СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16455/2019(5)-АК

Дело № А60-68527/2018

22 мая 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2023 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено  22 мая 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Мартемьянова В.И., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

кредитора ФИО2 (лично), паспорт,

представитель должника к судебному заседанию в режиме веб-конференции подключился, но по техническим причинам, не зависящим от суда (отсутствие видеосвязи), участие не принимал, 

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 21 марта 2023 года

о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации его имущества, за исключением требований ФИО2, которые не были удовлетворены в ходе проведения процедуры,

вынесенное в рамках дела № А60-68527/2018 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (ИНН 

<

***>),

установил:

30.11.2008 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением от 31.01.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» 09.02.2019 (объявление № 77230509443 стр. 156 №24(6504).

Срок процедуры реализации имущества неоднократно продлялся.

24.11.2022 от финансового управляющего ФИО4 поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, с приложением отчета о результатах проведения процедуры реализации имущества. Заявлено о неприменении в отношении гражданина правил об освобождении от исполнения обязательств.

Судебное разбирательство откладывалось, должнику предлагалось представить возражения на ходатайство о неприменении в отношении него правил об освобождении от обязательств.

29.12.2022, 25.01.2023 от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, с приложением соответствующих документов, в том числе отчета о результатах проведения процедуры реализации имущества. Заявлено о возможности применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

От должника поступил отзыв на ходатайство о не освобождении должника от исполнения обязательств.

Кредитором ФИО2 представлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств перед ним.

От ФИО2 поступило предложение о заключении мирового соглашения, в котором он предлагает оставить за собой жилой дом в г. Ревда, должнику предоставить иное жилое помещение стоимостью в пределах 500 000 руб. либо денежную компенсацию для самостоятельного приобретения иного жилого помещения в сумме 500 000 руб. Также кредитором представлено возражение на отзыв должника на ходатайство кредитора о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств. 

От КПКГ «ГозПоддержка» поступили возражения на ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств. 

Определением от 06.02.2023 судебное разбирательство отложено, должнику и финансовому управляющему предложено представить отзыв на предложение кредитора о заключении мирового соглашения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2023 (резолютивная часть от 14.03.2023) процедура реализации имущества гражданина завершена, в отношении ФИО3 применены положения ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, за исключением обязательств перед ФИО2 в неудовлетворенной части.

Не согласившись с вынесенным определением в части неосвобождения от исполнения обязательств перед ФИО2, должник обратился с апелляционной жалобой, просит судебный акт в указанной части отменить, освободить его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. Отмечает, что совершение должником сделки, признанной в последующем недействительной, само по себе не является основанием для неосвобождения его от дальнейшего исполнения обязательств. В определении арбитражного суда от 19.04.2021 о признании сделки недействительной отсутствуют прямые выводы о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом. Кредитор КПКГ «Гоззайм» давал пояснения по данному обстоятельству, указывал, что денежные средства от должника не поступали, а были списаны в бухгалтерском балансе за счет сформированного ранее резерва на возможные потери по займам, а также настаивал, что задолженность погашена не ФИО3, а другим заемщиком – ФИО5 (пояснения от 17.02.2021 в деле по оспариванию сделки). Ненадлежащее формирование кредитором КПКГ «Гоззайм» пакета документов при обращении в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов привело к последующему оспариванию сделок, совершенных якобы от имени должника. С позиции должника, обращение должника в суд с иском о признании недействительным договора купли-продажи связано с необходимостью защиты прав и интересов должника, что не может быть поставлено в вину должнику и являться основанием для неосвобождения от дальнейшего исполнения обязательств. Выводы суда о том, что должник не осуществляет переводы на специальный счет финансового управляющего денежных средств в размере, превышающем прожиточный минимум, не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам – отчету финансового управляющего об использовании денежных средств должника, а также приходному кассовому ордеру № 408 от 20.02.2023 о внесению должником в феврале 2023 г. на специальный счет 8 907,00 руб.

До судебного заседания от кредитора ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, просит оставить ее без удовлетворения, обжалуемое определение – без изменения.

