращении исполнительного производства № 27816/24/19034-ИП.

Суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства, обоснованно исходил из нарушения судебным приставом срока, установленного частью 4 статьи 45 Закона об исполнительном производстве, поскольку исполнительное производство было прекращено 06.08.2024.

При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что истцом не было представлено доказательств, что указанное нарушение повлекло для него убытки, в том числе в форме упущенной выгоды, а также причинно-следственную связь между бездействием судебного пристава-исполнителя и возникшими убытками.

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований по данному эпизоду, суд первой инстанции исходил из того, что нарушение судебным приставом-исполнителем указанного срока, не привело к нарушению прав и законных интересов истца как должника в исполнительном производстве. Доказательств причинения убытков не представлено, подтверждений наступления неблагоприятных последствий для истца не имеется (обратного в материалы дела в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено).

Возмещение убытков возможно при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности, а именно, совершении противоправного действия (бездействия), возникновения у заявителя убытков, причинно-следственной связи между действиями и его последствиями и вины правонарушителя. При этом неправомерность действий, размер ущерба и причинно-следственная связь доказываются истцом.

Вопреки распределению бремени доказывания (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), апеллянтом не доказан как факт наличия убытков, а поскольку отсутствует факт несения убытков, то отсутствует также и причинно-следственная связь между поведением должностных лиц ответчика и убытками апеллянта, в том числе в силу правомерности поведения таких должностных лиц, при этом заявителем жалобы не представлено также каких-либо доказательств в пользу довода о несоразмерности.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о назначении экспертизы, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, поскольку основания для назначения судебной экспертизы (с учетом установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств) отсутствуют. В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение судебной экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права при отклонении ходатайства не допущено.

Довод о том, что судом к участию в деле не привлечены в качестве третьих лиц:  Министерство финансов Российской Федерации, взыскатель ФИО5 не влечет за собой отмену решения  суда, поскольку в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне заявителя или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного решения по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Между тем, материалы дела не содержат доказательств того, что обжалуемое решение может повлиять на права и обязанности Министерства финансов Российской Федерации, взыскателя ФИО5

При этом указанные лица (юридическое и физическое) о вступлении в данный спор не заявляли, решение  суда не оспаривают.

Апеллянтом не доказана необходимая совокупность обстоятельств  необходимая для удовлетворения заявленных требований, что верно установлено судом первой инстанции и проверено в апелляционном порядке судом апелляционной инстанции.

Все доводы и аргументы апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельствах, доводы лиц, участвующих в деле, правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  расходы по оплате государственной пошлины  за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «23» июня 2025 года по делу №А74- 10586/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Е.Д. Чубарова

Судьи:

В.В. Радзиховская

В.С. Мантуров