Явившийся в судебное заседание кредитор ФИО2 поддерживает доводы, изложенные в письменных пояснениях; дополнительно кредитором указано на отсутствие у должника финансовой возможности возврата заемных средств, что свидетельствует о принятии им заведомо неисполнимых обязательств.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебное заседание не направили. В силу ч.3 ст.156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Из содержания жалобы следует, что выводы суда в части завершения процедуры реализации имущества должника не оспариваются.

Возражений относительно проверки определения суда только в обжалуемой части лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ только в обжалуемой части.

Суд первой инстанции, завершая процедуру банкротства в отношении должника и применяя к нему правила об освобождении от исполнения обязательств, за исключением обязательств перед ФИО2, исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства, завершены, при этом установлен факт неправомерного поведения должника при возникновении обязательств перед кредитором ФИО2 в виде обращения в Ревдинский городской суд с целью оспаривания договора купли-продажи; не передачи должником финансовому управляющему денежных средств в размере, превышающим прожиточный минимум, а также в связи с совершением должником сделки по перечислению денежных средств в пользу КПКГ «Гоззайм» в период процедуры банкротства, которая в последующем была признана судом недействительной, поскольку повлекла негативные последствия - оказано предпочтение одному кредитору.

Изучив имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены определения суда в части по следующим мотивам.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Пунктом 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Рассмотрев представленный финансовым управляющим отчет, суд первой инстанции установил следующее.

В процедуре реализации имущества финансовым управляющим направлены запросы в государственные регистрирующие и контролирующие органы, ответы получены, приняты меры к выявлению имущества должника, в том числе путем направления запросов, составлен реестр требований кредиторов.

Определением от 10.04.2019 в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование кредитора ФИО2 в размере 1 869 129,15 руб. 

Определением от 09.09.2020 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований, требование Кредитного потребительского кооператива граждан «Гоззайм» в общем размере 82 471,00 руб., в том числе 71 530,00 руб. основного долга, 10 941,00 руб. неустойки.

Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

Требования кредитора третьей очереди ФИО2 погашены частично за счет средств конкурсной массы на сумму 359 874,08 руб., то есть  19,25%.

Расходы финансового управляющего в процедуре реализации имущества должника составили 53 708,46 руб. (почтовые услуги, публикации, услуги банка, проценты по вознаграждению финансового управляющего), погашены в полном объеме за счет конкурсной массы должника. Вознаграждение финансового управляющего за проведение процедуры составило 25 000 руб., выплата которого не произведена (25 000 руб. находится на депозитном счете суда).

В конкурсную массу должника было включено следующее имущество:

- легковой автомобиль марки ДЭУ Нэксия 2006 г.в., стоимость определения в 45 000 руб. – было реализовано финансовым управляющим за 45 000 руб., договор от 15.07.2019 № 1;

- дебиторская задолженность КПКГ «Гоззайм» в размере 101 503 руб., стоимость которого определена финансовым управляющим в 60 000 руб.

Финансовым управляющим была оспорена сделка должника ФИО3, совершенная путем внесения им наличных денежных средств в кассу КП КГ «Гоззайм» на сумму 97 703 руб. по приходному кассовому ордеру №333 от 28.02.2019, на сумму 3 800 руб. по приходному кассовому ордеру №332 от 28.02.2019. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.04.2021 сделка признана недействительной на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с КПКГ «Гоззайм» в пользу ФИО3 денежных средств в размере 101 503,00 руб. Восстановлена задолженность КПКГ «Гоззайм» перед должником в размере 101 503,00 руб. по договору потребительского займа № 4 ТС ПЗ з 145/17.

Из анализа финансового состояния следует, что должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализации имущества, переход на процедуру реструктуризации долгов невозможен; процедуру реализации имущества необходимо завершить.

Признаков фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлено.

Придя к выводу о том, что все мероприятия процедуры реализации имущества выполнены, возможностей для расчета с кредиторами не имеется,  основания для дальнейшего продления процедуры отсутствуют, арбитражный суд, исходя из положений ст. 213.28 Закона о банкротстве, правомерно завершил соответствующую процедуру.

Выводы суда в данной части апеллянтом, должником и иными участниками дела не оспариваются, судом апелляционной инстанции не переоцениваются.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (п. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), при возбуждении производства по делу о банкротстве должник обязан представить предусмотренные п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве документы вместе с отзывом на заявление (ст. 47 Закона) - документы о полученных физическим лицом доходах, справка о наличии счетов, вкладов (депозитов) в банке и (или) об остатках денежных средств на счетах, во вкладах (депозитах), об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств, выписки по операциям на счетах, по вкладам (депозитам) граждан, в банке должны содержать сведения за трехлетний период, предшествующий дню подачи заявления о признании должника банкротом, вне зависимости от того, кем подано данное заявление (абзацы 9 и 10 п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве), а неисполнение должником обязанности по представлению отзыва и документов, и сообщение суду недостоверных либо неполных сведений, может являться основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

В п. 42 постановления Пленума №45 разъяснено, что целью п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Данные нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если на должника возложена обязанность представить документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (ст. 65 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45, по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абзац 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Кредитор ФИО2, ходатайствуя о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, указывал на совершение должником сделки с КПКГ «Гоззайм» в период процедуры банкротства, направленной на преимущественное удовлетворения требований этого кредитора перед другим кредитором - ФИО2

Рассмотрев указанный довод, суд первой инстанции пришел к выводу, что совершение должником сделок по перечислению денежных средств в пользу КПКГ «ГозЗайм», признанных недействительными по заявлению финансового управляющего, не является основанием для отказа в применении по отношению к должнику правила об освобождения его от дальнейшего исполнения обязательств, поскольку негативные последствия от совершения должником недействительных сделок не наступили, денежные средства, взысканные с ответчика, поступили в конкурсную массу и были направлены на погашение требований кредитора, являющегося заявителем ходатайства о не освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Апелляционный суд с указанными выводами суда согласен. В данном случае должником является гражданин, который не является профессиональным участником дел о банкротстве, не обладает познаниями в области права и мог не знать об отсутствии у него в период введенной в отношении него процедуры банкротства права на самостоятельное погашение обязательств перед кредиторами. Сделка признана недействительной на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве, выводов о направленности действий должника по исполнению обязательств перед одним кредитором на причинение вреда другому кредитору, о злоупотреблении должником правом в судебном акте по результатам рассмотрения спора не имеется, из совокупности фактических обстоятельств совершения сделки недобросовестность должника не усматривается.

С учетом указанного, доводы жалобы должника в данной части удовлетворению не подлежат.

Кредитор ФИО2, возражая относительно применения правил об освобождении должника от обязательств, в качестве основания указывал также на неправомерное поведение должника при возникновении соответствующего обязательства перед кредитором ФИО2, которое заключается в  обращении должника в Ревдинский городской суд с целью оспаривания заключенного между ними договора купли-продажи.

В обоснование данного довода кредитор указывает, что должник, взяв деньги в долг под условием заключения договора купи-продажи дома, затем обратился в суд с иском о признании указанного договора купли-продажи спорного жилого дома, заключенного между ФИО3 и ФИО2, недействительной сделкой, указанные действия, по мнению кредитора, являются недобросовестными, совершены должником, не желающим возвращать долг.

Суд первой инстанции данные доводы принял во внимание и пришел к выводу о неправомерном поведении должника при возникновении обязательств перед ФИО6 в виде обращения в Ревдинский городской суд с целью оспаривания договора купли-продажи, в связи с чем, не освободил ФИО3 от исполнения обязательств перед ФИО2

Суд апелляционной инстанции данные выводы суда считает ошибочными, противоречащими фактическим обстоятельствам дела.

Согласно решению Ревдинского городского суда Свердловской области от 14.01.2016 по делу № 2-21а/2016, между ФИО3, и ФИО2 28.11.2014 был заключен договор купли-продажи жилого дома, расположенного в г. Ревда Свердловской обл., цена договора – 1 500 000 руб. 09.12.2014 сделка была зарегистрирована в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области. Должник обратился в суд с заявлением о признании данной сделки недействительной, указав, что данный договор является притворной сделкой, прикрывающей отношения из договора залога в обеспечение отношений из договора займа, существующих между ФИО3 и ФИО2, по условиям которого ФИО3 получил от ФИО2 крупную денежную сумму.

Суд пришел к выводу о том, что договор купли-продажи от 28.11.2014 был заключен сторонами не с целью перехода права собственности на спорный жилой дом в собственность покупателю ФИО2, а с целью обеспечения возврата переданной ФИО2 ФИО3 денежной суммы. Переданную денежную сумму в размере 850 000 руб. суд признал займом, а договор купли-продажи от 28.11.2014 признал притворной сделкой, совершенной с целью прикрыть договор займа, обеспеченный залогом имущества – жилым домом. 

Факт наличия между должником и кредитором заемных правоотношений подтверждается и решением Ревдинского городского суда Свердловской области от 14.11.2017 по делу № 2-1254а/2017 о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО2 задолженности, процентов по договору займа, признании жилого дома залоговым имуществом. 

Какого-либо злоупотребление ФИО3 правами, нарушения прав ФИО2 обращением ФИО3 с иском о признании притворной сделкой договора купли-продажи не усматривается. Оспаривание договора купли-продажи должником обусловлено необходимостью защиты им своих прав и сохранения за собой единственного жилья – жилого дома, поскольку после заключения купли-продажи и регистрации дома и земельного участка на ФИО2 должник фактически остался без жилья при наличии обязательств перед ФИО2 То обстоятельство, что стороны договорились в обеспечение исполнения обязательств по договору займа вместо договора залога оформить именно договор купли-продажи имущества не означает, что должник был не вправе защищать свои права, самостоятельно выбрав способ защиты. В данном случае в результате действий должника восстановился баланс интересов сторон сделки, достигнута правовая определенность относительно действительного характера их правоотношений. При этом права кредитора не были ущемлены действиями должника, спорное имущество признано залоговым в пользу ФИО2, последний имел возможность в полной мере реализовать свои права залогового кредитора. То обстоятельство, что требования кредитора не были установлены в деле о банкротстве как обеспеченные залогом имущества должника, является следствием действий самого кредитора, поздно заявившего об установлении залогового статуса, а не поведения должника. 

В действиях должника по оспариванию сделки какое-либо недобросовестность либо злоупотребление правом не имеется, выводы суда в данной части являются ошибочными.

Также ФИО2 указывает на неосуществление должником перечислений на специальный счет финансового управляющего денежных средств в размере, превышающем прожиточным минимум для гражданина.

Судом первой инстанции данные доводы восприняты, суд усмотрел в заявленных кредитором действиях должника недобросовестность, признал в этой связи доказанным основание для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором.

Вместе с тем, доводы кредитора и, как следствие выводы суда, противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам. В отчетах финансового управляющего о результатах проведения реализации имущества, об использовании денежных средств должника прямо указано на поступление в конкурсную массу денежных средств (страховая пенсия по старости)  в общем размере 340 204,61 руб., а также выплату должнику прожиточного минимума. Именно за счет поступлений из пенсии должника сформирована в большей части конкурсная масса, частично погашены требования кредитора ФИО2 

При таких обстоятельствах оснований для отказа в применении к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором ФИО2 по заявленным последним доводам у суда первой инстанции не имелось. 

В суде апелляционной инстанции ФИО2 также заявлено об  отсутствии у должника финансовой возможности выплаты заемных средств, что свидетельствует о принятии им заведомо неисполнимых обязательств.

Данные доводы в суде первой инстанции не заявлялись, предметом исследования суда не являлись, то есть являются новыми, не подлежащими принятию и рассмотрению апелляционным судом (п. 7 ст. 268 АПК РФ). Более того, какие-либо доказательства заведомой невозможности исполнения должником обязательств перед кредитором отсутствуют. С учетом обеспечения исполнения должником заемных обязательств залогом имущества должника, причем единственного его жилья, оснований полагать, что должник заведомо не намеревался возвращать долг по договору займа, не имеется.

Каких-либо действий должника, не соответствующих принципу разумности и добросовестности, не позволяющему применить к нему реабилитационную меру в виде освобождения от исполнения обязательств перед, в также злоупотребления гражданином своими правами судом апелляционной инстанции не установлено.

Проанализировав в совокупности установленные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для завершения процедуры банкротства гражданина-должника и применения в отношении гражданина ФИО3 правил об освобождении от исполнения обязательств, предусмотренные п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

С учетом вышеуказанного определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2023 в обжалуемой части подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в пп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 марта 2023 года по делу № А60-68527/2018 в обжалуемой части изменить, изложить п. 2 резолютивной части определения в следующей редакции:

«Освободить ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации его имущества.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

С.В. Темерешева